Женихи (Пьесы)

Занавес

ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ

Картина третья

Лунный вечер. Улица. Фасад дома богатого колхозника. Два окна, крыльцо. По обеим сторонам дома за изгородью — сад. Перед домом два старых дерева с густой листвой. Вдали горы. Из освещенного окна слышна негромкая радиомузыка. Под деревом на скамье сидят Гуга и Сауджен.

Гуга. А невеста? Где она пропадает?

Сауджен. В поле работает. Очень, говорят, работящая. Меня такая жена устраивает. В старину наши женщины всегда больше мужчин работали.

Гуга. Хороший обычай, заманчивый обычай.

Сауджен. А видишь, какой дом у Хабоса?

Гуга. Хороший дом.

Сауджен. Женюсь — сюда жить перейду, приходи тогда в гости, Гуга.

Гуга. Спасибо, Сауджен. Не упрашивай, я приду, я люблю ходить в гости.

Сауджен. Стариков на вышку переселю, сам займу нижнее помещение.

Гуга. Я всегда говорил, Сауджен, у тебя большой организаторский талант.

Сауджен. Почему сват Мытыл третий час в доме сидит?

Гуга. Из-за стола нелегко выйти. По себе знаю. Сейчас посмотрю. (Подходит тихонько к окну и заглядывает.) Один графин уже осушил, за второй принялся. Ох, какой кусок взял с тарелки!.. (Отходит от окна.) Не могу смотреть, когда без меня курицу едят. (Садится рядом с Саудженом.) Одного не понимаю, как тебя твой колхоз отпустил? Страдная пора, а ты торчишь здесь!

Сауджен. Ошибаешься, Гуга, не торчу, я лежу в больнице. (Вынимает бумажку.) Я серьезно больной. И печать почти как настоящая.

Гуга(пощелкав языком). Крупное творческое дарование.

Сауджен. Лучше скажи, как ты с работы отлучаешься?

Гуга. Я же магазином заведую, а магазин, когда надо, закрывается (загибает пальцы) на обед, на ремонт, на учет, на переучет и на прием товара.

Сауджен. А сегодня ты на что закрыл: на учет или на переучет?

Гуга. Магазин открыт. Заходи, пожалуйста. Я там свою старенькую тетю поставил.

Сауджен. Справляется?

Гуга. Я же ей дал полную инструкцию. На первый вопрос покупателя надо отвечать: «Извините, нету», а на второй: «Неизвестно, зайдите в конце месяца». Тетя очень способная, хорошо торгует.

Сауджен. Покупатели не обижаются?

Гуга. На что обижаться? Внимательное отношение есть? Есть. Вежливое обращение есть? Есть. А если еще дефицитный товар в магазине держать, что же мы с тобой на базаре продавать будем?

Сауджен. Я с твоим товаром на днях чуть не пропал… Рискованно становится…

Гуга. Не говори таких слов вечером.

Сауджен. Что, Мытыл пропал?

Гуга. Посмотрим. (Подходит к окну, заглядывает.) Представь себе, опять курицу ест!

Сауджен. За два часа одну курицу съесть не может!

Гуга. Я Мытыла знаю. Это не первая, это вторая курица. (Подходит к Сауджену.) Не могу смотреть равнодушно на курицу. Пойдем закусим, пожалуйста.

Сауджен. Пойдем, но что он так долго?

Гуга. Не удивляйся, дорогой. Два часа — это только кратко перечислить твои достоинства. Пойдем.

Гуга и Сауджен уходят.

С противоположной стороны приближаются к дому Мадинат, Нина и Мари, останавливаются у крыльца.

Нина. Я сегодня Уари встретила, а он спрашивает: «У вас гвозди есть?» — «Зачем нам гвозди?» — «Прибивайте, — говорит, — наше знамя, да покрепче. Отберем, или не носить, — говорит, — мне шапки на голове».

Мари. «…Пускай вместо усов перья вырастут…» Слыхали. Хвастун твой Уари, а усы он все равно бреет.

Мадинат. Да, они могут нас обогнать.

Нина. Нас?

Мари. Кошка мяукает — мышей не ловит.

Мадинат. А вы на поле первой бригады заглядывали? Заурбек, Уари, Кази с товарищами на участки переселились, им туда и обед носят. Культивацию кончили… А как пропололи! Посевы чище яичной скорлупы и мягче ваты.

Мари(указывает на освещенные окна). Кто это у вас, Мадина? Гости?

Мадинат(посмотрев в окно). Я домой не зайду, пойдем прямо в правление.

Нина. Опять Сауджен свата Мытыла прислал.

Мари. Какая ты скряга, Мадина! Хоть бы мне одного жениха уступила.

Мадинат. Сходи на строительство канала, там много женихов, по выбору возьмешь. Там я видела хорошего парня, экскаваторщика.

Мари. Я сама его видела. Хорош парень, да рядом с ним и хорошая невеста, она не уступит.

Мадинат. И я не уступаю… нет, бери моих женихов оптом, но одного не дам.

Мари. Ну одного тебе оставим.

Из дома на крыльцо выходит Дзго.

Здравствуй, тетушка Дзго.

Дзго(всматриваясь). Это ты, Мари? Заходите.

Мари. Спасибо, нам с Мадиной в правление надо.

Дзго. Нина, ступай хоть ты домой.

Нина уходит в дом.

Погоди, Мадина.

Мадинат. Я догоню тебя, Мари.

Мари уходит.

Дзго. Мытыл твой голос слышал. Неудобно. Покажись хоть на минутку. Третий час, дай бог ему здоровья, пьет и кушает. Два раза пояс отпускал. Если он не устал, мы устали. Мытыл жениха хвалит. Мы ему ответ дать должны.

Мадинат. Скажите, что за того, кто мне понравится, я и без свата пойду.

Дзго. Нельзя так отвечать, не полагается.

Мадинат(убегая). Мари, подожди меня!..

Дзго. Мы в молодости так не отвечали, не бегали… И жаль, что не отвечали! Жаль, что не бегали!.. (Уходит в дом.)

Заурбек входит быстро, но у дома замедляет шаги. Подходит к дереву и смотрит на окно Мадины.

Заурбек. Что за ветры несут меня по этой улице?! Сердце — как обузданный конь. Надо идти по той улице, а ноги несут по этой.

Слева входит Уари. Увидев Заурбека, останавливается, затем прячется и слушает.

Эх, милое дерево, хоть бы с тобой поменяться местами. С первыми лучами солнца ты заглядываешь в окно к Мадине. И дерево их мне мило. Будто на вершине его сверкающая путеводная звезда любви и манит меня сюда. И курица их мила мне, и петух, и котенок (слышится лай собаки), а лай их собаки — будто трели соловья.

Уари(высовываясь из-за дерева). Слышишь, соловей поет…

Заурбек(вздрогнул). А?.. (Обернулся.) Уари… что ты как тень прокрался за мной?..

Уари. Почему прежде, когда я тебя окликал, ты не вздрагивал?

Заурбек. Ты очень тихо подкрался. Я в правление иду.

Уари. Разве правление колхоза сюда перенесли? Понимаю, ты забыл дорогу. Вот она — прямо и налево. А здесь дом Хабоса, у которого есть дочка Мадина. Вспоминаешь?

Заурбек. Мадина здесь ни при чем.

Уари. Понимаю, ты старушку Дзго дожидаешься. Заурбек, дорогой, твои слова и твои поступки далеки друг от друга, как рыба и перепелка. Ты их когда-нибудь вместе видел?

Заурбек. Только на столе, в жареном виде.

Уари. Здравый смысл к тебе понемногу возвращается. Пользуйся случаем, постучи в дверь, а когда выйдет Мадина, извинись и открой свое сердце.

Заурбек. Ни за что!

Уари. Тогда я постучу. (Легонько стучит в окно.)

Заурбек. Что ты делаешь? Не надо…

Уари. Я уже постучал.

Заурбек становится в тень и прижимается к стене. В окне показывается Дзго.

Добрый вечер, Дзго.

Дзго. Здравствуй, Уари. Заходи, курица есть, вино есть. Мытыл здесь.

Уари. Если бы курица и вино без Мытыла, я бы зашел.

Заурбек опустил голову. Вся его поза изображает уныние.