Ведьма на десерт

И вот когда я плюхнулась на обитое бархатом сиденье, смогла пояснить:

– Морис… он немного нервный сегодня.

– Что произошло? – повторил давешний вопрос Дотс.

Я хлебнула воздуха, потом ещё раз…

– А водички нальёшь? – попросила жалобно.

Рыжий налил.

Партнёрство партнёрством, однако посвящать Дотса в нюансы произошедшего не хотелось. Впрочем, если честно, дело не в Лардаре – я просто не желала случившееся вспоминать!

Поэтому, утолив первую жажду, озвучила суть:

– Морис на меня напал.

– Как напал? – опешил собеседник. – В каком смысле?

– «В каком, в каком»… – пробормотала ворчливо, а потом всё-таки не выдержала и призналась: – В сексуальном.

На сей раз глаза рыжего не просто округлились – они едва не лопнули, ну а я…

– Девичьей чести лишить пытался. В извращённой форме.

– В извращённой – это как?

Я погладила Жорика по спинке и пожала плечами. Что значит «как»? Будто сам не знаешь, чем извращённая форма отличается от нормальной.

– Ясь? – позвал жаждущий ответа Дотс.

Я подумала и опять промолчала. Только подбородок вздёрнула, давая понять, как сильно Морис меня оскорбил.

Рыжий оказался достаточно догадлив и даже глянул с сочувствием. Потом перевёл взгляд на обладателя редкой серо-серебристой шкурки и нахмурился:

– Погоди, Ясь… это же тот самый хорёк, который принадлежит твоей подруге? Откуда он здесь?

– Жорик – мой спаситель. Он отвлёк Мориса, позволил мне вырваться из капкана.

– То есть ты принесла его с собой? – продолжил недоумевать Дотс.

– Нет. Жорик телепортировался. С ним такое бывает. Он же у нас в какой-то степени колдовской.

Рыжий, помедлив, кивнул и предположил:

– Индивидуальная особенность?

– Ага, – подтвердила я охотно.

– А что эту телепортацию провоцирует? Зверь чует, когда одной из вас грозит опасность?

Я пожала плечами – понятия не имею. До сего дня Жорик телепортировался просто так, без причин.

– А запретить телепортацию возможно?

– Конечно. Например, из клетки с частыми железными прутьями Жорик перемещаться не может.

– Железо экранирует часть энергий, – сказал Лардар задумчиво. Почесал подбородок, опять на хорька покосился.

А тот, ну в смысле Жорик, внезапно забеспокоился и заёрзал, и причина этой нервозности обнаружилась очень скоро. Скорее, чем хотелось бы…

В романах в таких случаях пишут: «Из-за двери послышался странный шум». Или: «Там, снаружи, началась какая-то возня». У нас всё было иначе – тишина… слишком странная, почти осязаемая. И клянусь, именно на неё Жорик среагировал.

Мы с Дотсом тоже эту тишину уловили. Не сговариваясь, повернулись к двери, чтобы тут же застыть и… нет, не знаю, что почувствовал рыжий, а лично я прилив паники испытала.

Просто светлое дерево начало стремительно чернеть и раньше, чем я успела осознать происходящее, осыпалось пеплом. Зато стул, подпиравший ручку, не пострадал – он упал с грохотом. Металлические части – петли, всё та же ручка и запирающий механизм, – тоже упали, но со звоном.

Моё сердце резко подскочило к горлу и застучало ну очень часто. Одновременно возникло бешеное желание повторить фокус, совершенный недавно Жориком, то есть телепортироваться отсюда куда-нибудь!

Но вот беда, к классу колдовских животных я не относилась, поэтому пришлось пойти иным путём – сжаться и сделать ну очень жалобные глаза. Морис, который стоял на пороге и стряхивал с рук остатки заклинания, выражение лица заметил и оценил. Он подарил улыбку! Причём не хищную, а вполне себе милую.

Последнее вогнало в дрожь! Нервно сглотнув, я тоже улыбку изобразила и, крепче прижав Жорика к груди, пропищала:

– Привет. Давно не виделись.

Морис… благожелательно кивнул. Затем мазнул взглядом по Лардару и опять к безвинной ведьме повернулся.

Просто стоял и молчал. Молчал и стоял! А я сидела и… дрожала уже на пару с Жориком. Попутно пыталась придумать слова извинения, но нет, гордость пойти на такой шаг не позволяла. И она оказалась гораздо сильнее, нежели инстинкт самосохранения.

– Ясь? – после нескольких минут тишины, позвал Морис.

Я подумала и притворилась, будто никакой Яси вообще не знаю.

Только верховный отстать не пожелал…

– Ясь, а давай поговорим, а?

Разумеется, следовало промолчать, но любопытство подвело – встрепенулось и навострило ушки. В результате я спросила:

– О чём поговорим?

– О тебе. Обо мне. О нас.

– А?

Мою растерянность встретили новой милой улыбкой. Кажется, ничего особенного, однако желание исчезнуть усилилось!

Только бежать было уже некуда, и Морис данным обстоятельством воспользовался. Переступив через полоску оставшегося от двери пепла, маг, прихрамывая, приблизился к стулу, на котором я сидела, и настойчиво протянул руку.

– Мм-м… – Я сделала глубокий вдох и отрицательно качнула головой.

Увы, но ведьму не услышали! Вернее, услышали, однако принять её мнение в расчёт не пожелали.

– Если не хочешь по-хорошему, – наклонившись, шепнул Морис, – будет по-плохому. Сама не пойдёшь – возьму за шкирку и отведу.

Он не шутил. То есть вообще, ни разу! От этого как-то совсем жутко стало… Настолько, что мы с Жориком издали дружный панический писк.

А потом встали и, подарив Дотсу Лардару жалобный взгляд, грустно направились к двери и ничуть не удивились, обнаружив, что от коллег по министерству рыжий не отличается. В смысле, попытки спасти ведьму Дотс не предпринял…

Когда очутилась в коридоре, настроение вообще в пропасть рухнуло, и такая безнадёга накрыла, что хоть волком вой.

– Один ты у меня остался, – шепнула я Жорику, и хорёк чихнул, подтверждая – всё правда.

– Ты ещё заплачь, – фыркнул нагнавший нас Морис.

Угу. Щас. Вот чего, а этого точно не дождёшься.

Я была убеждена, что Морис поведёт обратно – по коридору, через приёмную, в собственный кабинет. Однако верховный поступил иначе – крепко ухватил за руку и потащил к уводящей на нижние этажи лестнице.

Немногочисленные сотрудники министерства магии, которые на этой лестнице встречались, смотрели на нас ну очень большими глазами, как бы намекая, что слух о происшествии уже разлетелся.

Мориса эти взгляды не задевали, меня – тоже.

Едва решила, что направляемся к выходу из здания, зеленоглазый заставил свернуть. Очень скоро я обнаружила себя в просторном светлом зале, заставленном многочисленными столиками.

По правую руку находился длинный закрытый стеклом прилавок, в воздухе витали ароматы выпечки и прочей еды.

– Это столовая? – спросила удивлённо.

– Нет, камера пыток, прикрытая магической иллюзией, – отозвался Морис.

В голосе прозвучали отчётливые нотки раздражения, и я с удивлением обнаружила, что маска благодушия плавненько с брюнета сползает. Это заставило напрячься ещё больше, но главная метаморфоза ждала впереди.

Мы миновали столики и зашли в отдельную, огороженную золочёными столбиками зону. Там тоже столы располагались, только другие – более презентабельные, накрытые белоснежными накрахмаленными скатертями.

– Садись, – приказали мне, и я благоразумно подчинилась. Жорика усадила к себе на колени и успокаивающе погладила по ушастой голове.

Хам зеленоглазый разместился чётко напротив, затем махнул девушке в пышном переднике.

Пока подавальщица спешила к нам, верховный поинтересовался:

– Чай? Кофе? Коньяк? Закуски?

– Мм-м, – протянула я. Потом подумала и сказала: – Нет, ничего.

Мужчине ответ не понравился, и как только сотрудница столовой оказалась рядом, прозвучало:

– Большую порцию мороженого для девушки и кофе для меня.

Подавальщица сделала книксен, но прежде чем уйти, кивнула на Жорика…

– А этому – яду, – заявил маг.

Пришлось очнуться и взять ситуацию в свои руки.

– Он клубнику любит. Принесите, если есть.

Девица вновь присела в книксене и вот теперь удалилась. Очень хотелось крикнуть: нет, нет! Останьтесь, пожалуйста! Но…

Но подавальщица ушла, и я вновь оказалась наедине с проблемой. Причём проблема эта совсем хмурой сделалась. Настолько, что возникло ощущение – дай ему шанс, и он точно нас с Жориком прибьёт.

А умирать не хотелось! Вообще! Именно поэтому я прицыкнула на собственные эмоции и попыталась изобразить нежную, обезоруживающую улыбку.

Морис отреагировал на улыбку совершенно не так, как хотелось бы – зыркнул злобно и опасно щёлкнул зубами.

Попытка примирения, предпринятая Жориком, тоже, увы, провалилась. Хорёк приподнялся на лапках, состроил умильную мордочку, а маг зашипел! Ещё и кулаком погрозил, заставив хорька вновь спрятаться под столешницу.

Вот тут душа одной ведьмы не выдержала…

– Что? – спросила я насупленно.

Морис шумно втянул воздух, откинулся на спинку стула и не ответил. Вместо этого продолжил сидеть и таращиться. Вернее, мерить меня суровым излишне пристальным взглядом.

После того как нам доставили заказ, ситуация не изменилась. То есть верховный даже на выставленную перед ним пузатую чашку не среагировал! Ну а я…

Сперва вознамерилась водрузить Жорика на стол, а потом подумала и поступила умнее – ещё один стул придвинула. Переставила на этот стул вазочку с клубникой, пересадила туда хорька, а сама хищно вонзила ложечку в мороженое.

Есть хотелось ещё меньше, чем умирать, однако лакомство я всё же попробовала и с удивлением обнаружила – вкусно. Гораздо вкуснее, нежели в кафешках, которые мы с девочками посещали.

Вот только в кафешках меня злобными взглядами не сверлили, а здесь…

– Может, хватит? – не желая подавиться, буркнула я.

Зеленоглазый нагло мотнул головой, потом ещё озвучил:

– Нет. Не хватит.

Всё. Страх отступил, а ярость, наоборот, вернулась! Впрочем, спорить я всё же не стала – принялась есть мороженое. Из принципа! На зло!

А Морис сидел… Сидел и смотрел! Ну а когда я опустошила половину вазочки, позвал:

– Ясь?

– Что? – откликнулась я злобно.

Маг подался вперёд. Отодвинул свой так и не тронутый кофе и, сцепив руки в замок, выдал: