О черновласый держатель земли Посейдаон, внемли мне! Конник, держащий в руках трезубец, из меди отлитый, Ты, обитатель глубин сокровенных широкого моря, Понтовладыка, что тяжкими мощно грохочет валами! 5 О колебатель земли, что, вздымая могучие волны, Гонишь четверку коней в колеснице, о ты, дивноокий, С плеском взрываешь соленую гладь в бесчисленных брызгах, Мира треть получил ты в удел — глубокое море, Тешишься, демон владыка, средь волн со зверями морскими, 10 Корни земные хранишь, блюдешь кораблей продвиженье. Нам же подай честное богатство, и мир, и здоровье! XVIII. К ПЛУТОНУ[463]
Духом великий, о ты, обитатель подземного дома В Тартара мрачных лугах, лишенных сияния света, Зевс Хтонийский, прими, скиптродержец, с охотою жертвы, Ты, о Плутон! От всей земли ты ключами владеешь, 5 Смертному роду даришь урожаи в богатые годы. Треть мирозданья удел твой — земля, вседарящая почва, Недра бессмертных богов, подпора крепчайшая смертных. Ты свой трон утвердил среди области вечного мрака, Средь необъятных просторов лишенного воздуха ада, 10 Черного близ Ахеронта, держащего корни земные[464]. Многоприимный, ты смертью над смертными властвуешь мощно[465], О Евбулей! Ты прекрасное чадо священной Деметры[466] В жены похитил, схватив на лугу, и понес через море Вдаль на четверке коней прямо в Аттику, в край Элевсинскии: 15 Есть там пещера —врата ее путь открывают к Аиду. Ты, о единый судья деяний и явных, и тайных! О вседержитель, о самый священный, о блещущий славой, В радость тебе —благочестное дело вершения таинств! О, призываю, гряди с благосклонным веселием к мистам! XIX. ЗЕВСУ КЕРАВНУ (фимиам, стиракта)[467]
Отче Зевес, ты хлещешь грохочущий мир, озаряя Вспышками молний его во всевышних пределах эфира, Громом божественным ты потрясаешь престол всеблаженных, Огненный молнии столб среди туч всесплошных возжигаешь, 5 Мечешь дожди, и смерчи, и удары могучего грома, Бурные молнии льешь, всепалящие, силы ужасной, Словно потоки огня, и низкими тучами кроешь Войско нахохленных птиц, перепуганных, полных смятенья. Молнии чистой стрела возникает средь грома внезапно, 10 Непобедимо сквозь вихри с безмерным проносится свистом, Неодолимая, неотвратимая, страшная в гневе Острая неба стрела слетает в пронзительной вспышке, Море окрест озарив, — и трепещут и суша, и воды, Звери к земле припадают, как грохот ушей их коснется, 15 Вспышки же слепят глаза порою, как в глубях эфира С ревом грохочет гроза, и, неба хитон разрывая, Ты, о Зевес, посылаешь с небес перун свой слепящий. Ныне, блаженный, молю — на пучины и горные выси Лучше свой гнев обрати, а уж нам твоя ведома сила! 20 Наше приняв возлиянье, пошли утешение сердцу, Жизнь со спокойной душой, с Гигиеей владычицей вместе Мир ниспошли, многочтимого бога, что пестует юных! Дай нашей жизни цвести, благородными мыслями полнясь! XX. ЗЕВСУ АСТРАПЕЮ (фимиам, манна с ладаном)[468]
Кличу великого, чистого, яркого, слышного всюду! Туч темноту освещая, грохочет он в огненном блеске, Светочем молний горя, пробегает по небу раскатом, Тяжкий во гневе, вселяющий ужас, святой, необорный 5 Молниевержец Зевес всеродитель, о царь величайший, Сладкую жизни кончину с собой принеси благосклонно! XXI. ТУЧАМ (фимиам, смирна)[469]
Тучи воздушные, странницы неба, кормилицы всходов, О дождеродицы, носит вас по миру ветров дыханье, Влажнодорожные, полные грома и пламени молний! Ваши воздушные складки таят ужасающий грохот, 5 Кажется, войско напало, когда раздирает вас ветер. Ныне молю вас, о росные, ветром душистым повеяв, Влагу —плодов пропитанье —на мать нашу землю пошлите! XXII. ТЕФИИ (фимиам, манна с ладаном)[470]
Я совоокую Тетис зову, Океана супругу, В пеплосе синем царицу, что легкие волны колеблет, Сладостновеющим ветром дыша на приморскую землю. Ты крушишь о прибрежные скалы валы-исполины 5 И, усмирив, посылаешь на берег спокойно и мягко. Ты кораблями красуешься, ты, о пестунья чудовищ, Влажнодорожная матерь Киприды и туч мраковидных, Матерь нимф ключевых и речных, изобильных водою, Ныне внемли мне, молю, многочтимая, будь благосклонна, 10 Помощью будь и пошли кораблю попутные ветры! XXIII. НЕРЕЮ (фимиам, смирна)[471]
Корни моря блюдущий, живущий в сияющей сини, Ты, кто гордится прекрасным потомством — ведь в волнах резвятся Все пятьдесят твоих дочерей, о Нерей многославный! Ты—предел земли, дно моря, всего ты начало, 5 Ты и Део священный престол теснишь, заключая Мощные ветры, тобою гонимые, в глубях ущелий. Внемли! От землетрясений храни, умоляю, и мистам Счастье и мир ниспошли и здоровье с целящею дланью! XXIV. НЕРЕИДАМ (фимиам, ароматы)[472]
О цветоокие, чистые нимфы морского Нерея! Влажнодорожные, хором веселым резвитесь в глубинах, Девы числом пятьдесят, в волнах вы ликуете буйно, Мчитесь вы на колесницах, красуясь упряжкой тритонов[473], 5 Или на спинах чудовищ морских, произросших средь моря, Или ныряете в самую глубь тритонийской пучины, Влажной дороги бегуньи, танцовщицы, кружите в пляске, Моря бродяги, дельфины, вы плещетесь в синем сиянье, О, умоляю вас, многое счастье вы мистам пошлите! 10 Первыми справили вы обряд посвятительных таинств[474] Благосвященному Вакху и Ферсефонее пречистой[475], С вами же вместе — и царь Аполлон, и мать Каллиопа[476]. XXV ПРОТЕЮ (фимиам, стиракта)[477]
Ныне Протея зову, что ключами от моря владеет. Перворожденный! Явивший основы всей нашей природы, Ты вещество изменяешь священное в множестве видов, О многочтимый, премудрый, о знающий все в настоящем, 5 Равно и прошлое все, и то, что свершится в грядущем, Всем обладая, меняешься сам и все изменяешь! Ты лишь один из бессмертных, что снежный Олимп населяют, Кто облетает и небо, и море, и шири земные. Ведь порожденье всего — в Протее уже предлежало. 10 Отче, гряди с попечением добрым к творящим обряды! Дай по делам нашей жизни счастливой благую кончину! XXVI. ГЕЕ (фимиам и все семена, кроме бобов и ароматных)[478]
Гайя-богиня, о матерь блаженных и смертного люда,. О всекормящая, о всецарящая, всепогубитель, Ты, о всесильная, ты плодоносная, Орами блещешь Ты — основа бессмертного мира, всепестрая дева. 5 О плодовитая, роды твои — урожай многовидный, С грудью высокой, почтенная, вечная, с долей счастливой, Сладко дышащая зелень отрадна тебе, многоцветной, Любишь дожди ты, а космос, искусник всехитрый, светила Вертит вокруг тебя вечнотекущим могучим потоком. 10 Ныне, богиня блаженная, с радостью множь урожаи? Будь благосклонна во всякое время, нам счастье даруя! XXVII. МАТЕРИ БОГОВ (всевозможные ароматы)[479]
О богочтимая, о всекормилица, матерь бессмертных, Мощная силой богиня, явись, госпожа, по молитве! Ныне впряги в колесницу свою со стремительным летом Львов-быкобойцев, о ты, скиптродержица оси небесной! 5 Трон твой — среди мирозданья, великая, — вот и владеешь Всею землей, и смертных даришь ты благим пропитаньем, Ты породила на свет и богов, и род человечий, Власть твоя вечна над всеми морями и реками всеми, Гестией кличут тебя, называют дарящей богатства, 10 Любо тебе осчастливливать смертных превсяческим благом. Ныне к обряду гряди, о царица, что любишь тимпаны, Страстью разящая, Неба дитя «и Крона супруга, Всеукротитель, фригиянка, старшая, жизни пестунья, Шествуй приветливо к нам, усладись почитанием нашим! XXVIII ГЕРМЕСУ (фимиам, ладан)[480]
Слушай меня, о Гермес, сын Майи, о вестник ЗевесаГ Сердце имущий весильное, ты, состязаний блюститель,^ Смертных владыка, со множеством замыслов, АргоубийцаГ О мужелюбец, в крылатых сандалиях, слов прорицатель, 5 В радость тебе и борьба, и обман, и коварство, о хитрый, О толкователь всего, беззаботный, о выгод даритель[481], Ты, безупречный, и мира защиту в руках своих держишь, О Корикиец[482], пособник, пестры твои хитрые речи, В деле помощник, о друг для людей в безвыходных бедах, 10 Ты —языка вел'ичайшая сила, столь чтимая в людях, Внемли и жизни моей благое пошли окончанье — Быть на ногах, в наслажденьях ума и в памяти твердой'. XXIX. ГИМН ПЕРСЕФОНЕ[483]
О, гряди, Ферсефона, рожденная Зевсом великим, Единородная, жертвы прими благосклонно, богиня! Ты, жизнетворная, мудрая, ты, о супруга Плутона, Ты под путями земными владеешь вратами Аида, 5 Ветка святая Деметры, в прелестных кудрях Праксидика[484], Ты Евменид[485] породила, подземного царства царица, Дева, рожденная Зевсовым семенем неизречимым, Мать Евбулея[486], чей образ изменчив, гремящего страшно, Сверстница Ор светоносная, в блеске красы несказанной, 10 О вседержащая дева, плодами обильная щедро, Смертным одна ты желанна, рогатая[487], в блеске прекрасном. Вешней порою на радость тебе дуновения с луга, Тело святое твое указуют зеленые всходы, Осенью вновь похищаема ты для брачного ложа, 15 Ты одна — и жизнь, и смерть для людей многобедных, Ферсефона — всегда ты «несешь» и всегда «убиваешь»[488]. Внемли, блаженная, из-под земли урожай посылая Дай процветание в мире, здоровье с целящею дланью, Благополучную жизнь, что под тяжкую старость приходит 20 В царство твое, о царица, к Плутону, чья благостна сила. XXX. ДИОНИСУ (фимиам, стиракта)[489]
Я Диониса зову, оглашенного криками «эйа»! Перворожденный и триждырожденный, двусущий владыка[490], Неизреченный, неистовый, тайный, двухвидный, двурогий[491], В пышном плюще, быколикий, «эвой» восклицающий, бурный, 5 Мяса вкуситель кровавого, чистый, трехлетний[492], увитый Лозами, полными гроздьев, — тебя Ферсефоны с Зевесом Неизреченное ложе, о бог Евбулей, породило. Вместе с пестуньями, что опоясаны дивно, внемли же Гласу молитвы моей и повей, беспорочный и сладкий, 10 Ты, о блаженный, ко мне благосклонное сердце имея! XXXI. ГИМН КУРЕТАМ[493]
О прыгуны куреты, что в воинской пляске кружатся, С топотом дико скача, издавая ликующе крики! Лира — не вам, нарушители лада с летящей стопою, Оруженосные стражи, косметоры[494], яркие славой! 5 Матери буйной в горах вы и свита и оргиофанты! О, благосклонно явитесь по слову, что вас прославляет,. С лаской к тому волопасу, что вечно душою приветен! XXXII. АФИНЕ (фимиам, ароматы)[495]
Единородное чадо великого Зевса, Паллада, Ты, о богиня блаженная, славная, мощная духом, К бою зовущая, ты изречима и неизреченна, Дивная, любишь пещеры и грозные держишь вершины 5 Гор, отдающихся эхом, и любишь лесные ущелья, Ты, брачелюбица, в души людей исступленье вдыхаешь, Дева, обвыкшая в битвах, чудовищно страшная духом. Горгоубийца[496], о дева-боец, твой гнев ужасает, Мать многосчастная всяких искусств[497], ненавистница ложа, 10 Бурная — бич негодяев, порядочным — мысль и решенье, Ты и жена, и мужчина, о мысль, о родящая войны, Переливаешься ты, о змея[498], в исступлении божьем, Славная, гонишь коней, истребитель флегрейских гигантов[499], О Тритогения[500], демон победный, от зол избавитель, 15 О совоокая[501], изобретатель ремесел, царица, Молят тебя днем и ночью, всегда, до последнего часа. Ныне услышь и меня, подари же мне мир многосчастный, Дай мне счастливые дни и добрую меру здоровья! XXXIII. НИКЕ (фимиам, манна)[502]
Нику, желанную смертным, зову, благодатную силой, Ту, что одна отрешает людей от борьбы и умеет Буйный мятежный порыв в нелегком сраженье с врагами, В войнах, сулящих трофеи, унять, и к кому обернется — 5 Тем и дарует победа свою сладчайшую славу. Все в твоей власти, о Ника, — и слава в любом состязанье, Светлая, полная всяческих благ, причитается Нике. Ты, о блаженная, ты, о желанная, светлая взором, Вечно являйся, достойно верша лишь достойное дело! XXXIV. АПОЛЛОНУ (фимиам, манна)[503]
Феб Ликорей, гряди, о блаженный, Пэан святочтимый[504], Мемфиса житель[505], податель богатств, златолирник, спаситель, Тития свергший[506], оратай, титан, засеватель, Пифиец, Гриней, Сминфей[507], о вещий Дельфиец, пифоноубийца, 5 Бог светоносный, неистовый, отрок преславный, прекрасный, О Мусагет[508], о плясун хороводный, стрелец-дальновержец, О Дидимей, издалека разящий, о Бакхий, о Локсий[509], Делоса царь, всезрящи твои светоносные очи[510], Златокудрявый, вещатель грядущего чистых глаголов, 10 Я умоляю тебя за людей,— о, внемли благосклонно! Все перед взором простерлось твоим — и эфир бесконечный, И под эфиром земля, наделенная долей счастливой, Зримы тебе и сквозь мрак звездами расцвеченной ночи, В полной тиши ее, корни земли и мира пределы, 15 Сердце заботит твое и начало, и всеокончанье[511]. О всецветущий, ведь ты кифарой своей полнозвучной[512] Ладишь вселенскую ось, то до верхней струны поднимаясь, То опускаясь до нижней струны, то ладом дорийским[513] Строя небесную ось, — и все, что на свете живого, 20 Ладишь, гармонию влив во вселенскую участь для смертных, Поровну ты разделяешь, смешав и зиму, и лето: Верхние струны — зиме, а нижние — лету вверяя, Лад же дорийский — для сладкого цвета весны оставляешь. Вот почему у людей именуешься ты, о владыка, 25 Паном, богом двурогим, вздымающим бури свирелью[514], Ведь у тебя —печать от всего, что есть в мирозданье,— Мистов мольбам, о блаженный, внемли и храни их, спаеаяЁ XXXV. ЛЕТО (фимиам, смирна)
В пеплосе черном Лето, породившая двойню богиня! О Коантида[515], могучая духом, молимая всеми, Ты, кто Зевесово семя благим обратила потомством, Феба на свет породив с Артемидою, лучницей славной — 5 Дочь на Ортигии ты родила, а на Делосе — сына[516]. Внемли, богиня-владычица, милость 'имея на сердце! К жертве всебожьей гряди, принося завершенье благое! XXXVI. АРТЕМИДЕ (фимиам, манна)
Многоименная Зевсова дщерь, внемли, о царица! О титанида, Бромия, великая лучница дева[517], Светоч несущая, явная всем, богиня Диктина[518], Муки родильной не зная, несущая в родах подмогу, 5 Поясоснятица, страстью ты жалишь, охотишься с псами, Быстрая в беге, забот разрешитель, ты бодрствовать любишь, Ночью бродя, стреловержица, встреча с тобою — к удаче, Статная, мужу подобна, даруешь недолгие роды, Демон, что смертных потомство людей и растит, и питает! 10 Ты амвросийная, ты и подземная, звероубийца, Горных хозяйка дубрав, оленей разишь, о честная, Ты госпожа, всецарица, всегда в неизменном цветенье. Псов ты, лесная, хранишь, кидониянка, светлая видом[519]. Ныне, богиня, гряди, о любезная, встречей благая, 15 К мистам ко всем благосклонна, щедра земными плодами! Милый нам мир приведи с Гигиеей прекраснокудрявой, Горе и злые болезни прогнав за далекие горы! XXXVII. ТИТАНАМ (фимиам, ладан)
О Титаны, о чада прекрасные Геи с Ураном, Наших отцов прародители, вы, кто под толщей земною В Тартара доме, во глубях подземных теперь поселились, Вы, о исток и начало всего, что смерти подвластно,— 5 Многострадальных существ, наземных, морских и пернатых, Ибо от вас происходит все то, что рождается в мире. Вас умоляю — от нас отдалите вы гнев вредоносный, Ежели нашему дому пошлют его мертвые предки. XXXVIII. КУРЕТАМ (фимиам, ладан)[520]
Звучные медью куреты, владельцы доспехов Арея! Вы, многосчастные, сущие в небе, на суше и в море[521], Животворящие духи, святые спасители мира! Вы, обретаясь в святой Самофракии, смертных храните[522], 5 Тех, что по морю блуждают, от .них отгоняя опасность. Первыми вы учредили меж смертных свершение таинств г Вы, о куреты бессмертные, вы, кто в доспехах Арея, И Океан вы блюдете, и море, и даже деревья. Звонко гремя, по земле вы проходите легкой стопою 10 В блеске слепящем доспехов — и в страхе уносятся звери В пору, как движетесь вы, — и грохот до неба доходит, Пыль же от поступи вашей, как черная туча, клубится, И покрывается почва при шествии вашем цветами. Вы, божества-пестуны, но вы и губители также, 15 Долго ли в гневе на смертных вы жизни их будете рушить,. Долго ли будете жечь и самих их, и все достоянье? Стон воздымает великий глубокопучинное море, Рушатся с корнем на землю деревья о кронах высоких, Шум возводя к небесам при падении веток и листьев. 20 О корибанты, куреты, владыки, чья благостна сила, Самофракии властители, отроки вышнего Зевса[523]! Душ пестуны, невидимки, вовеки живущие духи, Вас близнецами небесными боги зовут на Олимпе, Благоуханны, ясны, .о спасители добрые наши! 25 Ор пестуны, плодоносные, нам, о владыки, повейте! XXXIX. КОРИБАНТУ (фимиам, ладан)[524]
Вечной земли царя величайшего я призываю, Я корибанта зову, воителя с долей счастливой, Взор на кого невозможно поднять, ночного курета, Кто избавляет от ужасов тяжких, от призраков жутких. 5 Бродит один корибант, двусущии, изменчивый видом, Кровью залитый, когда двое братьев его погубили[525], Тот, кто по воле Део сменил свое тело святое, Вид принимая чудовищный страшного черного змея[526]. Гласу внемли моему, о блаженный, не гневайся тяжко, 10 Грешную душу избавь от снедающих страхом видений! XL. ДЕМЕТРЕ ЭЛЕВСИНСКОЙ (фимиам, стиракта)[527]
Внемли, Део, богиня-всематерь, почтеннейший демон, Юность растящая, счастье дарящая ты, о Деметра, Ты наделяешь, богиня, богатством, питаешь колосья, Мир, всецарящая, любишь, трудам многохлопотным рада, 5 И семена ты хранишь, и зеленые всходы, и жатву, В кучи ссыпаешь зерно, Элевсинской долины жилица. Смертного люда кормилица, всем ты мила и желанна, Пахарю первая ты быков запряженных вручила, Смертным желая подать отрадное в жизни обилье, 10 Ты, сотрапезница Бромия[528], славная, все утучняешь, Факелоносная, чистая, серп тебе летний — отрада. Ты, о подземная, явная всем, ты ко всем милосердна, Детолюбивая, добрая матерь, растящая юность, Ты запрягла колесницу — вся упряжь ее змеевидна, 15 Вакховы буйные пляски твой трон окружают, ликуя, Единородная, о многоплодная, о всецарица, Ты, о цветочная, чистая, разная в обликах многих Ныне гряди, о блаженная, летними полнясь плодами, Мир к нам веди, приведи желанное благозаконье, 20 Славный достаток и с ними всему господина — здоровье! XLI. МАТЕРИ АНТЕЕ (фимиам, ароматы)[529]
Внемли, богиня, царица Антея, почтенная матерь Всех — и бессмертных блаженных богов, и смертного люда,, Ты, кто некогда в муках бродила, ища и терзаясь, Лишь в Элевсинской долине поста обретя разрешенье. 5 Ты и к Аиду пришла, к блистательной Ферсефонее, Сопровождало тебя Дисавлово чадо святое, Что донесло до тебя известье о Зевсовом ложе. Ты родила Евбулея, богиня, средь мук человечьих, Ныне молю, многочтимая наша богиня, царица, 10 К мисту, что свято тебя почитает, явись благосклонно! XLII. МИСЕ (фимиам, стиракта)[530]
Я Фесмофора зову Диониса, носителя жезла, Семя известное всем, Евбулея об имени славном, С ним несказанную Мису зову, святую царицу. Муж и жена, двуприродный Иакх, разрешающий узы, 5 Тешишься ль ты в Элевсине, во храме своем благовонном, С матерью ль таинства[531] правишь теперь во Фригийских пределах, Нежишься ль ты с Кифереей прекрасновенчанной на Кипре Или сверкаешь сейчас в полях огненосных, священных Вместе с Исидой, что черное носит, преславной богиней, 10 Возле потока Египта средь нянек и прочих служанок[532]. Ныне гряди, благосклонно благие труды завершая! XLIII OPAM (фимиам, ароматы)[533]
Оры, о дщери богини Фемиды и Зевса владыки! Вы, Евномия и Дика с Эйреной, счастливые много! Вешние и луговые, святые, в цветах бесконечных, Благоухаете, пестрые, вы ароматом цветочным, 5 Ходите кругом, прелестные ликом и юные вечно, Соткан из множества разных цветов ваш пеплос росистый. Вы с Персефоной святой играете вместе в ту пору, Как возвращают богиню на свет Хариты и Мойры, Пляску ведя круговую свою, на радость Зевесу, 10 Равно и матери, щедро плоды приносящей богине. О, явитесь же к тем, кто впервые на таинствах наших!: В должное время даруйте плодам уродиться на славу! XLIV. СЕМЕЛЕ (фимиам, стиракта)[534]
Кличу я Кадмову дщерь, всецарицу, прекрасную видом, Кличу Семелу я пышнокудрявую, с грудью высокой, Многовеселого мать Диониса, носителя тирса, Ту, что познала великие роды средь огненных вспышек 5 Молний потока, рождая от Зевса, метателя молний. Почести смертные ей воздают наряду с Персефоной[535] Достопочтенной, трехлетие каждое празднуя праздник В честь появленья на свет Диониса, способного к жизни, Трапезой благосвятой и чистым обрядом мистерий. 10 Ныне, Кадмида, богиня, владычица, я умоляю,— К нам призывая тебя, — будь к мистам вовек благосклонна! XLV. ГИМН ДИОНИСУ БАССАРЕЮ ТРИЕТЕРИКУ[536]
О Дионис быколикий, блаженный, в огне порожденный, Вакх Бассарей, гряди, многочтимый, гряди, многославный[537]; В радость тебе и кровь, и мечи, и святые менады, Ты на Олимпе почиешь, о Вакх вдохновенный, гремящий. 5 Тирс твой подобен копью[538], о гневный, у всех ты в почете — Чтут тебя боги и люди, что ширь населяют земную. Ныне гряди, о плясун, о блаженный, всеобщая радость! XLVI. ЛИКНИТУ (фимиам с манной)
Этой молитвой зову Диониса Священной Корзины[539], Доброго Вакха-нисейца[540], желанного, в пышном цветенье, Детище милое нимф и венчанной светло Афродиты. Пляшущей поступью ты сотрясаешь лесные дубравы, 5 С нимфами вместе ликуя, безумием сладким объятый, Ты отведен был к святой Персефоне по воле Зевеса, Ею был вскормлен, взращен любимым для сонма бессмертных. Ныне явись, о блаженный, принять эти милые жертвы! XLVII. ПЕРИКИОНИЮ (фимиам, ароматы)[541]
Перикиония Вакха, дарителя зелья хмельного, Я призываю, того, кто, вращаясь средь домов Кадмейских, Всюду могучим рывком всколыхнул потрясенную землю В пору, как огненный свет с громовыми раскатами вихрем 5 Землю кругом обошел, — и опали оковы и путы. Вакх, о блаженный, явись, и умом взвеселившись, и сердцем! XLVIII. САБАЗИЮ (фимиам, ароматы)[542]
Отче Сабазий, внемли, сын Крона, о демон преславный! Ты Диониса, шумливого Вакха, ты Эйрафиота[543] Вынул на свет из бедра, дабы он, посвященный, явился С Гиптой прекрасноланитной на Тмол, священный и славный[544], 5 Ныне, Фригийский владыка, всецарственный, ты, о блаженный, К мистам гряди благосклонно, гряди как оплот и подмога! XLIX. ГИПТЕ (фимиам, стиракта)[545]
Гипту, кормилицу Вакха, кричащую «эйа», я кличу, Ту, что, ликуя, Сабазия чистого таинства правит, Пляшет в ночных хороводах широкогремящего Вакха. Где б ни была, ты услышь меня, матерь земная, царица, 5 То ли во Фригии ты, где владеешь Идейской горою, Тмол ли тебя веселит, привольный для плясок лидийских, — С радостным ликом святым, о явись на таинства наши! L. ЛИСИЮ ЛЕНЕЮ[546]
Сын Зевеса блаженный, внемли мне, о Вакх виноградный, Отпрыск о двух матерях, многочтимое семя святое[547], Много великих имущий имен, о бог-разрешитель[548], Чистая, тайнорожденная поросль блаженных, кормилец, 5 Вакх в ликующих криках «эвой», плодов умножитель, Недр потрясатель, о гроздьев давитель, могучая сила! Видом изменчивый бог[549], о лекарство людское от скорби! Ты, о священный цветок, не терпящая горя отрада Смертного люда, о всеотпуститель прекраснокудрявый, 10 С тирсом бушующий Бромий, Эвой, разрешитель вседобрый[550]! Всюду, где хочешь, являешься ты — средь людей и бессмертных, О плодоносный и сладкий, явись же и к таинствам нашим! LI. НИМФАМ (фимиам, ароматы)
Дщери отца Океана, владыки великих чудовищ[551], Нимфы, живущие в глубях земли под влажной дорогой! Скрыты убежища ваши, о Вакха пестуньи, земные! Вы, преблагие, растите плоды, луговые, святые! 5 Тропы извилисты ваши, пещеры и гроты вам любы[552], Вы, ключевые, бегуньи бродячие, с поступью легкой, В каплях росы и в цветах, то видны вы, то вновь невидимки, Горных жилицы лощин, вы танцуете с Паном на склонах[553], Яркие звезды, течете по скалам, поющие звонко. 10 Девы полей, и ручьев, лесные и горные девы, Вы, благовонные, в белых одеждах, с дыханием нежным, Вы, о пастушьи, подруги зверью, вы богаты плодами. Нежным, вам люба прохлада, все кормите, все вы растите, Гамадриады, игруньи, бродящие влажной дорогой[554], 15 Вы, о нисеянки буйные[555], вы, кто дарит исцеленье, Вешние, радость несущие смертным с Деметрой и Вакхом, Ныне грядите к священному действу, ликуя душою! В пору, как всходят посевы, пролейте здоровье на всходы[556]! LII. ТРИЕТЕРИКУ (фимиам, ароматы)[557]
Вакх, призывают тебя, о неистовый, в прозвищах многих, О быкорогий, Леней, огнеродный Нисей, разрешитель, Ты, кто в бедре произрос, Ликнит, предводитель обрядов, В митре, ночной, Евбулей, тирсодержец, что огнь выдыхает, 5 Неизречимый, оргийный, Зевесова тайная поросль, Триждырожденный, о Эрикепайон, о ты, первородный, Божий и сын, и отец, скиптродержец, толпы предводитель, В плясках и песнях неистовый, шествий веселых вожатый, Празднуешь ты средь пестуний вакхический праздник трехлетний, 10 Недр разыматель, о двух матерях, возжигающий .пламя, Ты, о бродящий в горах, рогатый и в шкуре оленьей, В гроздьях Пэан тирсоносец, вникающий в самое сердце, Плющелюбив, многодевствен, о ты, Бассарей устроитель, К мистам, блаженный, гряди, всегда благосклонности полный! LIII. АМФИЕТУ (все благовония, кроме ладана, и возлияние молоком)
Я Диониса подземного кличу, зову Амфиета[558], Бодрствует он с прекраснокудрявыми нимфами вместе, Спит же близ Ферсефонеи в ее священном чертоге, Время трехлетнее Вакхово, время святое покоя. 5 Минут три года — и вновь поднимаешь веселые толпы, Ты возвращаешься в гимнах — кормилицы вместе с тобою, Дивно они подпоясаны, кружат, «эвой» выкликая, В круговороте времен годовых. Теперь же, блаженный, Зеленью пышный, плодами обильный, о Вакх рогоносный, 10 К нашим всебожьим обрядам явись с сияющим ликом, В пышном богатстве плодов изобильных и благосвященных! LIV. СИЛЕНУ, САТИРУ (фимиам, манна)[559]
О, внемли мне, почтеннейший Вакхов пестун и кормилец! Доблестнейший из селенов, средь всех бессмертных прославлен, Равно средь смертных людей во время трехлетнего срока, Ты уважаем и свят, предводитель пастушеских празднеств, 5 Бодрствуешь — вместе с тобой в поясах прекрасных пестуньи, Ты — предводитель наяд и вакханок, носительниц тирса, К таинствам всех богов гряди же с сатирами вместе Звероподобными, клич издавая в честь Вакха-владыки, Вместе с вакханками к таинствам чистым Ленейским гряди же, 10 Таинство действа ночного, священного, делая явным, Тирса любитель, кричащий «эвой», усмиритель вакхантов! LV. АФРОДИТЕ[560]
О Афродита Урания, многовоспетая в гимнах[561], Морерожденная, с вечной улыбкой, о матерь богиня! Празднества любы ночные тебе, полуночнице славной, Матерь Ананки, плетущая хитрости, всесопрягатель[562], 5 Три мироздания части ты в тесном сплотила союзе, Ты, на земле породившая все и в небе высоком, Также и в глубях морских, — о почтенная, с Вакхом ты рядом, Свадьбы любя, посылаешь ты браки, о матерь Эротов, С радостью к ложу склоняешь, о тайная, даришь услады, 10 Хоть не видна ты, но явна. Прекрасная, славного рода, Свадебных пиршеств богиня, о волчья[563], богов повелитель, Жизнедарящая, о мужелюбица, род продлеваешь, О вожделенная, узами смертных незримо связуешь, Равно и племя зверей, любви вызывая влеченье, 10 Кипророжденная, божьего рода, бываешь повсюду, — Ты на Олимпе, богиня царица, сияешь красою, Или в уделе сирийском своем, ароматами полном[564], Иль золотая твоя колесница в равнинах Египта Путь к омовению держит, дарящему многие жизни, 20 Или над гладью морской ты летишь в 'лебединой повозке, С радостью видя чудовищ морских хороводные пляски, Или у Дия[565] в земле синеглазце нимфы фиады Тешат, богиня, тебя на отмелях пляскою легкой, Иль пребываешь, царица, на Кипре — твоя колыбель он, 25 Там незамужние девы-невесты тебя ежегодно Гимном святым прославляют с бессмертным Адонисом чистым[566]. Где б ни была ты — гряди, о богиня, твой вид столь отраденГ С чистой душой призываю тебя и святыми словами! LVI. АДОНИСУ (фимиам, ароматы)[567]
Демон прекрасный, почтенный, услышь, как тебя призываю! В возрасте самом желанном, ты любишь бродить одиноко, В нежных прекрасных кудрях, о ты, Евбулей многовидный[568], Всезнаменитый питатель всего, и отрок и дева, 5 Вечно цветущий Адонис — в году, затухая, сияешь, Рост посылаешь всему, двурогий, оплаканный, милый, Блещущий дивной красой, длиннокудрый любитель охоты, Сладкая ветка Киприды, прельстительный отпрыск Эрота! О, порожденный от ложа прекрасной собой Персефоны[569]! 10 В Тартаре мрачном обитель имел ты когда-то, но после Вновь на высоты Олимпа вознес плодоносное тело. Ныне же к мистам гряди, плодами земли награждая! LVII. ГЕРМЕСУ АТОНИЧЕСКОМУ (фимиам, стиракта)
Ты, что живешь у путей роковых безвозвратных Кокита, Ты, что души умерших низводишь под своды земные[570], Гермий, о сын хороводного Вакха и девы Пафосской, Той Афродиты, чьи очи в изогнутых дивно ресницах[571]! 5 Ты в Персефоны пределах священных имеешь обитель, Душам, чья участь плачевна, под землею ты служишь вожатым В пору, когда для людей их час роковой наступает. Жезлом священным чаруя, ты в сон погружаешь живущих, Вновь пробуждаешь потом — Персефона тебе даровала 10 Честь провожать под широкие Тартара своды умерших Души несчастные, им указуя дорогу в Аиде. Мистам, блаженный, пошли средь трудов всеблагую кончину! LVIII. ЭРОТУ (фимиам, ароматы)[572]
Кличу великого, чистого, милого бога Эрота! Меткий, крылатый стрелок, огневой, летучий, проворный. Ты и людьми, забавляясь, играешь, и даже богами, Хитрый затейник, двусущий[573], имущий ключи, что отверзнут 5 Равно и недра, и море, небесный эфир, дуновенья Ветров, — их Рея, родившая все, выпасает для смертных, — Все, что и Тартар широкий хранит, и шумливое море. Все это — дом твой, Эрот, и всем этим ты управляешь. Ныне, блаженный, гряди же на помыслы чистые мистов, 10 Все побужденья дурные, ненужные, прочь отсылая! LIX. МОЙРАМ (фимиам, ароматы)[574]
О беспредельные Мойры, о чада любимые Ночи! Вам, о имущие много имен, я молюсь, о жилицы Области мрачного моря, где теплые волны ночные Полным ключом пробиваются в гроте из дивного камня. 5 К области смертных слетаете вы, над землей беспредельной Мчитесь к кровавому роду людскому со тщетной надеждой^ В тонких багряных своих плащаницах выходите в поле Смертных судеб — а там колесницу свою всеземную Гонит тщеславие вечно, и мчится она постоянно 10 Мимо меты, что поставил уклад, упованье, тревога, Издревле данный закон или власть беспредельно благая. Мойра одна эту жизнь наблюдает — из вышних блаженных, Снежный Олимп населяющих, — боле никто, кроме ока Зевса, что всесовершенно, — и все, что у нас происходит, 15 Ведают Мойра и всепостигающий разум Зевеса. Ныне грядите ко мне, о воздушные, с кроткой душою! Дщери благого отца — о Лахесис, Клото и Атропа! Неотвратимые, неумолимые, вы, о ночные, О вседарящие, о избавители смертных в несчастьях, 20 Мойры, внемлите мольбам — священным моим возлияньям, К мистам грядите, забвение тягот неся благосклонно! LX. ХАРИТАМ (фимиам, стиракта)[575]
Светлые славой Хариты, великие именем дщери Зевса и в складках глубоких одежд Евриномы — внемлите, О, многосчастные, Талия и Евфросина с Аглаей! Радостней матери вы — прелестны, добры и священны! 5 Вечно подвижные, вечно цветущие, смертным желанны, Радости жизни без вас ничто породить не способно — Солнца ли быстрый поток, луны ли сиянье, успех ли Доблести, мудрости ль дело, свершенье ль благое отваги, Жизни надежной стезя иль юности нежные годы, 10 Счастья податели — вы, о дарящие радостью светлой! Будьте к молящим добры и явитесь, им счастье даруя! LXI. ГИМН НЕМЕСИДЕ[576]
Кличу царицу великую я, Немесиду богиню! Многоплеменных людей наблюдаешь, всезрящая, жизни, В радость одной лишь, почтенной, тебе справедливые речи, Ведая стыд, ненавидишь нетвердое, хитрое слово, 5 Смертный люд, налагатель ярма, пред тобою трепещет, Мысли людей заботят тебя, от тебя не сокрыться В общем потоке речей душе, возомнившей чрезмерно — Все ты увидишь и все ты услышишь, и все ты рассудишь! Смертных судить — тебе, о демон из всех величайший! 10 Ныне явись, о блаженная, мистам помощницей вечной, Образ их мыслям даруя благой, устрани, о святая, Злобу, греховность и спесь в переметных и скачущих мыслях! LXII. ДИКЕ (фимиам, ладан)[577]
Око всевидящей Дики пою, сияющей видом, Дики, что, сидя близ трона священного Зевса-владыки, С высей небес наблюдает людей многовидное племя, Должным карает судом нечестивцев, закон преступивших, 5 Все беззаконное к правде ведет, блюдя справедливость, Зримо ей все, что незримо питается мыслями злыми, Ведомо все, что желают свершить нечестивые люди. Дика, единственно ты, напав, воздаешь по заслугам, Враг всем попрателям прав и друг для всех справедливых. 10 Ныне, богиня, по праву ценя наши чистые мысли, Дай, чтоб шли в нашей жизни лишь дни, что ниспосланы свыше! LXIII. ДИКЕОСИНЕ (фимиам, ладан)[578]
О, справедливая к смертным, для всех — многосчастна, желанна, С радостью праведным людям всегда воздаешь по заслугам, О справедливость, всечтимая, с долей счастливой богиня! Ты непорочную совесть всегда направляешь, как должно, 5 Чистыми мыслями, ты же при этом разишь беспощадно Всех, кто к тебе под ярмо не идет, кто умом переметен, Всех, кто с пути уклонился, ты хлещешь бичом преогромным, Миролюбивая, милая всем, ты любишь веселье, Чужды тебе мятежи, ты склонна к устойчивой жизни, 10 Все черезмерное ты ненавидишь, а равенство любишь, Цель благородную доблести мудрость в тебе полагает. Внемли, богиня, караешь ты зло по заслугам у смертных,. Пусть всегда равномерно текут благородные жизни Смертных людей, что в пищу имеют плоды полевые, 15 Равно — живого всего, что держит, собой обнимая, Матерь богиня Земля и Зевс соленого моря[579]. L XIV. ГИМН НОМУ[580]
Кличу небесный Закон — владыку бессмертных и смертных! Звезд разместитель святой, он строгой печатью разметил Землю и берег морской. Возмущениям чуждый, блюдет он Неколебимо основы природы посредством законов, 5 Их с высот привнося, по небу великому ходит, Прочь отгоняя со свистом с пути ничтожную зависть. Он устрояет и смертным достойную жизни кончину, Ибо владеет один он браздами правления жизнью, В мыслях, единственно верных, с пути не свернет он вовеки, 10 И, многоопытный, древний, хранит по законам живущих, Оберегая от бед, беззаконным же — тяжкая кара! О многочтимый, блаженный, податель богатств, всежеланный, Память даруй о себе, о вседобрый, с душой благосклонной! LXV. АРЕСУ (фимиам, ладан)[581]
О некрушимый, о духом огромный, о силой великий Демон, оружья любитель, кого победить невозможно, Смертных людей истребитель и стен городских сокрушитель, В громе доспехов, владыка Арей, обагренный убийством[582], 5 В месиве боя ужасный, ликуешь от пролитой крови, Грубый, лишь меч и копье для распрей тебе вожделенны, Дикую злобу уйми и труд отложи душегубный! Лучше согласно кивни на желанье Киприды[583], сменяя Подвиг оружья на шутки Лиея[584], на дело Деметры, 10 Мира, что счастьем дарит и пестует юность, возжаждав! LXVI. ГЕФЕСТУ (фимиам, манна с ладаном)[585]
Духом могучий Гефест, многомощный огонь безустанный[586]! В пламени ярких лучей горящий и греющий демон! О светоносный, о дланью могучий, о вечный искусник, Часть мирозданья[587], его элемент беспорочный, работник, 5 Всепоглотитель, о всеукротитель, всевышний, всевечный, Солнце, эфир и Луна, и звезды, и свет безущербный — Все это части Гефеста, что так себя смертным являют, Всюду твой дом — и город любой, и племя любое. Ты и в телах обитаешь людских, многосчастный, могучий. 10 Внемли, блаженный, тебя призываю к честным возлияньям, К радостным нашим делам всегда приходи, благосклонный! О, прекрати же огня безустанного дикую ярость, Ты, кто жаром своим естество выжигает из тела! LXVII АСКЛЕПИЮ (фимиам, манна)[588]
