Королева должна умереть

– Очень вкусно. Хочешь?

Он протягивает ко мне руку. Отворачиваю лицо и застаю вопрос в глазах Ланса:

– Гвен, что происходит?

Робко отвечаю любимому:

– Женщине тяжело одной среди грубых воинов. Каждый норовит обидеть.

Ланс берет меня за руку и целует ладонь.

– Он обидел тебя? Скажи мне, и я вызову его на поединок. Скажи мне, Гвен.

Искушение мое столь велико, что признания готовы сорваться с губ. Раскатистый смех полководца отвлекает нас. Одновременно с Артуром сэр Кай хрипло смеется над шуткой младшей сестры. Та улыбается, показывая свои жемчужные зубы. Она облизывает розовым язычком мягкие губы, но взгляд из-под ресниц направлен не на собеседника, а на Ланса. Любимый склоняет ко мне лицо и спрашивает:

– Гвен, может, вернемся в покои?

Я соглашаюсь, предвкушая нашу близость. Представляю, как буду исследовать его тело. Возможно, попробую те вещи, которые служанка проделывала с Артуром. Представляю, как любимый будет выгибать свое тело под моими губами и хрипло стонать…

– Королева, – Мирдин грубо вырывает меня из прекрасных фантазий. – Кого из рыцарей вы хотели бы отправить?

– Куда? – удивляюсь я.

– Как обычно, наша королева вся в девичьих грезах, – вздыхает маг. – У нас есть запрос от соседних королей. Разбойник, который именует себя Красным Рыцарем, собрал отряд и нападает на дорогах, чиня грабеж и разбой. Пострадала дочь одного из королей. Нас просят вмешаться. За вознаграждение.

Замечаю, как слуга подносит Лансу кубок и такой же моей сестре. Проносится неприятная мысль, что мне не предложили напиток, хотя я королева, и мой бокал пуст. Догадка скользит по краю сознания, но голос мага отрывает от раздумий:

– Кого из рыцарей вы отправите к западным землям, чтобы устранить препятствие?

– Какое препятствие? – я не понимаю слов Мирдина.

– Кто из наших воинов поедет сразиться с разбойником? – раздражается маг.

Взгляды воинов устремлены ко мне. Кого отправить? Да откуда мне знать, кто лучше справится с этим разбойником.

– Королева, я готов сразиться с Красным Рыцарем, – важно произносит Ланс, – все подвиги ради моей прекрасной дамы.

Пытаюсь ему возразить. Он и дня не провел со мной. Еще так много надо сказать, так много обсудить. Удивлена его решением.

– Хорошо, мы принимаем твое предложение, – любезно соглашается маг.

Он принимает! Доколе он будет вмешиваться?

Я злюсь и хочу возразить, но Элейн произносит напевным голосом, обращаясь к Лансу:

– Благородный рыцарь, вы же только прибыли из дальних странствий. Вам нужен отдых. К чему торопиться?

Ланс подносит кубок к губам и улыбается сестре:

– Вы правы, прекрасная Элейн. Мне нужен отдых. Отправлюсь через пару дней.

Младшая сестра слизывает капли вина с губ, пожирая глазами моего рыцаря. Понимаю, что для меня трапеза подошла к концу. Поднимаюсь и тяну Ланса за руку:

– Пойдем?

– Я еще не закончил, – отвечает он, не сводя глаз с сестры, – приду позже.

Гордо вскидываю голову и покидаю зал. В коридоре меня перехватывает служанка, хочет показать покои, где разместят сэра Перси с женой. Следую за ней в ту часть замка, где живут рыцари. Прохожу мимо комнат и слышу знакомый голос. Тристан вернулся, но не вышел в зал. Я захожу в комнату, чтобы поприветствовать рыцаря и замираю на пороге. Он сжимает в объятиях принцессу Изольду. От ужаса у меня подкашиваются ноги, и я прислоняюсь к стене. Тристан не вернул принцессу королю Марку. А значит, быть войне…

Спустя полчаса маг Мирдин, я и полководец Артур заседаем за круглым столом в малом зале. Нам нужно решить, что делать с принцессой Изольдой и королем Марком, который непременно объявит войну.

– Опять бессмысленная война из-за женщины, – Мирдин Эмрис злится. – Не рыцари, а сплошь трубадуры. Один тащит жену из дальних стран, другой – крадет невесту у дяди. Сэр Ив до сих пор не встает с постели, хотя рана почти зажила.

– Думаю, он по другой причине не встает с постели, – ухмыляется полководец, – ему Мор мешает встать.

Я краснею, хотя должна привыкнуть к таким шуткам:

– Что будем делать? Король Марк объявит войну. Он не отдаст принцессу и не простит ей побег.

– Я бы тоже не отдал, – жестко отвечает Артур. – Скажи мне, моя Королева, почему же на этот раз я должен вести войска на верную гибель? Армия Марка велика, правда на его стороне.

– Он любит ее, – шепчу, опуская глаза. – Тристан любит Изольду.

– Что? – гневается Артур. – Ради каких-то сопливых сказок о любви я должен умереть? Заметь, Королева, чужих сказок. Попроси своего рыцаря Ланса возглавить войска. Пусть Тристан сражается за свою женщину. Почему я?

– И Ланс, и Тристан будут сражаться. Но войска должен вести ты – наш полководец, – в моем голосе появляется твердость. – Это твой долг.

– Мы это уже обсуждали, – Артур с силой сжимает мою руку. – Я готов сражаться в праведной войне. Когда враг захватил наши земли. Но по прихоти твоих рыцарей или юных дев я не буду убивать своих воинов. Ищи другого полководца. Или плати.

Дрожащим голосом спрашиваю:

– Какова плата?

– Ты знаешь, – произносит воин, и я слышу стальные нотки в голосе. Понимаю, что такой не отступит. – Трон и тебя в придачу в моей постели.

– Мне нужно время, чтобы решить, – я не верю в то, что произношу эти слова.

– Я дам тебе время до утра, – кивает рыцарь, не отпуская мою руку. – Как раз на рассвете Марк пришлет гонца.

С мольбой смотрю на Мирдина, но не могу прочитать его мысли. Я зря пытаюсь найти поддержку, маг всегда на стороне Артура. Мне не у кого просить совета, не у кого искать защиты. Только Ланс. Я должна поговорить с ним. Он должен помочь. Так хочется бросить Артуру корону в лицо, сесть на коня, прижимаясь к сильному телу Ланса. И забыть и полководца, и это Черное Царство. Возможно, утром я так и сделаю. И пусть Тристан сам решает свои проблемы с королем Марком. А Мирдин возрадуется, увидев на троне полководца.

– Дам ответ утром, – я вырываю руку из крепкого захвата и покидаю зал.

В моих покоях уже ждет Ланс. Он не дает сказать ни слова, накрывает губы в требовательном поцелуе. Руки блуждают по телу, задирая подол платья.

– Нет, – с трудом отстраняюсь от возлюбленного. – Нам нужно поговорить.

– К чему разговоры? – шепчет рыцарь, а руки гладят мои обнаженные бедра.

– Ланс, нам надо поговорить, – я отстраняюсь и смотрю на возлюбленного. Как ему сказать, как попросить?

– Женись на мне, забери из царства, – умоляю Ланса, прижимаясь губами к его шее. Чувствую, как он вздрагивает и замирает.

– Гвен, я женюсь. Я уже думал об этом, – вздыхает зеленоглазый воин, и стон облегчения срывается с моих губ. – Но не сейчас. Мне нужно время. Я должен поговорить с Еленой, попросить у церкви развод. Это не будет быстро. И зачем уезжать? Я не посягаю на твою корону и власть. Правь, Гвен, а я буду совершать ради тебя подвиги.

– Какие подвиги, Ланс? – я качаю головой. – Если мы здесь останемся, то мне нужен муж, который разделит со мной бремя власти. Королевству нужен полководец.

– У тебя уже есть полководец, чтобы командовать армией, – возлюбленный злится.

– Уедем, – кричу от отчаяния. – Все бросим, оставим им корону, власть. Забери меня с собой!

– Зачем? – удивляется Ланс. – Здесь твое место. Это твоя судьба. Я не хочу всю жизнь скитаться. Я только обрел дом и узнал свою судьбу. Подвиги – вот мое предназначение. Я буду сражаться за тебя с Красным Рыцарем! Я совершу много славных деяний во имя тебя!

– Соверши лишь одно – не отдавай меня ему, спаси от него, будь рядом, – умоляю рыцаря в отчаянии. И вспоминаю требование Артура разделить с ним ложе за то, что он пойдет войной против короля Марка.

– От кого тебя надо спасать? – непонимание сменятся удивлением и гневом. Ланс больно сжимает мою руку. – Кто он, скажи? Это Артур, да? Ты изменяла мне? Скажи мне, Гвен, что между вами было?

Он напрягся в ожидании моего ответа. Как ему рассказать, что измены не было? И если бы он был рядом, то ничего бы не было. Мой голос дрожит:

– Это не то, что ты думаешь. Я все объясню…

Воин видит замешательство на моем лице, грубо толкает на кровать, а я обессиленно падаю на подушки. Он идет к двери, бросает сквозь зубы слова:

– Я собирался ради тебя оставить жену. Хотел поменять судьбу. Был готов умереть ради тебя. А ты в это время… С ним…

– Ничего не было, Ланс, – мой крик вырывается с рыданиями. – Ничего не было! Не так, как ты думаешь! Только ты! Я готова отказаться от всего ради тебя…

Но возлюбленный не слышит моих слов. Он молча выходит. Закрывает дверь, унося с собой мои надежды и мечты. Я бегу за ним по каменным коридорам замка, умоляю остановиться. Мне безразлично, что воины видят свою королеву в таком жалком виде. Мне все равно, что служанки расступаются, отводя взгляд и пряча улыбки. Я бегу за Лансом, но, спотыкаясь, падаю на колени. Кричу ему вслед:

– Не бросай меня. Ты все не так понял. Ничего не было. Мне нужна защита, нужен муж. Спаси меня…

Слезы капают на каменные плиты, ладони саднит от ушибов.

Шепчу в пустоту:

– Не покидай меня… Люблю… Я все сделаю ради тебя…

Тусклый свет от факелов образует на стенах тени. Они дрожат, будто смеются над слабой, глупой королевой.

Сильные руки поднимают меня с пола, заботливые пальцы вытирают слезы. Слышу голос друга:

– Гвен, не надо плакать. Это не стоит твоих слез. Все можно исправить.

Кладу голову на плечо своему верному рыцарю:

– Ты не понимаешь, Мордред. Ничего нельзя исправить. Для всех будет лучше, если я умру. Помоги мне, прошу. Ночью королева должна умереть, а утром Артур получит корону. А Ланс будет волен в своих поступках. Они освободятся от меня. Навсегда.

Глава 24

Злость питает мою душу и дает силы жить дальше. Если я не могу любить, значит, буду ненавидеть.

Мой верный друг перенес меня в покои и дал настойку из трав. Как ему объяснить, что травы смогут вернуть сон, но не вернут сердце. Он говорит правильные слова: что моя жизнь – слишком высокая плата за чувства, и что не мне решать. Прикрываю веки, делаю вид, что уснула. Но как только Мордред выходит из комнаты, рыдания вырываются из груди. Мне так больно, что не могу дышать. Я не хочу отпускать Ланса. И не готова принять наш разрыв. До сих пор чувствую на губах его поцелуи, ощущаю запах дождя и листвы. Но вихрем проносится воспоминание, как Ланс обвиняет меня в измене. Знаю, он прав. Я глупая и слабая. Не королева, всего лишь женщина. Тот, другой, прикасался ко мне, а я отвечала на его ласки. Ненавижу Артура так же сильно, как и желаю. В нем нет ничего, что я хотела бы видеть в своем избраннике. Ничего, кроме решительности. В Лансе есть все, что я мечтаю видеть в моем мужчине. Все, кроме…

Настойчивый стук вырывает из плена мыслей. Я радостно бросаюсь к двери. Но на пороге лишь воин охраны. Он, опуская глаза, передает мне лист бумаги. С замиранием читаю долгожданное признание: «Жду тебя».

Сердце рвется из груди, словно ночной мотылек к свету. Прижимаю письмо к губам. Он простил. Он ждет. И любит. Я бегу по коридорам замка в легкой тунике, волосы рассыпались по плечам. В коридорах пустынно, лишь верные стражи провожают меня поклонами. В том крыле, где живут рыцари, до моего слуха доносятся мужские голоса и женский смех. Мне тоже хочется смеяться. Перевожу дыхание и рывком открываю дверь.

Я не сразу осознаю, что вижу. Прижимаюсь к стене, закрыв ладонью рот. На кровати обнаженный Ланс, и в его объятиях женщина. Он мощными рывками вторгается в хрупкое тело. Замечаю бисеринки пота на его спине. Хочу подойти и провести пальцем по знакомым, но уже чужим плечам. Хриплые стоны напоминают, что я здесь лишняя. Я не вижу лица женщины, но я знаю ее. Белокурые локоны раскинулись по подушке, нежно – розовый румянец проступает на молочной коже, длинные стройные ноги обхватили бедра мужчины. Она похожа на меня. Ее голос напоминает мой. И в нас течет одна кровь. Качаю головой, словно хочу рассеять туман. Нет, я не буду плакать. И не задам вопрос, зачем он просил прийти. Все кончено. Я бросаю прощальный взгляд на мужчину. Он поворачивает голову, и наши взгляды встречаются. Мой – полный боли и презрения, его – удивленный и растерянный.

Выхожу из комнаты и слышу его хриплое:

– Гвен! Нет! Как…

Завернув за угол, прижимаюсь спиной к стене. Мне холодно. Только сейчас замечаю свои босые ступни. Странно, но я ничего не чувствую. Боги, и ради такого, как он, я хотела отдать корону и желала принять смерть? Закрываю глаза и сползаю по стене. Мне кажется глупым то, что он выбрал Элейн. Надо было брать Гвин, у нее больше опыта. Жаль, что он не посоветовался со мной. Обхватываю колени руками. Хочется сжаться, быть невидимой, стать никем. Неожиданно крепкие руки подхватывают меня, будто я невесомая. Не хочу открывать глаза. Я прижимаюсь к твердой груди. От мужчины пахнет вином и мятой. Странно, я знаю этот запах. Но не помню. Меня бережно кладут на постель, накрывают ноги теплой шкурой.

– Не плачь, не надо, – слышу знакомый голос полководца.

Почему именно он? И сейчас?

Вижу, как черноволосый воин склонился ко мне. Он с тревогой всматривается в мои глаза, гладит рукой по волосам.

– Мне не нужна твоя жалость, – шепчу с презрением и отталкиваю его руку.

– Думаешь, это жалость? – удивляется он.

– Нежность – тем более не нужна, – резко отвечаю ему и отворачиваюсь.

Что-то меняется в его лице, наконец-то слышу знакомые интонации:

– Ты же знаешь, я не способен на такие чувства.

Самоуверенный и высокомерный. Смогу ли я стать такой же? Смогу ли я ничего не чувствовать? Самое время проверить.

– Я согласна… – ком в горле мешает говорить, слезы застилают глаза.

Злость питает мою душу и дает силы жить дальше. Если я не могу любить, значит, буду ненавидеть.

С трудом продолжаю:

– Я согласна на твое предложение. Но я не буду делить с тобой ложе. Корону – забирай, но не меня.

Его лицо так близко, ощущаю дыхание на своих губах:

– Хорошо. На рассвете мы принесем клятвы. А сейчас – спи.

Артур резко отстраняется, а я удивлена. Он так легко сдался. Приподнимаюсь на локтях – хочу увидеть его взгляд, прочитать его мысли. Но рыцарь уже выходит из комнаты. А я только сейчас понимаю, что это не мои покои. Мы в спальне Артура. Он оборачивается и бросает мне:

– Я не буду тебя принуждать, раз не хочешь. А коль захочешь – придешь сама.