Королева должна умереть

– Нам пора, – бросаю я рыцарям.

С монахами не прощаюсь, не заслужили такой чести. Полководец следует за мной, по пути забирает подарок. Кай подмигивает монахам и шепчет:

– Она не в духе. Война, всю ночь не спала, а женщинам отдых нужен. В мужских руках…

В полном молчании мы едем обратно, и, когда настигаем наши войска, я присоединяюсь к Мордреду. Вижу, как Артур бросает на меня колючие взгляды. Полдня пути до замка Дал Риады даются мне тяжело. Проезжаем небольшие поселения по дороге к черному замку, народ приветствует нас, как победителей. Приветствуют Артура. Как бы я ни старалась, как бы не использовала свою магию, как бы ни рисковала своей жизнью, для них я навсегда останусь пришлой эльфийской выскочкой.

Врываюсь в свои покои и замечаю, что на стене висит новый гобелен, расшитый золотом. На кровати – туника из тонкой ткани с искусной вышивкой по лифу и подолу. Служанка Артура поработала на славу. Вода в железной лохани холодит кожу. Так хочется спать, но вспоминаю монахов, их клятву верности новому королю. Да еще сестер, что ждут меня на ужин. Я никому не дам повода усомниться в моей власти. Надеваю легкую нарядную тунику, оставленную служанкой, тонкие чулки и удобные матерчатые туфли. Мягкая ткань платья приятно соприкасается с кожей, но тело жаждет иных прикосновений. Вспоминаю о Лансе, о его ласковых и сильных руках. Самое время отведать яства и послушать менестрелей – это отвлечет меня от непрошенных мыслей.

В малом зале накрыт круглый стол. Маг Мирдин и рыцари приветствуют нас с полководцем. Сестры сидят рядом с верховным жрецом, младшая поджимает губы – ей явно не нравится компания мага. Не успеваю об этом подумать, наш маг высокопарно изрекает:

– Мне было видение. Две змеи схлестнулись, изо рта вырвалось пламя и ужалило воина в руку, отметив Избранного. Это великий дар. Тот, кто примет огонь змеи – станет истинным правителем Дал Риады и твоим мужем.

– Один муж уже не выдержал мой яд, ты хочешь и второго убить? – я говорю так тихо, что только маг меня слышит.

– Не знаю, что с твоим великим даром, но монахи мне преподнесли в дар превосходный меч, – ухмыляется Артур.

Мирдин выгибает бровь, а полководец продолжает:

– Я забрал из наковальни меч великолепной работы, монахи назвали его Ко… Ка… не столь важно. Главное, они отдали его без мзды.

– Где он? – произносит маг, и его голос дрожит.

– Не думал, что ты так интересуешься оружием, мой друг, – ухмыляется Артур и с жадностью вгрызается в свиную ногу.

– Распорядись принести, – настойчиво просит верховный жрец.

Артур кивает и жестом приказывает рыцарям внести меч.

Мирдин вскакивает из-за стола и берет ножны, бережно проводит пальцами по золотой рукоятке со змеями. В тот момент, когда он достает клинок, возникает видение: пасти рептилий извергают пламя. Восхищенные крики рыцарей не дают мне услышать голос Мирдина. Тот читает надпись на клинке, я слышу его мысли:

– Кто достанет сей меч из камня, тот и есть избранный Богом король.

– Что это значит? – похоже, полководец тоже умеет читать мысли Верховного.

Мирдин переводит взгляд на меня, затем на Артура:

– Это священный меч Каледфолх, что с древнего валлийского означает «молния». По преданию он выкован на острове Авалон. Меч многие столетия хранился в монастыре монахов-кузнецов. Тот, кто достанет меч из камня, будет истинным королем объединенных земель. Все, как в моем видении. Две змеи переплелись телами, и из пасти вышло пламя. Огонь опалил воина. И раздался глас: «Это истинный ваш король».

Мирдин с благоговением передает меч Артуру, воины смотрят на полководца с восхищением. А черноволосый рыцарь переводит насмешливый взгляд на меня. В голове раздается его голос:

– Я же говорил, что буду королем. Смирись. Это судьба.

Я постоянно слышу слова о судьбе и смирении. Если бы смирилась, то сгорела бы на костре. А он бы смотрел на мои тлеющие кости. Сжимаю кулаки и гневно кричу им:

– Такие грозные рыцари, а до сих пор верите в глупые сказки. Я ваша королева перед Богом и людьми. Я, а не Артур. Дождитесь сперва моей смерти, а затем выбирайте себе нового короля.

Вижу удивление в глазах старшей сестры и насмешку в глазах младшей. Понимаю, что дала слабину. Разворачиваюсь и покидаю зал. Слезы душат меня. Мне не нужны эти чертовы земли. Не я выбирала судьбу и корону. Но я не заслужила презрение рыцарей. Если бы Ланс увез меня, я бросила бы им корону в лицо. Делаю шаг в комнату, собираюсь захлопнуть дверь, но сильное тело прижимает меня к стене. Артур хватает мои запястья и поднимает руки над головой.

– Пусти, – я злюсь, и моя магия поднимается волной.

– Ты не сбежишь от меня, глупая девчонка, – властно произносит воин.

– Тебе было мало моего унижения, ты пришел посмеяться мне в лицо? – пытаюсь вырваться из захвата. – Давай, глумись! Унижай еще больше.

Мозолистые пальцы прикасаются к моему лицу.

– Все не так, моя Королева, – молвит он. – Я не обижу тебя. В тебе горит огонь, я могу его погасить. Только попроси.

Я жажду его прикосновений. Хочу его и ненавижу.

Черноволосый рыцарь медленно проводит языком по моим губам, чувствую терпкий аромат вина. Он прикусывает зубами мою нижнюю губу, а я выдыхаю свое «нет».

Воин лишь хрипло смеется:

– Почему твое «нет» звучит как «да», моя Королева?

Не успеваю возразить. Умелые пальцы гладят тонкую ткань платья, лаская грудь. Он просит:

– Отпусти себя. Дай огню разгореться.

– Нет, – умоляю его.

Или умоляю себя?

Его рот накрывает мои губы во властном поцелуе – ни капли нежности. Настойчивые пальцы зажимает мой затвердевший сосок сквозь ткань. Мне больно, но мне нравится эта боль. Она говорит о том, что я все еще жива, чувствую и желаю. Артур отстраняется и резким движением разворачивает меня лицом к стене. Щекой прижимаюсь к холодному камню и не успеваю возразить. Рыцарь сминает тонкую ткань туники. Прохладный воздух бежит по коже. За ним следует широкая ладонь, которая скользит вверх по ноге. Нет, я не хочу так. Не позволю взять меня у стены, словно рыночную девку. Пытаюсь вырваться из захвата его рук, но воин сильнее придавливает меня к стене. Для такого, как он, взять женщину силой – обычное дело. Он не думает о том, что я королева. Понимаю, что уже не убежать. Остается только терпеть и… думать о том, как я прикажу бросить его в темницу. Как отправлю на плаху… Как увижу боль в черных глазах… В этот момент его пальцы касаются моего лона, и я не могу больше думать, тело предательски отзывается на ласку. Слышу его хриплый голос:

– Ты ждешь меня. Такая влажная и такая нежная, словно шелк.

Замечаю, что он давно не держит меня. Пальцы выводят круги на чувствительной коже, то надавливая, то отпуская.

– Да… еще… сильнее, – прошу его.

– Как прикажешь, моя Королева, – рычит воин, и его пальцы резко врываются в узкое лоно.

Я откидываю голову на его грудь, а он хрипит:

– Произнеси мое имя.

– Нет, – мой ответ похож на протяжный стон.

Его язык скользит вдоль шеи к ключице. Приятно, но мне нужно больше. Он будто ловит мои мысли, и его пальцы двигаются быстрее. Чувствую, как по телу проходит дрожь.

– Да, – мой крик отражается в тишине комнаты.

Он прекращает движения. Хорошо, что в темноте не видно лица. С моих с губ срывается стон отчаяния.

– Имя, – требует воин.

– Прошу тебя, – мне тяжело умолять, но я смирила гордыню.

Ноги подгибаются в коленях, спиной я чувствую напряженное тело рыцаря. Большим пальцем он гладит набухший комок плоти, но тут же останавливается.

– Мое имя, – шепчет Артур.

И я сдаюсь:

– Пожалуйста.

Жадный рот накрывает мои губы, пальцы воина ласкают лоно внутри. Глубже, быстрее. Тело пронизывают тысячи молний. В тот момент, когда он сильнее сдавливает мою ноющую плоть, я признаю свое поражение, выдыхая ему в губы:

– Артур.

Он держит мое обмякшее тело в крепком захвате, на мгновение я теряю сознание. Сильные руки подхватывают и несут на кровать. Он стягивает с меня роскошную тунику и накрывает мягким покрывалом. Рыцарь прикасается к губам, не целуя:

– Думай о том, что могут сделать с тобой мои руки. И мечтай о том, что сделают с тобой мои губы. Шепчи мое имя во сне, как молитву, моя Королева.

Я не успеваю ему ответить, потому что он резко отстраняется и уходит. Мне хочется прокричать, что я не буду шептать его имя. И я вовсе не собираюсь думать ни о крепких руках воина, ни о его властных губах. И что он последний, о ком я буду думать. Но вместо этого прикрываю веки и вижу черный, как ночь, взгляд рыцаря. Чувствую настойчивые губы. И шепчу во сне, как молитву, что мне нужен мой Ланс, чтобы развеять этот безумный морок.

Глава 22

Ютэр знал о пророчестве. Не знал лишь о том, что не о нем оно было.

Мирдин Эмрис изучает в своей комнате древние свитки. Много дней подряд он ищет решение, просит богов, призывает артефакты дать ему знак. Но магический шар молчит, пророческие сны не посещают мага, и сейчас он, словно простой смертный, ищет ответы на свои вопросы в книгах. Как же ему привести на трон Дал Риады законного наследника? Как убрать пришлую королеву?

Мирдин вспоминает, как ему было пятнадцать. Именно тогда он услышал Голос. И Голос призвал его служить королю. Нравился ли ему Ютэр? Это не имело никакого значения. Мирдин знал, что пришел в Дал Риаду не ради Ужасного Короля. Жрец вспомнил, как Ютэр принял его и сразу признал магию сильнейшего. И первым желанием Черного Короля была победа не над врагом, а над королевой Игрэйн. Странно было видеть, как жестокий и похотливый король возжелал единственную из женщин, которую не мог получить. Он был готов идти войной на короля Голройса и силой забрать жену. Но в то время армия Ютэра не была так сильна, как сейчас. И Голройс был равным противником. Мирдин согласился помочь Ютэру, но поставил единственное условие. Король сможет провести хоть все ночи с Игрэйн, но отдаст магу ее сына. И Король согласился. Мирдин помог Ютэру принять облик Голройса. Пока истинный правитель сражался в многочисленных войнах, Ютэр под его личиной приезжал к королеве и страстно любил. Игрэйн, как и предсказывали Мирдину звезды, зачала долгожданного сына. Маг думал, что спустя время король успокоится и забудет чужую жену. Но Игрэйн стала наваждением для правителя Дал Риады. Он по-прежнему брал других женщин силой, но грезил лишь о королеве Игрэйн. Обезумевший от страсти Ютэр все же сразился с Голройсом, убил противника у стен замка Тинтагиль и забрал его земли. А вместе с чужим царством забрал королеву и ее детей. Король Дал Риады признал двух дочерей Голройса – Моргаузу и Мор, а своего сына Артура, как и обещал, отдал Мирдину.

В тиши покоев маг вспоминает, как передал ребенка на воспитание сэру Эктору. У того уже рос крепыш Кай. Мирдин знал, что в чужой семье Артуру будет лучше. Там он сможет сохранить чистоту души. Так все и было до тех пор, пока Артуру не исполнилось четырнадцать. Игрэйн умерла во время очередных родов, и Ютэр словно обезумел. Он приказал избавиться от ребенка, он взял силой старшую дочь жены Моргаузу, потому что та была похожа на мать. И король нарушил обещание, данное магу – вернул Артура ко двору. Произошло то, чего и боялся Мирдин. Артур увидел жестокость и разврат, царивший во дворце. И пусть его душа не впитала грязь, но тело не смогло противиться пороку. С каждым днем наследник престола уподоблялся отцу. Король делил с ним женщин и соперничал в бою. Мирдин помнит, как при дворе стали замечать схожесть Артура с королем. Это стало разжигать ненависть Ютэра к верному рыцарю.

Эльфийская принцесса очень вовремя подоспела со своим ядом. Она думала, что Ютэр не простит ей уродства. Глупая. Король лишь потому ее и выбрал. Ему не нужны были наследники. Только юное тело, чтобы согреть постель, и эльфийская магия, чтобы побеждать в сражениях. Ютэр знал о даре Гвенвифар. Он мечтал завоевать новые царства и стать великим королем, согласно пророчеству. Ибо: «…придет в царство Дал Риады истинный король. Тот, что завладеет мечом. Тот, что объединит под своими знаменами все земли. Тот, что будет прославлен потомками». Ютэр знал о пророчестве. Не знал лишь, что не о нем оно было.

Маг трет пальцами амулет на шее и шепчет заклинание. Он все еще надеется, что камень заговорит с ним. Мирдин Эмрис знает, что Артур избран богами. Но если раньше на пути к трону стоял Ужасный Король, то сейчас – эльфийская королева. Как избавиться от девчонки? Боги покровительствуют ей. Когда на площади маг увидел стихийную магию королевы, он вопрошал у богов, почему таким редким даром наградили ее? К чему глупой королеве сильная магия? Но позже он решил, что эта сила поможет Артуру завоевать земли и стать избранным королем. Вначале маг не хотел вмешиваться и использовать заклинания, он был уверен, что Артур сумеет забрать и женщину, и корону. Но появился Ланселот. Эмрис думал, что это простое влечение юного тела – мимолетная страсть пройдет, и королева одумается. Но сейчас Мирдин видит, как его планы рушатся. Сэр Ланселот не стал избранником чаши, как показывали ему руны. Рыцарь вновь возвращается в Дал Риаду. И юная королева может сделать неправильный выбор. А король Ланс не входит в планы мага. Все предопределено богами, но маг знает, что иногда взмах крыла бабочки может изменить ход истории.

Жрец тяжело вздыхает. Должно же быть какое-то решение. Взгляд мага скользит по окну, и он видит вдали знакомый силуэт. Темные одежды скрывают незнакомку от постороннего взгляда. Но он знает ее. Интересно, куда так торопится королева? Одна под покровом темноты?

Мирдин берет черный плащ, накрывает лицо капюшоном и торопливо покидает свою обитель. Он скрывается за пологом тишины и магии. Воины, охранявшие крепость, не замечают тень и пропускают мага за ворота замка так же, как и королеву. Он бесшумно двигается за ней по тропинке. Думает, что она спустится к морю. Это ведь ее стихия. Но королева удивляет Эмриса и сворачивает в лес. В темноте за деревьями он едва различает девичий силуэт. В дремучей чаще леса неожиданно появляется поляна, а за ней озеро в свете луны и звезд. Маг наблюдает за тем, как дева снимает плащ, и он замирает. Под нехитрой одеждой скрывается прекрасное нагое тело. Кожа отливает серебром в лунном сиянии. А волосы девы струятся по спине, прикрывая соблазнительные бедра. Да, Ютэр умел выбирать женщин. У королевы стройные ноги, тонкая талия, высокая грудь. Дева поднимает руки к небу и шепчет древнее эльфийское заклинание. А Маг не может отвести взгляда от белоснежных холмиков с затвердевшими от холода вершинами. Мирдин тихо стонет от того, как болезненно ноет в паху. Ему не нравится пришлая выскочка, но он мужчина. Пусть не такой молодой, как рыцари, но пятьдесят – это не возраст для мага. Он хранил себя много лет, копил магическую силу, не позволяя себе тратить энергию на женщин. Но сейчас маг не думает о магии и пророчестве – его волнует лишь эта женщина.

Его слегка удивляет то, что в свете луны волосы эльфийки кажутся темнее, кожа – чуть светлее, а сама она – выше ростом. Какая прекрасная иллюзия. Из дум его выводит нежный напевный звук, что исходит из озера. Ангельские голоса зовут королеву, и она медленно входит в воду. Ее тело излучает необычное сияние. Маг удивляется тому, что эльфийка не плывет, а идет по воде, медленно спускаясь все ниже и ниже. А когда вода накрывает ее с головой, маг беспокоится. Он выходит из укрытия и всматривается в поверхность озера. Замечает, что в центре появляется странное свечение, оно кругами расходится по воде. Неожиданно из воды поднимаются руки девы, затем ее прекрасное тело. Она парит все выше и выше, а из озера вырываются огненным потоком светящиеся бабочки. Они мерцают, как волшебные жучки, летая вокруг королевы. Мирдин слышит шум крыльев и нежные голоса. Он подходит ближе и замирает от восторга – это не бабочки или диковинные жуки, это лесные и озерные элементали. Дева кружится в воздухе вместе с ними и заразительно смеется, когда маленькие магические существа щекочут крыльями ее обнаженную кожу. Маг с удивлением понимает, что Гвенвифар обладает не только стихийной магией, но и озерной. Редкая магия, что не несет особой пользы обладателю, но делает его схожим с эльфами. Издревле девы с подобной магией являются хранительницами озер и лесов. Этой, видимо, не хватает общения со своими маленькими сородичами. Поэтому и бегает из замка на озеро под покровом ночи.

Плеск воды возвращает мага мыслями на землю. Он замечает, что дева выходит из озера и делает шаг в его сторону. Но, благодаря магическому покрову, она его не видит.

Девушка проходит рядом с тем местом, где стоит маг. Он рассматривает капельки воды на груди и плечах, чувствует нежный возбуждающий аромат. Маг готов пасть на колени и просить королеву подарить поцелуй. В этот миг дева поворачивает к нему прекрасное лицо, и Мирдин понимает, что это не королева, а ее старшая сестра Гвин. Та бесцветная птица в серых одеяниях с туго стянутыми в косы волосами. Маг прижимает руку к груди. И все барьеры, что он строил эти годы, падают. Он должен обладать девой. Завладеть ее телом, забрать душу, впитать ее магию. Верховный жрец видит, как сестра королевы набрасывает на плечи накидку и уходит по тропинке в сторону крепости. А маг падает на колени и шепчет: «Сестры… Ее сестры». Боги услышали его и дали знак. Со своими желаниями он разберется позже, а сейчас пора бы заняться делом. Теперь он знает, как может одолеть юную королеву. Она сама придет к Артуру и предложит и себя, и корону. Нужно лишь собрать травы, поговорить с ее сестрой и дождаться из дальнего похода рыцаря Ланселота.

Глава 23

Королева должна умереть, и утром Артур получит корону. А Ланс будет волен в своих поступках.

Я лежу в темноте и чувствую нежные прикосновения к лицу. Все, как тогда в шатре. Я заснула, а Ланс снимал поцелуями мою усталость. Как бы я хотела, чтобы мой сон оказался явью, чтобы губы любимого стерли воспоминания о ненавистных ласках черноволосого воина. Я устала бороться с собой. Шепчу, как заклятие, что мне нужен мой Ланс, а из глаз текут слезы.

Ласковые губы тут же подбирают слезинки с лица. Слизывая соленую влагу с моих губ, язык настойчиво проникает в рот. Я пускаю захватчика, разрешая исследовать глубины. Но я не успеваю насладиться поцелуями ночного незнакомца. Его губы двигаются от подбородка к шее, нежно лаская яремную ямку, спускаются к ключице. Я замираю в предвкушении. Широкая ладонь откидывает покрывало, гладит грудь и живот. Чувствую легкий ветер, холодящий кожу, и теплые прикосновения. Выгибаюсь, подставляя тело рукам и губам. И получаю свою награду. Рот незнакомца накрывает набухшие вершины, то прикусывая зубами, то прикасаясь языком. Он продолжает терзать своей лаской. Какая сладкая истома. Какое долгое и тягучее наслаждение. Сильные пальцы сжимают вершину груди, превращая нежный бутон в твердую горошину. Настойчивые губы двигаются ниже, лаская каждый миллиметр кожи. Привычным движением рук ночной захватчик разводит мои бедра. Предстаю перед ним нагая и открытая для смелых ласк. Я смущаюсь, но вспоминаю, что это всего лишь сон. А во сне я могу не бояться своих фантазий. Здесь мне нечего стыдиться. Я хочу потакать своим желаниям, подчиняться им и мечтать о большем. Вздрагиваю, когда ненасытные губы касаются моего лона, и теплый язык скользит по влажным складкам. Каждый раз краснею, когда представляю все так, как сейчас. И каждый раз забываю, как дышать, когда требовательные губы накрывают набухшую плоть и целуют сокровенное то настойчиво, то нежно. Это так похоже на моего Ланса. Я мечтаю оказаться в его объятиях. Вспоминаю его сильные руки и глаза, в пронзительной зелени которых хочу раствориться. Чувствую дыхание, ощущаю прикосновения – такой реальный сон. Полностью отдаюсь своим чувствам, и горячая волна расходится по телу. А когда настойчивый рот незнакомца сильнее втягивает мою плоть, мир взрывается искрами. Любовник гладит мои бедра, разводит их шире и, приподнимаясь надо мной, рывком входит, наполняя и растягивая лоно. Он резко, толчками двигается во мне, влажная кожа ночного захватчика соприкасается с чувствительными вершинами груди. Нетерпеливый рот закрывает мои губы в голодном поцелуе. Слышу хриплый мужской стон, язык повторяет движения бедер – настойчиво, дерзко. Я льну к нему всем телом и уже обессилела от напора его страсти. В следующий миг, когда незримый любовник резко толкается в меня, придавливая ноющую плоть, я кричу: «Ланс!». И слышу ответный стон: «Гвен!».

Ощущаю, как он застыл во мне, дрожь сотрясает тело, теплая влага разливается по моим бедрам. Я просыпаюсь, но боюсь открыть глаза. Боюсь увидеть чернеющий взгляд и застывшую в нем ненависть. Но знакомый голос вновь произносит: «Моя Гвен». И сердце бьется радостной птицей в груди, счастливая улыбка растекается по лицу. Шепчу в ответ: «Ты приехал, мой Ланс, я так скучала». В темноте различаю знакомый абрис лица, целую колючий подбородок.

– Моя Гвен, и я скучал. Не могу без тебя. Мне совсем не важно, что будет с твоей короной и царством. Украду тебя, увезу. Только моя…

Жаркие признания любимого разливаются по венам живительной силой. Горячее дыхание ласкает кожу. Именно этих признаний я ждала от него. Теперь можно отдать корону Мирдину. Она мне больше не нужна. Пусть выбирают нового короля.

Утром мы с Лансом входим в малый зал, держась за руки, не отрывая друг от друга глаз. Мое сердце наполнено любовью. Вижу гневный взгляд Артура, недоуменный взгляд старшей сестры, интерес в глазах младшей. Все уже сидят за большим круглым столом в ожидании королевы. Маг Мирдин молвит первым:

– Сегодня ко двору прибудет сэр Тристан. Он доставил королю Марку невесту, вознаграждение мы получили.

Я киваю, и мое сердце сжимается от воспоминаний о Тристане и Изольде. С горечью понимаю, что дала не тот совет своему рыцарю.

– Сэр Перси прибудет ко двору со своей молодой женой леди Бланш. А сэр Галахад провозглашен королем. Теперь нам нужен новый рыцарь.

Ланс сжимает мою ладонь, он рад за сына и одновременно печалится от разлуки с ним. Нехотя отрываю взгляд от любимого:

– Какие есть предложения, рыцари?

Они молчат, погрузившись в раздумья.

– Предлагаю своего брата Говейна, – слышу голос Мордреда. – Ему семнадцать, он мой оруженосец. После неудавшейся войны Лота с Дал Риадой он решил служить тебе, королева Гвен.

Я обвожу рыцарей взглядом. И вновь молчание. Ну, раз других претендентов нет, подойдет и сын Моргаузы. Но она не простит, что помимо старшего сына и брата я забрала еще одного сына.

– Я согласна, – киваю Мордреду.

– Но, королева, – возражает маг Мирдин, – юноша еще слишком молод. И он сын Моргаузы.

Как же меня злит верховный жрец. На все у него есть свое мнение.

– Я тоже слишком молода, но уже ваша королева. А то, что он сын Моргаузы, так ваш полководец – ее брат. Что с того?

Я с вызовом смотрю на мага. Он поджимает губы, отворачивает голову и переглядывается с моей старшей сестрой Гвин. Маг нашел благодатную почву. Эта девица всегда готова осудить, даже в детстве она не одобряла моих поступков. Но я благодарна ей за то, что она спасла мне жизнь. Только сейчас обращаю внимание, что младшая Элейн вновь сидит рядом с Каем в кресле отсутствующего сэра Перси. Грубый воин смотрит на нее жадным взглядом, а Элейн кокетливо улыбается моему Лансу. Она поправляет прядь волос на шее, невольно ее пальцы гладят грудь, играя кружевом на лифе. Чувствую, как возлюбленный замирает. Мы встречаемся с ним взглядом, он шепчет мне:

– Кто эта дева? Вы так похожи!

Вздыхаю:

– Моя младшая сестра Элейн. Она предназначалась Ютэру, но король выбрал меня.

– Я тоже выбрал тебя, – он щекочет дыханием кожу на щеке, и тепло вновь разливается по телу, собираясь внизу живота.

Слышу, как черноволосый полководец хмыкает. Он слышит наш разговор? Или читает мысли? Артур наливает вино в мой бокал, склоняется к другому уху и шепчет:

– А я бы попробовал с двумя сестрами.

Резко одергиваю руку от кубка, расплескав вино по столу. Вижу, как Артур подбирает капли и проводит пальцем по своим губам: