Месть. Горькая трава полынь. Книга первая.

Цепко впившись взглядом в оседлавшую НарКасса блондинку, царь вопрошающе вскинул бровь. Все в Арум-Рисире знали, что Магрид не терпит неподчинения и не любит повторять свои вопросы дважды, но незнакомка либо этого не знала, либо ей было наплевать. Касс почему-то решила, что скорее второе, потому-то аура женщины полыхнула алым, выдавая её крайнее недовольство и злость.

- Я тебя спрашиваю! – раздраженно рявкнул на женщину царь. – Какого Раннагарра здесь творится?

У Касс подкосились колени, язык намертво прилип к нёбу, и вместо того, чтобы сказать хоть слово, она конвульсивно хлопнула губКасс, окончательно растеряв все свое мужество и красноречие. Зато не растерялась голубоглазая воительница.

- Полы мою, - схватив НарКасса за волосы, она демонстративно повозила его лицом о каменные плиты, а затем, вызывающе нагло вскинув подбородок, бесстрашно посмотрела в наливающиеся кровью глаза царя: – Что, не видно?

Никто не позволял себе говорить с Магридом в таком пренебрежительном тоне. Касс хотелось расплакаться: её отважную защитницу убьют либо бросят в темницу за такое поведение. Женщина продолжала откровенно дерзить и хКассть великому эрлу. Кассрэль хотела встрять в её перепалку с царем и как-то сгладить ситуацию, но незнакомка внезапно выдала такое, отчего у всех присутствующих раскрылись рты и глаза полезли на лоб.

- Иди отсюда, пока я твою голову орку в задницу не засунула! - гаркнула на Магрида она.

- Что?!! – Магрид, кажется, и сам растерялся от такого заявления, потому что вид у него при всей его взвинченности был довольно комичный. С отвисшей челюстью челядь видела монарха впервые. - А ну, встать! – быстро пришел в себя он.

- А ну?! – угрожающе прищурилась блондинка: - Иди ежиков дрессируй, им и будешь нукать.

А вот теперь незнакомка подписала себе смертный приговор и ни одна живая душа в Аххаде помочь была ей не в силах. Как же жалела Касс в этот момент, что не может обернуться гидрой, как Эстэ, чтобы встать на защиту той, кто, не раздумывая, бросилась ей самой на помощь.

- Взять ее, - повелительно прорычал царь, указав на зарвавшуюся незнакомку.

Дворцовая охрана, сорвавшись с места, ринулась к ней со всех ног, и Кассрэль отчаянно зажмурилась, не в силах смотреть на то, что произойдет дальше.

- Все назад! – громогласный приказ перекрыл своей мощной амплитудой все посторонние звуки, и вокруг внезапно стало абсолютно тихо, так, словно все провалились куда-то в Раннагарр.

Открыв глаза, Кассрэль невольно вздрогнула. Может быть, она просто привыкла к тому, как выглядит в обороте отец, и поэтому не считала его гидру чем-то ужасным, а вот темная армия монстров, вылезшая из тела маршала Аххада внушала ей гипнотический страх, а еще больше пугал возвышающийся за ними сам зеленоглазый нелюдь, раздавшийся в спине и плечах и теперь выглядевший ничуть не краше лежащего на полу орка.

– Не советую приближаться к моей жене, - очень спокойно он предупредил дворцовый конвой, и было в этом его спокойствии что-то такое пугающее, отчего разом захотелось стать лестницей, колонной или на крайний случай одной из скульптур Арум-Рисира.

Вымораживающий тон герцога возымел действие. Испугано отступив назад, стража сейчас с еще большим потрясением смотрела на жену любимчика царя - Кассэля дель Орэна, так и не соизволившую отпустить орка и подняться с пола.

- Дорогая, я же просил тебя хотя бы несколько минут ничего рукКасс не трогать, - голос маршала мгновенно смягчился и стал как у родителя, ласково журящего нашкодившего ребенка. - Брось его. Сейчас же! - строго нахмурился он, но Касс показалось, что в зеленых глазах нелюдя промелькнуло отнюдь не недовольство, а какая-то шальная искра озорства.

Резким ударом орочьей головы об пол, жена маршала отключила НарКасса, а потом, победно поднявшись над ним, демонстративно отряхнула ладони.

- Бросила! – женщина чарующе улыбнулась, обведя довольным взглядом всех вокруг, и аура её стала переливаться, словно радуга.

Кассрэль следовало бы догадаться сразу, кто эта воинственная блондинка. О гордом и своевольном маршале Аххада по Азаандару ходили легенды. Именно его Магрид Великий любил как родного и считал своим сыном. Только герцогу Оттону позволялось сидеть в присутствии царя, перечить царю и повышать на царя голос. Неудивительно, что и жену он нашел себе под стать. Эти двое были так похожи по духу и тому мощному магнетизму, который они оба излучали, что Касс даже стало немного завидно. Ей уже не суждено встретить кого-то, кто был бы таким точным и ярким её дополнением – её любимой половинкой и её судьбой.

Глава 9

Свет сотен светильников слепил глаза, от громкой музыки гудела голова, а пестрые наряды разодетой знати Аххада несказанно раздражали мрачно взирающего на всеобщее веселье НарКасса. Находиться здесь после пережитого унизительного поражения было равносильно медленной и изощренной пытке. А самое ужасное, что его собственный отец запал на чокнутую жену маршала, и теперь, буквально выдрав её из рук эльфа, танцевал с ней зажигательный танец, изливая на герцогиню максимум своего обаяния.

Резкий кашляющий звук заставил НарКасса отвести взгляд от танцующих по залу пар. Опустив голову, он обнаружил стоящую прямо перед ним девчонку, которая раскрыв рот разглядывала его с каким-то очень странным выражением на лице. Дети в Аххаде реагировали на орков довольно специфично: либо убегали в страхе, либо начинали жутко орать. Закономерно предположив, что кудрявое недоразумение сейчас тоже начнет рыдать и звать маму, Касс приготовился к истерике, но вместо неё неожиданно для себя услышал совершенно невероятное:

- Потанцуем?

- Что? – потрясенно выдавил из себя Касс.

- Мало того, что недоорк, так еще и глухой, - буркнула девочка, раздраженно сдув с лица выбившуюся волнистую прядку волос. – Потанцуем? – вдруг заорала она так громко, что у НарКасса заложило уши.

Удивленно приподняв брови, Касс со смесью недоумения и растерянности смотрел на пригласившее его на танец чудо. Долговязая, плоская и угловатая, как все подростки, девочка выглядела немного смешно и нескладно, учитывая, что платье, которое она на себя надела, лишь подчеркивало её худобу. Сложно было угадать за её совершенно не оформившейся фигурой, в какую женщину она превратится со временем. Взгляд притягивали только огромные, на пол-лица серебристые глаза. Было в них что-то невероятно чистое и наивное, отчего обижать девочку и грубить ей НарКассу сразу же перехотелось.

Глядя в счастливое раскрасневшееся девичье личико, Кассу вдруг впервые за все время пребывания в Аххаде захотелось улыбаться. Смешной и нескладный подросток стал первым человеком при дворе, отнесшимся к нему с радушием и сердечностью. А поскольку у Касса с собой ничего не было, чем бы он мог отблагодарить девочку, он просто поцеловал её в щеку.

- Спасибо тебе, малышка, - ласково надавил пальцем на кончик носа забавной крошки Касс. – В следующий раз, когда буду в Азаандаре, обязательно приглашу тебя на танец.

- Я не малышка, - девочка закусила губу, пристально вглядываясь в глаза НарКасса, – я Касс, можно просто Эстэ.

НарКасс не выдержал и широко улыбнулся, протягивая девчонке руку.

- Касс. Для тебя всегда только Касс.

Тоненькие пальчики доверительно легли в ладонь орка, а потом сжали её неожиданно крепко для такой тщедушной крохи.

- А ты сильная, Эстэ, - шутливо подмигнул девчонке НарКасс. – Рад был знакомству, но мне надо вернуться в бальный зал, - парень указал взглядом в сторону потайной двери. – Поможешь?

Касс еле слышно вздохнув, кивнула головой и, дойдя до стены, вдруг спросила:

- А ты огров когда-нибудь видел?

НарКасс невольно усмехнулся. Девчонка была невероятно смешной. Интересно, огры ей зачем понадобились?

- Видел, конечно, - не сводя с Эстэ глаз, сообщил Касс. – И не только…

- Давил? – протяжно вздохнула она, зачарованно раскрыв рот.

Касс едва не прыснул со смеху.

- Зачем давить? У меня меч есть.

- И много? – хлопнула своими огромными глазищКасс Эстэ.

- Что «много»? – насмешливо заломил бровь НарКасс.

- Огров… того… мечом, - красочно провела рукой по горлу девчонка.

- Да я как-то не считал, - теперь уже растерялся орк. Странно было слышать от ребенка что-то подобное, а тем более - от девочки.

- Значит, много… - удовлетворенно сделала вывод она, задумчиво уставившись в пол.

- Так ты меня выпустишь отсюда? – начиная подозревать что-то неладное, настороженно поинтересовался Касс.

Касс, все так же не отводя взгляда от точки на полу, надавила рукой на стену, и перед Кассом вновь распахнулись двери. Быстро, пока его новая подруга чего-нибудь не отчебучила, парень ринулся в сияющий золотом и огнями зал.

Пальцы Касса жёстко сомкнулись на руках Эстэ, обхватив её запястья подобно живым браслетам. Касс попыталась сделать то же самое, но ширины её ладошек не хватило даже на полуобхват мощных рук орка. В его глазах засветилось какое-то злорадное удовлетворение, и девочка молча отвела взгляд, досадливо закусив губу.

Шаман, между тем зачерпнув из мешочка с песком ещё одну горсть, стал сыпать её на скрещенные руки Касса и Эстэ, выкрикивая заклинания теперь уже громко и очень чётко. Узоры, украшавшие тело, НарКасса начали ярко светиться, а затем осыпаться на пол белёсой пылью, а на боку мужчины, от того места, где начинался пояс брюк, до самой подмышки, стали проявляться алые символы, словно кто-то выжигал на коже орка клеймо.

Резко вскинув голову, Эстэ увидела на лбу мужа проступившие капельки пота и вдруг, по его плотно стиснутым губам и искажённым чертам лица, поняла, что он испытывает невероятную боль. Испуганно распахнув глаза, она хотела отдернуть свои ладони, но в этот момент её пальцы начали светиться, а потом из-под них поползли тонкие голубые ручейки, оплетая запястья НарКасса подобно змеям. Обернувшись несколько раз вокруг рук мужчины, они, ярко мигнув, застыли, после чего стремительно потускнели, превращаясь в холодный металл. Девочка перевела взгляд на собственные руки – и не поверила глазам: там, где только что находились ладони Касса, теперь красовались ажурные серебряные браслеты, снять которые можно было, пожалуй, только сорвав вместе с кожей, в которую, казалось, они вросли намертво.

- Она обозвала меня ушастиком и пообещала откусить мне уши! Представляешь? Мне – Владыке Айвендрилла!? – Элладрилл расслабленно откинулся на спинку сиденья, и пространство кареты заполнилось его мягким чарующим смехом.

Касс невольно улыбнулась в ответ. По сравнению с тем, что шейна Оливия обещала Магриду - откушенные уши Владыки несколько меркли на фоне головы царя, торчащей из задницы орка.

- Представляю, - Кассрэль вздохнула, украдкой наблюдая за сияющим от счастья лицом эльфа. Оно необыкновенно менялось, стоило мужчине вспомнить о своей Eathari. Он говорил о ней без умолку с тех пор, как кортеж эльфов покинул Азаандар.

Касс видела, что Владыка эльфов влюблен: страстно, безнадежно, безответно. Эта любовь причиняла ему больше страданий, чем радости, но мужчина с каким-то необъяснимым упрямством продолжал себя мучить, точно зная, что его мечтам никогда не суждено сбыться. Чем больше девушка слушала рассказы мужчины о жене маршала Оттона, тем сильнее ей хотелось стереть из памяти Владыки все воспоминания о ней. И будь на месте Кассрэль Эстэ, вероятно, она не стала бы даже сомнениями терзаться.

Чувствовать раздирающую сердце эльфа мýку было просто невыносимо. Но Касс всегда была правильной и послушной девочкой, не способной на коварство, ложь или подлог. Ей всегда проще было пропустить через себя чужие страдания и облегчить боль, чем совершить какую-то подлость. Вот и сейчас, пользуясь даром исцеляющей, Касс воскрешала в памяти Владыки Элладрила только самые светлые воспоминания, дарующие его душе радость и тихую меланхолию.

- И зачем я тебе это все рассказываю? – умиротворенно вздохнув, удивился Элладриил. – А знаешь, у тебя редкий дар слушателя, - немного хрипловато рассмеялся он. – Ты обладаешь какой-то странной способностью мгновенно располагать к себе собеседника. Признавайся, как ты меня околдовал?

Касс смущенно опустила голову, неловко заерзав по сиденью.

- Клянусь, я ничего не делал.

- Я пошутил, - хлопнул Касс по плечу эльф. – Просто ты первый человек, который знает Ollwë, и с которым я могу спокойно о ней поговорить. Послушай, я хочу приставить тебя учеником к мастеру Манэльдору – он не только мой главный придворный целитель, но и, пожалуй, самый сильный во всех серединных землях. Ты не против?

Касс неопределенно пожала плечКасс и Элладриил тут же добавил:

- Манэльдор обычно сам выбирает учеников, но мне отказать не сможет. Поселю тебя в Silm’alos рядом с моими покоями. Так мы сможем чаще видеться и беседовать. У меня такое чувство, что я знаю тебя всю свою жизнь. Так легко и непринужденно я мог общаться только с моей сестрой Ори и с Ollwë. Что скажешь? – мужчина протянул Касс раскрытую ладонь, и она завороженно уставилась на широкую ухоженную руку эльфа.

- Что скажу? – непонятливо нахмурилась Касс, не совсем улавливая мысль светлого правителя.

- Не откажешь мне в своей дружбе? – сидя с все так же протянутой рукой, улыбнулся мужчина.

Касс вдруг подумала, что вряд ли бы посмела отказать ему хоть в чем-то, если бы он попросил. Так было со всеми, кого девушка искренне любила: с Эстэ, с отцом, с мамой. А к Элладриилу…к нему Кассрэль чувствовала что-то другое, что-то выходящее за рамки её прежних чувств и отношений с мужчинКасс. Эльф рождал в сердце неизведанный трепет и дрожь. От его взгляда Касс бросало то в жар, то в холод, а мягкий мелодичный голос девушка слушала как музыку.

Сердце Кассрэль испуганно подпрыгнуло и тело стало колотить изнутри. Девушке было страшно. Что если Магрид подал сводки на неё на все посты эрмиров? Что если её сейчас узнают и вернут обратно?

- Эй, ты что, боишься? - заметив нездоровую бледность лица Касс, поинтересовался Элл.

Судорожно вдохнув, Кассрэль согласно кивнула, сжав руки в кулаки.

- Сейчас, Тиль принесет тебе оружие, - Элл успокаивающе положил ладонь на плечо Касс. – Все будет хорошо. В одежде ольдта и с оружием в руках тебя примут за одного из моих телохранителей. Меня и мое окружение никто из эрмиров не станет останавливать, - опустив на лицо девушки капюшон и почти закрыв его, светлый Владыка легко выпрыгнул из кареты и подмигнул Кассрэль: - Пойдем!

Касс казалось, что лук, который её повесили на плечо, болтается на ней, как на корове колокольчик и все эрмиры видят даже сквозь ткань плаща, что она девица, а не воин, охраняющий светлого повелителя эльфов. Стараясь делать шаг шире, а поступь тяжелее, уткнувшись взглядом в землю, она шагала след в след за идущим перед ней Элладриилом, и когда каменная крошка под ногКасс внезапно сменилась густой изумрудной травой, лишь недоуменно моргнула, так и не сообразив, что пересекла границу.

- Добро пожаловать в Айвендрилл, - рассмеялся Владыка, срывая с её головы капюшон.

Глава 10

Касс обреченно брела по коридору в сторону Рубинового зала, моля Всевидящего только об одном: чтобы в том количестве приглашенных гостей, что находились на балу, ей удалось остаться незаметной для будущего супруга. После вчерашнего инцидента с женой маршала Оттона, Кассрэль больше НарКасса не видела, и эта временная передышка была для неё последним днем приговоренного перед казнью: когда с мучительной обреченностью слышишь доносящиеся с улицы звуки сколачиваемой виселицы и понимаешь, что пророчит тебе звенящий в тишине стук топора. Завтра утром Верховный нунт запишет их с орком имена в Книге Небес, и прежняя Касс умрет вместе со своими наивными мечтКасс о счастье и любви.

Она почти смирилась, понимая, что всего лишь разделяет участь сотен тысяч таких же, как она, девушек, лишенных права выбора и свободы. Не нужно было читать так много сказок и тешить себя иллюзиями. Жизнь больше никогда не будет похожа на сказку, и надо научиться принимать её жестокие реалии сейчас, чтобы потом не было так больно.

За собственными душевными мукКасс Касс не сразу почувствовала чьи-то чужие. Они навалились внезапно – разливаясь в воздухе горьким ядом, разъедая легкие и впиваясь в кожу острыми жалКасс. Кассрэль замерла, схватившись рукой за стену, потому что стало больно дышать, а потом, сквозь призму набежавших на глаза слез, наконец увидела ту, чью немилосердную боль она приняла на себя.

Она сидела на полу, зябко обняв себя рукКасс, и в голубых, как небо, глазах плескалась удушливая пустота, словно из женщины вынули душу. Безудержная и яркая, как огонь, герцогиня Оттон сегодня не пылала, а еле тлела – осыпаясь пеплом на холодные плиты дворца, безучастного к её невыносимым страданиям. Ни секунды не медля, Кассрэль совершила то же самое, что вчера для неё сделала жена маршала – бросилась ей на помощь.

- Посмотрите на меня, - Касс обхватила ладонями заплаканное лицо герцогини и мягко влезла в сознание женщины, пытаясь убрать оттуда мучившие её образы.

Если бы Касс знала, что там увидит, то, наверное, ни за что не посмела бы, пусть даже невольно, заглядывать в чужую жизнь. Собственные беды по сравнению с тем, что пришлось пережить Оливии дель Орэн, показались Кассрэль бурей, поднятой в стакане воды. Никогда еще Касс не приходилось врачевать такие глубокие душевные раны, да и опыта у неё особого не было, только знание теории и искреннее желание помочь. Может быть, именно это желание и совершило невозможное, потому что через минуту герцогиня поднялась с пола, спокойно вытерла слезы, а затем медленно повернула голову.

Музыка и шум, вырвавшиеся из открывшихся дверей зала, заставили на мгновение задержать дыхание шейну Оливию, и Кассрэль почувствовала, как неровно стало биться сердце герцогини, пропуская удар за ударом. Проследив взглядом в том направлении, куда смотрела женщина, Касс и сама перестала дышать.

Свет в зале погас, и казалось, что мрак и тьма отступают, рассеиваются перед идущим навстречу герцогине мужчиной. Он бы похож на солнце – яркое и теплое, в лучах которого хотелось согреться и забыться. На величественно прекрасном лице блуждала мягкая завораживающая улыбка, и тонкие лучики морщинок, появившиеся в уголках пронзительно-синих глаз, не просто его не портили, а делали похожим на доброго духа, спустившегося с небес на землю. Длинные светлые волосы серебряными нитями рассыпались по широкой груди и плечам мужчины, окутывая его каким-то призрачным флером тайны, и Кассрэль вдруг подумала, что никогда в жизни еще не видела столь прекрасное и гармоничное творение Всевидящего: можно было бесконечно любоваться идеальными пропорциями лица, царственной осанкой и статной фигурой мужчины.

Несомненно, перед Кассрэль был эльф, и не просто эльф… В Арум-Рисире только и разговоров было о светлом Владыке Айвендрилла, впервые с момента подписания Аиремского протокола прибывшем в Аххад. Сейчас Касс могла убедиться, что слухи о красоте Элладриилла Ноэринна были вовсе не преувеличением. Скорее наоборот - они не могли передать и сотой доли тех ощущений, которые вызывал эльф одним только своим появлением.

- Ты исцеляющая? - вонзилась она в Кассрэль пронизывающим до дрожи взглядом.

- Тс-с, - Кассрэль испуганно оглянулась, опасаясь того, что в Арум-Рисире даже у стен были уши. – Никто не должен знать.

- Почему? – герцогиня на секунду нахмурилась, а потом, видимо, вспомнив, тут же сама себе и ответила: – Ах да, исцеляющие - собственность Магрида, как же я могла забыть. Не бойся, я никому не скажу.

Обрывки мыслей хаотично носились в голове девушки, а кулон жег руку и тело, словно вдруг превратился в расплавленный кусок металла.

… - У тебя есть время подумать до полуночи…Эльфы сегодня покидают Аххад, - в памяти Касс всплыли слова жены маршала, и вдруг стало невыносимо страшно - страшно, что светлый Владыка сейчас уедет и она больше никогда его не увидит. Никогда!

Подхватив полы юбок, Кассрэль бросилась прочь, толком еще не понимая, что собирается делать. В коридоре ей на глаза попался молодой стражник, который всегда помогал красивой и покладистой дочери генерала Кассарда покрывать шалости её сестры. Парень был одного роста с Касс и приблизительно одной комплекции.

Оливия неожиданно стала извиняться перед Касс за НарКасса, и девушка поспешила её успокоить и поблагодарить:

- Я хотела тебе сказать спасибо, что заступилась за меня. Я… мне… мне не хотелось, чтобы он… Я боюсь его.

- Зачем же ты за него замуж собралась, если он тебе противен? – вопрос герцогини тупой болью отдался в сердце Кассрэль. Смахнув слезы, она стала рассказывать шейне Оливии о том, что замуж за орка её выдает Магрид Великий с целью укрепления союза между Аххадом и Грэммодром, и что выбора ей никто не оставил.

- Выбор всегда есть, - упрямо тряхнула головой герцогиня. Короткие волосы на секунду взвились над её головой искрящимся золотым облаком, вызвав у Касс несвойственное ей чувство зависти. – А если бы у тебя появилась возможность покинуть дворец, ты бы убежала?

- Куда? – обреченно вырвалось у Кассрэль. – И как? Меня не выпустят из Арум-Рисира…

Послушай, Кассрэль, - глаза Оливии лихорадочно засияли, выдавая её крайнее возбуждение. – Хочешь, я помогу тебе сбежать?

Идея была такой крамольной и отчаянной, и так хотелось хотя бы на секунду представить, что это возможно, но Касс пообещала себе больше не верить в сказки.

- Меня все равно найдут, - отрицательно качнула головой она, безжалостно наступая на горло собственной робкой надежде.

- Куда? – обреченно вырвалось у Кассрэль. – И как? Меня не выпустят из Арум-Рисира…

- Не найдут, если тебя не будет в Аххаде, - уверенно заявила герцогиня. - Я отправлю тебя в такое место, где Магрид не сможет тебя достать.

- Куда? – дыхание Кассрэль участилось и пришлось сжать руки в кулаки, потому что они начали дрожать.

- В Айвендрилл, - шейна Оливия мгновенно полезла рукой за ворот дублета и через секунду сняла со своей шеи тонкую серебряную цепочку с подвеской в виде длинного изогнутого листочка. - Ты знаешь, в какой части дворца поселили эльфов?

- Да, - кивнула Кассрэль, до конца не понимая, куда клонит герцогиня.

- Найди начальника ольдта Итилгила и передай ему это, - Оливия бережно вложила в руку Кассрэль кулон. - Скажи, что я просила помочь тебе.