Бог из воды

Она направилась к выходу, не дожидаясь моей реакции. Семенов вопросительно приподнял бровь, и я бы хотел с ним поспорить, но чувствовал, что сейчас лучше идти за Литой. Я был зол — и серьезно! О чем она вообще думает?!

В коридоре никого не было. Конечно, коридор не самое безопасное место, но дожидаться лифта я просто не мог.

— Ты с ума сошла? — тихо прорычал я. — У тебя нет ни шанса!

Обычно после официальных переговоров Лита избавлялась от безжизненной маски, она давно не скрывала от меня свои эмоции. Но не теперь.

— Это не тебе судить.

В ее голосе было что-то настораживающее, и мою злость как ветром сдуло.

— Лита, ну я же беспокоюсь за тебя! Это задание…

— Дело не в задании, — резко прервала она. — В последнее время ты постоянно ведешь себя так. Догадываюсь, с чем это связано.

— Как — так?

— Так, будто я — твоя вещь. Как будто я ни на что не способна и без твоей защиты развалюсь на части. Это началось с тех пор, как… наши отношения… несколько изменились. Ты почему-то решил, что отныне со мной не надо считаться.

Ерунда какая! Вовсе я не считаю ее своей собственностью. Ну, может, совсем чуть-чуть… Но это нормальное отношение самца к самке! Я ведь пытаюсь ее защитить. А она вбила себе в голову, что ей ничего не страшно, и вовсю испытывает судьбу!

— Я считаюсь с тобой, просто ты себя переоцениваешь, — пояснил я. — А я пытаюсь на это указать! Мне кажется, ты сделала ошибку, когда выбирала себе профессию!

Лита вздрогнула… или это мне показалось? Пожалуй, я перегнул палку, я ведь на самом деле не думал, что она занимается не своим делом или что она слаба. По правде говоря, она была лучшей смотрительницей из всех, кого я знал.

Да, сболтнул лишнего, но она сама меня спровоцировала!

— Вот, значит, как ты думаешь?

Я так не думал, но из гордости и упрямства не признался в этом. Переживет!

Лита довела меня до моей комнаты, но внутрь не зашла. Как и подобало смотрительнице. Ну, началось…

— Мы берем это задание, — холодно произнесла она. — Будь готов. Завтра я приступлю к работе, твое вмешательство потребуется позже. Тебя оповестят, когда именно.

Черт! Все-таки настояла на своем! Ай, ладно, придется смириться, хотя она однозначно не права.

— Лита… Не сердись…

— Я не сержусь, потому что ты прав. Я действительно совершила ошибку.

Она сказала это спокойно, без обиды, как признают обычно очевидное. Мне захотелось укусить себя за хвост. Опять ссора, опять дело затянется, а оно мне надо? И так проблем хватает, лучше прервать это сейчас, на корню.

— Ты не плохая смотрительница…

— Я не о том. В выборе профессии я не ошиблась. Я говорю о другом своем решении, принятом не так давно.

Она развернулась и ушла. Я смотрел ей вслед, пока моя смотрительница не скрылась в лифте. Я прекрасно знал, о чем она говорит, и прикидывал, сердиться мне на нее или на себя.

Как и следовало ожидать, этой ночью она не пришла.

* * *

Я не видел Литу уже девять дней, но на сей раз это не было изоляцией от нее. Судя по всему, моя смотрительница никому не сообщила о нашей ссоре… Да и с чего бы ей сообщать? Она не из тех, кто радостно делится своими проблемами.

Так что другие смотрители регулярно рассказывали мне, как у нее идут дела. Лите удалось войти в доверие к Аристарху уже на третий день ее клубной жизни. Теперь она бродила за ним повсюду, как потерявшая хозяина собачка, смотрела влюбленными глазами и давала понять, что не видит смысла жить дальше, если его не будет рядом. Вчера ей поступило предложение поехать на остров; право доступа туда стоило двадцать тысяч каких-то там денег.

Понятное дело, что меня такой ход событий не радовал. Во-первых, Лита сильно рисковала — вот тут можно уверенно добавить «Я же говорил!». Во-вторых, она виляла хвостом перед каким-то уродом, заинтересованным в молоденьких девочках. В-третьих, она не сообщала мне об этом лично, а просто позволяла другим смотрителям читать свои доклады. Мало того, что на нас повесили тяжелейшее задание, так еще выполнять его придется в состоянии холодной войны друг с другом!

Но был еще один факт, влиявший на меня не лучшим образом: меня убивала сама разлука с ней. Раньше такого не было. Да, я по ней скучал, но это было терпимо, сейчас же речь шла чуть ли не о физической боли. Видимо, это результат нашего сближения. Я постоянно чувствовал ее внутри себя, только это не успокаивало меня, а напоминало о том факте, что ее нет рядом. Что мне снилось ночами — лучше и не вспоминать, даже пошловатый Женька бы покраснел. Как следствие, ночной сон не приносил мне успокоения.

Дело было не в нашей ссоре, а именно в расстоянии между нами. Если бы она обижалась на меня, но все равно была рядом, было бы легче. А так… Лите-то ничего, люди такое не чувствуют, а мне мучайся теперь!

Так что за эти девять дней я извелся. Когда мне наконец сообщили, что пора покидать базу, я вздохнул спокойней. Я даже не подумал, что это означает, что Лита уже покинула город и, скорее всего, страну, и теперь одна среди чужаков. Я эгоистично радовался тому, что мы скоро снова будем рядом.

Испуганный служитель проводил меня к вертолету. Забавно, что некоторые люди меня все еще боятся, хотя я здесь уже больше полугода.

Попав в ангар, я сразу почувствовал знакомые ауры, и насторожился. Они-то что здесь делают?! Мне не говорили, что в задании будет принимать участие кто-то еще!

Возле вертолета стоял Лименко.

— Вот и дождался, — едва заметно усмехнулся он. — Завтра уже будешь возле острова!

Только не надо мне зубы заговаривать, переходи к делу! А я сейчас тебе наводящий вопрос задам:

— Что они здесь забыли?

— Это задание поручено и им.

— А почему меня не предупредили?! — возмутился я. Нет, я все понимаю, это они ловко забыли упомянуть «маленькую деталь» общим весом в полтора центнера.

— Не знаю, Лита должна была тебе сказать, — пожал плечами Лименко. — Кароль, это их первое большое задание. Совет ожидает, что ты окажешь им поддержку.

— А если я откажусь работать с ними?

— Тогда ты будешь отстранен от задания.

Хитрый ход. Они прекрасно знают, что я не сойду с дистанции теперь, когда Лита уже там, но все еще пытаются создать иллюзию свободы выбора. Как это по-людски!

— Кароль, не в твоих интересах терять время, — добавил он. — Лита доберется до острова уже сегодня, а ты — только завтра. Чем скорее вы покинете базу, тем меньше риск для нее.

Знает, гад, за какие нити тянуть.

— Говорите, — буркнул я.

— Вот, эта решимость мне нравится! Вертолет довезет вас до военного аэропорта, оттуда — самолетом к океану. Вам предоставят одну из наших специальных яхт, она будет вашим штабом в течение всего задания. Вас доставят в зону, указанную Литой, но точные координаты острова предстоит определить тебе.

— А командовать кто будет? Она? — Я небрежно указал на вертолет.

— Нет. Командование поручено тебе, она еще слишком неопытна.

— Уже легче, но я не верю, что вы поручите командование зверю.

Лименко скрестил руки на груди.

— Да, не очень приятно, что ты видишь нас насквозь… Но от тебя я меньшего не ожидал. Будь моя воля, я ты отдал всю власть тебе. Но Совет решил, что твои действия должен контролировать человек.

— Кто? Лита?

— Нет, у нее не будет на это времени. Тот, кто встретит вас на яхте.

— Ясно.

Я больше ничего не спрашивал, забрался в вертолет, не прощаясь с Лименко. Не люблю прощаться, особенно перед опасными заданиями.

Собственно, мне так и не объяснили, что конкретно я должен сделать. Сам я предполагал, что от меня ожидают благополучного возвращения племянницы Семенова. При этом мне нельзя показываться на глаза людям, но это запрет по умолчанию. А вообще моей основной задачей станет безопасность Литы.

Объекты моей неприязни сидели возле входа. Не говоря ни слова, я занял место подальше от них. Ева окинула меня равнодушным взглядом и отвернулась, она уже давно перестала проявлять ко мне симпатию. Да и не мудрено, учитывая, сколько раз я впечатывал ее в стену!

Виктория уделила мне больше внимания. Когда я вошел, она одернула майку, еще больше обнажая грудь в декольте, нарочито медленно закинула ногу за ногу. Похоже, она и правда не оставила надежду меня покорить… Ну не дура ли?

Впрочем, сейчас меня не забавляла ее глупость — глупость неуместна на опасных заданиях. Я бы предпочел, чтобы этих двоих здесь не было!

Любопытно, а кого сделали моим надзирателем?

* * *

Мягкий теплый ветер я почти не ощущал, он скользил по моей броне, не проникая под нее. Зато я чуть ли не кожей чувствовал приближение к острову. Мои опасения не оправдались: я был связан с Литой даже на большом расстоянии и уже не боялся потерять ее.

Я не мог оторвать глаз от горизонта, выискивая долгожданную сушу, поэтому не обернулся, даже когда услышал за спиной шаги. Я и так знал, кто это.

— Еще можно? — спросил Водяной, облокотившись о поручни неподалеку от меня.

— Да. Я скажу, когда все.

Согласно плану, мы не могли подплывать к острову вплотную, чтобы не вызвать подозрений. Яхта остановится на солидном расстоянии, дальше я поплыву один.

— Неужто и правда так все чувствуешь?

— Даже лучше.

Честно говоря, присутствие на яхте Водяного было для меня шоком. Кого угодно я ожидал застать здесь, только не его! Но выяснилось, что Лименко предложил ему работу — как я и советовал. Лишившись ноги, Водяной не мог уже самостоятельно выполнять задания, но вполне мог обучать других — как людей, так и зверей.

Он стал вторым смотрителем Евы. Совет быстро сообразил, что от Виктории толку немного, девица абсолютно бездарна. Но и просто выкинуть ее они не решились из-за положения ее матери. Так что Ева сделалась первым зверем, у которого было два смотрителя. Ну, я бы сказал, полтора, учитывая интеллектуальную ценность Викули.

— Как тебе в новой роли? — полюбопытствовал я, не сводя глаз с блестящей поверхности океана.

— Привыкаю… Я рад, что получил эту работу. Иначе бы загнулся. Я же говорил тебе, что вернусь в море! Эта Ева… она тоже из второй серии, но она не такая, как ты. Совсем не такая.

— Чем она отличается? — Мне было интересно его мнение, потому что точного ответа он дать бы не смог.

Но Водяной меня удивил, он ответил без колебаний и сомнений:

— Она не человек. Ты человек, несмотря на свою внешность, а она — животное. Не снаружи, изнутри, а это важнее.

— Почему ты так думаешь?

— Я не думаю, я знаю… вижу.

Ну, может и так.

Это могло многое объяснить. Я не представляю, почему во мне человеческое сознание оказалось сильней, наверно, это не зависит от науки. Просто стечение обстоятельств. Я ведь, по сути, состою из человека, зверя и электрического ската. Скат не в счет, его слишком мало, получается, что основное сражение идет между человеком и зверем, и во мне человек победил.

А в Еве, наверное, был не скат, а кто-то порешительней. Он объединился со зверем и вместе они подавили человека. И поэтому она меня так раздражает? Нет, не сходится, должна быть другая причина. Ведь к зверям первой серии я отношусь нормально, а они от людей далеки!

— Тебе она не нравится, — заметил Водяной. — Почему?

— Не уверен. Ты можешь взять себе другого зверя, если хочешь.

— Нет. С Евой работать интересней — она на редкость умная зверюга. Попробуй с ней пообщаться, сам увидишь.

— Спасибо, я воздержусь от этого сомнительного удовольствия.

Он наконец сообразил, что мне неприятна эта тема, и замолчал.

Я был рад, что Водяной получил эту работу, но жалел, что ему досталась именно Ева. У меня был огромный долг перед этом человеком, я хотел ему помочь… придется помогать и Еве. Проклятье.

В чем-то он, наверное, прав, мне следует поговорить с ней, она может оказаться не такой уж плохой. Но это позже. Первый раз к острову я поплыву один.

Водяной снова привлек мое внимание:

— Кароль, можно вопрос не по теме?

— А у нас есть тема?

— Нет, просто… Я уже не как новоявленный смотритель спрашиваю, а как человек, потому что мне с момента нашей первой встречи интересно… каково это — жить с хвостом?

Я не сразу понял, о чем он, а когда понял, рассмеялся — несмотря на серьезность задания. Я уже неоднократно видел, как люди бросают зачарованные взгляды на мой хвост, но никто еще не рискнул спросить. Жаль только, что ответить ему я не смогу.

— А каково это — жить без хвоста? Я, знаешь ли, не сравнивал!

Тут уже рассмеялся он. Не из-за веселья, а лишь потому, что не чувствовал больше между нами напряженности. А раньше она была: из-за моей вины и его подавляемого страха. Теперь все кончилось.

И отлично. Так работать будет легче.

— Останавливай яхту, — велел я, точно почувствовав нужный момент. — Вы останетесь здесь.

Не дожидаясь, пока он выполнит поручение, я спрыгнул в воду. Теперь я на борту не нужен, у меня другие дела.