Сквозь паутину лжи

Первые два требования никто выполнять не стал, но телефон ему дали. Он пробормотал медсестре «спасибо» и позволил ей суетиться вокруг него, подкладывая подушки, в основном потому, что был слишком слаб, чтобы справиться самому.

Лекси спала как убитая. Ей казалось, что она не сможет уснуть вовсе, но, как только ее голова коснулась подушки, Лекси мгновенно отключилась. Наутро она проснулась такой бодрой, что сама удивилась.

Она быстро приняла душ и заказала завтрак в номер. Лекси проголодалась. Хотя она и сказала Франко, что съела его ужин, на самом деле она смогла проглотить всего пару кусочков, потому что была слишком напряжена. Теперь же в животе у нее предательски урчало, пока она мерила шагами роскошный номер, зарезервированный специально для нее. Лекси подошла к окну, чтобы оценить погоду и решить, что надеть.

По правде говоря, выбор у нее был не слишком велик. Содержимое маленького чемоданчика Лекси явно демонстрировало полное отсутствие у нее здравого смысла, когда она поспешно собиралась в дорогу. Ее одежда совершенно не подходила для жаркого, солнечного Ливорно, она даже не взяла с собой сменной пары обуви.

Лекси облачилась в полосатый топ, черные легинсы и черные ботильоны, когда раздался стук в дверь. Она решила, что ей принесли завтрак, и распахнула дверь. Лекси подняла взгляд и испуганно отпрянула назад.

Не было никаких сомнений в том, что Франко как две капли воды похож на своего отца. Одетый, как и всегда, в безукоризненный черный костюм, пятидесятипятилетний Сальваторе Толле был все еще очень привлекательным мужчиной.

– Доброе утро, Алексия, – сухо поприветствовал он.

– Доброе утро, синьор, – растерянно проговорила Лекси.

– Могу я войти?

Не говоря ни слова, Лекси сделала шаг в сторону, безмолвно приглашая его в свой номер. Сальваторе остановился посреди комнаты, и Лекси гадала, чего ждать от его визита.

– Тебе здесь удобно? – Он внимательно осмотрел апартаменты.

– Да, конечно… Благодарю вас. – Лекси нервно сцепила руки.

– Я говорил вчера с Франческо, – без перехода заявил он. – Он позвонил мне вечером.

– О! – мгновенно оживилась Лекси. – Я очень рада, что он все-таки сделал это. Я расстроилась, когда узнала, что он…

– Твое беспокойство очень трогательно, – холодно прервал ее Толле, – но я бы предпочел, чтобы ты перестала так бурно выражать его.

Лекси показалось, будто ее с размаху ударили дверью по лицу. Она сказала себе, что пора бы уже привыкнуть к такому отношению. Все ее немногочисленные разговоры с Сальваторе были похожи на этот.

– Хотя я хочу поблагодарить тебя, Алексия, – добавил он, немало ее удивив, – за то, что убедила моего сына смягчиться по отношению ко мне.

– Нет проблем, – пролепетала Лекси, с трудом удержавшись от того, чтобы сказать то, что на самом деле думает.

Раздался еще один стук в дверь, на этот раз это действительно был ее завтрак. Лекси рада была получить небольшую передышку, потому что Сальваторе всегда до смерти пугал ее. Она впустила официанта и молча смотрела, как он накрывает на стол.

– Могу я предложить вам чашку чаю? – вежливо поинтересовалась она, когда официант оставил их одних.

– Спасибо, нет, – ответил он. – Однако прошу, присаживайся и наслаждайся своим завтраком, – настаивал Сальваторе.

Лекси присела за стол, но так нервничала, что кусок не лез ей в горло.

– Пожалуйста, скажите, зачем вы здесь? – спросила она напряженным голосом. – Это же не из-за Франко, правда? С ним…

– С Франческо все в порядке, – заверил ее Сальваторе. – Если этим словом можно описать полученные им травмы, – безрадостно добавил он. – Я приехал сюда сразу от него.

– О, это… – Она хотела сказать «хорошо», но лишь прикусила губу.

– Франческо не знает, что я здесь, понимаешь? Он запретил мне приближаться к тебе, так что мои отношения с сыном снова в твоих руках, Алексия, – печально улыбнулся он, и это почти растопило ее настороженность. – Тем не менее мне необходимо кое-что обсудить с тобой.

– Может, для начала присядете? – предложила Лекси и жестом указала на свободный стул.

Он выглядел так, словно действительно собирался принять ее приглашение, но потом взглянул на свои наручные часы и покачал головой.

– Я должен уйти буквально через несколько минут, улетаю в Нью-Йорк. Мы почти подписали новый контракт, который обеспечит Нью-Йоркскую верфь работой на четыре года. Франческо руководил деталями сделки. Теперь я должен полететь туда, чтобы закончить начатое им, – сказал Сальваторе. Лекси с пониманием кивнула. – Поэтому я должен попросить тебя оказать мне еще одну услугу. Я не могу оставить сына без своей поддержки. Разумеется, я вернусь к похоронам Марко, – заверил он. – Однако сразу после этого мне придется вернуться в Нью-Йорк. Дело в том, Алексия, что Франческо выпишут через несколько дней, если все будет хорошо. Поскольку он выразил к тебе полное доверие, я должен спросить, не согласишься ли ты поддерживать его в мое отсутствие в ближайшие несколько недель?

Лекси не могла больше сидеть на месте и стремительно вскочила на ноги. Она не имела ни малейшего представления, как долго сможет находиться в компании Франко и не захотеть…

– О каком сроке идет речь? Понимаете, у меня работа в Лондоне и другие… обязательства.

– Я думаю, что месячный отпуск – не так уж много и твой работодатель пойдет тебе навстречу.

Лекси даже думать не хотелось о разговоре с Брюсом, который ей предстоит.

– Так как Франческо все еще отказывается подпускать к себе кого бы то ни было, я надеюсь, ты сможешь убедить его жить не в его квартире, а в Монфальконе, где Пьетро и Зета всегда смогут помочь.

Сальваторе говорил об огромном доме на окраине Ливорно, в котором она жила в течение их с Франко непродолжительного брака. Монфальконе был прекрасным замком из белого камня, именно в нем они с Франко поженились. Лекси предпочла бы не вспоминать об этом дне, потому что члены семьи Толле отнеслись к ней крайне неодобрительно. Франко в холодной ярости увез ее оттуда в свою квартиру еще до того, как был объявлен первый танец молодых. Правда, позже они вернулись в Монфальконе, потому что в доме было достаточно места, чтобы Лекси и Франко не встречались друг с другом.

– Он не поедет в Монфальконе без тебя. – Сальваторе покачал головой. – Он полон решимости последовать за тобой в Лондон, если ты не останешься здесь. Я не стану притворяться, что понимаю, почему он так зациклен на вашем браке, но не могу отрицать, что это имеет для него первостепенное значение.

Лекси хотела сказать, что все дело в чувстве вины, но не стала. Она много думала об этом по пути из больницы и решила, что его чувство вины из-за смерти Марко заставило его сокрушаться о том, как он вел себя во время их брака. Хотя Лекси не стала жалеть себя – она относилась к нему не лучше, чем он к ней. Каждый раз, когда Лекси смотрела на него, она видела его самодовольную улыбку, когда он получал свой выигрыш от этого отвратительного пари. Каждый раз, как он делал попытку наладить отношения, она отталкивала его. Когда однажды он ушел из дома на целых две недели, она была почти рада этому. Она носила свое разочарование и горечь, как доспехи, которые прикрывали ее разбитое сердце, и она баюкала эту боль в течение долгих месяцев, пока…

– Я прошу у тебя слишком многого?

Лекси растерянно моргнула, поняв, что слишком долго блуждала в своих мыслях. Она посмотрела на своего свекра и увидела на его лице выражение, которого никогда прежде у него не видела. Сальваторе был близок к отчаянию. Он не знал, что будет делать, если она откажется остаться с Франко.

– Я останусь.

Глава 4

Лекси застыла в дверях. Мониторы из палаты исчезли, на кровати лежали белоснежные подушки, но самого Франко на ней не было. Оглядевшись вокруг, она увидела его сидящим в кресле. На низком столике стоял ноутбук. Она с трудом закрыла за собой дверь, потому что руки ее были заняты пакетами и сумками из магазинов.

– О, ты встал с постели! – воскликнула Лекси. – Это здорово.

– Не говори со мной как с ребенком, – зло ответил Франко. – Ты опоздала. Где ты была?

– Извини, у меня были дела, – ответила Лекси и подошла к нему. – Когда тебе разрешили встать?

– Мне ничего не разрешали. Я сам встал.

– И ты считаешь, что это умно?

– Как видишь, я все еще дышу.

Лекси хотела сказать что-нибудь язвительное, но передумала. Она сняла жакет, повесила его на спинку стула и посмотрела на Франко. Насколько она могла судить, помимо белого махрового халата на нем ничего не было. Волосы влажно блестели после душа, лицо посвежело. О его глазах она не могла ничего сказать, поскольку его взгляд был прикован к экрану компьютера.

– Ну, по крайней мере, пахнешь ты приятно, – лениво пробормотала она, дав себе слово не реагировать на его провокации.

– Ты уехала из отеля на такси в девять утра, это было три часа назад. Ты разучилась носить юбки?

Лекси моргнула от неожиданности и посмотрела вниз, на свои ноги, все еще облаченные в эластичные легинсы и ботильоны на каблуках. Ноги нещадно болели, потому что ей пришлось немало пройти пешком, к тому же на улице было слишком жарко для такой обуви.

– Какую юбку ты бы хотел, чтобы я надела? – невинно поинтересовалась она. – Короткую и обтягивающую? Расклешенную и кокетливую? Длинную струящуюся? – Лекси поставила свои пакеты на пол и присела на корточки. – Я купила все три на случай, если у тебя есть особые предпочтения, и пару платьев, в основном потому, что просто влюбилась в них. Две ночнушки, белье… – Перечисляя свои покупки, Лекси доставала их из фирменных пакетов и бросала прямо на крышку ноутбука. – Ты не представляешь, что я побросала в чемодан, уезжая из Лондона, потому что дико торопилась. Что девушка должна делать с одной парой джинсов, но без единой кофты и смены белья?

Франко поймал обувь до того, как она приземлилась на его ноутбук, и сжал длинными пальцами босоножки с ремешками.

– Да, и еще это. – Лекси извлекла из своей сумки косметику и расческу.

– Не вздумай, – предупредил он, когда она собралась и это бросить на ноутбук.

– Ладно. Значит, тебя не впечатлили девичьи средства первой необходимости. Тогда как насчет этого? – Она извлекла из следующего пакета мягкую игрушку, жемчужно-серого кролика с висячими ушками, и осторожно положила его ему на грудь. – Небольшой презент, – сладко промурлыкала Лекси.

Все еще сидя на корточках у ног Франко, она снизу вверх смотрела на него. Она наблюдала, как его губы против воли начали растягиваться в улыбке, и он наконец посмотрел на нее.

– Я думал, что ты снова сбежала, – признался он.

Лекси понадобилась пара секунд, чтобы понять, почему он сказал «снова», когда она вспомнила, как уехала в Лондон три года назад, не оставив даже записки. Она просто вышла из этой самой больницы, поймала такси и уехала.

– Нет, я пошла по магазинам. – Лекси взяла кролика и помахала им у него перед носом. – Ну, хотя бы поздоровайся с ним.

Франко молча вернул Лекси ее обувь и взял в руку кролика.

– У него розовый бантик на шее.

– Голубого у них не было.

– А имя у него есть?

– Да, Уильям, – решительно заявила она. – Клолик Уильям. Продавец никак не мог выговорить «эр» в слове «кролик», хотя он изо всех сил старался впечатлить меня своим английским.

– Он флиртовал с тобой?

– Конечно. – Лекси положила обувь обратно в пакет. – Он же итальянец.

Вместо того чтобы смахнуть все покупки с ноутбука, Франко схватил ее за руку. Лекси подняла на него взгляд и увидела, как потемнели его глаза. Она догадывалась, что последует дальше, и попыталась высвободиться, но он уже привлек ее к себе и прижался губами к ее губам. Лекси судорожно вздохнула. Их поцелуй был таким естественным, что она едва не потеряла голову, но вовремя отстранилась.

– Спасибо, – хрипло проговорил Франко. – За кролика.

– Не за что, – пробормотала Лекси и поспешно вернулась к своим покупкам. – Откуда ты знаешь, во сколько я ушла из гостиницы? – полюбопытствовала она, стараясь, чтобы голос звучал непринужденно.

– Пьетро приехал за тобой через пять минут после того, как ты уехала, – сказал Франко. Только тогда Лекси заметила, что на столе лежит его смартфон. – Запиши свой номер телефона.

– Чтобы ты мог следить за мной?

– Это инструмент коммуникации, а не слежки. Лекси скривилась, но сделала, как он просил, без дальнейших комментариев. Потратив три часа на покупки, Лекси размышляла о том, как ей вести себя с Франко. Она решила, что попробует заполнить хотя бы малую часть той пустоты, которая образовалась в его душе после гибели Марко, пока он не будет готов принять свою потерю.

Франко забрал у нее свой телефон, гадая, что творится в голове у Лекси. Взгляд ее был задумчивым, но то, как она себя с ним вела, говорило о том, что за минувшую ночь она приняла для себя какое-то решение относительно их дальнейших взаимоотношений. Подаренный кролик о многом ему говорил. В то лето, когда они были вместе, Лекси покупала для него бессчетное количество дешевых дурацких подарков: от маленького верблюда на подставке до желтых резиновых уточек, которых она запустила в его ванну. Она дарила ему лягушат всех цветов и размеров, которые выстраивались в шеренгу на полочке над их кроватью. Лекси каждую ночь по очереди целовала их, потому что, по ее словам, она верила, что рано или поздно один из них превратится в ее прекрасного принца.

Франко никогда не встречал никого, похожего на нее. С одной стороны, Лекси была еще совсем ребенком, а с другой – страстной и чувственной женщиной. Она настолько слепо ему доверяла, что не скрывала абсолютно ничего. Она могла носить его одежду и вышвыривать друзей Франко с его яхты, когда они ей надоедали, не спрашивая у него разрешения. Если они шли в ночной клуб потусоваться, Лекси могла игнорировать его всю ночь, извиваясь на танцполе среди разгоряченных тел, смеяться, флиртовать. Когда ей становилось скучно, она быстро находила Франко и утаскивала его прочь, невзирая на то, что он делал.

Ему никогда не приходило в голову, что он может устать от нее. Она просто любила его и без лишних вопросов верила, что и он ее любит. Поэтому, когда их отношения пошли ко дну, она осталась барахтаться в море боли и разочарования, которое оказалось таким горьким, что они практически в одночасье стали чужими людьми.

Франко посмотрел на кролика. Он не сомневался: таким образом Лекси пытается повернуть время вспять, чтобы облегчить его боль от потери Марко. Этот поцелуй, этот короткий контакт все еще обжигал его губы. Но все, что он видел на лице Лекси, – это бледность губ, ее смущение и решимость сохранить непринужденную атмосферу.

Франко напомнил себе, что вчерашний поцелуй был совсем другим. Прошлой ночью Лекси была настойчивой, страстной, полной сострадания. Это была та женщина, которую он был полон решимости вернуть во что бы то ни стало.

Оторвав взгляд от кролика, Франко стал наблюдать за тем, как Лекси собирала свои вещи в пакеты, повернувшись к нему спиной. Франко окинул довольным взглядом ее стройные ноги и задался вопросом, почему он ворчал из-за того, что на ней надето. Полосатый топ выгодно подчеркивал соблазнительные изгибы. Франко представил, как ее стройные ноги, обтянутые черными легинсами, обвивают его талию, и почувствовал тяжесть в паху. Сегодня Лекси собрала волосы в небрежный узел, обнажив сливочно-белую длинную шею, и ему захотелось вытащить шпильки из ее прически, чтобы волосы свободным водопадом упали на ее плечи.

Зазвонил телефон. Франко взглянул на экран своего смартфона и только тогда понял, что звонят не ему. Лекси быстро извлекла свой телефон из сумочки и нахмурилась, глядя на дисплей. Он молча наблюдал, как она задумчиво надула губы.

– Извини, я должна ответить, – пробормотала она и вышла из комнаты. – Привет, Брюс, – услышал Франко ее шепот, и его настроение мгновенно испортилось.

Франко отодвинул от себя столик на колесиках, и ледяной гнев придал ему сил, чтобы подняться на ноги. Он поморщился и чертыхнулся от боли, пронзившей все его тело. За окном больничной палаты Ливорно утопал в полуденном зное. На парковке он заметил черный лимузин своего отца. Пьетро, прислонившись к капоту машины, болтал с охранником, нанятым, чтобы ограждать Франко от настойчивого внимания прессы. За периметром больничной территории Франко разглядел папарацци с камерами наперевес, которые слонялись у ворот, как ленивые ящерицы.

Лекси все еще носила фамилию Толле, как бы ни старался игнорировать этот факт Брюс. Зачем он ей звонит? Боится снова потерять над ней контроль? Его стального цвета глаза вспыхивали собственническим огнем каждый раз, как он смотрел на Лекси. Когда она сбежала из Италии, то направилась прямиком к нему, и что-то подсказывало Франко, что Брюс тихо ликовал. Сама мысль о том, что этот Дейтон затащил Лекси в постель, сводила его с ума. Они все еще любовники? Дейтон звонит, чтобы надавить на Лекси и заставить ее поскорее вернуться?

Франко поднес свой мобильный телефон к уху и из окна увидел, как Пьетро взял трубку и ответил ему. Пять минут спустя он, превозмогая боль, прохромал к шкафу, чтобы одеться. Тем временем Лекси мерила шагами длинный коридор, подальше от любопытных ушей.

– Пожалуйста, выслушай меня, Брюс…

– Ты не собираешься возвращаться сюда, так ведь? – жестко спросил он.

– Я этого не говорила. – Лекси вздрогнула от его ледяного обвиняющего тона. – Но я считаю, сейчас самое подходящее время, чтобы нам с тобой побыть на расстоянии, – как можно более нежным голосом проговорила она. – Ты сам сказал, что мне нужно подумать о своей дальнейшей жизни.

– Лекси, ты стремительно мчишься навстречу огромной пропасти.

– Ты и я… мы стали слишком близки по неверной причине…

– Объясни, – коротко бросил Брюс. – Ты хочешь сказать, что ничего ко мне не чувствуешь?

– Я очень нежно к тебе отношусь, ты мне глубоко небезразличен…

– Но ты все еще любишь этого итальянского подонка, – закончил он. – Ты хоть понимаешь, что он играет на твоих чувствах к нему?

– Этот разговор не имеет никакого отношения к Франко, – честно сказала она.

– Еще как имеет! – горячо возразил Брюс. – Ему достаточно было поманить пальцем, чтобы ты побежала…

– Нет, дело не в этом. Просто ты открыл мне глаза на отношения, которые у нас с тобой складывались, и, думаю, в глубине души я всегда знала, что у нас ничего не получится, – выпалила Лекси, хотя и знала, что это причинит Брюсу боль. – Ты тоже это понимаешь, Брюс. Я видела это в твоих глазах, слышала в твоем голосе. Ты – мой самый лучший друг, но в какой-то момент наши отношения стали смущать нас обоих.

– Спасибо, Лекси, что сказала мне, какой я безмозглый идиот.

– Я вовсе не это имела в виду!

– Хорошо. Потому что меня мои чувства совершенно не смущают. Я признаю, что тебе, возможно, понадобится чуть больше времени, чтобы обдумать наши отношения, но я не могу принять того, что ты делаешь это, хлопоча вокруг него! Он отравляет тебя, как яд, Лекси. Я даю время до похорон Клементе, а потом тебе лучше вернуться в Лондон. Если ты этого не сделаешь, я сам за тобой приеду, потому что я так просто не сдамся.