Волшаны. Пробуждение Земли

– Прими себя такой, какая ты есть! – буквально приказала она мне. – Слушай сердце. Лишь тогда обретёшь счастье.

Я не понимала, о чём она говорит. Какой обман? Какие заблуждения? И разве я не пошла на поводу своих чувств, делая выбор? Мне стало страшно и зябко.

– Не надо нам больше гадать!

Адриан выдернул у неё мою ладонь и сунул гадалке несколько монет. Но она цепко перехватила его руку и взглянула на ладонь.

– Такой решительный, когда не надо. Что же ты до сих пор тянешь с решением? Разберись в своей жизни!

К моему удивлению Адриан побледнел, и рывком освободил свою руку. После чего быстро потянул меня от старухи.

– Бегите… бегите. Думаете, сбегаете от неприятностей? А к ним как на огонь мотыльки летите… – настигли нас её слова.

И мы сорвались на бег, убегая от сумасшедшей старухи. Ей слова оставили неприятный, липкий осадок в душе, от которого хотелось скрыться. Мы прорывались сквозь толпу и остановились лишь у края площади. Здесь людей уже не было, все толпились ближе к центру, где горели фонари, и слышалась музыка. Мы побрели мимо шатров, успокаивая дыхание.

В одном из них раздался звук, как будто что-то упало, и кто-то приглушённо выругался в голос. Мы замерли от неожиданности, невольно прислушиваясь.

– Нужно тщательнее искать в Мимамо. Улленару только там, больше негде. Задействуйте всех агентов!

Вздрогнула от холодных и властных ноток. Я в растерянности посмотрела на Адриана. А он схватил меня за руку и торопливо потащил за собой, петляя между шатрами.

– Адриан, я больше не могу! – взмолилась я, когда нещадно закололо в боку. Мы уже далеко удалились от площади и сейчас двигались по пустынной улице. – Почему он говорил о нашей школе? Что такое Улленару?

– Тихо! – закрыл он ладонью мне рот, озираясь по сторонам. – Не говори об этом вслух. Это древний артефакт, с помощью которого можно увидеть Пять Великих Врат. Об этом рассказывают на старших курсах.

– Почему они его ищут?

– Лиззи, забудь об этом ради собственной безопасности и ни с кем не обсуждай услышанного! – обеспокоено произнёс Адриан.

– Но почему?!

– Обещай!

– Хорошо, – немного обиженно произнесла я, ничего не понимая. Но мне сейчас было не до артефактов. Я и не заметила, как сильно сгустились сумерки. Было поздно и мне пора было возвращаться домой. Страшно подумать, что теперь мне устроят родители.

– Пойдём, я проведу тебя домой, – как будто прочитал мои мысли Адриан.

Глава 12

Какой я смелой казалась сама себе днем, и как сейчас отчаянно трусила, стоя у ворот родного дома. Адриан молча сжимал мою руку и явно жалел, что я не пускаю его с собой.

– Нет, – шептала я горячо, – ты же понимаешь, что твое появление сделает только хуже.

– Встреча с другом детства это преступление? – сердито спросил Адриан.

Его Сэйр сидел рядом и уже боролся с дремотой. Судя по тому, как он сердито косился на Адриана, саю не терпелось побыстрее оказаться в школе и залезть в камин, греться. Огненные волшаны, насколько я знала, обожали этим заниматься. Даже в теплое время года.

– Нет, – буркнула я, ощутив странный укол в сердце после слов «друг детства», - но побег с официального обеда как раз преступление. А побег с магом огня – преступление с этим…с отягчающими обстоятельствами.

– Особенно с обеда-помолвки? – невинным таким тоном спросил Адриан, а я едва не села прямо на его волшана. Благо Сэйр отскочил и негодующе зарычал, встопорщивая перья и приседая на передние лапы, а я удержалась.

– Что? – спросил друг. – А то я не догадываюсь, что все эти отговорки про идиота с одной школы только так…чтобы прикрыть истину. Лиз, я тебя неплохо знаю.

Я тихо порадовалась, что вокруг уже достаточно темно, а свет фонаря рядом с воротами не такой яркий и не позволит разглядеть мой густой румянец. Врать я не любила. Но приходилось.

– Извини…

– Лиз, ты правильно сделала. – хмыкнул Адриан беззлобно. – Мало ли, вдруг я решил бы дождаться его прихода и, м-м-м, окончательно испортить ваш обед?

– И ты смог бы? – вырвалось у меня.

Да, свет фонаря был неяркий. По городским правилам, в жилых районах фонари не должны были светить так сильно, как на площадях и главных улицах. Но даже в таком свете я видела лицо Адриана до мельчайших подробностей.

Точно все вокруг на время подернулось зыбким маревом, отодвинулось на задний план. Я чувствовала его руку, сжимающую мои пальцы, видела как мерцают глаза и… куда-то падала. То ли в его взгляд, то ли еще куда-то. И мне нравилось это ощущение. Когда только он и я.

И то, чему я не могла подобрать название, росло в груди, грозило вырваться наружу, затопить все вокруг. Чувство, которому я вот-вот смогу подобрать название. И от которого хочется кричать на весь мир, настолько оно оказалось сильным. От которого внутри все принималось подрагивать.

Странную тишину разрушил Сэйр, подойдя ко мне и прикусив клювом подол платья. Совсем немного, но достаточно красноречиво. И в тот же миг окутавшее нас облако разлетелось со стеклянным звоном. Я отступила на шаг, разрывая прикосновение наших рук. Адриан же заморгал с видом человека, которого внезапно разбудили. Провел рукой по лбу и нервно усмехнулся.

– Лиз…ты уверена?

– Да, – проговорила каким-то писклявым голосом, – я сейчас проберусь через черный вход и пройду к себе в спальню. Все будет хорошо.

Главное, говорить уверенно! У меня, кажется, получилось. Во всяком случае Адриан чуть расслабился и проговорил:

– До следующих выходных, водница. Жди писем.

– И ты не расслабляйся. – улыбнулась в ответ и попятилась к калитке.

Адриан продолжал странно меня рассматривать. То ли не понимал, почему я пячусь, то ли думал, почему я пытаюсь нащупать ручку от ворот, стоя к ним спиной, а не пытаюсь развернуться. Я и сама не совсем понимала своих действий. В голове мысли скакали туда-сюда, точно стадо бешеных волшан.

– Иди, – прошептала, наконец-то нащупав круглую ручку ворот.

Те, почувствовав одного из хозяев, послушно и едва уловимо щелкнули, приоткрываясь.

– Подожду пока ты зайдешь в дом. – сообщил Адриан.

Сэйр со стоном-рыком уронил лобастую голову на передние лапы. Кажется, он готов был побиться о землю, так хотел обратно в школу. Но Адриан не обратил внимание на его гримасы. Лишь махнул мне рукой и коротко улыбнулся.

Он все еще выглядел слегка странным. Может, думает о том случайно подслушанном разговоре?

Мне очень хотелось пятиться и дальше, чтобы подольше не расставаться с Адрианом, но остатки здравого смысла подсказали, что этого лучше не делать. Упасть на пятую точку перед лицом мага огня… ну это не самый лучший вариант завершения такого вечера. Потому я еще раз махнула рукой и буквально заставила себя отвернуться. Ноги не желали идти к дому. навалилось понимание, что даже если меня не поймают сейчас, то выловят утром.

«Можно встать пораньше, – рассуждала я, идя по освещаемой мягкой дорожке, слушая таинственный шелест листьев тут и там, – одеться и выскользнуть из дома, сразу в школу. Нанять экипаж на площади и до самой школы. А там уже родители меня не достанут, успокояться».

План выглядел неплохо. Оставалось только привести его в действие.

Окна в доме выглядели темными и сонными. Я очень надеялась, что родители уже легли спать, хотя кто-то внутри меня ехидно шептал, что вряд ли они смогут видеть хорошие сны, пока их дочь где-то бегает.

Тем не менее, когда я проникла через черный ход, в доме стояла тишина. Ну да, время уже шло к полуночи. А мама предпочитала ложиться не позже одиннадцати, считая, что таким образом она сохраняет свежий цвет лица. Папа же вставал очень рано, так что тоже предпочитал отправляться в постель не слишком поздно.

Я на цыпочках преодолела узкий коридор, соединявший черный ход с кухней, сейчас темной и пахнущей выпечкой. Потом неслышно пересекла гостиную, где длинные тени от садовых фонарей лежали на полу, а затем юркнула в малую гостиную. Там прислушивалась к звукам, но пока все было тихо. Потому, подобрав юбки, я осторожно ступила на лестницу.

Шаг…

Второй…

Седьмой…

Свет в гостиной вспыхнул так внезапно, что я на мгновение зажмурилась.

– Элизабет Килей! – голос отца буквально пригвоздил меня к месту. – Потрудитесь объяснить, леди, ак назвать ваше поведение?

«Спасите», - пискнуло что-то внутри, пока я очень медленно поворачивалась к отцу.

Он стоял внизу, одну руку положив на голову Тьера. Судя по вздыбленной шерсти фьюрри, что серебрилась лунным светом, мой папа сейчас был очень зол. Прямо таки в ярости. Это же можно было заметить по каменному выражению его лица.

– Доброй… – я сглотнула. – …ночи.

Тьер тихо зарычал, но осекся, когда ладонь отца провела по его загривку вверх-вниз.

– Я думала ты выросла.

Эти слова прозвучали как пощечина. Даже щеки запылали. Лучше бы папа кричал, грозил всевозможными карами. А этот тихий голос, в котором звучало неприкрытое разочарование…

И самое мерзкое, что мне даже нечем крыть.

– Я не хотела видеться с Леонаром. – прошептала тихо-тихо.

– Не хотела так сильно, что решила нас опозорить?

Ну давай же, накричи на меня! Только не говори таким тихим голосом.

– Я не хотела!

Всего двумя фразами отец заставил меня сейчас трястись от стыда. И то, что казалось храбрым поступком, предстало совсем в другом свете.

– Иди к себе. – так же тихо проговорил он. – Не шуми, твоя мама легла сразу, как ушли гости. Надо сказать, они были очень вежливы и приветливы. А еще сильно сожалели о том, что ты приболела и не смогла спуститься. Мама так расстроилась, что у нее началась мигрень. Пришлось наложить исцеляющее заклинание. Она будет спать до утра. Надеюсь, ты сумеешь нам объяснить свой поступок.

После чего он отвернулся и ушел в сторону кабинета, оставив меня на лестнице.

В комнату я поднималась очень долго. Ноги казались каменными, неповоротливыми.

Стыдно и одновременно я понимала, что оставшись на вечере могла бы не удержаться и наорать на Леонара. При одной только мысли о его смазливом лице и снисходительном взгляде, в висках начинали стучать молоточки.

Даже с Адрианом переписываться не хотелось. В груди жгло от слов отца. А плакать не получалось. Так что я просто стянула одежду, накинула ночную рубашку и забралась под одеяло.

Я обязательно объясню им завтра все. Может, они не так поняли меня вчера, когда рассказала про Леонара? Может, надо было сообщить все мелочи?

Да! Утром так и сделаю. Уверена, что родители меня поймут! Скорее всего все равно накажут, но хотя бы поймут!

Я плотнее закуталась в одеяло. Из приоткрытого окна тянуло свежестью и запахом осени.

«И что такое Улленару?» – промелькнула сонная мысль.

Я думала, что не сумею заснуть, но решение сообщить родителям все подробности ссоры с Леонаром успокоило. Не верилось, что они останутся на его стороне. Потому сон пришел незаметно.

Но спокойным он не оказался.

Мне снилась война. Кровь текла по мостовым Клейрона, струйками стекала из-под закрытых дверей домов. Где-то далеко слышались крики, я различала некоторые заклинания. А рядом кто-то крепко держал меня за руку и шептал:

– Войну развязали обе стороны, Лиззи. И она до сих пор идет, только не на виду. Пока одни считают виновными других, равенства не будет. А значит, война может начаться снова. Снова кровь и жертвы. Снова разрушения. Только потому, что часть магов считает себя умнее и порядочнее, чем другие.

Я все пыталась посмотреть на того, кто находился рядом, но почему-то не могла. А голос – усталый голос не менее усталого мужчины – продолжал литься в уши.

– Смотри, Лиззи, что ждет нас всех. Смотри. Это не прошлое.

Я и сама видела, что это не прошлое. Потому что узнавала Клейрон моего времени.

А потом увидела Адриана. Он стоял на коленях, прямо на окровавленной мостовой. А его волшан… он лежал, распластав крылья.

– А был ли неправ Зарекк? – услышала я перед тем, как заорать.

* * *

Я подскочила на постели, понимая, что продолжаю кричать и тянуться в пустоту. Где еще недавно был мой Клейрон. И Адриан. И его погибший волшан. Перед глазами стояло лицо друга: пугающе-пустой взгляд человека, который потерял смысл жизни.

– Проснулась, дрянь!

Мама ворвалась в комнату, как бешеный вихрь. Я не успела и глазом моргнуть, как она подлетела к кровати – растрепанная, в домашнем клетчатом платье – и отвесила мне пощечину. Да такую, что в глазах засверкали звездочки.

– Люсиль, прекрати!

Мамину руку, занесенную для повторного удара, перехватил отец. Он то как раз выглядел безупречно: то ли собирался выезжать из дома, то ли только что вернулся.

Неважно. Щека у меня горела, в глазах скапливались предательские слеза, а в голове стучало лишь одно: «Проспала, проспала».

Вместо того, чтобы проснуться на рассвете и выскользнуть из дома, я вылезла из сна только лишь ближе к десяти утра. Почему не сработал будильник?

Ответ напросился сам собой: потому что я приехала домой только вчера и за всеми хлопотами банально забыла его подпитать зарядом от домашнего кристалла. Такие стояли во всех более-менее богатых домах. Кристаллы заряжали сильные маги каждой стихии. Служили они около месяца, а после надо было отвозить на перезарядку.

– Мерзавка! Как ты могла так поступить!

– Успокойся, – папа обнял мать, не подпуская её ко мне, но сам сверлил меня тяжёлым взглядом. – Одевайся. Жду тебя в кабинете через пятнадцать минут.

И настойчиво повёл не желающую уходить маму из комнаты.

– Пойдём, тебе тоже одеться следует.