Без фильтра. Ни стыда, ни сожалений, только я

Я же говорила вам, что была без ума от солёных огурцов, даже если они на палочках

Если говорить в общем, то я просто люблю смеяться. Люблю улыбаться и делать что-нибудь спонтанное и весёлое со своими друзьями и родными. Когда мы проводим время с теми, с кем по-настоящему кайфово, с теми, кто делает нас счастливыми, наши причуды, то, что нам нравится делать — всё это становится тем, что очаровывает и привлекает в нас. Пробуя что-то новое, мы словно рождаемся заново. Зачем жить скучно, если иногда можно привнести в свою жизнь немного глупостей.

Всем нам необходимо слышать, как наши родители говорят, какие мы замечательные; каждой дочери необходимо знать, что её отец любит её, и чувствовать, что эта любовь настоящая.

9. Письмо ко всем папам

Отношения между отцом и дочерью очень многогранны. Мы всем сердцем любим своих пап, хотя иногда они могут выводить нас из себя. Порой они чересчур опекают нас, а иной раз даже не заметят. Я очень многое узнала о себе благодаря отцу, и чем старше я становлюсь, тем больше понимаю, как сформировали меня наши взаимоотношения. Но это не значит, что у нас не бывало проблем.

О некоторых вещах с ним говорить непросто — и думаю, это нормально. Как и многим другим дочерям, мне тяжело даётся озвучивать свои тревоги и выражать своё мнение вслух, потому что я не хочу расстроить папу, не хочу, чтобы он беспокоился или разочаровался во мне. Наши представления о нас самих основываются на том, кем, как мы думаем, наши отцы хотят нас видеть. В детстве я постоянно волновалась, что не смогу соответствовать его ожиданиям. Я всегда старалась хорошо выглядеть, правильно вести себя и хорошо учиться. И после стольких лет моих стараний этот идеальный образ стал естественным. Усердная работа стала нормой, а не исключением. Не то чтобы папа хоть раз сказал или даже намекнул на то, что считает меня неудачницей, но он больше не обращал внимания и не хвалил то, что я делаю, и мне всё чаще стало казаться, что я прикладываю недостаточно усилий. Что меня больше недостаточно. Мы, дочери, всю взрослую жизнь боремся за то, чтобы навсегда остаться для наших пап идеальными девочками, но в то же время нам необходимо вырваться из этого стереотипа и следовать собственным интересам.

Мне было пять, когда мои родители развелись и отец уехал из нашего дома в Англии в Швейцарию, где прожил более двадцати лет. Он все ещё был жив, но тогда мне всё чаще казалось, что он исчез навсегда. Я знала, что он любит меня, хотя его не было рядом, чтобы сказать мне об этом. Наверное, те же чувства испытываешь, когда отец живёт с тобой, но эмоционально до него не достучаться. Физическое отсутствие или мысленное, но оно влияет на детей. Всем нам необходимо слышать, как наши родители говорят, какие мы замечательные; каждой дочери необходимо знать, что её отец любит её, и чувствовать, что эта любовь настоящая. Так как мой отец часто уезжал, я всегда была готова сделать что угодно, лишь бы он остался дома подольше. Я стала крайне осторожна в том, что и как я говорила, боялась, что он подумает, будто я злюсь или не люблю его. По правде говоря, я злилась. Я скучала по нему и хотела, чтобы он был со мной. Мне не под силу было контролировать его отъезды, не под силу было понять их, и это причиняло огромную боль. Мне казалось, что будет лучше держать свои эмоции при себе и ни за что не позволять ему узнать о моих чувствах. Но когда я повзрослела, это лишь создало между нами ужасную пропасть. Все эти годы мне удавалось прятать свои чувства, а это означало, что отец не мог понимать меня. Он решил, что всё всегда было хорошо, потому что я никогда не говорила обратное. Это поведение не привело ни к чему хорошему. Я поняла, что многие мои самые сильные комплексы развились на почве моих проблем с отцом. Мне понадобилось почти десять лет, чтобы справиться с некоторыми из них (с другими я борюсь и по сей день) и, наконец, найти в себе смелость открыто рассказать папе о своих чувствах.

Хотя у каждой дочери есть собственный опыт взаимоотношений со своим отцом, но по большому счету у нас общие чувства и разочарования. Мы можем помогать друг другу глубже понять и оценить наши взаимоотношения «отец-дочь». Наши отцы не всегда соответствуют нашим ожиданиям, нашему идеалу того, какими им следует быть и что делать. Мы даже вдруг можем осознать, что они не в состоянии дать нам то, что нам необходимо. В такие моменты очень важно помнить, что принятие чьих-либо недостатков — это дар. Он позволяет нам сделать шаг назад и проанализировать то, как мы можем сблизиться с нашими отцами и каким путём двигаться вперёд. Ещё этот дар избавляет нас от агонии и боли, потому что мы не будем винить себя за их действия. Как только мы осознаем это, настанет время выразить свои мысли и чувства. Мы должны позволить своим отцам узнать, насколько сильно они остаются нужны нам и что никогда не поздно исправить ошибки или поменять линию поведения. Всё может измениться к лучшему для нас обоих.

Я всегда могу на тебя положиться

Я знаю, что такие разговоры нелегки! Даже если наши отцы нас слушают, это не всегда означает, что они по-настоящему нас слышат. И вот оказалось, что в таком случае помогают письма. Когда наши мысли изложены на бумаге, наши слова и чувства выражены именно так, как мы того хотим, а получатель письма может читать его снова и снова. Кроме того, письмо даёт нам возможность начать серьёзный разговор, это открытое приглашение для вашего отца встретиться с эмоционально развитой, открытой частью вас, уверенной в себе и сильной. Так что смело зачитайте это письмо своему папе или воспользуйтесь им как основой, чтобы написать своё собственное. Надеюсь, оно позволит вам легче выразить себя. Помните, страстность — это универсальный подход, и пока ваши слова идут от чистого сердца, а ваши намерения искренни, он не сможет отвернуться от вашего мужества. Всё, что вам нужно делать — это оставаться верными себе и рассказать ему о своих чувствах.

Дорогой папа!

Не важно, сколько мне лет, я всегда буду твоей малышкой. Не важно, какой зрелой я буду (или буду себе казаться), я всегда буду дорожить твоим мнением. Я всегда буду нуждаться в тебе. Я хочу, чтобы ты всегда звонил, чтобы узнать, как у меня дела — и неважно, что ты думаешь, будто меня это раздражает. Да даже если и раздражает, в глубине души мне это нравится. Когда я открыто говорю тебе о том, что расстраивает или бесит меня, пожалуйста, не воспринимай мою критику как показатель того, что я стала меньше любить тебя. Не думай, что ты сделал что-то, что уже нельзя исправить. И дело даже не в исправлении, а в том, чтобы двигаться дальше, понимая, что всё может измениться. Я не считаю твои прошлые ошибки, чтобы использовать их против тебя. Я обращаю внимание на то, как определённые действия влияют на мои чувства, чтобы избежать их в дальнейшем. Для нас обоих важно признавать не только хорошее, что делает нас счастливыми, но и всё плохое, что причиняет нам боль. Я хочу радоваться своим успехам и разделить свои неудачи с тобой, большие они или маленькие. Пусть объективно я уже взрослая, но мне по-прежнему нужна твоя помощь. Я хочу, чтобы ты помогал мне. И несмотря на все мои усилия убедить себя, что мне не нужно твоё одобрение, я продолжаю хотеть, чтобы меня заметили, отчаянно нуждаюсь в твоих объятиях, жажду твоего внимания и эмоциональной поддержки. Во мне все ещё живут мои детские страхи сказать что-нибудь, что может расстроить тебя. И я ни за что не хочу подвести тебя. Однако бывали случаи, когда я совершала ошибки. Мы все их совершаем. И даже ты. Но знаешь, даже ошибаясь, я всегда хотела, чтобы ты мною гордился. Да, ты говорил мне, что гордишься и что любишь меня. Но так приятно, когда ты напоминаешь мне об этом, тем более сейчас, когда мы так далеко друг от друга. Короткий звонок, даже сообщение или имейл, чтобы поздороваться, вполне сгодятся. Будь со мной на связи. Ты, наверное, думаешь, что я занята — и я занята, но даже если у меня нет времени сидеть и смотреть в телефон, вечером я всегда буду рада увидеть, что ты думал обо мне. Потому что я точно думаю о тебе.

Порой я пытаюсь казаться более взрослой, принимать принципиальные решения, но ты мой родитель. Есть вещи, которые я от тебя жду — и надеюсь, ты совсем не против этого — неважно, сколько мне лет. Я жду, что ты всегда будешь рядом, чтобы поговорить, чтобы научить. Что ты не будешь появляться только в радостные моменты моей жизни, но всегда поддержишь своим присутствием в нелёгкие моменты, особенно когда будет совсем тяжело. Мы все делаем свой выбор, и хотя я не оправдываю некоторые твои решения, прошлое не перепишешь. Я учусь тому, как не отвергать твои действия и говорить о чувствах, которые они во мне вызывают. Я принимаю и уважаю печаль и злость, которые ощущала из-за того, что ты что-то делал или не делал, что ты мне дал или не дал. Я многое усвоила, и мои глаза и сердце широко открыты. Теперь я понимаю, что злилась (и эта злость наложила отпечаток на наши отношения) не потому что не могла изменить тебя, а потому что не могла принять тебя таким, какой ты есть.

Однако меняюсь и я. Постепенно узнаю себя, разворачиваю слой за слоем, пытаясь выяснить, кто же скрывается внутри. Нахожу выход из трудных ситуаций и разбираюсь, что делает меня мной. Я бы хотела познакомить тебя с той девушкой, которую я ищу. Я бы хотела, чтобы ты нашёл время, чтобы поближе узнать её и стать частью этого процесса. Потому что, должна сказать, она чертовски особенная. Я прощаю тебя за то, что ты не всегда был рядом, когда я нуждалась в тебе, и за то, что оказался не таким папой, как я ожидала. Я прощаю ошибки, которые ты совершал. И хотя может показаться, что уже поздно, это не так. Ещё так много времени, чтобы двигаться вперёд. Я хочу двигаться вперёд. И приглашаю тебя присоединиться ко мне. Я люблю тебя всем сердцем, больше, чем ты можешь представить, и очень благодарна тебе за всё.

Я всегда буду твоей маленькой девочкой.

Навсегда с любовью,

Целую,

Я

Источники слабости могут превратиться в ваши самые главные и самые важные источники внутренней силы.

10. Пользуйтесь возможностями супергероя, что живёт внутри вас

Я хочу познакомить вас с ЛиЛи, засекреченным супергероем. Она носит очки и белую блузку на пуговицах и с первого взгляда может сойти за скромную библиотекаршу — но если понадобится, при помощи своего интеллекта, обаяния и благородства она надерёт задницу любому. Чтобы сражаться, этой женщине не нужны мужчины. Некоторые недооценивают её способности — и именно этих людей ей нравится шокировать больше всего.

«Откуда, чёрт возьми, взялась эта ЛиЛи?» — спросите вы. Что ж, это альтер-эго, супергерой, которого я создала, чтобы защитить себя от… самой себя. ЛиЛи появилась после многолетней работы над выявлением затаённых теней моей личности — чувств, которые мешают нашему самовосприятию, и маленьких критикующих голосов, которые сбивают нас с истинного пути — и пониманием корней моих физических и эмоциональных комплексов. Я привыкла рассматривать их в негативном ключе, пытаясь избавиться от них. И только с помощью своего чудесного психотерапевта я поняла, что они могут быть не такими уж и плохими, стоить лишь найти им правильное применение. Я не должна была воспринимать их как свои слабости или помехи. В ином свете они оказались положительными качествами и, можно сказать, суперсилами. Но задание оказалось не из лёгких, о нет! Что с обычными супергероями происходит нечасто…

Когда я в шесть лет переехала из Англии в Лос-Анджелес, у меня был ярко-выраженный, очаровательный британский акцент. Но в школе все дразнили меня — ведь я говорила по-другому и произносила слова не так, как они. Мне безумно хотелось стать своей, поэтому я начала слушать, как говорят другие дети, и подражала их произношению. Я проделывала такое даже с фильмами, например, с «Питером Пеном». Я повторяла диалоги Питера, пытаясь проговаривать звуки более чётко, на американский манер. Вспоминая об этом сейчас, я поверить не могу, что хотела избавиться от своего прелестного акцента! Но тогда я была не уверена в себе. Мне очень хотелось, чтобы все приняли меня и полюбили. Теперь же мой врождённый акцент стал секретным оружием, которое я могу применить в любой момент. Это же дар небес! Не только практичный инструмент, который может пригодиться для роли, как в случае с фильмом «С любовью, Рози», но и эмоциональный прием, которым я пользуюсь для того, чтобы погрузиться в самые потаённые участки моей души. Когда я впервые заговорила с этим акцентом на съёмках, это было что-то невероятное. Я ещё никогда так сильно не ощущала себя собой. И поразительно, как быстро он вернулся ко мне: вдруг я снова стала маленькой Лили из деревни, на меня нахлынули воспоминания о доме. Я чувствовала себя так естественно. Так правильно. То, что однажды заставило меня сомневаться в себе, сейчас помогло мне как никогда ранее ощутить себя собой.

До сих пор только здесь я больше всего чувствую себя умиротворённо, чувствую себя как дома

Хотя ЛиЛи очень занята — то надирает задницы, то проламывает стены, — она всё же человек и комплексует из-за своей внешности. Я всегда выглядела моложе своих лет, это факт. Знаю, знаю! Это счастье, я скажу за него спасибо, когда стану старше — как много раз мне напоминали все кому не лень. И теперь, став старше, я действительно благодарна за такой дар. Но в более молодом возрасте мне меньше всего хотелось, чтобы люди не воспринимали меня всерьёз только потому, что думали, будто я ещё маленькая. Так происходило, например, когда шестнадцатилетняя я приходила на собрания, чтобы обменяться идеями для ток-шоу. Меня списывали со счетов ещё до того, как я успевала открыть рот. Из-за моего детского лица прослушивания на роль превращались в тяжёлое испытание. Мне редко доводилось играть своих ровесников. Некоторые актёры, которым было столько же лет, сколько и мне, но при этом они выглядели старше, служили эталоном того, как должны «выглядеть» на экране люди определённого возраста. И как я должна была с ними конкурировать? Из-за этого мне пришлось отказаться от множества ролей, которые я хотела сыграть, и рассматривать лишь те, где герои были моложе меня.

Негативные отзывы и постоянные разговоры по поводу моей внешности откровенно меня доставали. Мне приходилось выслушивать их в конференц-залах, на модельных кастингах, а теперь ещё и на прослушиваниях. Я слышу всё это и по сей день! На протяжении какого-то времени мне казалось, что я остановилась в развитии, что мне никогда не повзрослеть. Я позволила мнению других людей повлиять на то, как я видела себя сама. Но вот в чём дело: я ничего не могу поделать с тем, как выгляжу. Не помогут ни косметика, ни одежда. Я столько времени потратила на то, что было мне неподвластно. Мне нужно было смириться с реальностью и, наконец, взяться за ум. Что я и сделала. Сейчас же мне нравится видеть шок на лицах людей, когда они узнают, сколько мне лет на самом деле. Как-то раз одна женщина сказала мне, что я выгляжу на пятнадцать, хотя в действительности мне было на десять лет больше! Меня рассмешило выражение её лица, и я поблагодарила её за это. Конечно, пришлось набраться терпения, перед тем как начать играть взрослые роли, но в то же время я могла продолжать играть и более юных героинь. Некоторые оказались для меня ключевыми, например, роли Коллинз Туи, Белоснежки и Клэри Фрэй. Они сформировали меня как актрису, но я бы не смогла играть их, если бы не выглядела моложе своих лет. Я больше не позволяю пересудам о моём возрасте диктовать, как мне относиться к себе. Время — это дар, и сейчас я удивляюсь, зачем так хотела его ускорить. Когда оно проходит, оно проходит. И мне хочется насладиться каждым мгновением!

Из моего школьного прошлого в настоящее: достойная ученица жизни, всегда открытая неизведанному и впитывающая в себя всё, как губка

Хочется верить, что у меня большое сердце. Я всегда была отзывчивым человеком, который не умеет скрывать свои чувства и ставит чужие потребности выше своих. Эти, казалось бы, положительные качества характера в романтических отношениях лишь подпитывали мои комплексы, особенно когда нужно было вступиться за себя. Как я уже говорила выше, мне удобнее было безропотно соглашаться со своими партнёрами, чем высказывать своё мнение. На первом месте всегда стоял мой парень, а не мои нужды. Я переживала, что он уйдёт, если ему не понравится то, что я должна сказать, или если я не дам ему то, что он хочет. Слишком долго я ставила себя на второе место, не озвучивала потребности своего сердца, потому что недостаточно сильно уважала их.

Однако в моей жизни были открытые и честные отношения, с этими парнями я чувствовала себя в безопасности и они убедили меня не бояться высказываться. Благодаря им я осознала, что мои собственные интересы важны не меньше интересов других. И самое эффективное, что я могу сделать — это слушать своё сердце. Только так мы можем понять себя и защитить. Только так мы можем научиться быть самыми лучшими партнёрами — ведь нам точно известно, что мы ищем в других. Так что я пообещала себе, что никогда не буду заглушать свой внутренний голос, игнорировать своё сердце из-за страха или неуверенности в себе. Наше сердце — это главный источник силы. Не нужно забывать, что без него мы не сможем полюбить себя, а значит, и полюбить остальных.

Раньше я слишком много думала вместо того, чтобы просто плыть по течению. Это касалось романтических отношений, работы, жизни. Почему он не звонит? Что я сделала? Почему мне не дали эту работу? Могла я сделать это как-нибудь по-другому? И я не могла остановиться на одном вопросе. Нет, словно одержимая, порой я изводила себя, пытаясь предсказать будущее и точно понять, как же лучше поступить. Я не собиралась допускать даже малюсенькой возможности для ошибки. Такая позиция может показаться логичной и целесообразной, но я не могла жить полной жизнью в настоящем, потому что была слишком сосредоточена на будущем. Я начала бояться пустить все на самотек. Неизвестность пугала меня. Эти страхи не ушли, даже когда я стала взрослой, и иногда мне по-прежнему сложно рискнуть — неважно, в том, как я выгляжу, или в своей работе, — потому что не могу контролировать то, что произойдёт. Конечный результат мне неизвестен, и это пугает меня. Рискнуть для меня почти то же самое, что и облажаться, а это влечёт негативное отношение. Так зачем же мне рисковать, если всё может закончиться плохо? Я выставлю себя на посмешище, стану анти-Лили. Что подумают люди?

Я бы, конечно, с радостью заявила, что меня не волнует мнение других людей обо мне, но это не так. Это неизбежно. Это свойственно человеку. Но осознав свою склонность накручивать себя, я поняла, что по большому счёту единственно важный человек, которому следует угождать, это я сама. Важно лишь то, что я счастлива и горжусь собой. Расслабляться не так уж и страшно. Вообще-то, именно в такие мгновения и происходят самые прекрасные, удивительные вещи.

Ещё одной положительной стороной моей склонности слишком много думать и пытаться быть ко всему готовой является то, что я стала замечательно разбираться в людях, читать их, как открытые книги. На протяжении многих лет я очень внимательно наблюдала за поведением окружающих и теперь могу справиться с любой ситуацией, поладить с любым человеком. Я создала защитный кокон вокруг своего сердца, и он оберегает меня от суждений других и отражает их эмоциональные проекции. Я стараюсь не позволять чужим словам и мыслям задеть меня за живое. А так как я стала более уверенной в себе, то не боюсь, как буду выглядеть в их глазах, если расслаблюсь. Теперь эти навыки — прямой результат моих комплексов — помогают мне по-настоящему оценить человека (в том числе и потенциального бойфренда!), жить настоящим и смело выходить из своей зоны комфорта. В этом смысле мои знания стали моей силой.

Благодаря всему пережитому — насмешкам над моим акцентом, умалению моих способностей в силу молодости, умалчиванию в отношениях и чрезмерным размышлениям о том, как бы ничего не испортить, а также полученным в процессе знаниям, — я пришла к выводу, что источники слабости могут превратиться в ваши самые главные и самые важные источники внутренней силы. Комплексы и изъяны, физические или эмоциональные, не должны управлять нашими жизнями или диктовать нам представления о самих себе. Это нам стоит освоить их для собственных интересов. Пользоваться ими. Ведь они никогда полностью не исчезнут. Они часть нас, но могут обнаружить наши самые лучшие стороны, стоит нам лишь научиться работать должным образом с ними, а не против них. Они могут быть нашими сообщниками, нашими партнёрами. Взять хотя бы ЛиЛи — хоть и супергерой, но чтобы спасти мир, никогда не откажется от небольшой подсказки.

Вы должны любить себя больше, чем кто-либо другой, и пользоваться своим голосом. Когда я воспользовалась своим правом голоса, то говорила с его зависимостью, а она отказалась слушать меня.

11. Романтические отношения с зависимостью

Встречаться с человеком, имеющим зависимость, — невероятно сложно. Поверьте мне, я прошла через это. У меня были парни, которые во время свидания слишком часто уединялись в уборной, сваливая вину на слабый мочевой пузырь. Другие могли пропасть на несколько дней, потому что уходили в загул. Один мой бывший отрицал свои проблемы с алкоголем, и хотя позже пытался оставаться трезвым, его поступки подорвали моё доверие и разрушили наши отношения изнутри. Потом был папа. Его борьба с алкоголизмом и мой страх, что он не выживет, навсегда изменили моё отношение к спиртному и заставили осознать деструктивные сценарии, которым я следовала в своей личной жизни. Заставили меня очнуться, взять на себя ответственность и всё изменить.

Я не идеальна. Я прекрасно знаю, что тоже виновна — стоит лишь вспомнить о моих прежних саморазрушительных привычках. Я боролась с комплексами из-за своего тела, выбрав для этого нездоровые методы, и стала одержима тем, что я ела, и тем, как от этого избавиться. Моей зависимостью были еда (или её отсутствие) и физические нагрузки. Никогда спиртное или наркотики. Я веселилась, ночи напролёт отрывалась на полную катушку со своими друзьями, но алкоголь не являлся для меня выражением протеста или способом убежать от проблем. Пить только ради того, чтобы напиться, — это тоже меня не интересовало. Я за умеренное потребление, к тому же всегда учитываю время и место и прислушиваюсь к себе, чтобы понять, когда хватит. Я не сравниваю зависимости, не хочу никого оправдывать. Я никогда не испытывала нездоровых пристрастий к алкоголю или наркотикам, так что просто-напросто не могу судить об этом. Но зато могу судить о том, что испытываешь, когда тебя контролирует нечто, что ты не можешь контролировать. И в отличие от некоторых моих бывших парней, я решилась признать свои ошибки и работать над ними, а не игнорировать и скрываться от них.

Когда неудачи в отношениях настигали меня снова и снова, причиняя боль и обескураживая, я начала задумываться, что со мной не так. Может, все эти парни видели во мне девушку, которая будет мириться с их потребностями, поддержит их и не заставит сталкиваться лицом к лицу с теми проблемами, которых они пытались избегать при помощи алкоголя или наркотиков. Может, им казалось, что я милая и поэтому меня можно легко обмануть. Какими бы ни были причины, итог один: они меня не ценили. Не уважали. Пользовались тем, что я стремилась видеть в них только лучшее и доверяла им. Их ложь проникала прямиком в мою голову. Я слышала лишь страстные объяснения в любви и грандиозные планы на наше совместное будущее (которые обычно забывались, стоило парню протрезветь). Создавалось такое ощущение, что они, словно выключателем, перещёлкивают свои чувства — и это была самая сложная часть. В реальности оказалось, что я для них просто прикрытие. Я была той девушкой, которую одобряли их друзья и родители, которые не имели никакого представления об их двойной жизни. Можете считать меня наивной, но когда эти парни подвозили меня после свидания домой, мне и в голову не приходило, что сейчас наступает второй раунд их вечера. Они отчаянно хотели напиться, а я даже не замечала. Понятия не имела, что это говорила их зависимость.

Так почему же меня всё время привлекали похожие типажи — парни, у которых проблемы с зависимостью? Почему меня так притягивало их странное поведение, их ложь, весь этот цирк? Может, потому, что мы, женщины, с рождения стремимся воспитывать и заботиться. Мы считаем, что можем помочь своим партнёрам и раскрыть их лучшие качества. Что мы можем вдохновить их измениться и вселить надежду. Но несмотря на то, что зачастую мы отлично выполняем нашу миссию, всё это просто-напросто невозможно, если люди не в состоянии увидеть себя. И чем больше мы стараемся, тем больше закапываем себя вместе с ним. Мы жертвуем своим благополучием, потому что верим, что сможем спасти того, кого любим. Следуя этому образу мышления, я снова и снова наступала на одни и те же грабли в отношениях как с моими парнями, так и с членами моей семьи — и это не совпадение. Меня тянуло к парням, похожим на моего отца — креативным, чувственным, таинственным. Тайна интриговала и возбуждала — ведь никогда не знаешь, в каком они будут настроении или что выкинут на этот раз. Но эта их непоследовательность как раз-таки и была губительна для меня. Вредила мне. Эйфория от кайфа всегда сменялась депрессией. Мгновения лёгкости и радости быстро проглатывала тьма. Оттуда вылезали их демоны, их пороки и их зависимость. И именно мне одной приходилось вставать в оборону и говорить «нет», потому что сами они были не в состоянии сделать это. Я пыталась помочь, но слишком часто мою помощь швыряли мне обратно в лицо. Это порождало чувство бессилия и усталость. В конце концов, я пришла к выводу, что такие мужчины слишком эмоционально опасны и пагубны для меня. Больше так продолжаться не могло, поэтому я решила положить этому конец и пересмотреть свои приоритеты в личной жизни.

Самым тяжёлым из всех этих отношений был роман с парнем, который использовал алкоголь как средство самолечения (это именно он стал игнорировать меня после того, как я указала ему на его зависимость). Я безумно любила его и так же сильно в него верила. Мы пережили многое, самые лучшие моменты моей жизни чередовались с периодами невыносимой боли. В самом начале наших отношений он совсем не пил, за несколько месяцев до этого приняв решение покончить с алкоголем и начать вести здоровый образ жизни. Нам было очень хорошо вместе, и, казалось, всё будет замечательно. Но затем он вновь впустил алкоголь в свою жизнь, и я сразу же заметила изменения. Он часто был взвинчен, крайне раздражителен. Другая проблема заключалась в том, что одного-двух бокалов ему было мало. А когда он напивался, то начинал переживать обо всём на свете. Сомневался во всём, что я говорила, становился жутко неуверенным в себе. Мне без конца приходилось уверять его в своей любви, но вот наступил момент, когда уже никакие мои слова не могли утешить его. Стоило его сомнениям и ненависти к себе выбраться наружу, и он начинал пить, и пить, и пить, чтобы заглушить то, что по-настоящему его тревожило. Хотя на публике он никогда не показывал своих комплексов. Немного выпив, всегда казался весёлым и любящим. Душой компании. Никогда не злился и не проявлял агрессии. Но как бы здорово с ним ни было в эти периоды просвета, я за милю могла разглядеть, когда надвигались его паранойя и депрессия. И почти ничего не могла сделать, чтобы предотвратить их. Я отговаривала его от злоупотребления алкоголем, но в то же время не хотела быть ему нянькой. Я не стремилась контролировать его или давить на него, чтобы он стал тем, кем не являлся. Но мне хотелось лучшего для него, чтобы он был здоров и по-настоящему счастлив.

В итоге его отрицание своих проблем с алкоголем слишком сильно осложнило наши отношения. Я видела, как это влияло на него и как он переживал. И, в свою очередь, тоже переживала. Его проявления заботы и слова любви всё чаще лишали меня душевного равновесия — я не понимала, искренние они или спровоцированы алкоголем, потому что иногда капелька спиртного вселяет в нас смелость сказать или сделать что-нибудь. Но так не может быть всё время. Когда я уже больше не могла ничем ему помочь, то предложила, чтобы он обратился за сторонней помощью. Мне совсем не хотелось, чтобы он злился и чувствовал себя покинутым, но именно так и случилось. Он решил, что я предала его, хотя мои намерения были совершенно противоположными: я так сильно верила в него, что больше не могла наблюдать, как он впустую тратит своё время, свою энергию, свою жизнь. Я была в отношениях с его зависимостью, которая сказывалась плохо и на мне. Правильным решением было разойтись, хотя я очень сильно любила его. И надеялась, что когда-нибудь, возможно, мы снова сможем быть вместе, при других обстоятельствах. Но тогда он этого совсем не понимал, и моё решение разбило ему сердце.

Я решила, что нам нужно взять паузу в отношениях, чтобы сосредоточиться на самих себе и, возможно, после этого мы смогли бы стать куда более совершенной парой. Он обратился за помощью и подошёл к этому очень серьёзно. Когда я снова встретилась с ним, впервые после нашего разрыва, то увидела, что он приложил максимум усилий к тому, чтобы выкарабкаться, и стал более рассудительным и уверенным. Он, наконец, признал, что страдает алкоголизмом, что было огромным шагом вперёд. Я поверила в него, поверила в произошедшие с ним изменения, и, несмотря на проблемы в прошлом, наша любовь друг к другу не вызывала сомнений. Наше будущее предстало передо мной в радужном свете. Он вёл трезвый образ жизни и обратился за помощью, в которой, как сам понял, очень нуждался. Он хотел преодолеть свою зависимость. Так почему же, спросите вы, у нашей сказки не было счастливого конца? Я до сих пор не могу точно ответить на этот вопрос. Моей главной проблемой стало то, что хоть он и перестал употреблять алкоголь, зато стал пить безалкогольное пиво. Он просто заменил одно зло другим, не разбираясь с корнем проблемы. Пережив подобное во время своей зависимости, я знала, что значат такие полумеры, когда отвлекаешь себя чем-нибудь другим — и больше не видишь главного. В его случае не употреблять спиртное было лишь половиной успеха. Второй половиной была необходимость открыто признаться себе, почему ему вообще нужно выпивать. А так как он перестал обращаться за помощью и регулярно посещать сеансы групповой терапии, то к нему вновь вернулись его прежние тревоги и сомнения. Я стала замечать небольшие изменения в его поведении — как будто мы вновь вернулись в прошлое. Но теперь я уже лучше знала себя, лучше знала наши слабые места, и поэтому не боялась озвучивать свои опасения. Я снова заговорила с ним о том, что ему нужно обратиться за профессиональной помощью. Но стоило мне поднять эту тему, как он исчез, и я больше никогда о нём не слышала.

Когда я задумывалась о таком странном завершении наших отношений, то начинала сомневаться — может, я что-то не так сказала или выбрала неправильный путь. Я чувствовала вину за наше первое расставание и за то, что оказалась бессильна исправить ситуацию и во второй раз. Но тут мне приходится напоминать себе, что это не я заставляла его принимать решения. Это был он сам. Его действия говорили сами за себя, а послужившее финалом молчание оказалось красноречивее слов. Мне бы не удалось исправить его. Он всегда будет занимать особое место в моём сердце, и я всегда буду стремиться защитить его, но как бы сильно я ни любила его и как бы сильно ни продолжала любить, моя любовь не поможет ему полюбить самого себя. Я приложила все силы, чтобы справиться с его проблемами, и больше не жалею о том, как повела себя в этой ситуации. Я доверилась интуиции, своему внутреннему чутью, и ни в коем случае не собиралась отказываться от него. И до сих пор не отказываюсь. Просто я поняла, что эти отношения были пагубными для меня, и установила границы. Я дорожу собой и не могу позволить подвергать опасности своё здоровье ради кого-то другого. В этом нет эгоизма, за это не должно быть стыдно. Это разумно. Вы должны любить себя больше, чем кто-либо другой, и пользоваться своим голосом. Только теперь я осознала, что когда воспользовалась своим правом голоса, то говорила не с ним. Я говорила с его зависимостью, а она отказалась слушать меня.

Мои попытки справиться с алкогольной зависимостью моего бывшего парня, как оказалось, подготовили меня к будущему. Особенно это стало понятно, когда моему собственному отцу становилось всё хуже и хуже. Я не осознавала, что у него трудности, до тех пор, пока это не переросло в серьёзную проблему. В тот момент мне было чуть за двадцать. Всё началось, когда я была ещё тинейджером, но тогда у меня не было опыта отношений с испытывающими зависимость людьми, и я не знала, на что это похоже. Но когда всё открылось, я не могла думать ни о чём другом. Ему отлично удавалось скрывать свой алкоголизм — точно так же, как и мне — мои пищевые расстройства. Я постоянно боялась, что с папой может что-то случиться. Но что бы я ни говорила, какими бы способами ни выражала своё беспокойство, он продолжал пить. Алкоголь был для него инструментом, защитным механизмом. Я была уверена, что однажды меня разбудит телефонный звонок из другой части света и мне сообщат, что всё зашло слишком далеко. К счастью, папа услышал мольбы — мои, моих братьев и сестер и своих близких друзей, — взял контроль над ситуацией и уже несколько лет не употребляет спиртное. Я никогда не отказывалась от него. Даже когда мои неустанные попытки начинали действовать ему на нервы, моя решимость ни разу не пошатнулась, в моём сердце продолжала цвести надежда. Я продолжала убеждать его, что впереди ещё столько радостей, что он по-прежнему нужен мне — ведь кто поведёт меня к алтарю и будет нянчить его внуков?

Как и в ситуации с моим бывшим парнем, это вмешательство было одним из самых сложных, морально тяжёлых и болезненных вещей, которые мне приходилось делать. И самым трудным было то, что я не могла ничего контролировать. Для меня, человека, который любит управлять ситуацией, это была пытка. Я поняла, что когда человек начинает использовать алкоголь или наркотики для того, чтобы скрыть или замаскировать нечто более существенное, он не остановится до тех пор, пока не осознает и не примет то, от чего он пытается спрятаться. Если он не хочет разбираться с корнем проблемы, ему не станет лучше. Папа не признавал, что ему нужно остановиться, до тех пор, пока не захотел этого ради самого себя. Я сделала всё, что могла. И мне нужно было увидеть этот результат.

Не удивительно, что после всего пережитого у меня появились проблемы с доверием. Долгое время я сомневалась в каждом мужчине, который делал мне комплименты, находясь под воздействием алкоголя. Я не могла принять его слова, не задумавшись, кто же их говорит — сам парень или его опьянение. Все беседы, все взаимодействия нужно было обдумывать дважды. Может на самом деле он не хотел ехать со мной в путешествие. Может, он не хотел знакомить меня со своими друзьями и семьёй. Может, он не любил меня. Может, я не так уже ему и понравилась. Так было даже с тем парнями, которые не страдали алкогольной зависимостью, но были слегка навеселе. Они говорили мне приятные вещи, а по мне ползли мурашки. Этот страх отравлял мою жизнь, разрушив немало потенциально искренних и прекрасных моментов. Сейчас я стараюсь не проецировать свой прошлый опыт на других. Я не могу контролировать их поведение. И не могу всю жизнь сомневаться во всём, что говорят мне люди.

Отношения с зависимостью уберегли меня от длительных отношений с теми, кто эту зависимость переживал. Ведь чем больше они отказывались признать свою проблему, тем больше страдала я. Переживала, сделала ли достаточно. Достаточно ли им было меня. Что со мной не так? Почему они продолжали исчезать или искали утешения в алкоголе? От чего они бежали? Я чувствовала себя глупой и не заслуживающей уважения. Обманутой. И только теперь я поняла, что эти переживания сделали меня сильнее и рассудительнее. Мои глаза широко открыты. Я знаю себя лучше, чем прежде, и доверяю своим инстинктам, когда они предупреждают меня, что что-то не так. Мне не хочется снова оказаться в ситуации, когда меня обманывают и пользуются мною. Ко всему прочему, это слишком тяжёло — эмоционально вкладываться в человека, который скорее предпочтёт овладеть искусством саморазрушения, чем встретиться лицом к лицу со своими проблемами и признать, что нуждается в помощи. Просьба о помощи никогда не будет считаться показателем слабости. Наоборот, это необычайно мужественный поступок. Который может спасти вам жизнь.

Сейчас я смотрю на еду, как на энергию для моего тела и разума, я не боюсь её. Без этой энергии мне не стать сильнее — ни в эмоциональном, ни в умственном, ни в физическом плане.

12. Еда как топливо, а не наказание

«Любовь — самый важный ингредиент». Звучит немного сентиментально, но это чистая правда. Когда готовишь от чистого сердца, то еда становится поистине пищей для души, блюдом, без которого мы не можем жить. Очень долго я этого не понимала. Не осознавала, как это важно — напитывать себя, своё тело и свой разум. Понадобилось лет десять, чтобы моё мнение о готовке поменялось и я стала видеть в ней силу, а не опасность. В детстве я обожала время, проведенное на кухне за поглощением еды, приготовленной мамой. Мы вместе ужинали, болтали о том, как прошёл день, а потом, во время десерта, смотрели наши любимые программы по телевизору. Я с нетерпением ждала этих моментов. Но хотя мне нравились все эти кулинарные ритуалы, я не предпринимала попыток приготовить что-нибудь собственноручно. Многие мои друзья пекли с самого детства и приносили на школьные ярмарки или праздники всякие чудесные сладости. Но только не я. Позже, в старшей школе, у меня начались проблемы с питанием, и конечно, овладение кулинарным искусством по-прежнему не значилось среди моих приоритетов. Так было до тех пор, пока в двадцать с чем-то лет я наконец не примирилась со своими пищевыми проблемами и не начала встречаться с парнем, которого сильно любила, что и сподвигло меня измениться.

Посвятила себя кухне с первых дней

Мне свойственно стремление заботиться о людях, которых я люблю, и дарить им радость. Забота о других придаёт силу, а я хотела чувствовать себя сильной. Мне всегда хотелось стать воплощением женственности в смысле поддержания семейного очага, и я наконец решила, что готова к этому. Так совпало, что мой тогдашний бойфренд был первым парнем, с кем длительные, а может, даже семейные отношения казались возможными, и мне хотелось побыстрее освоить жизненно важные навыки, которыми до этого пренебрегала. К тому же готовка для него могла создать новые положительные ассоциации с едой и вернуть меня к веселью и общению, которые раньше я с ней связывала. А важнее всего, что я выбрала этот путь сама, стремясь вернуть себе хоть немного контроля, которым слишком долго обладали мои пищевые расстройства. Наконец-то я чувствовала себя достаточно уверенной и храброй, чтобы сделать решительный шаг.

Чтобы лучше объяснить, какую роль играли еда и её приготовление в моей жизни, вернёмся в прошлое. В детстве еда была для меня счастьем, и с ней у меня связаны только самые приятные воспоминания. Я росла в Англии. Вокруг было много ферм, и мы употребляли только местные продукты. До сих пор вспоминаются потрясающие английские деликатесы, пабы по соседству, кулинарные традиции. А когда мы с мамой переехали в Лос-Анджелес, то завели еженедельную традицию — вместе закупаться продуктами в супермаркете. Каждый понедельник после моих школьных занятий мы вместе отправлялись за покупками, придумывали меню на каждый день недели и здоровались с нашими друзьями, которые там работали. Этот супермаркет стал одним из мест, куда мы наведывались постоянно. Поход в магазин превращался в целое событие, особенно если там проводили дегустацию продуктов. То же самое происходило, когда мы ездили в Англию. Первое, что мы делали, — ехали на рынок и скупали все любимые продукты, по которым успели соскучиться: фермерский сыр чеддер с ярко выраженным вкусом, мармайт[7], маринованный лук, шоколадное печенье, бисквиты с глазурью, горячие сдобные булочки с кремом, сосиски. Я бегала от полки к полке, хватая упаковки с различными снеками, каждый раз по несколько минут разглядывая разнообразие продуктов. Мы часами обсуждали ингредиенты, решая, что приготовить на ужин. Потом мы ехали домой, и я сидела на кухонном столе, впитывая ароматы, пока мама готовила. Позже, как по часам, и неважно, насколько сытным был наш ужин, мы поднимались посреди ночи первые пару ночей после приезда и пили чай с печеньем и тостами с фасолью. Это было нашим средством пережить разницу во времени. Еда была удовольствием, лекарством, дарила позитив.

Может, потому что я сама не умела готовить, этот процесс, его тонкости просто завораживали меня, неважно, наблюдала я за ним вживую или по телевизору. С первого выпуска «Шеф-повара» я стала фанаткой кулинарных шоу. Смотрела один за другим эпизоды всех кулинарных состязаний, какие только можно представить, и слюнки текли от вида профессионально оформленных блюд и тарелок. Повара пользовались ингредиентами, о которых я никогда не слышала, и сочетали их невообразимыми способами, их креативность и страсть заражали. Ещё я начала узнавать о веганстве и была впечатлена, какими потрясающе вкусными оказывались блюда при своей внешней простоте. Заменяя продукты, вы никоим образом не жертвовали вкусом. Я могла проводить часы в своих любимых книжных магазинах, рассматривая полки с книгами по кулинарии, многие из которых теперь стоят у меня на кухне. А однажды во время летних каникул я даже прочитала роман «Eat Cake». Это была история женщины, которая начала свой бизнес по выпечке пирожных, уже будучи совсем взрослой, и о том, как это изменило её эмоционально и физически. Я помню, что думала тогда: «Раз она смогла начать экспериментировать, почему я не могу?»

Что ж, я скажу вам почему: потому что мне не позволяли мои пищевые расстройства. С тех пор как анорексия и булимия захватили контроль над моей жизнью, я больше не могла баловать себя, не говоря о том, чтобы положить в рот что-то, точный состав и калорийность чего я не знала. Регулирование приема пищи было и без того достаточно стрессовым занятием, чтобы пробовать неизвестные блюда. Мои тревоги по поводу того, что я съела или не съела, превратились в боязнь расслабиться, и я больше не могла себе позволить продегустировать какой-нибудь продукт в супермаркете. Однако от некоторых привычек нелегко избавиться, и я то и дело оказывалась в бакалейном отделе, рассматривая полки с разнообразными упаковками — теперь все это было под запретом, и то, что раньше приносило удовольствие, стало пыткой.

Но вот после долгой и тяжёлой борьбы с моими расстройствами настал, наконец, тот день, когда я решила, что так больше не может продолжаться. Хватит уже еде контролировать мою жизнь. Меня достало каждый раз бояться съесть что-нибудь, от чего могу растолстеть, и мучиться чувством вины за то, что побаловала себя чем-нибудь вкусненьким. Мне надоело, что на собственной кухне я ощущала бессилие, бессмысленно перелистывая страницы журналов о еде, что приходила на вечеринки с пустыми руками. Смешно, когда тебе двадцать четыре года, а ты не знаешь, что делать с плитой. Я хотела и должна была стать более самостоятельной. И вот собрав инструкции от всей кухонной техники, что имелась у меня дома, я досконально изучила работу каждого гаджета, от простых действий типа включения и выключения до специализированных параметров. Потом я целую вечность сидела перед своим компьютером и гуглила всевозможные рецепты. Мой тогдашний парень, который частично вдохновил меня на этот подвиг, был на безглютеновой диете, и мне не хотелось нарушать его ограничения в еде, и поэтому от традиционной выпечки пришлось отказаться. И раз уж на то пошло, то почему не усложнить задачу и не приготовить что-нибудь безглютеновое. И вегетарианское! Может, наконец, моё фанатичное увлечение кулинарными шоу принесет плоды? А если и нет, то я никогда не была из тех, кто выбирает лёгкие пути — так зачем начинать сейчас?

Распечатав на принтере целую кучу рецептов, которые показались мне вкусными и простыми в приготовлении, я отправилась по магазинам. Но на случай эпичного фиаско никому ничего не сказала. Лишний стресс был мне ни к чему (я и сама прекрасно накрутила себе нервы). Я вошла в магазин посуды и кухонного инвентаря, сжимая в руке список необходимой утвари, и тут меня настигла покупательская лихорадка. В таких местах самое сложное удержаться от того, чтобы не накупить совершенно ненужных вещей, о существовании которых ты раньше даже не подозревал. Ведь кто знает, вдруг тебе понадобится овощечистка специально для авокадо! Или десять насадок на кондитерский мешок! Или самонагревающийся нож для масла! Пятнадцать форм для выпечки разного размера! Мерная ложка в форме слона! Но я нашла в себе силы сдержаться и сфокусироваться на том, что мне действительно необходимо. Я расплатилась, набрав полные руки пакетов, и понеслась за продуктами.

Пожалуй, есть только один кухонный аксессуар, без которого я не смогу жить

Поход в супермаркет теперь был совершенно другим — новым — опытом. Я сметала всё с полок, на которые ещё несколько недель назад смотрела с тоской, не отваживаясь что-то выбрать. Я спрашивала продавцов, где находятся нужные мне продукты, а иногда даже интересовалась, как они выглядят, потому что сама бы ни за что не распознала безглютеновые. Я как будто блуждала по лабиринту, но когда всё купила, то испытала ощущение полного удовлетворения. Теперь мне оставалось лишь соединить всё это вместе и не устроить пожар!

Я вернулась домой, распаковала сумки и взялась за работу. Разложив всё по блюдцам, написала план. Задание было простым: приготовить для мамы ужин из нескольких блюд. Я не говорила, что ей придётся стать моим дегустатором, чтобы сделать сюрприз. И если уж совсем честно, мне не хотелось, чтобы она каждые пять минут спрашивала, как я справляюсь. В меню значились: домашний соус гуакамоле и жареные ломтики картофеля; охлажденный салат из киноа с луком, помидорами, огурцом и чесноком; приготовленный в фольге на пару лосось с овощами, травами, лимоном и агавой. На десерт было задумано печенье из киноа с шоколадной крошкой, которое вскоре стало моим фирменным блюдом.

Я разложила всё необходимое перед собой, поставила таймеры, включила негромко музыку и приступила к готовке. И знаете что? Я, чёрт побери, справилась! Чтобы довести всё до совершенства, мне понадобилось три часа, но я с гордостью могу заявить, что не испортила ни одно блюдо! Я всё попробовала, добавила специи, где нужно. Было невозможно поверить в то, что всё получилось! Что я, Лили, полный профан в кулинарии, мастерски освоила каждый рецепт.

Мастер-пекарь за усердной работой: одержимость маффинами в английской провинции

Когда я взялась за печенье, моя уверенность в себе взлетела до небес. Моя духовка ещё не знала, что её ожидало. Я сделала тесто и поставила его в холодильник на сорок минут, а сама тем временем отмыла столешницы и всё убрала. Потом скатала из клейкой массы шарики, аккуратно разложила их по двум противням, поставила в духовку, закрыла дверцу и стала молиться. Мне кажется, тогда я ни на секунду не отводила глаз от той стеклянной дверцы. А ещё время от времени втягивала носом воздух, и уже от одного запаха у меня кружилась голова. Наконец, когда печенье испеклось, я оставила его остывать, разложила остальные блюда по контейнерам и позвонила маме, чтобы сказать, что скоро приеду с сюрпризом. Прежде чем выйти из дома, я закрыла глаза и откусила кусочек печенья. Не думаю, что когда-нибудь смогу передать словами, насколько значимым для меня был тот момент — как за одну секунду маленький кусочек печенья изменил мою жизнь. Консистенция, вкус, температура — получилась потрясающая комбинация. Понимаю, кому-то это покажется очень странным и несерьёзным, и они подумают: «Девочка, это же всего лишь печенье. Что в этом такого?» Но тем, кто долго боялся десертов, кто ощущал вину лишь только задумавшись о том, чтобы приготовить их, будет понятно значение печенья, которое оказалось таким вкусным и которое испекла я. Меня переполняла гордость. Я встретилась со своими страхами лицом к лицу и победила.

То самое легендарное печенье из Киноа с шоколадной крошкой, которое изменило мою жизнь

Итак, я отправилась к маме, чтобы поделиться с ней своими успехами! Мне не терпелось увидеть её реакцию. Когда я открыла дверь, вручила ей стопку пластиковых контейнеров и сообщила, что приготовила для неё ужин, она лишь посмотрела на меня и рассмеялась. Я повторила фразу и открыла все контейнеры. Мама замолчала. Ведь за все двадцать четыре года она ни разу не видела, чтобы я приготовила что-то серьёзнее тоста. Она решительно достала тарелки, выложила еду, взяла в руки вилку и попробовала. И знаете что? Ей ПОНРАВИЛОСЬ! Понадобилось несколько минут, чтобы заставить её поверить в то, что всё это приготовила действительно я, но когда это случилось, мама не могла сдержать своего восторга. Как бы мне ни хотелось остаться и посмотреть, как она съест всё до последней крошки, я удержалась. Но перед уходом попросила маму быстренько перейти к десерту и попробовать печенье, которое ей тоже безумно понравилось! И теперь она постоянно просит, чтобы я ей его испекла, так же как и многие мои друзья.

Бесконечные часы усердной работы на кухне в тот день прошли не зря. У меня появилась новая страсть, которая по-настоящему изменила мою жизнь и мои взгляды на еду. Открыла двери для новых исследований. Я постоянно гуглю новые рецепты — и просто забавы ради, и для вечеринок, и для праздничных ужинов. Никогда бы не подумала, что мамина кухня в Лос-Анджелесе, где раньше я так часто наблюдала, как она готовит, станет местом для всяческих вкусностей, которые я ей привожу. Изменилось даже то, как я смотрю на кухню в доме в Англии, где прошло моё детство. Когда мы приезжаем туда, я уже больше не сижу за кухонным столом, читая книги. Например, на Рождество я принимаю участие в приготовлении еды для ежегодного банкета и сама готовлю несколько блюд, в том числе и свой фирменный рождественский торт с пряностями. Я очень долго и тщательно всё планирую, так что даже не спрашивайте меня об украшении дома.

Я пеку, даже когда уезжаю на съёмки: брауни, капкейки, маффины, булки, миндальные печенья, торты, пончики и пироги. Это стало своего рода терапией, моим способом сбежать от всего. С каждым днём прогресс в работе над моими пищевыми расстройствами всё заметнее; с каждой кулинарной попыткой я учусь чему-то новому. Не всегда приготовленное блюдо получается идеально, не всегда оно похоже на фотографию из интернета, но в каждое я вкладываю свою любовь и усердие, и вот что по-настоящему важно.

Может, мои эксперименты на кухне и начинались ради парня, но те дни давно прошли. Сейчас я готовлю, потому что это нравится мне самой. Это то время, когда я могу побыть наедине с собой, абстрагироваться от внешнего мира и творить. Я соблюдаю последовательность и знаю конечный результат — это дарит мне ощущение умиротворения. Но ещё я испытываю чувство свободы, когда отступаю от рецепта и импровизирую. Когда всё получается — это тоже особенный и очень важный момент. При этом я быстро примирилась с возможными кулинарными фиаско, ведь не всегда удаётся правильно соблюсти пропорции, и вместо шедевра получается настоящая катастрофа. В таких ситуациях я учусь на своих ошибках и в следующий раз проявляю бо́льшую осторожность. Приготовление еды помогает мне расслабиться, почувствовать себя свободной и прогоняет чувство вины и стыд за то, что я ем. Сейчас я смотрю на еду, как на энергию для моего тела и разума, я не боюсь её. Без этой энергии мне не стать сильнее — ни в эмоциональном, ни в умственном, ни в физическом плане. К тому же это так здорово — баловать себя и радоваться творению собственных рук. Даже мои младшие братья без ума от моей выпечки, а это что-нибудь да значит, ведь не так просто увлечь детей «полезными» альтернативными продуктами, тем более если в них содержится веганский шоколад. Если я отправляюсь куда-нибудь в другой город или в другую страну, где у меня есть друзья, они обязательно просят меня привезти с собой контейнер с печёными сладостями. Выпечка стала моим подарком не только самой себе, но и многим другим. Наверное, можно сказать, что я официально стала такой девушкой, настоящим мастером-пекарем, которую еда теперь не контролирует, а вдохновляет.