Прочитай меня + бонус

Я смотрю на слишком быстро постаревшее лицо Королева-старшего и ищу в себе силы согласиться. Не из-за денег, нет, мне просто его жаль.

Домой я не тороплюсь, взяла двухнедельный отпуск, первый за долгое время. Я люблю свою работу за возможность делать людей счастливыми и получить быстрый и заметный результат.

Для собственного салона мне как до Луны, но не скрою, предложение Королева-старшего манит будущими возможностями. Да и тете понадобится помощь.

Однако Никита… я очень настроилась на то, чтобы больше его не видеть.

— Я подумаю и дам вам знать.

Когда мы вышли к ожидающему такси, Никита взял меня за руку.

— Можно поговорить с тобой начистоту?

— Нет, зачем?! — я аж отпрянула. Этот день побил все рекорды откровений.

— Я знаю, что ты обиделась. Иногда я веду себя как последний идиот, но прошу тебя, дай мне шанс. Не уезжай домой, останься хотя бы на пару дней. Благотворительный вечер — это невероятное действо, там собираются все сливки общества…

Всю дорогу домой он уговаривал меня, а я не останавливала. Все лучше, чем говорить на другую тему, которая может оказаться опасной.

— Аля, прошу тебя, останься!

На прощание Никита поцеловал мою руку.

Глава 3. Благотворительный вечер

Хорошие предложения мне делают редко, а вот гадкие — постоянно. Мужья и сыновья клиенток, соседи по лестничной площадке, таксисты, незнакомцы на улице. Я слежу за собой, чтобы соответствовать профессии, а для мужчин это как магнит. А вот с работой сложнее. Я нашла хорошее место по чистой случайности, когда опытная кандидатка в последний момент отказалась, а салону срочно понадобилась помощь. Я безропотно делала все, что просят и не просят, — отвечала на звонки, наводила порядок, делала кофе.

Прижилась на удивление быстро, и уже через несколько месяцев мне подбросили пару подработок на дому. Оттуда и начала набирать свою клиентуру.

Я верю в судьбу. Да, я, оборвашка, подверженная глупым иллюзиям, верю в то, что повороты судьбы не случайны. Предложение Королева-старшего было необычным и обещало значительную выгоду, но согласилась я, в основном, из жалости. И любопытства.

Когда тетя узнала о приглашении, онемела от восторга. Королев-старший настойчиво предлагал свои услуги в выборе одежды, но я категорически отказалась. В элитном магазине среди отказных вещей ничего подходящего не нашлось, однако платье мне достали.

Шелковое, изумрудно-зеленое, красиво облегающее фигуру. Полностью закрытое спереди, вплоть до воротника-стойки, но с открытой спиной. Очень волнующий эффект.

Вот я и стала настоящей Золушкой. Приехала в музей, похожий на дворец с мраморными лестницами, расписанными куполами и до блеска начищенным паркетом в залах. Некоторые из экспонатов временно убрали, но большая часть осталась на месте, и я бродила по залам, не веря, что нас пустили в святая святых. Здесь все похоже на сказку, подвел только принц, с которым я пришла на вечер, но его присутствие в моей жизни временно, и я надеюсь, что праздник вытеснит из памяти мысли о провальном свидании.

Королев-старший прибыл вскоре после нас и сразу же напомнил о нашей договоренности:

— Я представлю вас нужным людям. Постарайтесь произвести впечатление и сдерживайте Ника. Сын достаточно заинтересован в вас, чтобы вести себя прилично. Учтите, он крайне импульсивен и переменчив. Вы заинтриговали его своей недоступностью, но если позволите… лишнее, он быстро потеряет интерес и переметнется к другой.

— Лишнее? — я не смогла сдержать смех. Эта семейка меня умиляет. — Заверяю вас, в мои планы не входит позволять вашему сыну «лишнее», даже если от этого будет зависеть репутация всего города!

— Многие так говорят, а потом меняют свое мнение.

— Поверьте, я не многие.

Королев-старший поморщился. Расслабив узел галстука, расстегнул верхнюю пуговицу рубашки и вздохнул.

— Аля, заранее меня простите, но я должен кое-что сказать на случай, если вы измените отношение к моему сыну. Ник женится по расчету, а не по велению основного инстинкта, и для этой цели вы нам не подходите.

Я должна была обидеться, но вместо этого рассмеялась.

— Торжественно клянусь не питать иллюзий!

Королев-старший измерил мою уверенность долгим многозначительным взглядом.

— Не спускайте с Ника глаз!

С этим заветом он растворился в толпе, а я пошла искать Никиту. Если сначала я волновалась, что почувствую себя девушкой из эскорта, то теперь утвердилась в роли детсадовской нянечки.

Найти Никиту оказалось слишком просто, его голос слышно издалека. Он стоял в кругу незнакомых мне молодых людей и что-то вещал, размахивая бокалом пива. Пенная жидкость выплескивалась через край, сползая по его пальцам. Красивым, тонким пальцам очень привлекательного мужчины.

— … я так и сказал отцу. Я не идиот, чтобы участвовать в аукционе! На кой мне круиз? Мне что, девяносто пять? И ящик шампанского тоже не нужен, я не пью дешевую бурду. Пусть идиоты меряются кошельками… — Заметив меня, Никита просиял. — О, детка, я тебя заждался! — оставил смачный пенный поцелуй на моей щеке. — Прошу любить и жаловать, это моя Аля! — сказал гордо, приподнимая меня в воздух для всеобщего рассмотрения.

Вокруг незнакомые лица, привлекательные, уверенные в себе. Некоторые снисходительно усмехаются, другие смотрят с интересом.

— Очень приятно! — я вхожу в роль. Мешает только то, что Никита держит меня на весу, поэтому незаметно дергаю ногами в попытке высвободиться. Я согласна с мнением его отца: Никита заинтригован, потому что я не бросилась к нему на шею, наоборот, слишком сдержанна. Пока я кормлю его азарт, он будет стараться. Но долго не вытерпит, поэтому пора заняться делом. Королев-старший не заинтересован в нашем общении с золотой молодежью, его волнуют люди посолидней. А это значит, что необходимо оторвать Никиту от приятелей и заодно от бокала. Алкоголь не улучшит его поведение.

Оглядываюсь по сторонам в поисках Королева-старшего, чтобы направить к нему блудного сына.

— Так вот, о чем я… аукцион! Другие лоты тоже мимо. Меня не волнует всякая древность, Алю и подавно. Зачем нам экспонаты, из которых труха сыплется. Правда, детка?

Требуется немалая выдержка, чтобы не поморщиться. Если учитывать, что вечер посвящен сбору денег на восстановление исторических музейных ценностей, то настрой Никиты никак не соответствует ситуации.

Смотрю на него с такой милой улыбкой, что тошно. Я бы врезала ему дважды: первый — за то, что говорит гадости от моего имени, второй — за «детку». Я согласилась помочь Королеву-отцу прежде всего из сочувствия, а потом уже из-за собственной, пока неопределенной, выгоды. Я нежеланный ребенок, разочаровавшийся в родителях, а он — пожилой мужчина, отчаявшийся добиться толка от единственного сына и наследника. Мне стало его жалко. Но сейчас, растягивая губы в неестественной улыбке, я не могу думать ни о чем другом, только о смирительной рубашке.

— Как давно вы знакомы? — спрашивает кто-то.

— Сто лет! — Никита машет рукой. — Еще со школы. Изабелла висела на мне мертвой петлей, зато теперь я Алю не отпущу.

— Изабелла нормальная баба, ты ее не заслуживаешь! — проворчала красивая брюнетка в облегающем красном платье и посмотрела на меня с вызовом.

Я здесь ненадолго, и у меня очень определенная миссия, в которую не входят препирательства с друзьями Никиты.

— В детстве мы с Изабеллой сидели за одной партой. Соглашусь с вами, она замечательная девушка. — Я говорю чистую правду.

— И красивая, — продолжает провоцировать брюнетка.

— Очень! — честно соглашаюсь я.

— Ты так говоришь, потому что давно ее не видела. — Отпустив меня, Никита залпом допил пиво. — Она заплыла жиром, ты ее не узнаешь.

Никита ведет себя как ребенок, избалованный и невоспитанный. Отец заставлял его ухаживать за Изабеллой, и теперь он мстит за это самым отвратительным образом.

Брюнетка, явно подруга Изабеллы, не на шутку разозлилась. Шагнула вплотную к Никите, тыкая его пальцем в грудь.

— Ты скотина, слышишь?! Гад! Изабелла набрала килограмм пять от силы из-за гормонов, которые пила из-за тебя… а ты, кобель…

Никита вспыхнул, как коробок спичек, брошенный в огонь. Его грубые крики разносились по залу, привлекая всеобщее внимание.

Ситуация вышла из-под контроля за считанные секунды.

Если я не вмешаюсь, то Никита попадет в полицию намного раньше, чем в прошлом году, но я совершенна не готова к действиям. Как и к удушающему чувству стыда под взглядами незнакомых людей. Я здесь почти инкогнито, но мне безумно стыдно за Никитины слова и его поведение.

Он не в себе, и мне с этим не справиться. Спасать его репутацию нет смысла, через день-два он снова все испортит.

Мне резко расхотелось помогать Королеву-старшему. Собственный салон мне не нужен, да и если у тети возникнут проблемы, мы справимся. Только бы уйти… чтобы перед глазами не маячило доказательство моей юношеской слепоты и неразборчивости в мужчинах.

Я судорожно выискивала в толпе Королева-старшего.

Ситуация накалялась. Золотая молодежь следила за стычкой, лениво попивая вино и то и дело оценивающе поглядывая на меня. Они ожидали моей реакции, действий, скандала.

— Не хочешь защитить своего… кавалера? — спросил один из мужчин издевательским тоном. В расстегнутом смокинге с развязанной и небрежно перекинутой через плечо бабочкой, он отличался от других отсутствием лоска, словно и сам только что выбрался из драки. Коротко стриженные волосы и грубые черты лица придавали ему бандитский вид. — Или забери его в более интимное место, а то его сейчас закоротит!

Вокруг раздались смешки.

Полагаю, я заслужила презрение, раз добровольно пришла на вечер с Никитой. Остальные смотрят на меня с ленивым любопытством, а этот… противный тип. Расчленяет взглядом, будто именно я виновата в поведении Никиты. Не иначе как тайный воздыхатель обиженной Изабеллы.

Брюнетка наступала на Никиту, вцепившись в его пиджак. Они продолжали препираться, наплевав на прекрасную акустику музея.

Небрежный незнакомец шагнул ко мне и взглядом показал на дерущуюся пару.

— Если сейчас не вмешаешься, потеряешь своего принца, и он достанется другой!

Странное совпадение, ведь я только что в мыслях назвала Никиту неудачным принцем на прекрасном балу.

Презрительно морщась, мужчина дернул губами. Странное движение, почти тик, показавшийся знакомым. И осуждающий взгляд тоже кого-то напомнил. Я пришла на вечер в качестве девушки Никиты, и уважать меня не за что.

Из-за скульптуры Аполлона появился Королев-старший, даже издалека видно, как он побледнел. Еще бы, его сын и наследник дерется с женщиной на глазах у городской элиты.

А его нянька, то есть я, стоит рядом и натужно улыбается.

Я бы перестала, но лицо застыло в болезненной гримасе.

— Ни-и-ик! — протянула неожиданно писклявым голосом.

— Сейчас, детка!

— Ни-и-ик! — Мне совершенно нечем его отвлечь. Вокруг толпы людей, и большинство смотрят на нас. — Мне… мне… скучно! Покажи мне музей!

Перед глазами потемнело. Ладно я выставляю себя дурочкой, но хоть бы эффект был!

— Извини, детка, я отвлекся! — Никита нехотя оторвался от брюнетки и схватил меня за талию.

Его соперница тяжело дышала, прожигая нас яростными взглядами. Вот-вот бросится снова.

Ее ярость не связана с Изабеллой, это личное.

— А давай я понесу тебя на руках?! — Никита снова приподнял меня над полом.

— Спасибо, я пойду сама, — ответила сквозь зубы. — Поставь меня!

— На такие сладкие ножки не грех и поставить! — рассмеялся Никита и с неохотой отпустил меня на свободу.

Сладкие ножки! Сладкие. Ножки. Какой бред! От его приторного тона хочется всем телом пройти через стекло. Оконное. И сбежать.

Окружающие отвлеклись, потеряли к нам интерес, только мужчина в расстегнутом смокинге следил за нами неприязненным взглядом.

— Шли бы вы… за экспонат! — закатив глаза, он исчез из поля зрения. Я бы тоже исчезла, но увы, на службе.

Осталось три часа, всего три часа, а потом я вернусь домой со связями, знакомствами и гарантией помощи влиятельного мужчины. Для одинокой молодой женщины это очень много.

Я уговаривала себя потерпеть, пока тащила Никиту через толпу в направлении его отца.

Облегчение на лице Королева-старшего можно было черпать ложками. Он пожал мой локоть и незаметно прошептал: — Не знаю, как вы это остановили, но спасибо! В прошлом году Ник подрался с официантом, и они снесли несколько столов. Постарайтесь найти способ держать его под контролем!

— Мне бы электронный ошейник! — сказала одними губами.

А дальше нас закрутило. То, что я делала, можно назвать только одним словом — манипуляция. Я безжалостно льстила Никите в попытке контролировать его нрав.

«Покажи мне, как ты налаживаешь связи для бизнеса. Ты ведь наверняка знаешь очень важных людей…»

«Неужели ты и политиков знаешь? Не может быть… Я и подумать не могла, что можно так быстро достичь успеха…»

«Познакомь меня с Филипповым. Это правда, что ему принадлежит половина заправочных станций в городе? Неужели ты и его знаешь? Это невероятно…»

Королев-старший подводил нас к важным для бизнеса людям и нашептывал инструкции.

Общаться с людьми Никита не умел. Слишком громко смеялся, грубил и отворачивался, если тема казалась неинтересной. Сплетничал, не задумываясь о последствиях. Но отдам ему должное: он старался. Сдерживал себя и, подстегнутый моими комплиментами, участвовал в беседах.

Королев-старший смотрел на меня влюбленным взглядом, и я впервые заволновалась, что он меня не отпустит. Даже Никита проникся, начал слишком стараться. Он хорошо умеет только одно — заигрывать с женщинами, и именно это он попытался сделать, что очень не понравилось директору банка и порадовало его молодую жену. Пришлось срочно увести Никиту в другую компанию. Я уже порядком подустала, но, к счастью, настало время аукциона.

На аукционе мы оказалась за столом уже знакомой мне золотой молодежи. Королев-старший сидел неподалеку и выглядел довольным результатами моей работы. Отношения налажены, обошлось без скандала, осталось только потратиться на аукционе — и репутация залатана.

Мать Никиты, тихая, бессловесная женщина, сидела, уставившись в тарелку, не глядя ни на сына, ни на мужа.

— Ты самая красивая женщина на этом вечере! — прошептал Никита. — Я бы ни за что не стал развлекать старых козлов, если бы не ты. Но теперь даже рад, что послушался отца. Приятно видеть, как мужики о тебя глаза ломают, и знать, что ты со мной.

Его услышали не только за нашим столом, но и за соседним.

Я гипнотизировала взглядом огромный букет в центре стола. Ни одного знакомого цветка, надо же.

Никита запустил ладонь в вырез на спине, мягко поглаживая. Ничего непристойного, но от каждого прикосновения бросает в нехорошую дрожь. Слепая и мучительная влюбленность трансформировалась в отвращение такой же силы.

Я непроизвольно изогнула спину, чтобы уйти от нежеланного прикосновения.

— Мы можем пробраться на верхний этаж, там есть укромные места без камер, — прошептал Никита слишком громко, и его снова услышали. Однако никто не удивился, вокруг достаточно женщин, не скрывающих свою доступность.