Помоги проекту - поделись книгой:
– Мы не знаем, чего он ждет. И это в некотором смысле еще больше пугает, чем открытый терроризм. Мы что-то упускаем в общей картине. Но кровопролитие грядет. Этот тип слишком фанатичен и безрассуден, чтобы этого не произошло.
Алиссу было не так-то легко пронять аргументом «цель оправдывает средства». Сколько жестокостей совершалось под прикрытием этого самого довода?
– И есть кое-что еще, – снова заговорил майор. – Даже если бы Аль-Йад был совершенно ни при чем, это «кое-что» могло оправдать нашу попытку силой склонить Бреннана Крафта к беседе.
– И что же это?
– Собирая информацию по Крафту, мы обнаружили в информационном облаке кое-какие его поисковые запросы, сделанные через Интернет. В последнее время он проводил обширное исследование по мировым правительствам. Автократии, тоталитарные режимы, теократии и демократии. Он изучал революции. То, как наиболее эффективно свергать правительства. Слабые места. Ключевые точки. Как организовать правительство с минимальным числом сторонников. Он словно бы готовился захватить весь мир практически без подготовки и без людских ресурсов.
– Вы точно не выдумываете это на ходу? – саркастически пробормотала Алисса. – Давайте перечислим то, что я поняла из уже сказанного вами. Бреннан Крафт из блестящего школьника становится священником-бунтарем, – начала она, загибая по пальцу на каждый пункт. – Потом гением квантовой физики. Одновременно он использует свои навыки программиста, чтобы стать мультимиллионером. После чего последовало увлечение «Теорией Бога». – Она задумчиво склонила голову, вспоминая, не упустила ли чего-либо. – А потом он вдобавок сделался идейно голодающим.
– Праноедом, – поправил Еловиц.
– Верно, праноедом. Крафт стал сторонником праноедения и в процессе несколько раз едва не умер. И наконец, оказалось, что он друг самозваного божка. И был им задолго до того, как этот бог вообще привлек хоть чье-то внимание. И после всего этого Крафт занимается изучением всех политических систем и лучшего способа свергнуть их. Я ничего не упустила?
– Нет. Вы верно все подытожили. Этот человек сумасшедший, но нельзя отказать ему в гениальности, иначе он был бы просто скучен. Он словно бы перескакивает от одной безумной цели к другой, без какой-либо видимой последовательности или причины.
– Это все? – с кривой улыбкой осведомилась Алисса. – Он ведь не является звездой своего собственного реалити-шоу или что-то в этом духе?
Еловиц проигнорировал ее сарказм:
– Мы знаем о нем еще кое-что, но самые важные подробности я рассказал.
– Значит, сейчас он увлекся гипнозом, верно? – спросила Алисса. – Неожиданно заинтересовался им? После всех его прошлых увлечений это было бы неудивительно. Но как он узнал, кто я такая и чем занимаюсь?
Майор покачал головой:
– Хороший вопрос. Это, конечно, возможно сделать, но очень, очень сложно.
– Значит, ему был нужен доступ к каким-то наркогипнотическим веществам, которые я помогала разрабатывать, и доступ к результатам моей работы. Но зачем, вместо того чтобы пытаться похитить меня и держать под дулом пистолета, он прибег к… – Она умолкла. Ей действительно была отвратительна не только концепция, но и само название «смазливый живец». – Зачем он прибег к романтическим ухищрениям?
– Легче получить более полные и надежные сведения при помощи сахара, чем при помощи уксуса, – без обиняков ответил майор. – Но хотя Крафт ухитрился добыть информацию, способную вызвать зависть у опытного шпиона, сама попытка подкатить к вам через сайт знакомств была глупым действием. Совершенно любительским подходом. Любой, кто хоть что-то знает об этой игре, поймет, что мы наблюдаем за подобными вещами.
Алисса нахмурилась:
– Вы хотите сказать – любой, кто не столь безнадежно наивен, как я?
Еловиц сжал зубы:
– Извините, я забыл, что для вас это тоже оказалось новостью. Однако смысл остается прежним.
– Хорошо. Значит, он хотел получить максимально надежные сведения. Но если бы даже я все рассказала ему, то это мало ему помогло бы.
– Мы знаем, что он изучал – как бы нелепо это ни звучало – мировое господство. Должно быть, он считал, что ваши наркогипнотики могут в этом помочь. Ну, знаете, в стиле «Маньчжурского кандидата»[8].
Алисса нахмурилась еще сильнее.
– О гипнозе ходит больше мифов, преувеличенных слухов, домыслов, предположений и конспиративных теорий, чем о любой другой области науки, – с жаром заявила она. – Да, моя группа пыталась улучшить и совершенствовать его для определенных задач. Но как вы хорошо знаете, майор, моя группа работает только с добровольцами. Нельзя заставить кого-то сделать что-то, противоречащее его интересам. Нельзя заставить человека сделать то, чего он не желает делать. Если человек хочет потерять страх перед полетами, мы можем с абсолютной непогрешимостью воплотить это желание в жизнь. Если он действительно этого хочет. Но мы не можем заставить его убить свою жену.
– Ну да, в том случае, если он…
Алисса засмеялась. Она не думала, что Еловиц способен выдать шутку, да еще и такую успешную.
– Вы не можете заставить его даже зарезать курицу, если он не хочет этого. Значит, вы уж точно не загипнотизируете его так, чтобы он предал Родину. Посредством определенных веществ и электрической стимуляции мозга мы можем значительно расширить диапазон поведения субъекта – но только если он этого хочет. И все же при помощи гипноза нельзя превратить человека в раба-зомби, несмотря на все сенсационные новости в Интернете, фильмы и теории заговора, в которые верит так много людей. – Она покачала головой. – У Крафта должны были быть какие-то другие мотивы.
– Их у него не было. Он же сумасшедший, не забывайте. Должно быть, он купился на что-то вроде того же «Маньчжурского кандидата» и заглотил крючок вместе с леской и поплавком. Мы знаем, что в таких фильмах отсутствует научная истина. Но Крафт-то этого не знает.
Алисса поджала губы и решительно помотала головой:
– Вы не обедали с ним. Он производит совершенно другое впечатление. И судя по тем сведениям, которые вы мне дали, он не просто гениален, он к тому же тщательно готовится ко всему, что делает. Может быть, он и сумасшедший, однако к науке подходит отнюдь не по-дилетантски.
Еловиц пожал плечами:
– Возможно, вы правы, но мне не приходит в голову другое объяснение его интереса к этой области.
– Мне тоже, – признала Алисса. Потом сделала глубокий вдох. – И что теперь?
– Точно не скажу, – ответил Еловиц. – Но сейчас, когда его романтический подход потерпел неудачу, – продолжил майор, и Алисса, не удержавшись, поморщилась от его слов, – он, скорее всего, перейдет к запасному плану.
– К запасному плану? – недоуменно переспросила она.
– Думаю, он попытается захватить вас силой.
Она едва сумела сдержать изумление:
– Вы, наверное, шутите. После того, как вы напали на него в моем доме? Не может быть.
Еловиц покачал головой:
– Вы нужны Крафту. Не знаю зачем, но он приложил героические усилия для того, чтобы устроить этот спектакль. Он очень рисковал, объявившись в Блумингтоне, чтобы назначить вам свидание. Я изучал его прошлое. Это человек, который, заинтересовавшись солнцеедением, едва не убил себя дважды в попытках подражать каким-то безумцам. Он столь же упрям, сколь и невменяем. И по каким-то причинам вы важны для него. Не думаю, что он сдастся. Я вполне могу ошибаться, однако я считаю, что нам нужен соответствующий план.
Желудок Алиссы сжался. Действительно ли Крафт попытается захватить ее? А если так, то для какой цели? Самым страшным было то, что у подобного безумца могло не быть никакой разумной цели для совершаемых им поступков.
Она встревоженно посмотрела на майора и спросила:
– И как вы планируете это предотвратить?
– А я и не планирую предотвращать, – отозвался майор Грег Еловиц, и тень хищной улыбки скользнула по его лицу. – Я планирую допустить, чтобы он это сделал, – прямо завершил он.
11
«Необходимость прятаться в течение долгого периода хороша тем, что у тебя хватает времени на то, чтобы строить планы и думать», – размышлял Бреннан Крафт.
Скрываясь в Индианском университете, он немало времени уделял тому и другому – в промежутках между исследованием того, что было известно об Аль-Йаде Госдепартаменту США, и изучением жизни и личности Алиссы Аронсон.
На несколько дней он устроился в кабинете профессоре Самнера Саэкса, пока тот был на конференции по химической инженерии. Крафт взломал компьютер профессора, и теперь у него была прямая связь с суперкомпьютером ИУ, так же как и с другими компьютерами по всему миру, считавшимися отлично защищенными.
Он постепенно разработал наилучший способ обитать здесь, словно незаметный паразит в брюхе огромного зверя. Он узнал, где расположены частные душевые, когда там можно принимать душ, и ухитрялся поддерживать личную гигиену на высочайшем уровне.
Ему нужно было сделать еще несколько дел до того, как он снова доберется до Алиссы Аронсон. Ждать уже недолго. Долго ждать попросту нельзя.
На его секретный адрес электронной почты пришло письмо. Крафт поспешно открыл его и начал читать.
Бреннан Крафт кивнул про себя. Он все еще не знал точно, правильно ли поступил, написав Эбену Мартину, однако понимал, что, после того как нажмет кнопку «отправить», обратного пути уже не будет.
Но еще до того он провел тщательную подготовку. Он взломал личный компьютер Мартина, прочел письма в его электронной почте, его заметки, все о его деятельности – просто для того, чтобы знать, кем сейчас стал этот человек. Он уже давно не общался с Мартином и хотел понять, как изменил того статус миллиардера и промышленного гиганта.
Он гадал, окажутся ли последствия этого решения замечательными или катастрофическими. Учитывая, как ужасно он просчитался относительно Алиссы Аронсон, Крафт в изрядной мере потерял уверенность в себе. Но только время способно было показать, каков будет результат. Было слишком много неизвестных факторов, чтобы даже отдаленно предполагать, как могут обернуться события.
Но как бы то ни было, он только что включил важную переменную в свои постоянно развивающиеся стратегические расчеты.
12
Алисса Аронсон не могла поверить своим ушам. Она смотрела на майора «Блэк-Опа» через стол. Была суббота, никто не мог прийти и помешать им. Алисса гадала, не уведомил ли Еловиц исследователей о том, что любая срочная работа может подождать до понедельника?
– Вы сказали, что планируете допустить, чтобы Крафт похитил меня? – переспросила она. – Силой? Пожалуйста, скажите мне, что я ослышалась.
– Но вы же сами заявили, будто он ни за что не вернется за вами. Так что вам нечего опасаться.
– Вероятно, нет. Но если права не я, а вы, то я хотела бы думать, что вы не рассматриваете меня в качестве расходного материала.
– Расходного? – удивленно повторил Еловиц. – Ни в малейшей степени. Скорее уж бесценного.
Алисса несколько секунд размышляла над этим:
– И все же, вы действительно говорите, что если Крафт попытается меня похитить, вы и пальцем не шевельнете, чтобы остановить его?
Майор покачал головой:
– Конечно же, мы будем действовать. Нельзя допустить, чтобы все выглядело слишком просто. После налета на ваш дом он знает, что мы охотимся за ним, поэтому будет ждать, что мы предпримем усиленные меры для вашей охраны. Если приманка будет выглядеть слишком легкой, он заподозрит, что это ловушка. Плакат с надписью «Я здесь, похищайте меня сколько угодно», вероятно, насторожит и отпугнет ее.
– Мне просто невыразимо нравится идея того, что меня именуют «приманкой», – процедила Алисса.
– Послушайте, что бы там ни было, мы поставим на вас маячок. И «жучок». Вы будете настолько в безопасности, насколько это вообще возможно. К тому же вы считаете, что я ошибаюсь. Может быть, это и так.
Алисса с отвращением посмотрела на майора.
– Вы сами сказали, что он никогда не нарушал законов, – продолжил Еловиц. – Так что ваше похищение может оказаться для него недопустимо по моральным причинам. И мы заметили, что он никогда никого не убивает, даже будучи жестко спровоцирован.
– Пока не убивал. Но опять же, у вас нет ни единого намека на то, что именно может его спровоцировать.
– Мы приставим к вам двух телохранителей, – сказал Еловиц. – Им будет дан приказ не допустить причинения вам любого вреда. При возможности – захватить тех, кто попытается это сделать. Если не получится – убить их.
– Мне казалось, вы хотели, чтобы меня похитили.
– Я действительно этого хочу. Но тем не менее мы должны сделать так, чтобы все выглядело правдоподобно. И если они смогут захватить Крафта, что будет невероятно после неудачи ударной группы, отправленной за ним, это станет наилучшим исходом. Однако после событий в вашем доме я полагаю, что Крафт справится с ними без малейших проблем.
– И вы скажете им заранее, чем все должно закончиться? Что вы хотите, чтобы он украл меня?
– Нет. Кто знает, может быть, они преуспеют там, где проиграли мы. Это было бы идеально. И нам нужно, чтобы они предприняли героические меры по вашему спасению. Мы не можем рисковать тем, что Крафт разглядит обман, поэтому будем играть честно.
– Отлично. Я уверена, эти парни будут благодарны за то, что им не сказали, ради чего они рискуют своими жизнями.
– Опять же, мы не знаем, грозит ли им какая-либо опасность. И мы расскажем им все, что нам известно, о способностях и методах Крафта. Хотя это немного. По сути, мы скажем им соблюдать осторожность и быть готовыми ко всему.
Алисса обдумала его слова:
– Ладно, допустим, Крафт действительно придет за мной. Допустим, ваши люди не смогут его остановить, и он уволочет меня куда-то. Что тогда?
– Мы установим на вас следящее устройство, имплантируем его под кожу на бедре. Нажмите в нужной точке, и вы включите сигнал тревоги. К тому же у вас будет цифровой диктофон, который вы можете включить в любой момент, с трехчасовой вместимостью. Очень крошечный. Эти устройства не доставят вам никаких хлопот.
– Работа еще одной исследовательской команды «Блэк-Опа»?
– Да. Очень надежная. Так что мы точно будем знать, где вы находитесь. Поблизости от этого места мы разместим отряд, и если вы подадите сигнал тревоги, они нанесут удар. – Еловиц покачал головой. – Но я не думаю, что в этом возникнет необходимость. Потому что я хочу, чтобы вы подружились с Крафтом. Помогли ему. Соглашайтесь со всем, чего он от вас захочет. Попытайтесь сами устроить ему «смазливого живца», если сумеете.
– Ну конечно же, это сработает, – саркастически хмыкнула Алисса. – Крафт знает, что я в курсе того, что на нашем якобы свидании он меня обманывал. Затем он похитит меня. И я должна постараться соблазнить его? – Она закатила глаза. – Ну да, он в это, несомненно, поверит.
– Вас может удивить его реакция, – возразил Еловиц. – Возможно, он сочтет это хельсинкским синдромом[9]. Может быть, он не будет особо сомневаться. Но если вы сможете заманить его в постель, это будет лучшим способом завоевать его доверие.
Алисса знала, что это правда. Окситоцин, вырабатывающийся во время близости, не только сексуальной, но даже после коротких объятий, служит установлению доверия.
– Притворитесь, что влюбились в него, – продолжал майор. – Можете пойти на полное сотрудничество с ним, потому что он все равно не сможет добраться до ваших наркогипнотиков. А даже если и сможет, то без знания ваших протоколов нейростимуляции от них ему не будет никакого прока. Поэтому расскажите ему все, что он хочет знать. Будьте честны. Он достаточно умен, чтобы раскусить ложь.
Алисса Аронсон молчала.
– Узнайте все, что сможете, а мы будем ждать поблизости. Мы не смогли захватить и допросить его. Но по какой-то причине он пытался сыграть с вами в романтические отношения и потерпел провал. Теперь ваша очередь.
– Мне тоже ничего не удастся, – ровным тоном произнесла Алисса.
– Я в этом отнюдь не уверен. Я говорил вам, что ваши с ним интересы совпадают до полного невероятия. И есть еще одно. Если вы, как это сделал я, изуˆчите прошлых его девушек, которые были у него с тех пор, как он сложил с себя сан, то увидите, что вы точно соответствуете тому типажу, который ему по нраву. В вас сочетается тот тип внешности и личности, который он, похоже, искал в других женщинах.
Алисса покусывала нижнюю губу, обдумывая его слова.
– А что, если я откажусь торговать своим телом за тайны Крафта? – спросила она наконец. – Предполагая, конечно, что он действительно похитит меня.
– Понятно, что мы никак не сможем это контролировать. Если ваша совесть не позволяет подобного, пусть будет так. Идеально было бы, если бы вы смогли завоевать его доверие, не переспав с ним.
– А если я откажусь быть приманкой?
Еловиц вздохнул:
– Вы не можете отказаться. Вы то, что вы есть. Раненая зебра может отказаться быть добычей льва, но самого льва это не остановит. Это не я сделал вас жизненно важным объектом для Бреннана Крафта. Он пришел к такому заключению совершенно самостоятельно. И, как я уже говорил, я намерен честно попытаться защитить вас. Но если, как я предвижу, мне это не удастся, я хочу облегчить вам жизнь. Я не требую от вас героически молчать, напротив, я прошу вас рассказать ему все, что он хочет знать. Завоюйте его доверие. Тогда вы, возможно, узнаете то, что хотим знать мы. О нем и о его друге – этом мусульманском боге.
Алисса закатила глаза, услышав, какое определение Еловиц дал Аль-Йаду – это напомнило ей о том, в какой абсурдной ситуации она оказалась. Как скромная еврейская девушка наподобие ее могла влипнуть в такую кашу? Кто-то где-то состряпал славный анекдот.
Поделиться книгой: