Портниха [СИ]

…Они просидели вдвоем до самого вечера. Занимаясь домашними делами, я то и дело прислушивалась к звукам, доносившимся из дочкиной спальни, однако ничего особенного или подозрительного не услышала — оттуда раздавались только громкий смех и звонкий Ланкин голос.

Пару раз Элана прибегала на кухню за свежекупленным печеньем, а ближе к шести часам вечера я уже сама постучала в ее дверь, дабы напомнить, что пришла пора ужинать.

Дэн ушел в начале восьмого. Долго и мило прощался с нами в прихожей, словно изо всех сил оттягивая момент возвращения домой.

— Где ты откопала это чудо? — поинтересовалась я у дочери, когда за ее приятелем все-таки закрылась дверь.

— В парке, — ответила Элана. — Помнишь, в прошлом месяце была оттепель, и я поехала кататься на велосипеде? Вот. Он шел по аллее, а я ехала мимо и случайно окатила его водой из лужи. Так и познакомились.

— Да уж, — хмыкнула я. — Романтика.

— Он классный, — уверенно сказала дочь. — Забавный, веселый, добрый, как котенок. Умный очень. Ты, кстати, ему понравилась.

— В самом деле?

— Ага. Дэн сказал, что ты — замечательная. И что он тоже хотел бы иметь такую маму.

— У него нет мамы?

— Нет. Она умерла, когда ему было два года. Он ее даже не помнит.

Печально.

— А отец имеется?

— Имеется, — фыркнула Лана. — Но только номинально. У них очень своеобразная семья.

— Ты с ним знакома?

— Нет. Такой чести меня пока не удостоили.

Я внимательно посмотрела на дочь.

— Что у вас за отношения, Лана?

Она пожала плечами.

— Общаемся. Обсуждаем музыку и книги. Вместе гуляем. Он подвозит меня из универа домой. Только и всего.

— Дэн в тебя влюблен.

— Думаешь? — усмехнулась она.

— Уверена.

Лана немного помолчала.

— Мне с ним очень хорошо, мам. Он лучше всех моих знакомых парней. Но дальше дружбы заходить не хочется. Страшно.

Еще бы. Когда перед глазами такой яркий пример неудачных отношений, как у ее матери, сто раз подумаешь — а оно вообще надо?

— Пусть идет как идет, — кивнула я. — А там будет видно.

* * *

Ланка оказалась права — снегом действительно завалило весь город. Из окна белые улицы смотрелись, конечно же, красиво, однако стоило утром выйти за порог и сделать попытку добраться до работы, как сразу стал понятен весь масштаб этого стихийного бедствия.

Хоть мое ателье расположено совсем рядом с домом, прихожу я туда за несколько часов до открытия. Делаю влажную уборку, дошиваю незаконченные изделия, обдумываю и рисую эскизы новых моделей одежды, которые можно будет предложить потенциальным клиентам. Сегодня большую часть времени пришлось потратить на то, чтобы очистить от снега крыльцо и прилегающую к нему дорожку, дабы эти самые клиенты могли свободно до меня добраться.

Пока убирала, несколько раз поднимала глаза, чтобы полюбоваться на новенькую вывеску, которую недавно повесили над входом в мою мастерскую. Теперь вместо старой полустёршейся таблички над крыльцом красовалось коралловое магически скрепленное полотно с надписью «Милагро». Видно его издалека, поэтому есть надежда, что ко мне на огонек будут заходить не только постоянные посетители, но и новые, незнакомые люди.

На самом деле, индивидуальный пошив одежды пользуется в нашей стране не меньшей популярностью, чем магазины готового платья. А в чем-то даже большей. Благодаря магически усиленным швейным машинам современным портнихам нужно совсем немного времени, чтобы выполнить заказ на любую, даже самую сложную деталь гардероба. Поэтому многие горожане предпочитают шить себе одежду у частного мастера, ведь это гораздо быстрее и дешевле, чем влетающие в копеечку походы по бутикам. Так что ателье у нас полно, и между ними идет неслабая конкуренция. Каждый заманивает клиентов, чем может: кто-то скидками, кто-то широким ассортиментом тканей, кто-то дополнительными услугами вроде эксклюзивных подвесок и аксессуаров.

«Милагро» с одной стороны, мало отличается от прочих мастерских: такая же техника, примерочная, ткани, фурнитура — словом, рядовая мастерская, в которой шьют и ремонтируют одежду люди среднего достатка. С другой, есть в сшитых мною платьях, брюках и кофточках помимо качества и хорошего кроя один секрет, которого нет ни у кого. Мои вещи приносят людям счастье. Причем, в самом прямом смысле.

…Дверной колокольчик возвестил о том, что порог «Милагро» переступил первый клиент, буквально через десять минут после того, как я повесила на дверь табличку «Открыто». Очень, к слову, вовремя — я как раз прострочила последний шов на новых брюках господина Лиззе — одного из моих постоянных клиентов.

Выглянула из-за ширмы, отделявшей рабочую зону от маленького холла со стойкой и креслами для посетителей, и увидела худенькую незнакомую девушку в стареньком пальто и тонком берете, нерешительно остановившуюся на пороге.

— Доброе утро, — улыбнулась я, выходя ей навстречу. — Прошу, проходите. Чем могу вам помочь?

— Здравствуйте, — скромно улыбнулась она в ответ. — Мне нужна юбка. Классического кроя. Срочно нужна. Очень-очень.

— Минимальное время пошива одежды вместе с примеркой — три часа, — заметила я. — Если, разумеется, нет другой срочной работы. Но вам повезло — сейчас горящих заказов у меня не имеется.

Девушка просияла и шустро последовала за мной на рабочую половину — снимать мерки.

— Юбка должна быть самая простая, — говорила она, пока я измеряла ее тоненькую талию. — Прямая, длиной чуть ниже колена. И обязательно черная. У вас ведь есть черная ткань?

— Конечно. Декоративные элементы использовать будем? Вышивку, отделку…

— Нет-нет! Сшейте мне самую обычную черную юбку. И, пожалуйста, побыстрее.

— Но ведь обычная — это скучно, — удивилась я. — Я уже поняла, что вам нужен офисный вариант одежды, но ведь даже самый строгий дресс код не запрещает иметь на юбочке интересную вытачку или красивый поясок. Если вопрос в цене, можете не волноваться, дополнительные красивости у меня стоят совсем не дорого.

Девушка вздохнула.

— Да не в цене тут дело. Хотя, и в ней, конечно, тоже. Денег у меня не так уж много. Просто после обеда я иду на собеседование в одну серьезную организации.

— Вы хотите устроиться на работу?

— Да, очень хочу. Даже не так — мне просто необходима эта работа. И ведь я подхожу по всем параметрам: у меня и образование соответствующее есть, и некоторый опыт имеется, и возраст оптимальный, и желание трудиться тоже.

— Но нет черной классической юбки.

— Да! Мне сказали, что тамошняя начальница — очень строгая придирчивая дама. Она обращает внимание на все, а особенно на внешний вид сотрудников. И на собеседование к ней нужно идти обязательно в деловом костюме. Блузка у меня есть, жакет одолжила соседка, а вот юбка — увы…

— Ее можно было купить в магазине.

— Может быть, и можно. Но я такая невезучая! С самого утра обежала половину города, но не нашла ничего подходящего. Только представьте: то цвет не тот, то нет нужного размера, то стоимость такая, что становится нехорошо. Единственный выход — шить.

— Вы так уверены, что благодаря черной юбке вас возьмут на работу?

— Я ни в чем не уверена, — снова вздохнула клиентка. — Когда я войду в кабинет к этой строгой начальнице, у меня наверняка отнимется язык, подвернется нога или случится ещё что-нибудь такое, из-за чего надо мной сначала посмеются, а потом прогонят прочь. И никакая юбка не поможет.

Это точно.

Слушая ее взволнованный рассказ, я внимательно рассматривала посетительницу своим особым зрением. При этом меня не покидало чувство дежавю. Примерно такое же полотно я наблюдала вчера у Дэна Крега, только в менее запущенном варианте. Здесь же нет ни одной искры магических сил, клубок комплексов больше, способностей чуть меньше, зато моральные качества на высоте. Словом, девочка — умничка и разумничка, но жутко неуверенная в себе.

Впрочем, это не беда.

— Знаете… Как вас зовут?

— Анита.

— Анита, мне кажется, это неправильно — идти на собеседование, заранее настроившись на провал. Поэтому, чтобы поддержать ваш боевой дух, я сошью вам особенную юбочку. Она будет приносить удачу.

— Удачу? — удивленно переспросила девушка. — Вы, что же, магичка?

— Ну… В некотором роде, — улыбнулась я. — По крайней мере, мои клиенты считают именно так. Говорят, вещи, которые я шью, просто волшебные — им буквально нет сноса.

Анита хихикнула.

— И сколько я буду вам должна за колдовство?

— Нисколько. Удача идет в подарок.

Ткань для будущей детали делового костюма мы выбрали быстро, и пока я кроила юбку, клиентка скромно сидела в кресле для посетителей, ожидая первой примерки.

Спустя час, подгоняя миди по ее фигуре, я одновременно копировала поврежденные энерголинии девушки, те самые, из-за которых она вечно чувствует себя неудачницей и которые совершенно определенно портят ей жизни.

Честно говоря, в чем-то Анита права — я действительно волшебница, но волшебство мое особенное, отличное от того, к которому мы все привыкли. Я не могу передвигать взглядом предметы, вызывать ветер или создавать порталы. Зато отчетливо вижу энергетические нити, которыми оплетен каждый человек, те, что отражают черты его характера, моральные качества, стремления и предрасположенности.

Для меня все они складываются в единое полотно, на котором, как на картине можно увидеть практически всю подноготную человека, кроме разве что его отдельных чувств и эмоций.

Зачастую это самое полотно бывает испорчено узелками, комочками, а то и целыми дырами комплексов, предрассудков и прочей внутренней гадости, мешающей людям радоваться жизни.

Суть моего необычного дара состоит в том, что я могу убрать эти узелки и заменить прогнившие нити новыми. Правда, процесс этот достаточно медленный и весьма энергозатратный. А еще, что греха таить, лично для меня совсем нежелательный, ибо может привлечь внимание тех, кого я не хочу ни видеть, ни знать. Однако, желание латать испорченные полотна, по всей видимости, течет по моему организму вместе с кровью и вытравить его оттуда никак нельзя. Поэтому я шью волшебную одежду — вплетаю в ее ткань, швы или декоративные элементы правильные, здоровые нити, которые способны если не излечить, то хотя бы улучшить состояние поврежденной энергетической ткани.

Правда, эту эксклюзивную услугу «Милагро» я не афиширую, да и доступна она только для тех, кому действительно нужна.

Взять хотя бы Аниту. Прекрасная девушка — умная, старательная, добросовестная. Но слишком скромная, склонная к рефлексии и, как следствие, создающая сама себе проблемы. Возможно, ее очень строго воспитывали родители, обижали сверстники, или было в ее жизни что-то еще, из-за чего на энергополотне образовались узелки комплексов. В принципе, ничего особенного в этом нет, куча людей страдает точно таким же «недугом». Но если я могу помочь человеку, почему бы это ни сделать?

Собирая воедино строгую офисную юбку, я добавила в ткань несколько свежих нитей моральной устойчивости. Теперь каждый раз, когда Анита будет в нее наряжаться, мысли ее будут ясными, речь — внятной и стройной, а душа — спокойной. Все остальное девушка сделает сама.

…Юбка была готова ровно через два с половиной часа.

— Пожалуйста, принимайте заказ, — радостно сообщила я, передавая клиентке сверток.

— Спасибо, — улыбнулась Анита. — Как бы мне хотелось, чтобы эта вещь действительно принесла удачу!

— Так в чем же дело? Просто поверьте в это и все.

— Да-да, — засмеялась Анита. — Я тоже знаю про чудеса самовнушения. Когда училась в школе, у меня были жуткие проблемы с чистописанием. Тогда мама подарила мне красивую ручку с ярким колпачком и тоже сказала, что она волшебная. Мол, кто ею пишет, у того будет красивый почерк и не окажется ни одной ошибки. И я поверила.

— И что же, ручка писала правильно?

— Представьте себе, да. После этого по чистописанию у меня были одни пятерки.

Какая мама молодец!

— Что ж, раз однажды получилось, значит, получится снова, — подмигнула я. — Надевайте счастливую юбку, Анита. И бегите устраиваться на работу.

* * *

В целом, день сегодня прошел ровно, без особенных происшествий.

После того, как первая клиентка забрала срочный заказ, за своими брюками явился Карл Лиззе — сухонький пожилой мужчина, заказывающий у меня одежду для себя и своей жены на протяжении уже многих лет. Получив сверток с обновкой, он передал письмо от директрисы расположенного неподалеку частного детского сада, в котором работал завхозом. В конверте оказался подписанный договор на пошив очередной партии постельного белья.

Собственно, этим самым бельем я занималась до самого вечера.

С детским садом, к слову, тоже сотрудничаю давно — его хозяйка давно заметила, что на сшитых мною наволочках и простынях ребятишки спят особенно крепко и спокойно.

…Домой я пришла чуть позже обычного — в начале восьмого. Едва переступила порог, как меня буквально окутало чудесным ароматом запеченного мяса.

На звук хлопнувшей двери в прихожую выглянула Лана.

— Что-то ты поздно сегодня, мармулек.

— Заработалась, — ответила, снимая пальто. — Я так понимаю, у нас снова в гостях Дэн?

— Да, — удивилась дочь. — А как ты догадалась?

— По запаху. Ни ты, ни я никогда не приготовим мясо так, чтобы оно пахло настолько восхитительно.

— Ну да, — хмыкнула дочь. — Мы с тобой в этом отношении криворукие. Пошли, мармулек, нас сейчас будут кормить.

Дэн, похоже, в моей кухне вполне освоился и чувствовал себя совсем как дома. Остановившись в дверях, я снова залюбовалась тем, как ловко он хлопочет у плиты. Судя по количеству посуды, еды дочкин приятель наготовил на неделю вперед: помимо мяса я разглядела глубокую миску с салатом, тарелку с котлетами, кастрюлю с супом и блюдо с новой порцией блинов.

— Я сказала Дэну, что у тебя много работы в ателье, и он предложил мне помочь приготовить ужин, — тихо сказала подошедшая сзади Элана.

— Ты только посмотри, как здорово он управляется с продуктами, — с восхищением произнесла я. — Бесконечно бы на это смотрела.

— Правда? — хмыкнула Лана. — Дэн, ты слышал? Мама предлагает тебе переселиться к нам!

Я толкнула ее локтем в бок.

— Спасибо, Алира, — улыбнулся парень, повернувшись в нашу сторону. — Но лучше я буду просто приходить к вам в гости.