Лангбэрроу

— Хорошо. Сперва съешьте кашу, — устало ответила Инносет. Она подошла, чтобы посмотреть на содержимое второй тарелки. Та была пуста.

— Он вернулся, — сказала Джобиска. Инносет внезапно занервничала.

— Кто вернулся?

— Оуис вернулся, пока ты отсутствовала. Он думал, что я сплю, и съел всю кашу. Инносет начала скреплять пряжкой свою шляпу.

— Не оставляй меня здесь, — с надеждой сказала Джобиска.

— Оставайтесь. Я скоро вернусь. — Инносет подошла, чтобы открыть дверь.

Не считая обычной спящей мебели, коридор был пуст. Лампы еле мерцали, затерянные в молчаливых снах Дома. Инносет запахнула плащ и отправилась по темным коридорам длинного Лангбэрроу в ночную мглу.

ПРИМЕЧАНИЯ АВТОРА

Детские стишки галлифрейцев выглядят мрачной вещью, в которой оплакивается утрата детей. Всё сводится к вине. Дети были так давно, что стали сюжетом сказок и легенд.

Драджи, кажется, забыли своё место в иерархии. Они, как предполагается, служат семье, но так как Дом взял вещи в свои собственные «руки», они ведут себя скорее как тюремные надзиратели. Дом решил, что знает всё лучше всех, как ведущие банки, которые забывают, что они — слуги общества.

После шести лет работы в столовой в 1970-х, можно было подумать, что я забыл о кухнях, но мне они по-прежнему нравятся. Они — сердце любого дома. Замечательные и странные вещи происходят на кухнях. Повара следят за юными поварами. Кухонные сотрудники в постоянной войне с официантами. Официанты живут за счет кражи устриц и копчёного лосося. И я не могу сказать Вам, что однажды видел в продовольственном магазине на набережной Саутси. «Fawlty Towers»[31] показывают их лишь поверхностно, поверьте мне.

Вещи, которые люди хранят в кладовых, столь же захватывающи, как их книжные полки. Кладовая Лангбэрроу непохожа на другие, как бы Вы могли сперва подумать.

Мне нравится, что Доктор уклоняется от ответа, знает ли, где он. Это вносит напряжение в его дружбу с Крисом, который достаточно честен. Но они давно знают друг друга, пройдя все те мучительные ситуации, которые укрепляют отношения. Я люблю, когда Барбара называет Первого Доктора глупым стариком; когда Второй Доктор сознательно спорит с Джейми о спасении Виктории от далеков; или когда Нисса не говорит Пятому Доктору, что они обсуждали с Адриком на Кастровальве. Можно написать целую книгу о паранойе Тиган, и у Седьмого Доктора есть небольшие разногласия с Эйс в «Ghost Light» и «The Curse of Fenric». Крис Кведж — действительно хороший парень, но его доверие Доктору входит в разногласия с его судейским образованием, что означает, что он способен подозревать любого, даже Доктора.

Инносет настолько верна традициям, что надевает шляпу и плащ, чтобы выйти в коридор. Люди обычно стремятся избавиться от прошлого. Но она вполне буквально берёт на себя всю вину в Доме. Если она не поостережётся, то превратится в невоспетую мученицу.

ГЛАВА 10. Хороший день для грибов

Чем глубже они заходили в Дом, тем громче становился шёпот. Это началось вскоре после того, как Крис с Доктором покинули кухню. Как обычно, Доктор сменил решение на полностью противоположное, и, в конце концов, отправился вместе с Крисом. Однако он пользовался каждой возможностью задержаться в бледных сводчатых коридорах, пока Крис уходил вперёд, чтобы разведать обстановку.

Шёпот, казалось, слышался отовсюду. Он просто был тут, свистящее бормотание множества голосов, которое Крис не мог разобрать. Однако, один звук непрестанно повторялся — Крис предположил, что это был смех. Доктор отрицал, что слышит что-либо.

Ночь продолжалась, но глаза Криса уже привыкли к слабо освещённому мраку коридоров. Когда они пересекли галереи, выходящие на тёмную сторону Зала, он посмотрел вниз, и смог различить сферы больших часов на одном из нижних балконов. Высокий потолок был покрыт паутиной. Крис махнул рукой и увидел, что паутина надулась, будто парус. Он задался вопросом, что случилось с Аркхью.

— Идём, — послышался голос Доктора, и Крис перешёл в следующую комнату, чтобы отыскать путь вниз.

Возраст места был почти ощутим. Из-за белоствольных деревьев Крис чувствовал, будто идёт по таинственному лесу, причудливые жители которого замаскировались под гигантскую мебель, чтобы наблюдать за незнакомцами, нарушившими их границы.

Доктор, у которого обычно было много, что сказать о любой новой окружающей среде, молчал. Он шёл позади Криса, погрузившись в свои собственные тёмные мысли. Крис отметил, однако, что каждый раз, когда они проходили мимо зеркала, Доктор умудрялся ронять что-то на пол. Он ползал на коленях, отыскивая пропажу только тогда, когда проходил эту часть пути.

Поскольку Крис шёл впереди, он узнал место, где во сне выглядывал из окна. Он отогнул пыльную штору и удивился, обнаружив, что окно заколочено.

На мгновение шёпот стал громче, но затем стих до прежнего уровня.

Крис быстро зашагал, пока не достиг угла коридора, ведущего к комнате Саттралоп.

— Не сюда, — сказал Доктор, внезапно оказавшись рядом. Он указал в другую сторону. — Это выглядит перспективнее.

— Хорошо, — ответил Крис. — После тебя. На лице Доктора пролегла тень.

— Весьма любезно, — произнёс он и последовал в коридор.

Вскоре они подошли к арке, за которой находилась лестница, ведущая вниз. Ступеньки скрипели, пока они, наконец, не вышли в просторный зал с высоким стеклянным куполом. Лампы на стене таинственно мерцали. Непроницаемая темнота находилась за границей купола. Стены были посеребрены, по-видимому, чтобы напомнить солнечный свет. Из каменных плит поднималось длинное мёртвое дерево, его изогнутый и почерневший ствол уходил к куполу.

Крис прошёл в зал, но Доктор оставался стоять у подножия лестницы, с подозрением разглядывая каждую тень.

Одна сторона оранжереи была ограждена низкой изгибающейся стеной. Крис наклонился и увидел сотни крошечных форм, покрывающих пол. Некоторые были круглыми, некоторые — с плоской вершиной, многие имели причудливую окраску.

— Разновидности съедобных грибов, — заметил Доктор, решив, наконец, присоединиться к Крису. Он указал на различные сорта. — Пустоголовки, корточки, черепа … Вот эти плоские и круглые называются воротниками кардинала.

— Местные, — сказал Крис.

— Биотрофы: они живут в гармонии с другими растениями.

— Как, например, Дом, — предположил Крис. Доктор поднял бровь.

— У жителей, очевидно, есть своего рода грибная ферма. Интересно почему. Крис облокотился на забор.

— Как будто смотрят на меня.

— Не совсем, — сказал Доктор. — Не забывай, что для кого-то это — обед.

— Ты называешь это обедом?

Доктор облокотился на забор вслед за Крисом, и они посмотрели на грибы.

Я знаю, что ты знаешь, где мы, подумал Крис. Ты знаешь, что я знаю, где мы. Почему же ни один из нас не признаётся в этом? Что заставляет нас скрывать?

Самые большие грибы находились на тёмной насыпи в дальнем конце площадки. Раздался внезапный хлопок, и в воздухе повисло облако пыли.

— Споры, — сказал Доктор. — Они размножаются.

Он поднял сломанную ветку и разломал на несколько кусочков. Затем бросил их на площадку.

— Голодные дьяволята. Они не откажутся и от мёртвой материи. Крис продолжал слышать шёпот.

— Доктор?

— Хм?

— Что происходит?

Доктор медленно вздохнул.

— Как ты сам думаешь, Кристофер?

Крис подумал о наименее обидном способе назвать Доктора лжецом.

— Это — большое место, — сказал он. — Видимо, здесь жило много людей, и я думаю, что это — самое шумное место из тех, где я когда-либо был. И всё же мы до сих пор никого не встретили.

Доктор положил руку на лоб Криса.

— Снова шёпот?

— Ты действительно не слышишь его?

— Только зловещую тишину.

Это действительно надоело Крису. Он не выдержал.

— По-моему, ты знаешь намного больше об этом месте, хотя и отрицаешь, что был здесь и раньше.

Доктор выглядел спокойным.

— Я мог бы сказать то же самое и о тебе, — ответил он.

Крис слегка смутился. Он посмотрел вниз на грибы и заметил, что они очень, очень медленно собирались вокруг сухой ветки.

— Ты скучаешь по своей семье, Крис? — внезапно спросил Доктор. Крис пожал плечами.

— Время от времени. Да, думаю, что скучаю. — И раздражительно добавил: — А как насчёт тебя? Доктор прижал палец к губам и обвёл взглядом мёртвую оранжерею.

— У стен есть уши, — пробормотал он. — Не стоит будить весь дом. Он заметил пристальный взгляд Криса.

— Я хочу найти ТАРДИС и покинуть это место.

Крис уже было решил рассказать о кузенах, завещаниях и убийствах, когда внезапно потерял мысль, поражённый глубиной глаз Доктора. Даже в тени, они вспыхивали с внутренним светом, который был захватывающим и весьма убедительным.

— Оставь его в покое, Крис, — услышал он усталый голос Роз.

Возможно, было лучше не начинать дискуссию. У всех нас есть тайны, не так ли?

— Полностью согласен, — ответил Крис.

— Отлично, — послышался голос Доктора, который в мыслях, явно, находился далеко отсюда. — Спасибо, Крис. Но сначала, мне нужно кое-что проверить.

— Хорошо, — сонно повторил Крис.

— Я скоро вернусь. Просто жди здесь. Не уходи. Не привлекай внимания. Не ешь грибы. Я вернусь.

— Хорошо.

Крис облокотился на забор и вдохнул заплесневелый аромат, идущий от грибов, пока они медленно передвигались внизу.

Зеркало, на которое смотрел Крис, раскололось на десятки крошечных идентичных изображений. Сто изображений Квинца в своей комнате повернулось к злоумышленнику лицом. Фигура в чёрной одежде вонзила двухлопастный кинжал в грудь старика. Квинц, заливаясь кровью, схватился за одежду и потянул её на себя. Убийца был стариком, невысоким и с длинными седыми волосами.

— Ты, — не веря своим глазам, произнёс Квинц. Он упал на пушистый настил на столе.

Крис, вздрогнул, просыпаясь.

Грибы медленно скользили вокруг его ботинок. Они медленно сочились из трещины в стене. Возможно, именно грибы и шептали.

Он услышал, как что-то гремит, спускаясь с лестницы, и поспешил укрыться за группой высоких колючих насаждений.

Спустя несколько мгновений появилась гигантская угловая фигура драджа с блюдом в руках. Он нагнулся, как склоняются деревья, чтобы поднять непослушные грибы и отбросить назад на площадку. Затем прошёл через оранжерею и скрылся в арке на противоположной стороне.

Крис задумался, стоит ли выскочить перед ним, чтобы узнать, был ли он по-прежнему невидим, но слуга ушел прежде, чем он успел показать себя идиотом.

Он вышел из-за сухой ограды и посмотрел вслед драджу. Его отдалённый силуэт выглядел выпуклым цилиндрическим объектом. Он, казалось, высыпал содержимое своего блюда. После непрерывного шёпота Крис впервые услышал голос. Он сердито кричал.

— Вы называете это едой! Как долго Вы будете держать меня здесь, а? Освободите меня! Выпустите меня отсюда!

Драдж проигнорировал ругательства, и, к облегчению Криса, заскользил прочь в другом направлении.

Крис осторожно направился вперёд. Когда он приблизился к объекту, то увидел сферическую печь с трубой дымохода. На её поверхности оставались кусочки идиллических пасторальных сцен, которые, видимо, были нарисованы в более счастливые времена. Вдобавок на ней стоял ржавый чайник.

Крис услышал, как что-то перемещается в печи. Оно говорило само с собой. Вероятно, оно почувствовало его присутствие, так как внезапно успокоилось.

Он подошёл ближе. Печь слегка дымила. Во мраке Крис разобрал внутри глаза и рот. Они выглядели достаточно человеческими, что не всегда оказывалось верным.

— Привет, — прошептал Крис. Он попытался придумать, что сказать, но смог произнести только одно. — Как Вы там?

— Кто Вы? — послышался голос. Он казался испуганным.

— Крис Кведж, — ответил Крис. — А кто Вы?

Голос попытался успокоиться. Он принадлежал молодому человеку, смущённому обстоятельствами, в которых был найден.

— Я был бы весьма благодарен, если бы Вы помогли бы мне выбраться из этого хитрого устройства, — сказал он, неудачно пытаясь замаскировать нервное дрожание голоса. — Кстати, меня зовут Глоспин.

Драдж ждал в темном алькове. Он мог бы спуститься вниз и схватить злоумышленника, ведь тот прошёл так близко. Драдж не узнавал злоумышленника. Он не был одним из оставшихся кузенов, если, конечно, не регенерировал вдалеке отсюда. Он уловил мимолётное сходство.

Подойдя к зеркалу в следующем проходе, незнакомец низко согнулся и натянул шляпу на лицо.

Драдж чувствовал маршрут злоумышленника с помощью связи с мебелью. Она не была склонна к раздражительности. В отличие от грязных, толстых жильцов, мебель не была склонна царапаться.

Драдж прервал обычный маршрут и принялся следить за незнакомцем.