Всеобщая история пиратства

Что я хотел бы заключить отсюда, помимо подтверждения остроумной теории приливов и отливов капитана Галлея[216]? Первое, что корабли, направляющиеся в Анголу, Кобенду и прочие места на южном побережье Африки[217], должны пересекать экватор от мыса Пальмас и идти в южные широты, не забирая слишком далеко к западу; и причина тому, как представляется, ясна, ибо, если вы попытаетесь пересечь его около островов[218], то встретите штили, южные ветры и встречные течения; а если возьмете слишком далеко к западу, столкнетесь с сильными и неблагоприятными пассатами. Вот почему вы принуждены будете держаться 28 или 30° южной широты до тех пор, пока все сие не переменится.

Во-вторых, у северного побережья Гвинеи, если корабли направляются с Золотого берега к Сьерра-Леоне, Гамбии или куда-либо еще в наветренную сторону, учитывая слабость сих течений и благоприятность бризов с суши, а к югу в сезон дождей, тайфунов и даже пассатов, когда идешь на траверзе мыса Пальмас, то быстрее будет следовать этим путем, нежели долгим, как предисловие, курсом, делающим крюк на четыре или пять сотен лиг к западу, или столь же длинным к северу, каковой крюк придется делать, прежде чем удастся поймать ветер, который дал бы вновь приблизиться к берегу.

Наконец, в большой мере именно из-за этой нехватки бухт, при маленьких несудоходных реках, моря обрушивают на все побережье континента столь опасный прибой.

Вдоль берегов сего острова в это время года (июль, август и сентябрь) часто встречаются рыбы-киты, смирные и играющие очень близко к кораблям, к каковым они всегда подплывают парами, в коих самка намного меньше самца, и часто можно наблюдать, как они поворачиваются на спину для любовных игр, служащих прологом к оплодотворению. У кита есть враг, называемый молот-рыба, – тоже большая рыба, которая часто встречается здесь в этот сезон года и вступает с китом в единоборство, вздымаясь из воды на значительную высоту и грузно и мощно падая обратно. Говорят также, что обычно в сих битвах участвует меч-рыба, каковая уколами своего меча подталкивает кита к поверхности воду, и без сего действия, думается мне, он бы задохнулся, будучи принужден к быстрому движению, хотя он и высовывается часто на воздух, дабы отдышаться и устранить помехи к быстрейшему кровообращению. Думаю также, что с ним сражаются не как с добычею, а чтобы устранить его от того, что, возможно, и для тех и для других является пищею. Количество китов в сих краях иногда наводило меня на мысль, какая добычливая рыбалка могла бы тут получиться, но я предполагаю, что они (не большие, чем те, что в Бразилии) не того вида, который поставляет полезную часть, называемую китовым зубом[219], потому все, что предпринимают в их отношении островитяне, – это выходить время от времени на двух или трех каноэ и забивать одного из них развлечения ради.

Скалы и береговые линии острова – пристанище морских птиц, в особенности олуш и глупышей. Первые величиною с чайку и темного цвета, названы так за их простодушие, ибо часто сидят смирно и позволяют морякам брать себя в руки; но я полагаю, что это удается обычно из-за их усталости и большой величины крыльев, каковые, побыв в покое, не могут достаточно широко развернуться, дабы вновь поднять их и удержать в воздухе. Глупыши меньше и такие же плосконогие.

Что я весьма часто замечал за ними, так это восхитительное чутье сих птиц на подходящий сезон и подходящие для пропитания места. В вышеупомянутые месяцы, когда сюда являются крупные рыбы, многочисленные стаи птиц сопровождают их, промышляя их мальками и остатками пищи; в январе же, когда мало того и другого, по сей причине морские птицы редко встречаются на побережье Африки; а самые излюбленные ими места укрытия и промысла – скалы и острова.

Гавань Принсипи располагается на востоко-востоко-южной оконечности острова; в северной ее части глубина постепенно понижается, но воды здесь глубокие: в миле от берега линь длиною в 140 морских саженей не достигает дна. Порт (при входе) – это ровная узкая бухта, закрытая от ветров (не считая небольшого расширения к югу) и переходящая в другие бухты, меньшего размера и песчаные, удобные для того, чтобы разбивать в них палатки, запасать воду и конопатить швы. Все вместе защищено фортом или, скорее, батареей из дюжины пушек, стоящих на берегу по левому борту. В головной части бухты, примерно в миле от якорной стоянки, находится город, каковой состоит из двух или трех обычных по виду улиц, застроенных деревянными домами, в коих живут губернатор и значительные лица острова. Здесь вода на большом удалении от берега становится мелкой, и туземцы во время отлива (прежде окружив каждый подходящий уголок возвышением из камней, наподобие запруд в Англии) выходят на ловлю рыбы, каковая для них является и ежедневным развлечением, и способом пропитания, и в ней участвует 500 человек с палками и плетеными корзинами; и если не удается зачерпнуть оную рыбу одной рукою, то они оглушают ее другой. Приливы в гавани постоянно достигают 6 футов, однако за пределами мысов, кои образуют бухту, поднимаются менее чем в половину этой высоты.

Здесь постоянно живут два миссионера, коих посылают сюда сроком на шесть лет насаждать христианские принципы, и в особенности способствовать обращению негров. Нынешние – венецианцы, простодушные люди, кои, как кажется, презирают свободные нравы и поведение мирян и выражают недовольство ими как рабами, ut color mores sunt nigri[220]. У них есть опрятный монастырский дом и разбитый при нем сад, каковой, собственным их трудом и прилежанием, изобилует не только некоторыми местными видами, произрастающими в сих землях, но и многими экзотическими и диковинными – в частности, плодом, размером крупнее, чем каштан, желтым, содержащим две косточки с мякотью, или вязким веществом, вокруг оных, каковое, когда его сосешь, превосходит по сладости сахар или мед и имеет свойство, после того, как его отведаешь, целый вечер придавать сладкий привкус любой жидкости, которую вы глотаете. Единственное бедствие, поражающее сей сад, – вредитель, называемый сухопутным крабом[221], ярко-красного цвета (в других отношениях похожий на морских), каковые в огромных количествах роются в здешней песчаной почве, подобно кроликам, и так же пугливы.

Остров представляет собою приятное чередование холмов и долин; холмы заросли пальмами, кокосовыми пальмами и хлопковыми деревьями, меж которыми водится множество обезьян и попугаев; долины покрыты плодородными плантациями ямса, кулалу, папайи, разнообразных овощей, ананасов, или шишкояблок, гуавы, бананов, пизангов[222], маниоки и индейского зерна[223]; выпасами с домашнею птицею, гвинейскими курами[224], утками-московитками[225], козами, свиньями, индюками и дикими быками, и при каждой плантации – небольшое поселение негров, кои под присмотром своих хозяев выращивают сии продукты и обменивают их или продают за деньги, очень во многом по таким же ценам, что и население Сан-Томе.

Приведу описание плодов и их свойств, ибо они произрастают не только на сем острове, но большею своею частью и по всей Африке.

Пальмы на берегах Африки многочисленны и могут считаться первою из ее природных диковин, потому что они поставляют туземцам еду, питье и одежду; они растут очень прямо до высоты в 40 и 50 футов, а на верхушке (только) имеют 3 или 4 пояса ветвей, кои раскидываются в стороны и образуют собою плотный зонт. Ствол очень грубый из-за шишек – то ли наростов, то ли рубцов от тех ветвей, кои были обрублены, дабы способствовать росту дерева и сделать его более плодоносным. Ветви крепко соединены с корою, которую можно разделить на волокна значительной длины и ширины; внутреннюю пластинку этой коры, как мне известно, в Бенине ткут, словно материю, а после того кроят и носят как одежду. Под ветвями и вплотную к стволу висят орехи, до тридцати гроздьев на одном дереве, и каждый тридцати фунтов весом, соединенные колючими перепонками и оттого не лишенные сходства с ежами. Из сих орехов добывают жидкость и приятное душистое масло, каковое употребляют в пищу и как соус по всему побережью, но главным образом в наветренной части Африки, где его в больших количествах сбивают, варят и снимают как сливки. Ниже, где прикрепляются ветви, делают надрезы для получения вина, называемого кокра, и поступают следующим образом: негры, кои большею частью проворные и ловкие парни, обвязывают себя и дерево кольцом из крепкой лианы и взбираются с превеликою ловкостью наверх. У основания ветви с орехами он делает надрез глубиною в полтора дюйма и, крепко привязав свою бутылку из тыквы-горлянки, оставляет ее, дабы туда стекал сок, что дает за ночь до двух или трех кварт. Когда тыква наполнится, он снимает ее и выбирает другое дерево; ибо, если дать вытечь слишком большому количеству сока, или в дневное время, его запасы недопустимо истощаются, и дерево портится. Жидкость, извлеченная таковым образом, имеет цвет сыворотки, опьяняет, а за 24 часа скисает; но будучи свежедобытой, она приятнейшим образом утоляет как жажду, так и голод; именно из такого вина в Индии гонят арак. На самой верхушке пальмы растет кочан, называемый так, я полагаю, за некоторое сходство, которое находят в нем по вкусу с нашей капустою, и употребляется так же; оболочка его имеет пушок, из коего делается лучший трут, а из оплетки других частей сучат крепкие нити.

Кокосовые деревья имеют такое же устройство ветвей; но они не так высоки, как пальмы, орехи похожи, растут под ветвями и вплотную к стволу; млечную жидкость, которую они содержат (до полупинты и более), часто пьют для утоления жажды, но она к тому же очень питательна, и если перепробовать много орехов, можно заметить, что когда количество молока в оных велико, скорлупа и мякоть весьма тонки, и становятся тверже и толще пропорционально его убыли.

Хлопковые деревья, каковые тоже произрастают во всех частях Африки, так же как и на островах, достигают огромной величины, но все же не так быстро растут и обычно встречаются в виде кустарника пяти или шести футов высотою; они несут плод (если его можно так назвать) величиною примерно с голубиное яйцо, который, набухая и зрея на солнце, разрывается и открывает взору три ячейки, наполненные хлопком, в сердцевине коих находятся семена; в большинстве местностей негры знают, как его прясть, а здесь, в Никонго и на острове Сантьяго, – как ткать из него ткани.

Ямс – распространенный корнеплод, слаще, чем картофель, но не без сходства с оным. Кулалу – трава наподобие шпината. Папайя – фрукт, размером меньше, нежели самые маленькие тыквы. Все три годятся для варки и идут в пищу с мясом; последний из этих видов пищи англичане усовершенствовали, придавая ему вкус репы или яблок при помощи должной примеси масла или лаймов.

Гуава – плод величиною с пипин[226], с семенами и камушками внутри, грубоватого вяжущего вкуса, и хотя не так уж многое можно сказать ему в похвалу, в Вест-Индии он обычен в употреблении среди креолов (кои пробовали и то, и другое), отдающих ему предпочтение перед персиком или нектарином[227], что не удивительно, когда речь заходит о людях со столь деградировавшими вкусами, что они предпочитают жабу в скорлупе (как люди военные называют черепах) оленине и негритянок – утонченным английским леди.

Бананы и пизанги – плоды продолговатой формы, кои, по-моему, различаются только тем, что secundum major et minus[228], если вообще различаются; последние предпочтительнее и чем меньше размером, тем оказываются сочнее. Их обычно, очистив от кожуры, едят за трапезою вместо хлеба. Листья оного банана – превосходное слабительное, и я видел, как, будучи приложены снаружи, они лечат самые стойкие цинготные язвы.

Маниок – корень, который выпускает побеги примерно до высоты смородинового куста; из сего корня островитяне делают муку или крупу, которую продают по 3 реала за рув, и ведут значительную торговлю ею с кораблями, которые ее им заказывают. Чтобы ее приготовить, надлежит прежде отжать из него сок (который ядовит), что делают здесь при помощи пресса, а затем негритянки на грубом камне растирают его в зернистую крупу, которую запасают в домах или варят, как мы варим нашу пшеницу, и сие есть излюбленная пища у рабов; или делают из нее хлеб, нежный, белый и вкусный, для самих себя. Говоря о маниоке на сем острове, следует упомянуть, что леса изобилуют диким его видом – ядовитым и более смертоносным, каковой люди, неискусные в его приготовлении, иногда употребляют в пищу к собственной своей погибели; Здешние миссионеры уверяли меня, что часто проверяли сие на своих свиньях, и приписывают смертность наших моряков тому, что мы делаем то же.

Индейское зерно, так же, как маниоковая мука и рис, является обычным провиантом на наших невольничьих кораблях и предлагается здесь по 1 000 початков за два доллара. Это зерно вырастает до восьми или девяти футов в высоту на жесткой тростине, или пруте, выпуская затем через каждые шесть дюймов высоты по несколько длинных листьев; у него всегда есть колос или, скорее, головка на верхушке, приносящая урожай сам-четыреста; и часто 2, 3 или больше таких колосьев бывает еще посреди стебля.

Здесь есть тамариндовые деревья; и другое, называемое кола, чьи плоды, или орехи (примерно вдвое больше каштана и горькие), португальцы жуют, дабы придать сладковатый вкус воде, которую пьют. Но сверх всего, мне показали кору некоего растения (названия коего я не знаю), каковая, по настоятельным утверждениям, имеет странное свойство увеличивать мужской член. Я не люблю подобных измышлений и не верю в силу какого-либо растения, но должен признать, что видывал у негров весьма выдающиеся виды таковых органов; однако, дабы у наших леди не появилось желания импортировать эту кору, должен сообщить, что они, оказывается, становятся менее бойкими, когда возрастают в размерах. Я, похоже, забыл коричные деревья; их здесь только одна аллея, каковая служит входом на виллу губернатора. Они разрастаются чрезвычайно хорошо, а кора не уступает нашей корице из Индии. Причина, по которой они и прочие специи в столь подходящей почве не получают дальнейшего разведения, возможно, кроется в опасении, что столь богатая продукция может возбудить у какого-нибудь могущественного соседа прихоть к сему острову.

У них две зимы, или, скорее, весны, и два лета. Зимы, каковыми считаются сезоны дождей, наступают в сентябре и феврале-марте и длятся по два месяца, возвращая земле ее тучность и плодородную силу, что позволяет ежегодно собирать двойной урожай малым потом и трудом.

Hic ver assiduum atque alienis aestas ѕ bis gravidae pecudes, bis pomis utilis arbos[229].

Первый их приход связан с травадос, т. е., внезапными и сильными порывами ветра, с громом, молниями и обильными ливнями, но короткими; а следующее за тем новолуние или полнолуние в эти времена года неизбежно приносит дожди, кои, раз начавшись, идут с очень небольшими перерывами, и самые холодные наблюдаются в феврале. Подобные дождливые сезоны бывают также на всем побережье Африки; если можно предложить какой-то общий способ исчисления времени их наступления, они происходят от хода Солнца, ибо случаются только периоды равноденствия; потому что, если в оные периоды равноденствия дождливые сезоны можно наблюдать по всему миру (а я склонен думать, что так оно и есть), то какая бы тайная причина ни воздействовала при таковом положении Солнца и ни производила их, она делает сие более эффективно в близлежащих широтах; и потому, по мере продвижения Солнца, дожди приходят в Видах и на Золотой берег в апреле, а в самую наветренную часть Гвинеи в мае. В другой сезон, когда Солнце возвращается на юг, в Северной Африке они более неопределенны и нерегулярны; но далее к югу они протекают сходным образом и идут на мысе Лопес в октябре, в Анголе в ноябре и т. д.

Здешний образ жизни у португальцев, с их крайнею экономностью и умеренностью, доходит до нужды и голода; известный пример в доказательство тому – прожорливость их собак, кои, находя дома совершенно пустые шкафы, от голода дичают и пропитания ради разрывают могилы умерших, как мне часто доводилось видеть; сами они тощие от скупости и той христианской добродетели, каковая часто является результатом самоотречения; и свой скот они выращивали бы в том же духе, если бы тот мог при том приносить им столько же денег или получал бы пропитание непосредственно от Провидения. Лучшие из них (за исключением, время от времени, губернатора) не наносят и не принимают визитов ради развлечения или отдыха; они каждый вечер встречаются на улице и садятся у дверей друг друга, и поскольку мало кто их них на столь маленьком острове имеет плантации на таком удалении от прочих, чтобы не видеться при желании каждый день, то темы их бесед в основном – как идут дела с неграми или землей, и после того они расстаются друг с другом, безмятежные, но голодные.

Негры у них не имеют тяжелых обязанностей, они довольно счастливы в рабстве; пища у них в основном растительная, которую больше ни на что не употребить, и по этому поводу не возникает никакого ропота; а поскольку занятие их – домашнее хозяйство, будь то в услужении по дому, в саду, во время сева или посадки растений, то им не приходится делать ничего сверх того, что каждый человек предпочел бы ради здоровья и удовольствия; самая тяжелая из их работ – переноска своих патронов и их жен на плантации и обратно; сие они делают в гамаках, называемых в Видахе серпентинами[230], подвешенных на жердях, с пологом наверху, дабы укрыть переносимую таким образом персону от солнца и непогоды, и на каждом конце находится по рабу; и все-таки даже это, мнится мне, предпочтительней показной свободы, каковою располагает для себя и своих наследников человек, работающий на угольной шахте.

Негры в большинстве своем, заботами своих патронов, христиане, по крайней мере номинально, но, за исключением немногих, все еще придерживаются в своих траурных и увеселительных церемониях многих глупых языческих обычаев, и даже в какой-то мере, за счет численного своего преобладания, ввело их в употребление среди простолюдинов – мулатов[231] и португальской расы.

Если у сих цветных кто-то умирает, его родственники и друзья встречаются подле дома, где тело скромно кладется на землю и покрывается простынею(все, за исключением лица); они сидят вокруг, ужасающе плача и воя, не без сходства с тем, что, как говорят, делают наши сельские жители в Ирландии; сие оплакивание длится восемь дней и ночей, но с неодинаковою силою, ибо, поскольку друзья, кои составляют хор, приходят и уходят, устают и неодинаково взволнованы, тон ежедневно спадает и перерывы в приступах сей печали становятся дольше.

В увеселениях и праздниках они столь же смешны; таковые обычно устраиваются по поводу спасения какого-нибудь друга от кораблекрушения или другой опасности; они сходятся в большой комнате дома и начинают бренчать, под каковую музыку один из их компании временами горестно поет; остальные при том стоят кругом вдоль стен комнаты, внимательно следя за стенаниями, подхватывают их в свою очередь (по одному или по двое сразу), ступая по кругу, что называется танцем, все постоянно хлопают в ладоши и поминутно вскрикивают «абео», что означает не более, чем «ну, как ты?». И сие дурацкое веселье продолжается в доме три или четыре дня, и может длиться без перерыва по двенадцать или шестнадцать часов кряду.

Португальцы, в высшей степени воздержанные и умеренные в других вещах, необузданны в своей похоти; и, вероятно, выстраиваются в очередь к кабинету хирурга, что служит противоядием против напастей, причиненных неразборчивым сладострастием; большинство из них имеет венерические болезни, и с возрастом они становятся худыми и изнуренными; я видел здесь два случая венерических язв, разъевших тело до внутренностей, – зрелище, которое могло бы действенно убедить мужчин (полагаю я) в том, как благотворны ограничения, налагаемые законом.

Аннобоно – последний и самый малый по значению из трех островов; там масса плодов и провизии, кои меняют у кораблей на старую одежду и всякого рода мелочи; у них есть губернатор, назначаемый на Сан-Томе, и два или три пастора, из коих ни одного не слушают, и каждый живет по своему усмотрению, в невежестве и похоти.

Возвратимся к Дэвису; на следующий день после того, как он покинул Анамабо, рано утром, человек на верхушке мачты завидел парус. Надо отметить, что они держат хороший дозор, ибо, согласно их уставу, кто первым заметит парус – если то окажется добыча, – тот имеет право на лучшую пару пистолей на борту, помимо и сверх своей доли, каковыми они исключительно горды; и пара пистолей иногда передается от одного к другому за тридцать фунтов.

Они немедля пустились в погоню и скоро поравнялись с ним; корабль оказался голландским и, будучи меж Дэвисом и берегом, поднял все паруса, какие мог, намереваясь сесть на мель; Дэвис разгадал сей замысел и, поставив все малые паруса, догнал его, прежде чем тот смог его осуществить, и произвел бортовой залпом, после чего он тут же сдался и попросил пощады. Она была дарована, ибо в уставе Дэвиса условлено было, что пощаду должно давать всякий раз, как ее попросят, под страхом смерти.

Сей корабль оказался очень богатой добычею, имея на борту губернатора Аккры со всем его имуществом, направляющегося в Голландию; там было денег на сумму 15 000 фунтов стерлингов, не считая ценных товаров, кои они все перенесли к себе на борт.

После этого нового успеха они вернули вышеупомянутым капитану Холлу и капитану Пламу их корабли, но усилили свою команду на 35 пар рук, все это были белые люди, взятые от сих двоих и со шлюпа Морриса; они также отдали голландцам их корабль после того, как ограбили, как было сказано.

Прежде чем они пришли к острову Принсипи, в одном из кораблей, а именно называемом «Король Джемс», открылась течь; Дэвис приказал перевести с него на борт своего корабля всю команду, со всеми вещами, еще пригодными к употреблению, и оставил его на якоре в Верхнем Камеруне[232]. Как только в пределах видимости показался остров, он поднял английский флаг; португальцы, увидев плывущий к ним большой корабль, выслали маленький шлюп, дабы выяснить, что сие может быть; когда с того шлюпа окликнули Дэвиса, он сказал им, что они – английский военный корабль, разыскивающий пиратов, и что они получили сведения, будто какие-то из них есть на этом побережье; после того они приняли его как желанного гостя и провели в гавань. Он салютовал форту, на что оттуда ответили тем же, стал на якорь прямо под прицел их пушек и спустил пинассу, такую, как на военных кораблях, приказав сесть в нее девяти матросам и старшине, дабы отвезти его на берег.

Португальцы, желая оказать ему высшие почести, выслали цепь мушкетеров, дабы встретить его и сопроводить к губернатору. Губернатор, не имея ни малейшего подозрения о том, кто он, принял его очень учтиво, пообещав снабдить всем, что способен предоставить остров; Дэвис поблагодарил его, сказав, что за все взятое заплатит король Англии; и так, обменявшись с губернатором несколькими любезностями, он снова вернулся на борт.

Случилось так, что туда пришел французский корабль, чтобы снабдить себя некоторыми необходимыми припасами, каковой Дэвису пришла фантазия ограбить; но чтобы придать делу видимость справедливости, он убедил португальцев, что тот торговал с пиратами и что он обнаружил у него на борту некоторое пиратское добро, каковое забирает для нужд короля; сия история так хорошо подействовала на губернатора, что он похвалил Дэвиса за усердие.

Через несколько дней Дэвис и с ним около четырнадцати человек тайно сошли на берег и двинулись вглубь материка к селению, где губернатор и другие начальники держали своих жен, намереваясь, как можно предполагать, заменить им их мужей; но были обнаружены, и женщины бежали в соседний лес, а Дэвис и остальные убрались на свой корабль, не исполнив задуманного; дело произвело некоторый шум, но, поскольку их никто не узнал, все вскорости утихло.

Отремонтировав корабль и приведя все в порядок, он обратился мыслями к главному делу, viz. разграблению острова, и так как не знал, где находятся сокровища, то изобрел военную хитрость, дабы получить их (как он полагал) малыми хлопотами, посоветовался по сему поводу со своими людьми, и им понравился замысел; план его состоял в том, чтобы преподнести в подарок губернатору дюжину негров, как бы в ответ на проявленную тем учтивость, и после того пригласить его на прием, со знатными людьми острова и несколькими поварами, к себе на корабль; в ту же минуту, как они взойдут на борт, их должны будут заковать в железа и держать так, пока они не заплатят выкуп в 40 000 фунтов стерлингов.

Но сия уловка оказалась для него роковой, ибо один португальский негр ночью уплыл от него на берег и раскрыл губернатору весь заговор, а также дал тому знать, что именно Дэвис покушался на их жен. Однако губернатор притворился, учтиво принял приглашение пиратов и обещал, что придет вместе с прочими.

На следующий день Дэвис сам сошел на берег, будто бы для того, чтобы с большим почтением сопроводить губернатора на корабль; тот принял его с обычною любезностью, и он с другими главными пиратами – которые, кстати, приняли титулы лордов и в качестве таковых взялись советовать или указывать своему капитану при каждом важном случае; а также сохраняли определенные привилегии, коих лишены были рядовые пираты, как то: хождение по шканцам, пользование большою каютою[233], хождение на берег по желанию и переговоры с противниками, т. е., с капитанами кораблей, кои они захватывали; так вот, Дэвис и некоторые из лордов пожелали прогуляться до дома губернатора и слегка подкрепиться, прежде чем пойти на корабль; они согласились на то без малейшего подозрения, но назад уже не вернулись; ибо там была устроена засада, и по данному сигналу по ним дали залп; все, кроме одного, упали, и тот один бежал обратно и спасся в лодке, и достиг корабля; Дэвису прострелили внутренности, но он сумел подняться и сделал слабую попытку бежать, но силы скоро покинули его, и он упал замертво; лишь когда его ранили, он понял, что на него напали, и тогда, вытащив свои пистоли, выстрелил из них в своих врагов; уподобившись тем бойцовому петуху, наносящему предсмертный удар, дабы не пасть неотомщенным.

Приложения

Приложение 1. Географические названия

Географические названия, приведенные в «Истории пиратов», помещены в алфавитном порядке и снабжены перекрестными ссылками (выделены курсивом). Где это возможно и необходимо, дана краткая справка о времени открытия местности и ее национальной принадлежности ко времени написания книги. Приводятся также современные названия и территориальная принадлежность местностей, островов и городов.

Абердин – город и порт на востоке Шотландии.

Аккра – город и порт на Золотом Берегу Гвинейского залива. С 1957 г. – столица Республики Гана.

Анамабо – порт Анамбо на Золотом Берегу Гвинейского залива, неподалеку от мыса Корсар. Ныне на побережье Республики Гана.

Ангола – до 1974 г. португальская колония в западной части Южной Африки. Во времена Дефо – один из крупнейших «поставщиков» рабов из Африки в Новый Свет, наряду с Невольничьим Берегом.

Ангуилья – остров северо-западной ветви архипелага Наветренных островов.

Аннобоно(Анна Бом, Аннобон) – маленький островок у западного побережья экваториальной Африки, входящий в группу островов Сан-Томе.

Антигуа – остров северо-западной ветви архипелага Наветренных островов.

Аполлония – небольшой мыс на Золотом Берегу Бенинского залива, примерно в 50 милях западнее мыса Три Пойнтс. Ныне неподалеку от границы побережий Ганы и Кот-Дивуар.

Баб-эль-Мандебский пролив – пролив между Северной Африкой и Аравийским полуостровом, соединяющий Красное море с Аравийским. Длина около 100 км, наименьшая ширина – 26 км. Считался одной из самых удобных точек для перехвата судов на торговых путях Индийского океана.

Багамские острова – группа островов в Вест-Индии севернее Больших Антильских и Виргинских островов. Были открыты Христофором Колумбом в 1492 г. Удобное стратегическое положение Багамских островов привело к образованию в 1713 г. на одном из них – Нью-Провиденсе крупнейшей пиратской базы Карибского моря, которая просуществовала до середины 1718 г. С 1783 г. – английская колония (хотя на некоторых островах архипелага английские поселения и губернаторы существовали уже в начале XVIII века). С 1973 г. – независимое государство.

Барбадос – остров группы Малых Антильских островов. Открыт испанцами около 1500 г. С 1625 г. – английская колония. В описываемое время считался столицей архипелага. С 1966 г. – независимое государство в составе британского Содружества.

Барнако – точнее, Бонака или Гуанаха – островок на юго-востоке Гондурасского залива, неподалеку от мыса Гондурас.

Бастаун – Бат, город на побережье залива Пемлико в Северной Америке, административный центр английского сеттльмента Северная Каролина (ныне в составе штата Северная Каролина, США).

Батавия – порт, крепость (1619 г.) и город (с 1621 г.) голландцев на о. Ява. Центр голландских владений в Малайском архипелаге. С 1949 г. – г. Джакарта. Ныне столица Индонезии.

Бенинский залив – часть Гвинейского залива, омывающая Золотой Берег и Невольничий Берег Верхней Гвинеи – один из основных португальских районов «добычи» чернокожих рабов для Нового Света. В настоящее время по берегу Бенинского залива расположены Гана, Того, Бенин, Нигерия.

Бермудские острова – архипелаг в Атлантическом океане у побережья Северной Америки. Колония Великобритании (по настоящее время).

Биддифорд – городок на юго-западе Англии, неподалеку от Плимута (графство Девоншир).

Боавишта – юго-восточный остров Наветренного архипелага островов Зеленого Мыса. Открыт в 1456 г. венецианцем Альвизе (Луиджи) да Кадамосто в ходе плавания к Западной Африке за рабами по патенту португальского принца Энрике.

Бомбей – один из крупнейших городов Индии, расположенный на западном побережье полуострова Индостан. Известен с XVI в. В 1530 г. был захвачен португальцами. В 1662 г. перешел во владение Англии. В начале XVIII в. был основной базой англичан на территории Могольской империи. Ныне столица штата Махараштра.

Бостон – город в провинции Массачусетс в Новой Англии (восточное побережье Северной Америки), на берегу Массачусетского залива. Основан в 1630 г. квакерами и протестантами, бежавших из Англии от религиозных гонений. Удачное положение и быстро развивающаяся торговля уже через несколько десятилетий сделали Бостон крупнейшим городом среди английских и французских колоний в Америке. В последней трети XVIII в. – один из центров борьбы английских колоний Северной Америки за независимость, где, в частности, произошло знаменитое «Бостонское чаепитие» 1773 г. Ныне столица штата Массачусетс (США).

Бошадор (Бохадор) – мыс на северо-западном побережье Африки неподалеку от Канарских островов. Первым южнее этого мыса вдоль побережья Африки продвинулся португалец Жил Ианиш в 1434 г.

Бразилия – крупнейшая португальская колония Нового Света на восточном побережье Южной Америки. Была открыта в 1500 г. После истребления большей части местного населения сюда в огромных количествах стали завозиться африканские рабы для работы на табачных, кофейных, сахарных плантациях. С 1822 г. – независимое государство. Как ни парадоксально, в этой стране, заселенной бывшими рабами, рабство было официально отменено только в 1888 г. – даже позднее, чем в США.

Бристоль – имеется в виду Бристль, городок невдалеке от побережья залива Св. Андрея на территории современного штата Флорида (США). Основан выходцами из английского города Бристоль.

Вест-Индия – общее название островов Атлантического океана между материками Северная и Южная Америки. В состав Вест-Индии включаются Багамские, Большие и Малые Антильские, Виргинские острова. Большей частью были открыты Христофором Колумбом в 1492—1502 гг. и ошибочно приняты им за Индию. Вест-Индией их стали называть, чтобы отличать от настоящей – Ост-Индии. Острова Вест-Индии на протяжении XVII – XVIII вв. служили ареной непрекращающейся борьбы за сферы контроля между англичанами, французами, испанцами и отчасти португальцами. Здесь не действовали мирные договоры, заключенные между этими странами в Европе, и пираты, количество которых сильно вырастало после очередной войны, при соблюдении определенных условий всегда могли рассчитывать на прикрытие в виде официальной каперской лицензии или королевской амнистии. И если договор о разделе американских земель в 1670 г. был все же подписан, на море действовали совсем другие правила.

Видах – город и порт на Невольничьем Берегу Африки (Бенинский залив). Во времена Дефо был одной из крупнейших баз работорговли. В настоящее время принадлежит Республике Бенин.

Виргиния – в начале xviii в. английская земледельческая колония (доминион) на восточном побережье Северной Америки, где выращивали главным образом табак и сахарный тростник. Первое поселение англичан в Виргинии было основано в 1607 г. В настоящее время входит в состав одноименного штата США.

Виргинские острова – группа мелких островов в Вест-Индии между Пуэрто-Рико и Наветренными островами.

Гавана – город на о. Куба, основан в 1515 г. С конца XVI в. – столица испанской колонии на острове. В настоящее время столица Республики Куба.

Гаити – один из Больших Антильских островов. В конце XV в. был захвачен конкистадорами, почти полностью истребившими местное население. Для работы на плантациях на остров стали завозить рабов из Африки. В конце XVII в. западная часть острова перешла к Франции, восточная до 1804 г. оставалась у Испании. Известен также под названиями Эспаньола, Сан-Доминго (французская часть – Санто-Доминго).

Гамбия(1) – река в Западной Африке, длиной около 1 200 км. Впадает в Атлантический океан. На протяжении 350 км от устья судоходна. Устье р. Гамбия открыл в 1446 г. Алвару Фернандиш – капитан одного из кораблей португальской экспедиции охотников за рабами под командованием Лансароти Писанья.

Гамбия(2) – крепость английской Королевской Африканской (Гвинейской) Компании на крайнем севере Верхней Гвинеи, в районе устья р. Гамбия. Постепенно расширяя свое присутствие на этом берегу, к середине следующего, XIX в. Англия захватила большую часть страны и объявила ее своей колонией. Ныне территория Республики Гамбия (в составе британского Содружества).

Гарденер – островок у северного побережья восточной оконечности о. Лонг-Айленд (ныне штат Нью-Йорк, США).

Гвинея – общее название прибрежных земель Западной Африки от Сенегала до Анголы, открытых и частично колонизованных Португалией. Условно разделялась на Верхнюю Гвинею (побережье от Гамбии на севере до Камеруна на юге) и Нижнюю Гвинею (Конго, Ангола). О характере развития этих колоний в описываемое время говорят названия северного побережья Гвинейского залива: Перцовый Берег, Берег Слоновой кости, Золотой Берег, Невольничий берег.

Генри – мыс, замыкающий с юга вход в Чесапикский залив.

Гернси – остров группы Нормандских островов (Ла-Манш).

Глазго – город и порт в заливе Клайд на западном побережье Шотландии.

Гоа – город в центральной части западного побережья Индостана. В 1510 г. был захвачен вторым португальским вице-королем Индии Афонсу Албукерки. С этого времени – столица португальских колоний в Индии. С 1961 г. в составе Республики Индия.

Гого – очевидно, арабский порт Галгох южнее г. Могадишо, на территории султаната Оббия (Северо-Восточная Африка). Ныне – побережье республики Сомали.

Гондурасский залив – залив Карибского моря у берега Центральной Америки.

Гранд Кайман (Большой Кайман) – крупнейший из трех Каймановых Островов, находящихся в Карибском море к северо-западу от Ямайки. Острова были открыты Колумбом в 1503 г., принадлежат Великобритании.

Гройн – английское калькированное название испанского города Ла-Корунья.

Девоншир – графство на юго-западе Англии, пограничное с проливом Ла-Манш.

Делавер – залив на атлантическом побережье Северной Америки, примерно в 30 милях севернее Чесапикского залива. Залив тянется вглубь материка примерно на 80 км, и там в него впадает река Делавер, судоходная на 10 миль вверх по течению. В 1682 г. недалеко от устья р. Делавер был основан г. Филадельфия. Ныне территория штата Пенсильвания (США).

Делагоа – бухта на Мономотапском берегу Юго-Восточной Африки, на одной широте с южной оконечностью Мадагаскара. С XVI в. эта территория находилась во владении Поргугалии. В настоящее время на берегу бухты расположена столица Республики Мозамбик – Мапуту (до 1976 г. Лоренсу-Маркиш).

Джемс-ривер – река в Виргинии, впадающая в Чесапикский залив.

Доброй Надежды мыс – один из самых южных мысов Африки. Открыт в июне 1488 г. португальцем Бартоломеу Диашем (ок. 1450—1500), который в поисках морского пути в Индию первым из европейцев обогнул Африку с юга. Название «Его величество мыс Доброй Надежды» было дано Диашем в знак надежды достичь этим путем Индии. Однако этот путь был настолько далек, что потребовалась испанская экспедиция Колумба, через четыре года открывшего «путь в Индию», чтобы португальские короли решились воспользоваться «надеждой» Диаша. В 1652 г. район мыса заняли голландцы и основали там поселение Капштадт (от голл. Kaap – мыс) – будущую столицу Капской колонии.

Дон Маскарен – о. Реюньон (Маскаренские острова).

Дублин – столица и главный порт Ирландии.

Золотой Берег – часть Верхней Гвинеи на побережье Бенинского залива от точки примерно в 70 милях западнее мыса Три Пойнтс до устья реки Вольта. Открыт Жуаном ди Сантарен и Перу ди Ишкулар в 1471 г. Был колонизирован португальцами в 1481 г., в 1642 г. захвачен голландцами. По Бредскому миру 1667 г. часть побережья в районе мыса Корсар была передана англичанам, а в 1871 г. во владение Англии перешел и весь Золотой Берег. Ныне – береговые районы Республики Гана.

Инд – судоходная река в Китае и Индии. Впадает в северо-восточную часть Аравийского моря, у основания полуострова Индостан. Ныне устье Инда находится на территории Пакистана.

Иоганна – Анжуан, один из Коморских островов.

Ипсвич – город и порт в Восточной Англии (графство Суффолк).

Кавена – поселение на южном побережье о. Куба. Точное местонахождение не установлено.

Калабарский залив – залив Биафра, часть Гвинейского залива в районе Камеруна, ограниченная с севера устьем р. Нигер и Бенинским заливом, а с юга островами Сан-Томе и Принсипи. Открыт в 1472 г. португальцем Фернаном да По.

Каликут – город в центральной части Малабарского берега Индостана, столица одноименного княжества. Ныне г. Кожикоде (Республика Индия).

Камерун – в книге Дефо имеется в виду часть западного побережья Центральной Африки от острова Фернандо-По до островов Сан-Томе и Принсипи, которая тогда еще не была колонизована ни одной из европейских стран. Пограничная территория между Верхней и Нижней Гвинеей. В настоящее время – береговой район Республики Камерун.

Каморин – см. Коморин.