Падение (ЛП)

Ни одна из гор на этой планете не была достаточно высокой, в сравнении с горами на Земле, их едва ли можно было отнести к холмам.

Дэш кивнул, тяжело вздохнув.

— Чёрт. Да. Я не помню, как мы дошли до этого места.

— Смотри, — сказала она, указывая на подножие запретной горы. — Там олени.

— Пошли?

Ленна почувствовала некоторое сопротивление при мысли рискнуть ступить на запретную гору, хотя знала, что беспокоиться не о чем. Первобытные мифы о древних воинах, поднимающихся на гору и вызывающих огонь, не казались реальной опасностью. Она последовала за Дэшем, быстро шагая к подножию горы.

Они зашли не очень далеко, завернув за огромный валун, и увидели густо заросший кустарником склон и группу деревьев, выросшую в очень странном положении: все изгибались очень уж одинаково.

— Я не вижу оленей, — вздохнул Дэш. — Может, пока не поздно, нам лучше вернуться?

Ленна собиралась согласиться, но заметила что-то, что заставило её резко остановиться. Среди густых зарослей деревьев девушка увидела что-то из металла. Из металла! Она шагнула вперёд и поняла, что смотрит на бочонок лазера — такого большого вида, который был установлен на кораблях для обороны. Инстинктивно Ленна сильно сжала плечо Дэша, едва способная воспринимать то, на что смотрела. Должно быть, Дэш тоже это увидел.

— Чёрт! — выдохнул он. — Возможно, это и есть источник мифов о запретной горе.

Конечно! Все эти старые истории, передаваемые среди племён, когда молодые люди уходили, чтобы присоединиться к другим племенам, имели общий источник. Космический корабль, наверно, разбился давным-давно, намного дольше, чем стали забрасывать капсулы с осуждёнными на свалку, и он был достаточно большой.

В молчаливом согласии Дэш и Ленна проталкивались сквозь деревья, пока не смогли визуально определить положение корабля, затем нашли один из входных люков. Им пришлось сломать несколько веток дерева, чтобы войти, но друзья, наконец, смогли попасть к аварийному входу и открыть люк.

— Сколько ему лет? — спросил Дэш, вползая внутрь.

— Древность, — Ленна закашлялась от старого затхлого запаха. Они вошли в небольшой коридор, и она двинулась туда, где, по её мнению, должна была быть рубка. — Похоже на докоалиционные времена. Ему должно быть много сотен лет.

— Он большой. Скорей всего на борту находились десятки людей.

— Почти сто, судя по размеру, — проходя, Ленна открывала спальные каюты и общие пространства, которые подсказали размер экипажа и количество пассажиров на борту. — Я не вижу никаких костей. Наверняка, они выжили.

— Если он достаточно старый, может быть, оставшаяся в живых команда и все остальные пассажиры — это первые поселенцы на этой планете. Как думаете, этого могло хватить на то, чтобы память превратилась в миф?

— Может быть. Возможно, они были не способны выжить. Я не уверена, сколько времени понадобится, чтобы развить такую культуру и язык. Хотя, возможно, здесь уже были люди, и им пришлось присоединиться, чтобы выжить.

— У антрополога был бы весёлый день на этой планете, если наши предположения верны, — когда они вошли на мостик, Дэш посмотрел вокруг с любопытством подростка. — Я не думаю, что вы сможете заставить эту штуку летать и вывезти нас с этой планеты, так?

Желудок Ленны сжался, но она без всяких сомнений знала ответ. Ленна указала на дерево, не маленькое такое дерево, растущее прямо на мостике.

— Даже если бы была достаточная мощность, корпус слишком повреждён. Нет абсолютно никакого способа поднять это корыто в космос.

Дэш вздохнул.

— Чёрт. На мгновение у меня появилась небольшая надежда.

Девушка увидела разочарование на лице парня и задалась вопросом: почему она не чувствовала себя столь же подавленной? В груди Ленны наоборот что-то расслабилось от осознания, что она не может сейчас улететь.

Ленна попробовала средства управления и была удивлена, когда архаичный экран включился.

— Ты можешь в это поверить? Осталось совсем немного энергии!

— Достаточно для чего? Оу! Вы можете с кем-нибудь связаться?

— Коммуникации выглядят полностью обгоревшими, — сказала она, пробуя несколько приборных панелей и пытаясь понять, как работают самые старые элементы управления. — Если предположить, что я читаю это правильно… О, здесь достаточно энергии, чтобы отправить сигнал бедствия.

— Конечно! Пошлите сигнал бедствия в Коалицию. Они заберут нас и вывезут на другую планету, — сарказм Дэша демонстрировал его удрученность больше, чем когда-либо.

Должно быть, надежда и немедленное разочарование ударили его гораздо сильнее, чем это задело её.

— Я могу использовать частоту, за которой они не следят, — она играла с приборной панелью, соединяя несколько проводов, пока не установила сигнал, который, по её мнению, будет работать. — Это — частота старых контрабандистов. Я пошлю сигнал бедствия. Хол — мой старый партнёр, следит за этой чистотой, да и другие контрабандисты. Может быть, кто-то окажется в этом секторе космоса и заинтересуется.

— Вы не шутите?

— Стоит попробовать, — она закрыла панель, а затем выключила все системы, кроме тех, которые использовались для сигнала. — Я не знаю, насколько хватит энергии, но всё равно какое-то время сигнал будет передаваться. Я бы ни на что не рассчитывала, но кто знает…

— Нам лучше оставить записку, если кто-то прилетит к кораблю.

— Хорошая идея.

Они обыскали помещение и нашли старую тетрадь, на которой составили краткое объяснение, кто они такие и где их можно найти.

Когда Ленна писала записку, в её груди опять что-то сжалось. Она подумала о Роне, о том, как он будет себя чувствовать, если её внезапно спасут. Он никогда не поймёт её исчезновения.

Ленна оттолкнула эту мысль — практически невозможно услышать их сигнал и ответить на него. Если бы Хол всё ещё был контрабандистом, то мог бы чувствовать себя обязанным прийти ей на помощь, но он больше не был контрабандистом. Теперь он жил на неразвитой планете с любовью всей своей жизни, делая вино и наслаждаясь покоем. Вряд ли он настраивается на частоту старых контрабандистов. Не будет помощи для неё и Дэша. Ей не стоит беспокоиться о чувствах покинутого Рона.

Оставив корабль, друзья направились обратно к своей пещере, быстро шагая, так как время было уже достаточно позднее. Ленна планировала, что они вернутся до обеда. Они шли молча, обдумывая каждый свои мысли. Ленна думала о Роне и о том, что произойдет, если у неё появиться возможность покинуть эту планету, она не обращала внимания на происходящее вокруг.

Дэш, очевидно, тоже отвлёкся и не заметил, что кто-то приближается. Ленна была совершенно потрясена, когда два охотника вышли из-за деревьев. Они были из чужого племени и выглядели более дикими, более агрессивными, с отметинами на коже, как тот самый первый встреченный на этой планете неандерталец, который напал на неё. Это были охотники из племени Хош — ближайшие соседи Кроо. Очень неприятные люди. Они смотрели на Ленну взглядом, который очень сильно ее напугал.

— Мы всё ещё находимся в ничейной зоне, — сказал Дэш тихим голосом, медленно протягивая руку Ленне. — Нам нужно бежать.

Ленне не нужно было повторять дважды. Она видела опасность в лицах и позах чужаков. Она и Дэш одновременно помчались в сторону пещеры. Если бы они смогли добраться до территории Кроо, то были бы уже в безопасности. Никакое другое племя не переступило бы границы. Ни одно племя на этой планете не рискнёт войной, входя на чужую территорию, но на ничейной зоне они были уязвимы.

Ленна и Дэш были быстрыми бегунами, но устали от ходьбы за весь день, а охотники Хош были крупными и сильными мужчинами. Они быстро настигли их. Ленна взвизгнула, почувствовав, как большая рука схватила её за плечо и повалила на землю.

Дэш тут же остановился, обернулся, занося копьё. Пока Ленна била ногами и царапала дикаря, который её держал, Дэш наступал на другого.

Дэш мог быть изнеженным цивилизацией, но он многому научился с тех пор, как оказался на этой планете. Он не был трусом и не собирался бросать Ленну. Однако у него не было шанса.

Человек, поваливший её, тяжело ударил Ленну по лицу, ослепляя болью и почти вырубая из сознания. На глаза навернулись слёзы, но она видела достаточно, чтобы понять, что второй человек сражается с Дэшем. Даже своим копьём Дэш не сможет отбиться от двоих. Ленна закричала, когда дикарю удалось выдернуть копьё Дэша из рук и повернуть его, нанося удар. Дэш упал на землю в неуклюжей позе, сквозь его тунику просочилась кровь.

Как только Дэш упал, первый мужчина схватил её и перекинул через плечо. Затем они быстро направились подальше от пещеры Кроо, от её племени.

Ей неоднократно говорили, что племена иногда делали это — похищали женщин, чтобы обновить свой генофонд. В висках стучало от напряжения и боли, на щеке была кровь, и Дэш, вероятно, был мёртв. И как только они перейдут на территорию Хоша, никто не придет спасти её. Даже Рон вряд ли рискнёт войной между племенами. Не ради неё.

Удар по лицу был таким сильным, что девушка не могла ясно мыслить и не могла двигаться. Ленна висела на чудовищно вонючем плече, её тошнило, и она была дезориентирована — смутно сознавая, что её похищают, что вероятно будут насиловать снова и снова, что вряд ли когда-нибудь сбежит. Хотя есть ещё один выход из ситуации — можно убить себя. Её состояние было настолько безнадёжным, травмированным и напуганным, что Ленна немного успокоилась, остановившись на этой мысли. Может быть, она найдет способ убить себя.

Ленна потеряла счёт времени и места, но неосознанно понимала, что мужчины иногда между собой разговаривают, и некоторые слова она понимает. Они общались на том же языке, что и её племя, но с другим акцентом. Поэтому Ленна поняла, когда один из них сказал:

— Нет опасности.

Очевидно, они пересекли границу и вошли на территорию Хош. Любая надежда, которой она себя тешила — умерла. Никто не пришёл спасти её. Выживание племени было важнее любого человека, и никто не стоил развязывания войны. Да и не знал ещё Рон и племя Кроо о её беде.

Ленну грубо свалили с плеча на землю. Девушка лежала в холодной грязи и смотрела на дикаря, который выглядел скорее животным, нежели человеком. Его намеренья были ясны: он не собирался представлять её своему племени, он собирался изнасиловать её прямо здесь.

Несмотря на то, что она уже получила сотрясение мозга, Ленна приготовилась сражаться. Снова крича, она ударила его обеими ногами, когда тот начал наклоняться к ней и хватать за бёдра. Ленна попала ему в пах, и дикарь дико взревел. Прежде чем другой человек смог прийти ему на помощь, девушка вскочила на ноги и побежала. Она почти не видела, не думала и даже не дышала, но неслась в том направлении, откуда они пришли. Ленна не убежала далеко, один из них сбил её с ног и снова ударил по лицу. В ответ на удар всё тело девушки обмякло. После этого она уже ничего не могла сделать, кроме как чувствовать страх и боль.

Дикарь над ней грозно рычал. Он был зол. Мужчина схватил её за ноги и стянул брюки, Ленна обнаружила ещё один прилив сил и снова начала пинаться и царапаться. Ей удалось сдержать мужчину всего на минутку, ему пришлось контролировать её конечности, прежде чем он смог что-либо сделать. Ленна понимала, что это не остановит его надолго, и уже даже желала, чтоб её снова ударили и она, наконец, потеряла сознание.

Вдруг случилось что-то ещё. Мужчина внезапно отпустил её. Когда Ленна открыла глаза, зажмуренные от страха, на поляне был ещё человек, и оба Хоша повернулись к нему.

Послышался резкий звук рассекаемого воздуха, и, прежде чем она успела зафиксировать какие-то конкретные движения, оба Хоша упали на землю. Ленна чувствовала запах крови, и это была не её кровь. Оба этих ужасных человека мертвы. А Рон склонился над ней и заключил в свои крепкие объятья. Ленна всхлипнула ему в грудь, он же укачивая свою пару, снова и снова бормотал хриплым голосом:

— Ленна, Ленна, безопасно.

Через минуту он ослабил руки и посмотрел через плечо в направлении пещер племени Хоша.

— Ленна жди.

Она беззвучно кивнула, вытирая слёзы и кровь с лица, Рон мягко опустил её на землю. Ленна нашла брюки и надела их.

Одного за другим Рон перетащил мертвецов, она поняла, что он делает. Ему нужно было вернуть тела на ничейную землю, прежде чем кто-либо из их сородичей обнаружит тела. Войны не будет — это было важно. От этого зависело благополучие его племени. Но племя — не единственное, что важно для Рона, Ленна — важнее. Вернувшись, Рон веткой замёл и замаскировал следы борьбы и крови. Затем он нежно поднял Ленну на руки и унёс прочь.

Они покинули территорию Хоша, пересекли ничейную землю, и, когда уже вошли на территорию Кроо, но ещё не достигли пещеры, Рон снова положил Ленну на мягкую груду листьев и начал обнюхивать. Он рычал на порезы и синяки на её лице и руках, заставляя девушку плакать от умиления.

— Ленне больно, — бормотал он. — Ленне больно.

— Дэш! — выдохнула она, пытаясь встать, но совершенно неспособная сейчас на это. — Дэш больно!

— Дэш нет мертвых. Дэш жив. Рон за Ленной. Найти Дэша. Дэш рассказ. Рон сохранил Ленну, — мужчина вытирал слёзы с её лица и теперь обнюхивал её руки и живот.

Ленна с облегчением вздохнула. Рон, должно быть, нашёл раненого Дэша, услышал рассказ и пошёл за ней. Дэш не успел бы так быстро вернуться в пещеру и найти Рона. Очевидно, Рон уже искал их, они же задержались на заброшенном корабле.

Её голова по-прежнему кружилась, и каждый вздох отдавался болью в животе. Страх и дезориентация никак не хотели отступать. Рон же теперь сопел ей в пах.

— Хош причинил боль Ленне?

— Нет, — задохнулась она, понимая, о чём он переживает. — Нет. Рон спас. Довольный. Рад, — она потянулась к его плечам, и он со стоном облегчения обнял её.

Ленна тихо плакала на его груди, и вдруг нахлынула тошнота. Она резко отпрянула от Рона, и её мучительно вырвало на прошлогоднюю траву. Рон издавал огорчённые звуки, поглаживая её волосы и спину.

— Ленне больно. Ленне больно.

— Ленне не больно. Ленне плохо, — наконец стало легче, и она сказала. — Пещера?

Рон кивнул, встал и аккуратно и заботливо взял Ленну на руки.

Он принёс её в пещеру и положил в свою постель. Остальная часть племени собралась вокруг, очевидно, беспокоясь о ней. В полудрёме, девушка видела Дэша на ногах и с перевязанным плечом. Рана оказалась не опасной для жизни.

Рон принёс воду и травы, обмыл ссадины, снял с неё одежду и укутал в одеяла. И всё это совершалось с такой заботой и нежностью, что Ленна чувствовала себя великой ценностью.

Остальным Рон рассказал, что догнал Хоша в ничейной зоне и сумел спасти, но Ленна знала правду. Он зашёл на территорию другого племени. Он рисковал не только своей собственной безопасностью. Он рисковал начать войну.

Ради неё. Чтобы спасти её. Потому что заботился о ней.

Остальная часть племени вышла на улицу, чтобы развести огонь и приготовить обед. Ленна не могла есть, а Рон не хотел оставлять её одну. Он забрался к ней в кровать и притянул к себе. Когда он стал тереться лицом, Ленне сквозь сонливую усталость удалось сказать:

— Не трахать. Нет, чёрт побери!

— Рон не трахать, — пробормотал он, все ещё нежно обтираясь об неё. — Ленна больна. Не трахать.

Ленна поняла, что он не пытался заняться сексом. Он просто покрывал её своим запахом. Показывая свою нежность и заботу.

— Ленна дома, — повторял Рон снова и снова, когда обнимал её. — Ленна дома.

Всю свою жизнь она была независима. Ей никогда не приходилось полагаться на кого-либо ещё. Сейчас она доверчиво расслаблялась в его руках. Ленна верила ему, знала, что Рон всегда будет рядом и защитит.

Она заснула в его руках, зная, что находится в безопасности.

Часть 8

Спустя четыре дня у Ленны всё ещё болели рёбра, а с лица ещё не сошли синяки, но она чувствовала себя довольной и почти счастливой, как ещё никогда не чувствовала себя на этой планете.

Казалось, что-то трепещущее поселилось внутри неё. Она не была уверена точно в том, что это, но зарождающее чувство появилось, когда Рон спас её от охотников племени Хош. После этого случая весь её мир перевернулся, и даже эта грубая и примитивная жизнь ощущалась лучше и светлее.

В настоящий момент она ухаживала за Роном, тщательно выбривая его челюсть. Мужчина сидел неподвижно на камне у реки, который они всегда использовали, и его тёмные глаза не покидали лица девушки, пока она была сосредоточена на своей задаче.

Когда Ленна слегка вздрогнула, наклоняясь к уху, Рон пробормотал:

— Ленна больно?

— Маленькая боль, — сказала она, улыбаясь его беспокойству. — Ленне хорошо.

— Ухаживать завтра?

— Нет. Сейчас. Маленькая боль, — она закончила работать лезвием бритвы, вытирая его скулы большим пальцем.

Когда Ленна подняла глаза, то увидела, что его выражение лица изменилось, смягчилось. Рон поднял руку к её щеке, очень аккуратно протирая синяки, точно так же, как она только что прикасалась к нему.

Ленна улыбнулась и наклонилась вперёд, чтобы нежно поцеловать его в губы.

— Ленне хорошо, — пробормотала она.

Он вернул поцелуй так, как она всегда делала, — пытаясь подражать её движениям, но со страстной настойчивостью и затаённой нежностью. Рон быстро учился; поцелуй для него был всё ещё в новинку, но процесс ему явно нравился. Затем мужчина улыбнулся, касаясь губами губ девушки.

— Ленна дома.

Он говорил это много раз с тех пор, как спас её от Хоша. Ленна предположила, что так он проявлял своё облегчение. Она понимала это чувство.