Помоги проекту - поделись книгой:
– Говорит женщина, которая пробиралась сквозь изрядную долю красивых аспирантов юридической школы, которые каждые пять секунд цитируют дела и протесты.
Брук притворно вздрогнула.
– Ничего не могу поделать. И хотя они сводят меня с ума, мне нравится наблюдать сколько времени у них занимает перестать говорить о делах посреди секса. Будучи дочерью своей матери, я даже несколько раз обновила свой собственный рекорд.
Джессика засмеялась ещё сильнее.
– Я уверена, даже моя тридцатилетняя дочь никогда не должна давать матери столько информации.
Брук пожала плечами.
– Думаю, что тридцатилетняя дочь может сказать почти всё матери, которая делает самые красивые скульптуры вагин. Ты самая честная женщина в мире.
Джессика стояла, положив руки на бёдра, и обдумывала слова Брук.
- Вижу, ты научилась у своих любовников искусству спорить. И у меня нет к этому контраргументов, адвокат, - подразнила она. – Ещё не влюбилась в какого-нибудь из этих болванов юристов?
- Нет, - сказала Брук, - но я и не искала любви. Жду, когда в следующем году выберу колледж, в котором буду преподавать. Потом я угомонюсь и в тридцать два выйду замуж за штатного профессора, возможно, у меня будет двое прекрасных малышей с разницей в полтора года, и я напишу популярный роман. А когда закончу работу всей моей жизни, то буду наслаждаться старостью, когда мне будет за сорок.
Джессика просто посмотрела на свою дочь.
– Старость в сорок? Надеюсь, ты меня дразнишь. И надеюсь ты знаешь, что сорок -ещё не старость.
Брук рассмеялась.
– Да, дразню. Мам, я тебя люблю. - Она снова посмотрела на мужчину, который медленно и очень уверенно направлялся к её матери. – Так что байкер делает?
- Абсолютно ничего для меня, - лукаво сказала Джессика и, повернувшись, увидела, что Уилл подошёл к ней очень близко. Она отступила на шаг и услышала смех Брук.
Брук протянула мужчине руку.
- Я Брук Дэниелс – дочь Джессики.
Уилл фыркнул, улыбнулся и пожал руку девушки.
– Объясняет рыжие волосы. Ваша мать называет меня неприятности, но вы можете звать меня Уилл.
Уилл улыбнулся, когда она рассмеялась, а Джессика сердито на него посмотрела.
- Это Эверетт Уильямс, - сказала Джессика своей дочери. От её надменного тона брови Уилла приподнялись, но её не очень волновало, что он думает.
- Зовите меня Уилл, - повторил он, отпуская руку Брук и полностью переключаясь на Джессику. – Я рад, что наконец получил возможность извиниться за тот день, Джессика. Я должен был последовать вашему совету, когда вы в первый раз сказали мне сделать это.
- Какой совет? – спросила Джессика.
- Когда я подгонял ваш шлем, перед нашей поездкой, - напомнил ей Уилл. – Когда вы сказали мне просто вас поцеловать, потому что нам обоим было любопытно. Я должен был это сделать. И я до сих пор сожалею, что не поцеловал вас.
- Это просто было помешательство. Я вас дразнила, - сказала Джессика, качая головой.
- Мне до сих пор любопытно, - дерзко сказал Уилл, не отводя от неё взгляда. – А вам?
- Нет, после того что случилось в Берия, - громко не согласилась Джессика, а затем покраснела, когда Брук прикрыла рот рукой. – Я не имела это ввиду так категорично. В смысле, из того что случилось, очевидно, что мы не совместимы. Так что нет, я больше не хочу, чтобы вы меня поцеловали.
- Вы лжёте, - мягко сказал Уилл, с лёгкой улыбкой на лице. – Я запаниковал и расстроился. А потом меня просто занесло. Я не должен был быть так груб с вами. И у вас есть полное право злиться на то, как я с вами обошёлся. Но ради Бога, Джессика, вы слишком честная женщина, чтобы врать об отсутствии химии между нами.
- Вы понятия не имеете какая я женщина, - сказала Джессика, скрестив руки.
- Нет, но я учусь. Я знаю, вы встречаетесь с другими мужчинами, и я собираюсь продемонстрировать учителю математики насколько вы более совместимы со мной, чем с ним, - пригрозил Уилл.
Он сделал крошечный шаг по направлению к ней и, вытянув руку, положил на её локоть.
– К тому же, я нравлюсь вашей дочери.
- Нет, вы ей не нравитесь, - не согласилась Джессика, захваченная врасплох его уверенным утверждением.
- Да, вы ей нравитесь, - согласилась Брук, улыбаясь. – Поцелуйте её, Уилл. Она умирает от желания. Поверьте, мне.
- Брук Рене Дэниелс, - строго сказала Джессика, испуганно посмотрев в смеющиеся глаза дочери.
- Ну, на этот раз у меня есть разрешение, по крайней мере, одной женщины, - сказал Уилл, останавливаясь прямо перед дрожавшей Джессикой. Из-за меня, заверил он сам себя, чувствуя исходящую от неё энергию. Не из-за учителя математики или Стива. Это из-за меня.
Он двигался быстро, но осторожно. Потянул руки протестующей Джессики вниз, а потом, прежде чем она успела от него отойти, легко, но уверенно, прикоснулся губами к её рту.
Не в состоянии остановиться, Уилл застонал от тепла её губ и слегка пробежался языком по её нижней губе. Он не пытался проникнуть в неё языком, хотя очень хотел попробовать. Джессика застонала в ответ и приоткрыла рот. Его сердце забилось снова, когда он понял наверняка, что и она так же, как и он, хотела этот мягкий, изучающий поцелуй. Он позволил себе задержаться ещё на мгновение, а затем отстранился.
И теперь Уилл не мог дождаться, когда Джессика позволит ему сделать это правильно, без зрителей. Не мог дождаться, когда он сможет прикоснуться к её телу.
Но ему придётся подождать, придётся дать ей и учителю математики время, чтобы закончить их отношения. Возможно, ему самому до сих пор нужно время.
Уилл прикоснулся губами ко лбу Джессики, не беспокоясь о том, что всем, кто наблюдал за этим шоу, было очевидно его глубокое облегчение. Он обхватил её руками в дружеском, но собственническом объятии, а затем быстро отпустил.
- Спасибо, - тихо сказал Уилл, так, что его могли услышать только она и её дочь. – Мне было нужно, чтобы вы знали, насколько вы для меня особенная, и как сильно я хотел вас поцеловать. Несмотря на то, что вы меня до чёртиков пугаете. Надеюсь, я не слишком смутил вас перед лицом ваших студентов. Скоро увидимся, Джессика.
Он посмотрел на Брук, которая прикусила губу, чтобы не рассмеяться и подмигнул ей. Его мальчикам понравится её чувство юмора.
Идя к своему мотоциклу, Уилл отдал честь учителю математики, который теперь сердито на него смотрел. Он помахал мальчикам, которые показывали ему большие пальцы вверх и одевая шлем, засмеялся над Стивом, качавшим головой.
Уилл отъезжал на своём байке с идиотской улыбкой, прилипшей к его лицу, потому что Джессика поцеловала его в ответ и застонала.
На сегодня этого было достаточно.
И он, неожиданно для себя, стал с нетерпением ждать следующего дня.
***
- Ага, вижу, как парень ничего с тобой не делает, - сказала Брук матери, которая всё ещё не могла закрыть рот и оторвать взгляд от мужчины, уезжавшем на самом большом чёрном байке, какой Брук доводилось увидеть.
Джессика вздохнула и обругала Эверетта Уильямса за то, что так сладко её поцеловал.
– Он причинил мне боль, Брук. И я не дам ему шанс сделать это снова.
-
Джессика снова вздохнула.
– Нет, это не так. Я тоже сделала ему больно и не хочу делать этого снова, Брук. Мы с Уиллом не подходим друг другу, потому что можем заглянуть слишком глубоко в души друг друга.
Брук кивнула, увидев на лице матери сильное желание, и подумала о том, сможет ли Эверетт Уильямс его удовлетворить. Потому что ей не нравилась идея, что её мать будет стареть в одиночестве. Она абсолютно ненавидела тот факт, что ни один мужчина не заставил её мать улыбаться дольше, чем несколько дней. Даже Джек Придурок, который оставался с ней слишком долго.
- Кто ты – большой трус – и что ты сделал с моей матерью? Ты никогда не покончишь с байкером, пока не выведешь его из своего организма. И тебе придётся идти до конца, вслед за своим к нему влечением, - спокойно сказала Брук. – И пока ты этого не сделаешь, у учителя математики нет ни малейшего шанса.
Джессика кивнула.
– Уилл до сих пор влюблён в свою бывшую жену. Прошёл всего один год. За всё это время я первая женщина, с которой он встретился.
Брук вспомнила о глубоком облегчении на лице мужчины, когда он поцеловал лоб её матери, и поняла, что страх перед его бывшей –– просто предлог, который она использует. Все в пределах слышимости услышали, как они оба застонали, когда Уилл её поцеловал, хотя по мнению Брук, то лёгкое касание губ вряд ли можно было назвать настоящим поцелуем.
Брук покачала головой, когда подумала об очевидной химии между её матерью и Уиллом. Что же тогда в этом парне, так беспокоило её мать? Он ей казался большим плюшевым медведем, и ей понравилось, как он свирепо взглянул на Адама, как-там- его-звали.
- Ну ладно. По крайней мере ты должна признать, что он горячий, - смеясь, сказала Брук, обняв мать за талию.
Джессика кивнула.
– Ну хорошо. Уилл горячий. И очевидно он целуется так же хорошо, как и выглядит, пока из-за чего-нибудь не разозлится, - призналась она, поморщившись, когда оглянулась вокруг, чтобы посмотреть, слышал ли кто-то из ребят, как она ругалась. – Уилл сводит меня с ума, и я забываю, кто я.
Брук хихикнула.
– Мам, ты стареешь, если не видишь в этом плюс. Такой тип парней самый лучший.
- Может быть, когда тебе тридцать, - сказала Джессика, обнимая в ответ дочь. – В моем возрасте ты просто хочешь «стойкий» талант в спальне, и чтобы тебя оставили в покое на всё остальное время.
Брук покачала головой и рассмеялась.
– Кого ты пытаешься убедить? Меня или себя? Мам, ты не можешь флиртовать сама с собой, - мудро сказала Брук. – Ты не тот тип женщины, которой суждено быть одинокой. Ты слишком жизнерадостная. И тебе, в твоей жизни нужен мужчина.
- О, с этим я согласна, - ответила Джессика, собирая кисти и краски, чтобы подправить вывеску. – Просто я не думаю, что Уилл подходящий мужчина.
- Он скульптор и, вероятно, сможет понять твои произведения, - тихо сказала Брук.
Джессика минуту подумала об этом и наконец ответила дочери, как можно нейтрально.
– Да. Уилл, вероятно, сможет.
Но чтобы понять, ему сначала придётся их найти. Что Уилл поймёт о её работах, беспокоило Джессику больше, чем то, как её тело до сих пор пело после поцелуя. А поскольку она была сексуально заинтересована в мужчине, она надеялась, что он никогда не увидит то, что она создала.
Глава 5
Джессика вошла в кафе, посмотрела на занятые столы и улыбнулась. Это была суббота и время обеда. За столами сидели люди, барные стулья были заняты, и ей негде было сесть. Она была просто счастлива.
- Думаю, мне нужно зайти позже, - смеясь, сказала Джессика, когда Мелани обогнула бар, неся в руке несколько тарелок. – Или у вас предварительная запись?
- Вы можете заскочить на кухню и помочь Бренту. И мы вас бесплатно покормим, - покраснев, предложила Мелани.
Джессика вздохнула, ей нравилась эта трудолюбивая девушка, так напоминавшая ей её дочь.
– Конечно, но никому не говори, что я работаю за еду.
Мелани рассмеялась и ушла, чтобы отнести заказанную еду.
На кухне симпатичный молодой мужчина раскладывал по тарелкам курицу на слой латука и смешанной зелени.
- Ну, с этой задачей я, вероятно, справлюсь, - сказала Джессика.
- Привет, мисс Дэниелс, - улыбаясь, сказал Брент. – Это ваша вывеска привела сюда столько посетителей. Я думаю, нам придётся нанять настоящего помощника, если это продолжится.
- Ты критикуешь мои способности на кухне только потому, что твоя жена уговорила меня помочь за бесплатный обед? – спросила Джессика, вопросительно выгнув бровь.
- Нет, мэм. Посетители не получат никого лучше вас, но вы должны быть свободны, чтобы заниматься творчеством. Это будет преступление, привязать вас к кассовому аппарату, - сказал Брент, улыбаясь. – Мелани попросила вас помочь?
Джессика кивнула, подошла к раковине и вымыла руки. Затем сняла с крючка фартук и завязала его поверх джинсов и футболки.
- Позволь мне закончить эти куриные салаты. Я знаю, что кладётся сверху, потому что это моё любимое блюдо в меню, - сказала она ему.
Джессика подняла тарелку со смесью орехов и посыпала ею салаты. Затем положила по краям блюда несколько виноградин. Когда Мелани вернулась, она увидела готовые куриные салаты и лучезарно улыбнулась Джессике.
- Не хотели бы здесь работать после выхода на пенсию? – спросила Мелани.
- Нет, спасибо, - засмеялась Джессика, притворно вздрогнув от страха. – Я даже дома не готовлю. С чего бы мне захотелось готовить здесь?
Брент закончил сэндвич с индейкой, положил на тарелку два ломтика маринованных огурчиков и подмигнул жене.
Мелани посмотрела на Джессику взглядом, полным благодарности.
– Не могли бы вы отнести сэндвич парню за последним столиком? А Брент поможет мне разнести куриные салаты.
- Конечно, - сказала Джессика, пожимая плечами. Она взяла тарелку и вышла из кухни.
Пока Джессика шла по кафе к последнему столику, она заметила, что его обитатель склонил голову над книгой по искусству. В очках для чтения он выглядел очень серьёзным, словно какой-то профессор. А также он выглядел очень сексуально, когда поднял глаза и приветливо ей улыбнулся.
Её мозг мгновенно вернулся к их сладкому поцелую и в уме она снова услышала, как он застонал возле её губ. Она сказала себе вспомнить, как он был агрессивен в саду, но видя его приветливую улыбку, она не могла думать про Берия дольше, чем несколько секунд.
- Вау! Всё что я заказывал, это сэндвич. Даже не ожидал, что его доставит домохозяйка из 50-х. Симпатично выглядите в этом фартуке, - сказал ей Уилл.
Джессика через стол подвинула к нему сэндвич и села напротив него. – Поверьте мне, я не домохозяйка из 50-х. Я женщина, которая меньше всего любит домашнюю работу, какую вам доводилось встретить. Я даже не кипячу воду на плите и для приготовления чая использую электрочайник.
Уилл кивнул другим посетителям, которые услышали его заигрывания. А затем взял половину своего сэндвича.
- Дела здесь определённо пошли в гору, - сказал он, кусая сэндвич.
Поделиться книгой: