Сибирский вояж

— Гм… — Олег смотрел на вход в логово жуткой нежити, созданное не то древним архиличем, не то вообще языческим темным богом, и озадаченно чесал затылок. Иначе он себе представлял оставленный последним гиперборейцем подземный комплекс, совсем иначе. Воображение рисовало некий гибрид противоатомного бункера, восставшего кладбища и египетской пирамиды, но реальность упорно отказывалась соответствовать фантазиям боевого мага третьего ранга. — Так понимаю, это место создал лично Кащей?

— Да, — согласилась Доброслава, в прямом смысле слова обнюхивавшая каждый камень у себя под ногами и при этом невольно принявшая довольно интригующую позу, учитывая ее наряд. Вернее, его почти полное отсутствие, если некоторое количество синего кружева не считать. Правда, спустя уже несколько секунд девушка выпрямилась и принялась буравить Олега подозрительным взглядом, умильно нахмурив свои густые темно-рыжие брови. — Как ты догадался? Я готова поклясться, что об этом месте даже не все старейшины моего народа знают.

— Ну, чего-то подобного следовало ожидать от его персоны, с психологическими комплексами… — пожал плечами целитель и вновь осмотрел воздвигнутую будто бы силами природы композицию, являющуюся входом в подземелье, полное нежити.

Вроде ничего особенного, обычный каменистый холм. Таких в тайге бесчисленное множество из-под слоя травы возвышается. Неглубокая щель по центру, в глубине которой журчит крохотный ручеек, теряющийся уже через десяток метров… Тоже ничего особенного. Вот только если взобраться на самую его верхушку и посмотреть вниз, то лежащие якобы в хаотическом беспорядке камни складывались в картину, подозрительно напоминающую некую иллюстрацию к атласу женской анатомии. Переведя взгляд на повернувшуюся к нему лицом и прочими расположенными спереди частями тела Доброславу, Олег провел сравнительный анализ и лишь убедился в правоте своего предположения. Если бы не скрывающие местность елки, обступившие этот участок относительно свободной земли со всех сторон, то с воздуха построенный Кащеем объект нашли бы первые же пролетающие на достаточно малой высоте путешественники.

— Впрочем, учитывая его возраст, легкие заскоки по Фрейду можно старичку и простить. В конце концов, уворованных девиц он не жрал и не приносил в жертву, а использовал как рычаги политического давления и, так сказать, по прямому назначению… Попробуй вон тот наполовину выпирающий из-под земли валун пощекотать. Только нежнее, пожалуйста. Чую я, что, если ты со всего размаха его лапой двинешь, случится с нами нечто очень нехорошее.

— Незримым ударом в кровавую кашу размажет. Кажется, в ваших учебниках принято называть эту магию гравитацией.

Уровень подозрения во взгляде Доброславы вырос в несколько раз. Тем не менее она коснулась указанного камня и принялась интенсивно водить по его поросшему мхом боку сначала справа налево, потом слева направо, а под конец и вовсе круговое движение использовала. С едва уловимым стоном, подозрительно напоминающим женское «ох!..», стены небольшого овражка медленно поползли в стороны. Из-под воды резко ускорившего скорость течения ручейка проступили каменные ступени. Начал подниматься горячий пар, поскольку температура жидкости резко подскочила. И эти клубы теплых испарений обрисовали в воздухе нечто вроде люка, к которому и вела покрытая брызгами лестница. Вход в подземный комплекс действительно располагался здесь. Не главный, само собой, все же пассажиров и грузы переносить туда-сюда при помощи волшебства слишком накладно. Но для двух злоумышленников подобная лазейка подходила как нельзя лучше. Вот только размер ее настораживал: проход, по которому предполагалось проникнуть внутрь комплекса, имел едва ли полметра в диаметре.

— Мне о ловушке рассказывал отец, только вот описание нужного камня он давал несколько расплывчатое. Но вот откуда про нее знать тебе?! Почувствовать или просто увидеть с помощью колдовства не мог, Владыка Кащей надежно скрывал свои тайны, даже архимаги не способны пробиться через его чары.

— Пусть это останется нашим с ним маленьким секретом, — хмыкнул боевой маг третьего ранга. Вот только его спутницу этот ответ явно не устроил, поскольку она стала увеличиваться в размерах и обрастать шерстью. Видимо, кащенитка заподозрила, что их случайная встреча в лесу произошла совсем не случайно и все это какой-то хитрый план русского чародея, чтобы проникнуть в святилище. — Ладно, ладно, не психуй! Сейчас все объясню. Только потом не жалуйся.

Состоящий из пара люк, в который сунулся Олег, оказался все-таки не порталом. Те переносили мгновенно, а тут ему пришлось минуты три ползти по непроницаемой темноте, ориентируясь лишь на раздающийся впереди шорох, производимый Доброславой. Когда боевой маг третьего ранга наконец-то ступил в древнее подземелье, выбравшись из почти такого же клуба водяных испарений, только расположенного у маленького фонтана, то большая часть его выдержки уходила на то, чтобы удержаться от насмешливого хихиканья. Уж больно забавное лицо оказалось у кащенитки, до сих пор не успевшей отойти от свалившегося на нее откровения…

Что кумир, которому ее народ поклонялся как богу, несмотря на все свое величие, являлся тем еще извращенцем. Нет, про его громадную любвеобильность девушка конечно же знала. Вот только жены, наложницы и невольницы — это дело по меркам данного мира привычное и практически обыденное. Даже в двадцать третьем веке многие архимаги или просто знатные вельможи России имели нечто подобное, пусть и куда более скромных размеров. Не говоря уж о Востоке, где правитель без собственного гарема воспринимался белой вороной. Однако вход в подземный комплекс, вернее, внешнее оформление входа, лучше всего доказывал тот факт, что крыша у царя в железной короне на старости лет знатно подтекала. Ну или просто чувство прекрасного последний гипербореец имел крайне своеобразное, которое живущим ныне людям оказывалось сложновато понять.

Место, куда привел портал, оказалось обширно, хорошо обустроено, светло и… заброшено. Вырубленный в толще скалы зал, площадь которого составляла никак не менее пары гектаров, а высота потолков — метров семь, освещался расставленными по углам бронзовыми чашами, в которых без всякого следа дров полыхало синее магическое пламя. Вот только благодаря древним светильникам первое, что замечал человеческий глаз, — лежащую повсюду пыль. А еще мусор, некогда, скорее всего, являвшийся мебелью или чем-то подобным, но сгнивший сотни лет назад. Разноцветные черепки, оставшиеся от каких-то сосудов, истлевшие обрывки тканей, ржавые гвозди, деревянные конструкции, обрушившиеся под собственной тяжестью… Для археолога это место стало бы предметом восхищения, а вот расхитители гробниц с презрительным фырканьем отвернулись бы от подобной помойки, где ничего ценного нет и, возможно, никогда не было.

— Ты уверена, что мы там где надо? — осторожно уточнил Олег, оглядываясь по сторонам. Пока никого и ничего живого он не видел. И неживого тоже. Это было очень странно, ведь должны же были хозяева данного места устроить на входе в свое логово «паспортный контроль». Пусть даже Доброслава и воспользовалась не парадным входом, а скорее ведущей на задний двор калиткой. Творения Кащея просто не могли относиться к числу тупых исполнителей чужой воли или полных дебилов, раз умудрились дотянуть до этого времени. А еще боевой маг чувствовал себя как-то странно, но четко выразить свои ощущения затруднялся. — Это место выглядит заброшенным.

— Так и есть. Когда-то Эртеж являлся пусть небольшим, но городом, где вдали от света солнца под сенью железной короны жили в мире и достатке представители разных рас. Но когда Владыка покинул нас, то разрушились все его храмы. И выпустили на свободу ужасную силу, убивавшую все живое. Добраться до ведущих во внешний мир путей смогли лишь несколько десятков человек, да и то половина их вскоре в муках скончались.

Олег подумал, что описание древних событий подозрительно напоминает систему возмездия, которую последний гипербореец подготовил на случай бунта подданных, но благоразумно промолчал. Нет, подрыв какого-нибудь магического реактора от перенапряжения или иную трагическую случайность тоже никто не исключал, но при бьющих с чудовищной силой куда попало катастрофах обычно выживает больше народа, чем при относительно слабых, но зато работающих целенаправленно терактах.

— Единственные, кто не пострадал тогда, это немертвые слуги Владыки. Они заботятся о поддержании минимального порядка в этом месте, но все же их не так много. И лучше бы нам на глаза им не попадаться.

— Ты же говорила, что имеешь коды доступа… тьфу, то есть ключи от охранных заклятий! — забеспокоился Олег, который свои силы привык оценивать весьма объективно. Даже схватка всего лишь с парой-тройкой невероятно древних умертвий, каждое из которых вряд ли сильно уступало встреченному недавно демону в живучести и мощи, гарантированно закончилась бы поражением. А еще — то странное чувство, которое его уже давно беспокоило, так никуда и не делось.

— Долгое время после падения города слуги Владыки твердо придерживались своих клятв. А пятьсот лет назад начали позволять себе разные вольности. Сейчас вообще сложно сказать, что в их иссохшие головы взбредет… — пожала плечами Доброслава, шумно втягивая воздух и, видимо, пытаясь по запаху определить, есть ли рядом мертвецы. — Все же мы — не наши предки, и хотя называем себя подданными Кащея, но некому принять наши клятвы. А потому для слуг Владыки не столь и сильно отличаемся от любых других людей, которых здесь быть не должно.

— Ладно, будем надеяться, сегодня тебе и мне повезет.

Боевой маг попытался прислушаться к своему дару предсказателя, но интуиция таинственно молчала. Видимо, ей и самой было интересно посмотреть, чем эта авантюра закончится. Олег не горел желанием рисковать собой, но уж больно соблазнительный куш посулила ему Доброслава. Сделанные по методикам гиперборейцев вещи, которые изредка появлялись у кащенитов, стоили крайне дорого. Но продавать подобные сокровища чародей вовсе не собирался. Этот мир был жесток, а ему еще и приходилось служить в армии, почти постоянно воюющей с людьми или чудовищами. Шансы дожить даже не до пенсии, а просто до истечения срока десятилетнего контракта Олег расценивал как слишком низкие. И если уж приходится подставлять свою голову под топор, то лучше проделывать подобный фокус, не вылезая из личного танка. Или магического доспеха, мало от него отличающегося. Комплект высококачественных артефактов, служащих своему владельцу и оружием, и защитой, уравнял бы его по силе с волшебником, стоящим как минимум на один ранг выше в официальной иерархии. К тому же не следовало забывать и о супруге, также находящейся на военной службе, пусть даже та и могла обеспечить себе пару лет относительного спокойствия за счет декретного отпуска.

— Чего стоит опасаться по пути, кроме высшей нежити? — спросил он Доброславу.

— Пещерных монстров. Тут остались сады, в которых процветает кое-какая живность вроде крыс, птиц, свиней и обезьян. А слуги Владыки их почти не трогают, так как неразумных тварей воспринимают не нарушителями, а чьей-то беглой скотиной, до которой им нет дела, пока горожане на помощь звать не начнут… — поморщилась девушка; ее явно очень задевал тот факт, что разные твари жить в подземном комплексе могут, а вот кащениты — нет. Без бумажки ты букашка, а с бумажкой человек. Связь славян и гиперборейцев определенно просматривалась не только при магическо-генетическом анализе, но и в некоторых ключевых особенностях общего менталитета. — Кстати, мы тоже можем там фруктов в дорогу нарвать. Садовники — пожалуй, самые понимающие из слуг Владыки. Не упомню ни одного случая, чтобы они на кого-то нападали. И часть своего урожая всегда с охотой меняют на что-нибудь им полезное.

— Это очень кстати, — предвкушающе облизнулся Олег, который хоть и смог заглушить мучивший его на протяжении нескольких дней голод куском жареной демонятины, но отнюдь не отказался бы от более вкусной и здоровой пищи. И черт бы с ней, что ее взрастили костлявые руки нежити! Главное, чтобы в качестве удобрений они использовали не кого-нибудь из людей, а помет местной фауны или хотя бы ее саму. — Ну, веди!

— Нашел проводника… Тут бы самой не заблудиться, — нервно повела плечами Доброслава, которой, видимо, все же было несколько неуютно в этом месте, пусть даже оно и носило у кащенитов статус святыни. — Нас с тобой интересует караулка у входа в квартал Бессмертных. Так называли аристократов царства Владыки, если ты не знал. Конечно, есть в городе и более богатые места… но шансов, что мы оттуда живыми уйдем — намного меньше. А в караулке нежить хоть службу и не несет, но порядок старается поддерживать. И небольшой арсенал, что там расположен, слуги Кащея поддерживают в целости и сохранности, заменяя истлевшие брони и проржавевшие мечи.

— Сведения точные? — Олег догадывался, что внутри квартала могут найтись вещи и побогаче. А в храме Кащея и прочих местных достопримечательностях так и вообще настоящие сокровища лежат. Но идея разжиться доспехами местных стражников, добротными по меркам массового ширпотреба, но ничем не примечательными, вполне его устраивала. Какую-нибудь реликвию начальство у боевого мага третьего ранга и отобрать могло. А вот на такую вещь уже вряд ли станет сильно зариться. К тому же всегда можно вернуться за оставшимися ценностями подземного города — скажем, лет через двести или триста, когда Олег заматереет в достаточной мере, чтобы иметь некоторые шансы в силовом противостоянии с местными обитателями. — Не окажется так, что мы придем, а там шаром покати и паутина по всем углам?

— Возможно все, но мой отец взял свои доспехи именно там. И прадед тоже оттуда их доставал, а потом та бронь еще и деду служила, — пожала плечами Доброслава, а потом направилась к выходу из помещения. — Жаль только, не помогли они им, когда наши решили воеводе иркутскому за старые обиды отплатить.

— Он вас так сильно допек? — Олег ничего не слышал про крупные заварушки с кащенитами, но надо было признать, он вообще не слишком интересовался новостями. Мог и пропустить какой-нибудь сибирский аналог краха римских легионов в тевтобургском лесу.[1]

— Да не особенно… Просто двинулся в Москву вместе с большей частью золота, которое смогли добыть за последний год на государственных рудниках и приисках. Вот у старейшин жадность и взыграла. — Девушка совершенно некультурно плюнула в ближайшую стену, видимо выражая тем самым свое отношение к лидерам. — Чего они не учли, так это того, что в охране шли не обычные стрельцы, а те из ваших, кого сюда из Польши после заключения мира отправили. Злые, сильные, опытные, с хорошим оружием… Ушли от них немногие.

Олег помолчал, не зная, что на это ответить. Сочувствовать кащенитке, чьих родственников зарубили во время неудачного акта дорожного разбоя в особо крупных размерах, не тянуло. Зато стала чуть понятнее причина, по которой ее пытались на алтарь отправить. Видимо, верхушка сибирских отшельников-язычников принялась искать крайних, на которых можно бы было свалить всю вину за крупное поражение. И ими, как у людей частенько бывает, оказались совсем не те, кто все спланировал и должен был получить основную часть дивидендов от удавшейся акции. Для козла отпущения ведь главное что? Отсутствие рогов, которыми тот мог бы боднуть в отместку!

Короткий коридор с несколькими ответвлениями вывел парочку… в лес. Самый обычный такой лес, ничуть не отличающийся от нормальной летней тайги. Трава, листья, кусты, бабочки, одуванчики цветут… Даже свет лился на него сверху точно так же. Вот только шел он не от солнца, а от находящегося на высоте сотен метров каменного потолка. Когда Олег думал, что место, куда он попал, похоже на сложный многоярусный лабиринт, то серьезно ошибался. Кащей спрятал под землей полость, насчитывающую никак не меньше сорока километров в диаметре, с животным и растениями, полностью идентичными тем, которые находятся на поверхности. Настоящий «Затерянный мир»![2] На удивление неплохо сохранившийся город, вполне привычного вида и даже с трех-четырехэтажными зданиями, возвышался на некотором отдалении от парочки путешественников и занимал лишь около половины всего свободного места.

— Внушает… — тихонько пробормотал себе под нос боевой маг и наконец сообразил, что с ним не так. Ему тепло, и тело согрелось! Каким-то образом гигантское подземелье умудрялось еще и поддерживать собственный микроклимат с температурой воздуха около двадцати градусов по Цельсию. Снаружи почти зима, а тут царит лето! Скорее всего, вечное. — Начинаю понимать, почему твои предки начали поклоняться Кащею…

Из кустов прямо на людей выпрыгнула молодая косуля. А уже спустя секунду скрылась обратно в заросли, испугавшись то ли запаха оборотня, то ли рефлекторно направленного в ее сторону разряженного магического жезла. В ветвях чирикали птицы, занятые поиском пары или охотой на шастающих в траве букашек. На щеку чародею приземлился комар, но, потыкавшись хоботком в рефлекторно уплотненную целителем кожу, с раздраженным жужжанием улетел искать более доступную жертву.

— Это еще что… Вот видел бы ты части столицы, в которых мы до сих пор можем жить… — с какой-то затаенной тоской протянула Доброслава, а затем присела на корточки и полностью перекинулась в волка. В отличие от частичного оборота эта форма для боя подходила хуже — все же две лапы с когтями и пасть существа, сохраняющего гуманоидный тип тела, эффективнее одной только пасти вставшего на все конечности зверя, — но зато бегать и прятаться девушка теперь могла намного лучше. Да и масса ее увеличилась совсем незначительно, а не до габаритов, больше подошедших бы молодому медведю. Понюхав воздух и почему-то злобно фыркнув, кащенитка потрусила вперед, не оглядываясь лишний раз на спутника.

«Интересно, а встречаются среди оборотней те, кто смог взять под контроль свое врожденное умение по смене облика? — задумался Олег, осторожно шагая следом за ней и размышляя о том, не пришла ли пора сбросить с себя одежду из коры. Толку от нее в тепле подземного города не было, да и ее камуфляжные свойства вряд ли обманут глаза мертвецов. В лучшем случае его примут не за человека, а за лешего. Вот только вряд ли отношение к духам леса у покойников окажется сильно лучше. — Лицо там подправить или фигуру изменить они точно могут. А нечто большее? Например, перекраситься в негра и вырастить себе в человеческом обличье прячущийся в мягких тканях костяной клинок. Или в боевой форме начать стрелять шипами и плеваться кислотой. Такой истинный метаморф стал бы очень грозным соперником. И малоуничтожимым, если сумеет заиметь себе дублирующее сердце и переместить мозг из головы куда-нибудь в грудную клетку…»

Первых обитателей этого места, как и ожидалось, заметила Доброслава. Едва слышно поскуливающая волчица задом выползла из кустов, куда за пару секунд до этого сунула свой любопытный нос, и распласталась по земле, упорно пытаясь казаться маленькой. Олег последовал ее примеру, но все же не смог сдержать свое любопытство и по-пластунски подполз к тем зарослям, рядом с которыми застыла кащенитка. По дороге, окружающей город и выложенной странным, поблескивающим, словно стекло, материалом, шел патруль. Почти такие же можно наблюдать практически в любом городе, если бы не одно «но»: в стражи порядка там по какой-то причине не записываются восставшие из саркофагов мумии.

Шесть высоких худых силуэтов с синхронностью солдат парадного полка маршировали в ореоле тянущихся за ними по воздуху белых лохмотьев. Нет, когда-то это были свободные одежды вроде гибрида плаща и тоги, но время и множество прорех превратили их практически в бинты, колеблющиеся в воздухе. А обладатели столь экстравагантных костюмов на свой имидж плевали с высокой колокольни, поскольку и так не относились к числу красавцев. Лица слуг Кащея скрывали белые же маски, сделанные не то из кости, не то из фарфора, но о состоянии их тел целитель мог с уверенностью судить по рукам и ногам. И те и другие представляли из себя практически одни лишь кости, на которых едва-едва держался тонкий слой высохшей и потемневшей от времени плоти.

Оружием пяти мертвецам служили положенные на плечо весьма странного вида боевые посохи: двухметровой длины, блестящие металлом граней и имеющие нечто вроде прицепленного к ним на конце штык-ножа. Хотя их и можно было использовать как копья, но вряд ли они могли являться в этом качестве достаточно эффективными. Немного подумав, Олег счел эти вещи каким-то аналогом винтовок, пусть даже необычной формы и, скорее всего, не использующими порох. Последний из мертвецов, наверняка командир, отличался от подчиненных маской с рисунком несимметричной семилучевой звезды во всю лицевую пластину и двумя короткими, чуть загнутыми клинками, притороченными к бедрам в прозрачных ножнах из стекла или хрусталя. Причем за оружием своим древние покойники следили явно куда лучше, чем за одеждой. Ни пятнышка ржавчины не красовалось на полированном металле. Впрочем, их тряпки тоже оказались чистыми, просто сильно рваными. Может, посохи и кинжалы элементарно не снашивалась с течением времени, поскольку по прямому назначению почти не использовались, а лишь переносились хозяевами с места на место?..

Внезапно Олег напрягся. Чутье на опасность, являющееся следствием дара к прорицанию, стало усиленно сигналить своему обладателю о близких и крупных неприятностях. Обычно нечто такое боевой маг испытывал под вражеским обстрелом, причем с применением довольно крупных калибров. Снаряд еще не видно и не слышно, но прятаться уже пора, если нет желания разбросать свой перемолотый взрывом фарш вместе с ошметками одежды и обломками оружия по всей округе. Чародей принялся было медленно отползать… и чуть не заорал от ужаса, когда на его единственной нормальной ноге сомкнулись острые крупные зубы. Лишь в последний момент он сумел сообразить, что цапнуло его не неведомое сторожевое чудо-юдо, а всего лишь союзный ему оборотень. И даже без желания навредить, ведь конечность осталась на месте, а не оказалась отгрызена к чертям собачьим. Доброслава положила на спутника свою лапу и с едва уловимым, но все же грозным рычанием придавила его к земле.

Почти подойдя к тому участку дороги, напротив которого засела парочка непрошеных гостей древнего города, нежить внезапно развернулась в боевой порядок. Стрелки отработанным и синхронным движением разошлись в полукруг, зачем-то упирая концы длинных посохов в животы, а их командир застыл за спинами подчиненных с обнаженным оружием. Пять сгустков мерцающего пламени ударили в крону дерева, находившегося в нескольких десятках метров от парочки. С треском ломающихся сучьев на траву упало нечто верещащее, истекающее зеленой кровью, переливающееся всеми цветами радуги и яростно сучащее многочисленными лапами. Однако судя по общему строению: круглое тельце, голова с большими челюстями и восемь длинных суставчатых ног — это был паук. Просто размером чуть меньше лошади и научившийся мимикрировать под окружающую среду на зависть любому хамелеону. Обладатель кривых клинков метнул один из них в тушу, и эта то ли короткая сабля, то ли длинный кинжал легко пробила хитин, вонзившись в тело монстра по самую рукоятку. А в следующее мгновение чудовищное существо, уж точно не являющееся травоядным, стало стремительно усыхать, будто сдувающийся воздушный шарик. Только с куда более громким визгом агонии. Секунд пять или шесть спустя звуки прекратились, а артефакт сам собой возвратился к своему владельцу. Командир патруля сначала дотронулся кончиком лезвия до своей маски, а потом повторил данную операцию с подчиненными. После чего группа нежити вновь перестроилась в походный порядок и отправилась дальше по своим делам. Причем вроде бы топали они заметно бодрее, чем до этого.

«Ясно теперь, почему тут так много растений и живых существ… Местная нежить достаточно разумна, чтобы поддерживать биоценоз. Ну, может, не вся, но кто-то с высоким уровнем интеллекта тут точно есть, — Олег проводил взглядом удаляющихся покойников, марширующих по дороге. — Зелень жрут насекомые и травоядные, насекомых ловят птички и мышки, косуль и прочую живность подъедают пещерные монстры, а уже из тех выкачивают энергию слуги Кащея. Интересно, а если распылить тут какой-нибудь гербицид, они через пару лет от голода сдохнут, оставив беззащитными все свои сокровища? Или организуют фермерское хозяйство и охотничьи рейды на поверхность до тех пор, пока не смогут восстановить устраивающую их в этом подземелье экосистему?»

— Ты знала о том, что там этот паук сидит? — спросил Олег у спутницы, когда патруль удалился достаточно. — Судя по внешнему виду, он явный засадный хищник. Мог бы в случае внезапной атаки откусить кому-нибудь из нас голову быстрее, чем мы успели бы понять, что случилось.

— Этот вид не кусается. Но вот под его удар передними лапами попадать не советую: выдвигающиеся в момент касания когти рвут железные кольчуги, как гнилые тряпки. — Доброслава, не вставая с четверенек, вновь вернулась в свою человеческую форму, и боевой маг третьего ранга внезапно ощутил, что лежать на животе ему стало не очень удобно. Согревшийся и наевшийся организм решил, что требует продолжения банкета, раз уж от него на расстоянии вытянутой руки в подобной позе находится шикарная женщина, у которой из одежды одни лишь кружевные панталоны. — Сейчас эти слуги Кащея уйдут, и можно будет двигаться дальше. Следующая группа на маршрут выдвинется только через несколько часов, а крупных зверей такая тварь рядом с собой не потерпела бы. Но ты по сторонам все равно посматривай, мало ли что.

— Ой, это будет затруднительно… — хмыкнул Олег, почесав кожу рядом со своим единственным глазом. — Нет, я, конечно, попробую, но надежда в основном на тебя.

Доброслава кивнула и снова обернулась волком, а потом медленно потрусила вперед, принюхиваясь к носящимся в воздухе ароматам и чутко прядая ушами. Олег отправился следом за своей спутницей, нервно оглядываясь по сторонам. Как-то ему в данном месте было неуютно, несмотря на то, что здесь оказалось тепло, светло и полно зелени. Вот только конкретизировать свои ощущения боевой маг третьего ранга не мог, хотя воспользовался волшебством и на пару минут серьезно обострил остроту своих чувств. Благо его аура уже достаточно восстановилась после случившейся несколько дней назад встряски, чтобы снова оказаться способной без посторонней помощи на подобные фокусы, достойные деревенской ведьмы-самоучки или едва начавшего обучение зеленого новичка. То ли чувство опасности предупреждало чародея о возможных в будущем проблемах, то ли местный магический фон для нормальных людей не слишком подходил, то ли пахло в гигантском подземелье чем-то не тем, а может, и просто нервишки у Олега пошаливали.

Человек и оборотень осторожно крались вдоль дороги… И не сумели удержаться от дружного синхронного вопля, когда земля под ногами вдруг резко поползла в сторону.

— Ух! Блин! — Шмякнувшийся куда-то в воду волшебник не успел даже начать ругаться, как ему на голову шлепнулась весящая совсем не как перышко Доброслава. Уйдя на дно, оказавшееся неожиданно далеко от поверхности, он едва смог собраться с силами и начал выгребать обратно к воздуху. Одежда из коры, жесткая и негнущаяся, сковывала движения и тянула его ко дну, хотя по идее вообще-то должна обладать положительной плавучестью. Пришлось от этого эрзаца избавляться и выбираться на поверхность практически голым. Олег невольно успел наглотаться воды, и когда все-таки сумел наконец доплыть до берега, вернее — до каменного бортика, то первым делом принялся отплевываться и откашливаться. А вот кащенитка уже вовсю изучала то место, где они оказались. Вот только полумрак ей несколько мешал, поскольку весь свет проникал сюда исключительно через дыру в потолке.

— Канализация. Блеск! — Олег оглянулся по сторонам, проанализировал обстановку, обреченно простонал и испытал легкое желание побиться головой о ближайшую каменную стену. Под ногами у него хрустел не выдержавший тяжести двух живых существ мусор, а точнее, обветшавшие за сотни лет без ремонта остатки перекрытий и камуфлирующий их тонкий слой земли и травки. — Вот для полного счастья только ванну из сточных вод нам принять и не хватало!

— Расслабься, тут вполне чисто. Вся гадость успешно разложились в пыль тысячу лет назад, а новой навалить оказалось некому, — не разделила его пессимистичного настроя Доброслава, и, надо сказать, она была права. Несущий свои воды откуда-то издалека обильный поток, пусть даже и обладающий лишь едва заметным течением, выгодно отличался прозрачностью воды от большинства рек средней полосы России. В нем даже тины и ряски не имелось, поскольку водоросли почему-то не росли на плитах древнего сооружения, явно входящего в городскую инфраструктуру. — Меня больше интересует, как мы выбираться отсюда будем…

— А что тут сложного? — не понял Олег. — Высота — метра два всего, даже я допрыг… Ну, блин!

Дыра, оставшаяся после провалившихся в нее людей, перекрылась чем-то вроде решетки. Причем с каждой секундой та становилась все более частой. Потолочный свод выметнул из себя новые перекрытия взамен прогнивших и сам заращивал полученное повреждение.

— Ломать эту штуку не стоит. Я про такие заплатки слышала: тронешь их, и слуги Кащея тут же поймут, что на территорию пробрались злоумышленники. А так — мало ли что где от возраста сломалось… если бы тот паук прошел, его эти балки тоже не выдержали бы. — Доброслава казалась не столь испуганной попаданием в канализацию города, сколько озадаченной. Видимо, раньше она о наличии подобной инфраструктуры даже не подозревала. — Мне кажется, этот тоннель идет вдоль дороги. Может, мы по нему сможем попасть куда нам надо, вообще без лишнего риска?

— Чтобы в древнем подземелье — и без приключений? Никаких запутанных лабиринтов, хитрых ловушек, омерзительных мутантов… Ты сама-то веришь в настолько фантастический вариант? — Олег принялся собирать лежащий под ногами мусор, пока древняя система саморемонта подземного комплекса еще не полностью перекрыла идущий сверху свет. — Лучше помоги мне сделать факел: насколько я помню, даже оборотни в абсолютной темноте не видят ни шиша. У вас более удачное строение зрачка, а не теплозрение или иной какой аналогичный механизм, вообще не нуждающийся в падающих на зрачок фотонах.

От едва-едва тлеющего пучка сухой травы, намотанного на палочку, толку было немного. Однако канализация древнего города оказалась достаточно прямолинейной, просторной и пустой, чтобы плохая видимость не создавала особых проблем. Спотыкаться в ней было практически невозможно, так как единственным видом препятствий являлись обрушившиеся вниз под собственной тяжестью старые перекрытия. Однако их встречалось не так много, словно в подземелье кто-то время от времени убирался. Скажем, один раз в десятилетие или чуть-чуть реже.

Темнота и тишина — вода по каналу текла практически беззвучно — очень сильно стимулировали к попытке вслушаться в окружающий мир. И потому, когда практически под боком у Олега вдруг раздался подозрительный скрежет, он успел отшатнуться в сторону, пропуская мимо себя нечто темное. Поток воздуха качнул волосы чародея, а потом в канализации неожиданно вспыхнул неяркий темно-синий свет, идущий от пола, и боевой маг обнаружил в паре метров от себя это нечто, вышедшее из ниши в стене, где до того стояло неизвестно сколько времени, ничем не потревоженное. Оно было металлическим, блистало полированной бронзой корпуса и напоминало очень большие рыцарские латы, выполненные в античном стиле с вычеканенными на грудном панцире кубиками пресса и грудью. А еще у него имелось лицо, хотя и сделанное из того же материала, но обладающее богатой мимикой и выразительно хмурящееся.

Рост в два метра с хвостиком позволял существу поглядывать на людей свысока, однако чем-то выдающимся все же не являлся. А вот две пары его рук, одна на положенном гуманоидам природой месте, а вторая примерно на полметра ниже, настораживали. В первую очередь тем, что существ с подобным количеством конечностей и искусственным человекоподобным телом в бестиариях имелось не очень много. Вернее, всего одно. И стояло оно в посвященных Сибири каталогах как раз между мамонтом-личем, способным в прямом бою уделать архимага, и скальным великаном, имеющим неплохие шансы перекусить младшим магистром магии или в одиночку раздолбать небольшой городок.

— Древний страж… — сипло прошептала Доброслава с явными нотками ужаса, подтвердив нехорошие подозрения боевого мага. В канализации подземного города парочке повстречался гиперборейский гибрид высшей нежити и боевого робота. Этакий некрокиборг, несмотря на более чем солидный возраст способный на поле боя раскатать в блин тысчонку-другую обычных солдат. А вот современную тяжелую технику против них старались не выставлять, так как с вероятностью около девяноста девяти процентов та перешла бы на сторону врага и напала на бывших владельцев, несмотря на сидящих в кабине водителей. Другими козырями подобных существ считались дистанционный подрыв магических накопителей в разного рода артефактах и режим абсолютной невидимости в оптическом диапазоне и на волшебных радарах, позволяющий возникнуть из ниоткуда, зашибить кого-нибудь высокопоставленного и свалить в неизвестном направлении. — Ало сим катор жимед! Ти минор шайтен па!

— Ку катор сим минор. Ши порен хит дивей!.. — прогудело создание, скорее всего сделанное лично Кащеем. Насколько было известно Олегу, способом сотворения этих монстров он не поделился даже со своими ближайшими слугами. Ну или никто из посвященных в тайну не пережил краха царя в железной короне, сгинув либо вместе с ним, либо сразу после. А может быть, древний страж вообще являлся свидетелем войны Атлантиды с Гипербореей, а следовательно, был раза в два старше египетских пирамид. — Минор ало жи кстан. Хи селим.

Закончив свою речь, металлический гигант повернулся к нише, в которой он стоял, и достал оттуда наручники. Вернее, всего лишь широкие металлические кольца. Однако когда между ними с неяркой вспышкой образовалась призрачная цепь длиной сантиметров в пятнадцать, то предназначение данных вещей стало очевидным. Разумеется, они несколько отличались от привычных Олегу по его родному миру полицейских браслетов, но все же стояли ближе именно к ним, чем к распространенным в данном измерении кандалам. Доброслава покорно подставила стражу свои запястья и спустя несколько мгновений уже красовалась необычной обновкой. Дважды щелкнули металлические пальцы на левой нижней руке древнего монстра, и девушку укутало чем-то вроде темного облачка, облегающего белую кожу подобно мешковатому спортивному костюму. Иллюзия, причем не особо качественная. Единственное ее возможное предназначение — спасать от нескромных взглядов. Потом гибрид лича и робота развернулся к чародею спиной и пошел по тоннелю. А браслеты весьма ощутимо потянуло за ним..

Олег даже не пытался сопротивляться. Древний страж раскатал бы в лепешку целую сотню таких, как он, даже не вспотев… ну, нежить или роботы вообще не слишком-то часто нуждались в подобной системе регуляции температуры. Но в любом случае попытку сразиться с древним стражем без магнитной мины с боевой частью в пару-тройку килограммов взрывчатки боевой маг третьего ранга считал самоубийственной. Шансы на победу в поединке, с учетом травмы ауры и отсутствия оружия, составляли примерно один к ста тысячам. А вероятность выжить в случае победы оценивалась еще меньшим числом, поскольку поодиночке такие монстры в гиперборейских руинах не водились. Только в количестве от десятка и выше. Они постоянно находились друг с другом на связи в режиме реального времени, а потому в случае атаки на одного остальные тут же неслись ему на выручку. И мало было в этом мире сил, способных остановить слаженно действующий отряд бронированных чудовищ, каждое из которых могло бы пробежать крепостную стену насквозь и подавить мощью боевых заклинаний магистра магии средних способностей.

— О чем вы говорили? — негромко спросил он Доброславу.

— Ну, я не уверена, что хорошо его поняла… Но вроде бы он приказывал предъявить наши пайцзы и одеться. Но я сказала, что мы не можем, и попросила о пощаде… — металлический гигант затопал вдаль по канализации, и браслеты дернули людей следом за ним. — В ответ слуга Владыки сказал вроде, что милости нам не будет, ведь закон есть закон. И мы арестованы за непристойное поведение.

«У него не полноценный искусственный интеллект, пусть и магический, а всего лишь набор программ! Ну, вернее, их чародейских аналогов. И у другой местной нежити точно так же, во всяком случае, у большей части. Есть ли в городе население, жив ли Кащей — им безразлично… — осенило Олега, шагавшего следом за металлическим гигантом. Мысли заметались в голове чародея, судорожно пытающегося понять, как с минимальными потерями выйти из ситуации, в которую они вляпались. — И по заложенным в эти гнилые черепушки алгоритмам мышления голая девка плюс голый парень в месте, куда не положено залазить посторонним, но где нет ничего ценного, это не вражеские диверсанты, а просто решившая покувыркаться парочка. Любители экстремального секса и просто озабоченные идиоты встречались во все времена, следовательно, подобный случай охранными системами города предусмотрен…»

Перед древним стражем, внезапно повернувшимся к совершенно гладкому на вид участку стены, открылась подходящая его габаритам дверь. А за ней находилась лестница, ведущая куда-то наверх. И на противоположенном конце невысокого подъема стояли уже знакомого вида мумии в белых масках. Только у этих они были немного не такие. Головной убор живых мертвецов оказался стилизован под оскалившийся человеческий череп, который вряд ли хоть в одной культуре мира мог являться символом чего-то доброго и мирного.

— А-а-а! — Внезапно в голос зарыдала Доброслава, у которой, видимо, сдали нервы. Как оборотень, она привыкла быть сильной в любой ситуации. Вот только против древнего стража ее клыки, сила и когти не годились. Ну вот совсем. Едва ли они смогли бы оставить на его металлическом корпусе хоть одну царапину. А если бы вдруг это и получилось, то даже намного более примитивные создания в этом мире умели отлично регенерировать благодаря магии. — Я не хочу умира-а-ать!

— Расслабься, шансы на то, что нас убьют в ближайшее время, не слишком велики. — Олег постарался успокоить свою спутницу, вынужденно шагая вверх по лестнице. Древний страж так и остался в канализации, но вот выданные им браслеты самостоятельно тянули задержанных преступников в нужном направлении. И, скорее всего, избавиться от них было не намного легче, чем от поставленного на шею магического клейма. А может, даже и тяжелее: все же великие супердержавы прошлого не зря считались намного опережающими нынешние цивилизации. — Кажется, мне удалось частично понять логику этих созданий. Ну, относительно, конечно.

— Тебе?! — вытаращилась на него кащенитка, от изумления даже забыв про свою начинающуюся истерику. Лестница кончилась, едва успев начаться, и ноги ступили на поверхность необычного дорожного покрытия. Несмотря на свой более чем солидный возраст, оно оказалось почти не растрескавшимся. Расхитители гробниц искали в руинах древних цивилизаций артефакты и сокровища? Глупцы! Лучше бы постарались взять пробы этого асфальта и отнесли его алхимикам на анализ. За формулу данного вещества правители, заботящиеся о своей державе, отлили бы им памятник из чистого золота. Впрочем, наживающиеся на откатах от дорожных работ чиновники под ним бы героев живьем и закопали… — Да не смеши! Величайшие мудрецы мира тысячелетиями пытались постигнуть секреты Гипербореи, но так и не сумели подчинить себе древних стражей или хотя бы создать полноценное их подобие!

— Ну посмотрим. Ты же сама сказала, что этот металлический болван арестовал нас не за незаконное проникновение на охраняемую территорию, а за непристойное поведение. Не понимаешь? Он принял нас за местных жителей, у которых нет документов просто потому, что они голые. — Олег не собирался утверждать, будто он непогрешим. Однако нечто в глубине души подсказывало обладающему даром предсказания чародею о правильности сделанных им выводов. А еще нежить, к которой подвели их браслеты, пока не сделала ни одного агрессивного движения в их сторону. Четыре мумии со стилизованными под череп масками просто окружили задержанных преступников «коробочкой» и конвоировали к месту назначения. — Если я прав, то нас сейчас отведут в ближайший полицейский участок. Ну, то место, где должны были работать местные стражники и судьи. А вот там уже возможны варианты…

— Какие? — подозрительно осведомилась Доброслава, в голосе которой недоверие перемешивалось с надеждой.

— Вряд ли за самовольный спуск в канализацию по законам гиперборейцев полагалась смертная казнь. Все будет зависеть от того, насколько хорошо сохранились местные силы правопорядка, — продолжал рассуждать Олег, предположивший наличие у окружающей его нежити двоичной логики. Если их мыслительные процессы действительно напоминали программы, то лишь выбирали один из заложенных в них при создании вариантов действий. Вот только учитывали ли они при этом условия окружающей среды? А если да, то какими именно параметрами руководствовались? — Может, посадят в камеру предварительного заключения без одной стены, откуда мы легко удерем. Может, засунут в каменные мешки, где мы и помрем с голоду, поскольку за доставку продуктов отвечал живой персонал. А может, судья и прочие тюремные работнички тоже вполне себе активны и быстренько пропишут нам штрафы и порку или иное какое наказание умеренной степени тяжести.

Глава 3

О том, как герой кровью оплачивает административный штраф по-гиперборейски, напивается медом до тошноты и знакомится с почти искусственным интеллектом

— У-упс…

Олег ощутил, как постепенно начинает опасливо ворчать интуиция и едва удержался от не слишком-то подходящего к обстановке смешка. Его дар к предсказанию, планомерным развитием которого заниматься не получалось из-за отсутствия в открытом доступе нужных методик, временами крайне напоминал одного карикатурного персонажа родного для чародея измерения. А именно Капитана Очевидность. Дураку же понятно, что если ты стоишь на песке арены, трибуны забиты нежитью, а в противоположном ее конце медленно ползет вверх решетка, то это все не к добру. Более верные плохие приметы тоже встречаются, но не часто. Например, когда каннибалы вовсю обсуждают приправы, которые к тебе подойдут, и раздувают угли. Или когда поклонники темных богов заботливо помогают тебе принять на алтаре более удобную позу. Ну или просто когда ты едешь в лес ночью, в багажнике чужой машины, да еще к тому же и в разных пакетах, а рядом лежит лопата.

— Мне следовало догадаться о чем-то подобном заранее. Вполне в традициях этого безумного мира вместо административного штрафа или общественных работ устраивать гладиаторские бои. Уж если даже экзамены в училище существовала традиция сдавать поединком, а зачеты у нас только так и проходили…

— Ты же боевой маг. Что в этом странного? — пожала плечами Доброслава, успевшая слегка успокоиться после своей небольшой истерики и снова превратившаяся из испуганной женщины в готового встретить любую опасность оборотня. Кроме того, душевного спокойствия кащенитке явно добавляло и то, что впервые за неизвестно сколько времени она оказалась более-менее нормально одета. Перед тем как рассеять сковывающую руки магическую цепь между браслетами и выпихнуть людей на арену, нежить вручила конвоируемым преступникам по короткому прямому мечу, латной юбке из железных пластин и прикрывающему грудь панцирю на ремнях. По меркам двух вынужденных нудистов это можно было считать практически официальным деловым костюмом.

— То, что в числе прочих обязательных дисциплин мне приходилось учить основы изящной словесности и каллиграфию.

Олег сморщился от неприятных воспоминаний об уроках, доставивших ему кучу неудобств. Хуже был только Закон Божий. Все остальные предметы, такие как азы фехтования или бестиология, хотя бы имели какой-то практический смысл. А некоторые уроки, как, например, географию и историю, он так вообще всем сердцем полюбил. Описание дальних уголков этого мира и его буйного прошлого ничуть не уступало среднестатистическому комиксу. Картинки тоже соответствовали.

— Нет, я, конечно, никогда не понимал граммар-наци…[3] Но теперь стал их еще и слегка побаиваться… Забудь, это просто нервы. Жду, когда же появятся наши соперники, вот и несу всякую чушь.

— Он один, но большой. — Уши Доброславы дернулись так, как вряд ли смогли бы у человека. — Я уже слышу его тяжелый топот и скрежет длинных когтей о камни.

Когда на песок арены выползла медленно передвигающаяся туша, Олег облегченно выдохнул. Чудовище, которое выставили против них, как и предсказывала кащенитка, оказалось весьма громадным и опасным… Но все же не чрезмерно. Весящее килограмм двести или двести пятьдесят массивное бурое тело, скорее всего, принадлежало медведю. Правда, гипертрофированные, раздувшиеся от мускулов передние лапы были покрыты хитиновой броней и снабжены пятью костяными серпами сантиметров по тридцать в длину каждый. А вот голова существа оказалась вполне себе человеческой. Только мертвой, судя по отверстию на месте сгнившего носа и дырке во лбу, оставшейся не иначе как после контрольного выстрела. Переваливаясь, будто утка, монстр, опираясь о землю своими несуразно длинными передними конечностями, заковылял в сторону людей.

— Некрохимера, класс опасности — от второго до третьего. Больше вряд ли, я даже отсюда вижу нерассосавшиеся швы в местах скрепления частей тел. При условии, что они не оставлены специально с целью ввести противника в заблуждение — мы его порвем. Ты заходишь справа, я слева. Целься в соединение торса с головой.

Олег слегка приободрился, когда внимательно разглядел их противника. Фехтовальщиком он считал себя неважным, и довольно обоснованно, ведь в рукопашном бою многое зависит от скорости и ловкости движений. Которым, разумеется, деревянная нога отнюдь не способствовала. Как и ухудшенный обзор из-за отсутствия глаза. Однако чудовище, вышедшее на арену, боевой маг все же имел шансы одолеть даже в одиночку. Всего-то два-три точных и мощных удара, если они придутся в уязвимые места, гарантированно прервут функционирование сшитого из мертвых тел конструкта. Точки, где сосредоточена некроэнергия, своеобразные волшебные органы, он увидит с близкого расстояния магическим зрением. Правда, для этого наверняка пришлось бы подставиться под удар, но благодаря живучести целителей и способностям к самоисцелению имелись шансы пережить все, кроме отрубленной головы и вырванного сердца. Особенно если после боя победителя хотя бы перевяжут…

— Ты слишком не радуйся и старайся не потерять особо крупные куски своего мяса. Традицию судебных поединков в наших селениях сохранили с древности. Во всяком случае, перед их началом старейшины проговаривали тот же девиз, который записан у нас над головами. А поскольку Кащей почитал число пять как мистическое… — Доброслава внимательно следила за перемещениями противника, подбрасывая в ладони меч, словно крупный нож. Похоже, она собиралась просто метнуть его в цель, что в принципе было вполне оправданно. Отрастить когти оборотень сумела бы за несколько секунд, да и пользоваться ими она могла намного лучше. — В общем, именно столько схваток нам и нужно будет выиграть. Скорее всего. А может, и нет: кто знает, что творится у этих трупов в их прогнивших головах? Вдруг заставят драться до тех пор, пока не умрем?

Зрители, занявшие примерно процентов семь-восемь от всех имеющихся сидячих мест на трибунах вокруг арены, на оскорбление никак не отреагировали. И вообще они оказались на редкость неэмоциональной публикой. Не кричали, не свистели, руками не махали, даже не шевелились и не дышали. Однако и заподозрить их в том, что на своих местах покойники не первую сотню лет сидят, было сложно. Пыли поверх рваных одежд и иссохшей плоти не наблюдалось. А вот на неспешно ковыляющем к людям кадавре она была. Медвежья шерсть словно покрылась тонкой коркой, постепенно отваливающейся от резких движений. Видимо, давненько этот монстр на местном складе лежал.

— Вот чем, спрашивается, ему единица не приглянулась? Или хотя бы двойка… — услышанное Олегу сильно не понравилось, но по крайней мере это объясняло, почему такой способ установления «справедливости» до сих пор практикуется кащенитами. С человеком, выигравшим пять дуэлей ради желаемого им вердикта суда, лучше не спорить. Чревато резней и массовыми беспорядками. — Пара часов на отдых между боями хоть будет? Ладно-ладно, не рычи… Уже понял, что глупый вопрос задал.

Преодолевший большую часть отделяющего его от людей расстояния монстр внезапно резко ускорился. Все же медведей хоть и называют косолапыми, но тем не менее считать их медлительными — это огромная ошибка. В некоторых случаях смертельная. Практически без разгона развившее неплохой темп чудовище сшибло на землю Доброславу, несмотря на ее меч, полетевший встречным курсом и застрявший в короткой шее чуть ли не по самую рукоять. Не слишком-то приспособленная для таранных ударов человеческая голова химеры врезалась в прикрытую панцирем грудь кащенитки, роняя ее на землю. Громадные лапы чудовища ударили сверху вниз, стремясь вцепиться в тонкое девичье тело и разорвать его. Лишь в последний момент оборотень успела, словно кошка, вывернуться из-под удара, вздыбившего настоящее облако песка.

— Драпаем! — скомандовал ей Олег, повторяя маневр девушки с мечом. А именно швыряя его в цель на манер большого ножа. Получилось, правда, так себе… Вряд ли чудовище даже заметило скользящий удар и маленькую царапину у себя под коленкой. Тем не менее боевой маг удовлетворился и столь скромным результатом, после чего предпринял отступление с максимально возможной для себя скоростью. — А ну назад! Кому говорю?!

— Почему?! — возмутилась с подрыкивающими интонациями Доброслава, тем не менее спешно выполняя маневр. Некрохимера, будто забыв, как несколько секунд назад бодро скакала по арене, начала медленно разворачиваться. — Я бы его сделала!

— Нет смысла, — коротко ответил ей Олег, еще раз всматриваясь в противостоящую им конструкцию на основе мертвой плоти. — У этого урода энергии практически нет. Пожадничали, видно, те, кто его для боя с нами из стазиса поднимал. Пара кружков по арене, и он свалится сам.

Оценка некроманта-самоучки оказалась не совсем верной. Чудовищу, чтобы потратить весь запас отпущенных ему сил, пришлось не меньше десяти минут ковылять по песку за держащими дистанцию людьми. Сблизиться для рывка они монстру не давали. Для скоротечной схватки вытащенное из какого-то пыльного чулана пугало еще годилось, но вот вне арены с ее ограниченным пространством толку от химеры не было совсем. Видимо, потому ее и отдали на растерзание задержанным нежитью правонарушителям. Подобравшая свое оружие парочка подозрительно уставилась на тот вход, откуда пришло чудовище, ожидая нового монстра. И поэтому когда между ними что-то влажно шлепнулось, отпрыгнули от предмета в разные стороны, как от гранаты. Но это оказалось не взрывное устройство, а всего лишь бурдюк с чем-то жидким.

— На меня не смотри, у нас такого не было… — поспешила заявить Доброслава, подозрительно взирая на вещь, которую гладиаторам швырнули зрители. — Фу, а воняет-то как!.. Словно тиной прогнившей несет, только хуже…

— Да, запашок ощутим. Но знаешь, по-моему, я его раньше уже нюхал. И не раз. — Олег откупорил бурдюк и осторожно смочил пальцы находящейся внутри жидкостью, навевающей воспоминания о работе корабельного целителя. Поскольку с кожей ничего неприятного не произошло, то целитель отважился лизнуть странно знакомую субстанцию, от которой ощутимо тянуло магией. Вероятности отравления он боялся не сильно. Во-первых, интуиция молчала. А во-вторых, желай хозяева города их прикончить, могли бы провернуть все куда быстрее и проще. — Тьфу! Да, знакомая дрянь. Это так называемый болотный мед, довольно мягкий и безвредный алхимический стимулятор, помогающий тем не менее быстро восстановить силы физические и магические. Думаю, его бы включили в постоянный рацион боевых магов, если бы не цена в десять золотых за литр и омерзительный привкус, достойный сдохшей от поноса жабы.

— Фу-у… — сморщилась Доброслава, когда целитель приложился к бурдюку и сделал несколько быстрых глотков, буквально пропихивая полезную, питательную и… омерзительную жидкость как можно быстрее в желудок. — Как ты можешь это пить?!

— С отвращением, тошнотой и пониманием того, что силы нам в ближайшее время ой как понадобятся… — просипел Олег, чувствуя, что своим дыханием в настоящий момент он мог бы убить комара. Поднимающиеся по пищеводу миазмы зелья сводили внутренности судорогой. Но при одной мысли о том, что стимулятор может пойти обратно, целителю становилось дурно, ибо тогда он снова оказался бы вынужден «наслаждаться» всей неповторимой палитрой вкуса препарата, которым успешно выгоняли с больничных коек разного рода симулянтов. — А еще я знаю, что на восемьдесят шесть процентов это и в самом деле жидкий мед, прошедший алхимическую обработку. Ты тоже глотни. Он, зараза, настолько же полезен, насколько отвратен!

— Тебе легко говорить, у тебя же нет такого острого обоняния… — с сомнением пробормотала Доброслава, но все же рискнула взять протянутый ей бурдюк и сделать пару глотков. — О-о… О-о… Кхе! Пф! Бвырк! Э-э… Фу-у-ух! Клянусь Владыкой, такой мерзости я раньше в рот не брала!.. Говоришь, на восемьдесят шесть процентов это мед? А как насчет остальных четырнадцати?!

— Лучше не спрашивай… — покачал головой Олег и подозрительно посмотрел в сторону ворот, откуда вышла некрохимера. Его чувство опасности начало подавать осторожные сигналы о каких-то приближающихся неприятностях. Видимо, короткая передышка подошла к концу, и начинался следующий раунд борьбы за жизнь. — Боюсь, если ты узнаешь правду, тебя точно стошнит. Кстати, а вот чисто для справки: ты вкус железа любишь? А то кажется мне, что только на твои клыки у нас надежда сейчас и останется.

Гулко топая копытами и фыркая струями пара из крупных ноздрей, на арену вышел большой красный бык с напоминающими заостренные шурупы витыми рогами. Размерами он слегка превосходил лежащую на песке некрохимеру, однако это в нем было далеко не самым неприятным качеством. Плоти в создании, отдаленно похожем на безобидное парнокопытное, не имелось. Один только надраенный до блеска металл, словно подсвеченный изнутри пламенем. Казалось, будто под его шкурой бьется самый настоящий огонь.

— Какой странный голем… — Доброславу вид противника озадачил, но не напугал. — И зачем было изводить столько хорошей меди, чтобы сотворить такое убожество? Он же, кроме как бодаться, ничего не сможет, ну если только на дыбы встать и бить копытами.

— Будь осторожнее: кажется, он огнедышащий. — Бьющие из ноздрей струи пара однозначно указывали на происходящие внутри процессы кипения. Вряд ли подобным образом происходило охлаждение, скорее уж подобные внешние признаки означали подготовку встроенного оружия техномагического робота к стрельбе. — Я про похожих немного читал… только тех делают в Греции.

Медный бык открыл свою пасть, в которой красовались отнюдь не коровьи клыки, и грозно заревел. Вместе со звуком вперед ударила и тугая струя пара, вот только, к облегчению людей, особого урона она им не нанесла. Если рядом с големом эта кипящая смесь воды и воздуха могла сварить человека заживо, то на расстоянии пары десятков метров от конструкта она сильно рассеивалась в разные стороны и остывала. Разумеется, особой опасности подобный горячий душ уже не представлял. Зажмуриться, конечно, пришлось, чтобы глаза уберечь, но не больше.

— Ему нужно время на перезарядку! — Выпалила Доброслава, едва бык прекратил реветь, и бросилась вперед. Олег тут же заподозрил, что все далеко не так просто. Голем не двигался с места, а танцующее под его медной шкурой пламя приугасло, словно собираясь с силами. Это было слишком очевидно и сильно напоминало ловушку. Боевой маг дернулся остановить девушку, но просто не успел. Угнаться с деревянной ногой за оборотнем, пусть и в человеческой форме, он не имел и шанса. А на предупреждающий окрик кащенитка не отреагировала, за что и поплатилась.