Волчья луна

Выражение лица Олбрайта не изменилось. Он просто увлекся изучением этикетки на пивной бутылке.

– А потом я услышал о вас. И подумал, что раз уж вы родились и выросли в Адирондаке, то скорее всего знаете эти глухие леса как свои пять пальцев. С другой стороны, вы прожили во внешнем мире достаточно долго, чтобы обрести некоторую объективность. – Логан задумчиво помолчал и продолжил: – В моей сфере деятельности необходимо сохранять объективность в любых случаях. Но, честно говоря, мне трудно сейчас дать осмысленную оценку произошедшему. Опять же легендарные вервольфы… Так или иначе, мне просто хотелось узнать, каково ваше мнение.

– Мое мнение… – Олбрайт поставил бутылку пива на пол около своего кресла, – полагаю, я смогу тоже выразить его достаточно просто. Знаете, Логан, я понимаю ваш здоровый скепсис. За двадцать лет, с тех пор как я вернулся сюда, я сам успел услышать довольно много безумных историй. Но я скажу вам кое-что… возможно, вы и сами это знаете, учитывая ваш специфический род занятий. Зачастую легенды – как бы странно они ни звучали – уходят корнями в реальность. И в таких труднодоступных и древних местах, как Адирондак, вполне могут существовать явления, кои не способен полностью объяснить или даже постичь беспристрастный здравый рассудок двадцать первого века.

– Иными словами, мне не следует игнорировать мнения местных жителей, как бы безумно, по моему разумению, они ни звучали.

Олбрайт кивнул.

– А что думаете лично вы? Верите ли вы, что виновны эти Блейкни? Верите ли, что они способны превращаться в волков?

Олбрайт усмехнулся. Покачал головой и развел руками.

– История адирондакской глухомани, доктор Логан, уходит в далекое прошлое… и в нем есть свои тайны. По-моему, вам все-таки стоит выпить пива.

Через два часа, когда солнце уже клонилось к закату и лес погрузился во мрак, Логан простился с Олбрайтом и забрался в свой арендованный джип. Исчерпав возможности добиться ответов от поэта, Логан все равно продолжал болтать с ним и вскоре обнаружил, что за его неприветливой и даже грубоватой наружностью скрывается острый и очень цепкий ум. «Как интересно, – подумал он, включив зажигание и вновь выехав на трассу 3А, – этот бородач отличается от Джессапа». Во многом, видимо, оригинальность Олбрайта восходила к его исконной приобщенности к лесной жизни, он вырос среди Адирондакских гор и, несмотря на попытку матери дать ему «настоящее образование», не потерял навыков лесной жизни – или в каком-то смысле лесного мироощущения, – унаследованных им от отца. Джессап, с другой стороны, провел детские годы в окрестностях Платтсбурга. Их различия определялись, вероятно, самим отношением к природе. Джессап с его отличным философским образованием воспринимал ее сквозь призму взглядов Торо: вселенского приверженца гуманизма, представлявшего природу зеркалом, отражавшим то, как нам следует жить и относиться к нашим ближним. Олбрайт, однако, опять же приобщился, видимо, ко взглядам своего отца: природу надо чувствовать, познавать и наслаждаться ею, но при этом ее стихийные силы следует уважать… и при необходимости опасаться их.

Его размышления прервал телефонный звонок. Логан вытащил из кармана мобильный телефон.

– Да?

– Джереми? – донесся из трубки слабый, хрипловатый голос. – Это Рэндалл. Ты где?

– Еду обратно в «Облачные воды».

– Я пытаюсь дозвониться до тебя уже минут пятнадцать. Скоро ли ты доедешь туда?

– Видимо, не было связи. Мне понадобится еще около получаса. А что случилось?

– Очередное убийство.

– Такое же? – уточнил Логан, невольно сжав покрепче мобильник.

– Очевидно. Я сейчас направляюсь туда. Прибавь газу… я подхвачу тебя по пути. – На этом связь оборвалась.

Логан с задумчивым видом сунул телефон обратно в карман. Потом глянул в окно, бросив взгляд на проглядывающее между густо сплетенных древесных ветвей небо. В глаза ему бросился невозмутимый бледно-желтый раздувшийся диск полной луны.

11

Взяв из коттеджа сумку с приборами, Логан встретил Джессапа на трассе около «Облачных вод», стремясь избежать внимания обитателей базы отдыха к появлению служебной машины с включенной мигалкой. Джессап быстро мчался по извилистому шоссе, пронзая лучами фар безысходную тьму. Изредка мимо окон мелькали размытые световые пятна поселений. В отраженном освещении приборной панели лицо рейнджера казалось застывшей мрачной маской. Выехав на грунтовую дорогу, Джессап сделал пару поворотов, и Логан вскоре потерял ориентацию, видя только проносившиеся мимо ряды стволов да темневший над машиной ветвистый полог. В салоне внедорожника стояла тишина, не считая случайных потрескиваний полицейской рации.

– Где обнаружили тело? – наконец нарушил молчание Логан.

– Около Песчаного ручья. Нашел его какой-то охотник, проезжавший мимо частных владений на вездеходе.

– Турист?

– Пока не знаю.

– Поблизости от Злосчастной горы?

– Близко. В районе Пятиозерья, может, милях в четырех от Пиковой ложбины.

Джессап уже свернул с грунтовой дороги, и теперь тяжелый внедорожник дико подпрыгивал и, с трудом переваливаясь через выпиравшие из земли корни и глубокие колеи, давил шинами высокие травы и подлесок. Впереди Логан разглядел слабый, мерцающий свет.

Совершенно неожиданно лес расступился, и перед ними открылась поляна. У самого края теснились стоявшие полукругом полицейские внедорожники, пикапы рейнджеров и машина «Скорой помощи» – их двигатели тихо урчали, а свет фар сходился в одном месте. Затормозив, Джессап пристроился к ближайшему автомобилю.

– Оставайся в тени, – бросил он Логану, – но держи уши и глаза открытыми.

Джессап вылез из внедорожника, и Логан последовал за ним мимо остальных машин в сторону группы людей, тихо переговаривающихся между собой. Еще один парень, офицер полиции, очевидно, огораживал желтой лентой большую территорию освещенного фарами места преступления. В небе сияла жирная полная луна.

– Криминалисты? – коротко спросил Джессап знакомого рейнджера.

– Выехали из Платтсбурга. Вот-вот должны появиться.

– Есть идеи по поводу времени смерти?

– Медэксперт даст нам более точный ответ, но, по-моему, сутки максимум.

– Личность установлена?

– Никто не трогает тело до приезда бригады криминалистов.

Так распорядился полицейский офицер с двумя серебряными нашивками на униформе: крупный и плотный серьезный мужчина, явно взявший на себя руководство. Полицейский глянул на знакомого Джессапу рейнджера, потом окинул взглядом самого Джессапа и Логана, стоявшего за его спиной. С минуту он пристально смотрел на них и опять повернулся к человеку, с которым беседовал: приземистым и толстым, бледнолицым мужчиной в полинялой армейской куртке. «Вероятно, – предположил Логан, – именно он и обнаружил жертву преступления».

Логан посмотрел в сторону жертвы, освещенной безжалостными лучами фар, и быстро отвел глаза. Ему приходилось неоднократно сталкиваться со смертью, конечно, однако впервые он видел труп, так жестоко разодранный и растерзанный. От одежды остались лишь пропитанные кровью клочки, точно красные конфетти, украсившие ближайшие растения. Все конечности сломаны и вывернуты под странными углами. Вырванные и разбросанные в разные стороны внутренности пропитывали землю черной кровью, а за вскрытой грудной клеткой и брюшиной зияла черная пустота. Лицо было искромсано до неузнаваемости.

Испытав приступ тошноты, он отошел подальше, вернувшись к машине Джессапа, и стал приглядываться к окружающему пейзажу. По контрасту с ярким светом множества фар вечерний лес казался темнее обычного. Странно, но ему показалось, что за этой поляной деревья росли более редко. Девственное Пятиозерье… Логан попытался прикинуть, насколько далеко отсюда поселение Блейкни.

Обойдя внедорожник Джессапа, он осторожно двинулся по темной и кочковатой земле, подойдя в итоге к ограничительной ленте, окаймившей место преступления, но с противоположной стороны от группы людей, тихо говоривших в другом конце поляны. Убедившись, что никто не обращает на него внимания, он поставил свою сумку на землю и расстегнул молнию. Склонившись, он достал оттуда маленький прибор с цифровым индикатором, включил его и покрутил регулирующую головку счетчика ионизации воздуха. Вытянув руку с прибором, он провел им по воздуху вокруг себя, одновременно подстраивая диапазон индикаторной шкалы. Появившиеся показания почти не отличались от основных показаний, замеренных им в первый день по прибытии в «Облачные воды»: ионизация воздуха была значительно ниже 250 ионов на кубический сантиметр. Он мог также при случае взять показания в Пиковой ложбине и около ограды поселения Блейкни, но сомневался, что их результаты позволят сделать хоть какие-то решающие выводы.

Убрав этот прибор в сумку, он достал другой: трехпольный электромагнитый детектор. И вновь, сделав круговой замер, он вытянул этот аналоговый детектор в направлении тела и, держа его неподвижно, внимательно отследил отклонения стрелки на шкале. И на сей раз показания электромагнитного излучения ничего особенного не выявили.

Оборудование сообщило ему то, что он и сам ожидал. В этом месте не наблюдалось ни спектральной, ни паранормальной активности: случившееся здесь полностью относилось к сфере физической деятельности; исключительно к реальной области – и растерзанный на земле труп предоставлял этому чертовски жестокие доказательства.

Уложив детектор электромагнитного излучения в сумку и застегнув молнию, Логан по-прежнему стоял за внешней границей места преступления, означенной желтой лентой, продолжая смотреть на труп. Будучи прирожденным эмпатом, он сумел развить свои способности восприятия не только эмоций и чувств окружающих людей, но и в некоторых случаях скопившихся в особом месте переживаний. Как правило, обостренная восприимчивость просыпалась в местах, где довольно длительное время действовала чья-то сила, обычно порочная сила. Однако иногда, если вопиющее зло, насилие в определенном месте свершилось быстро, то там можно было какое-то время ощутить его остаточную пагубную ауру. Закрыв глаза, Джереми освободился от всех собственных мыслей и эмоций, отключился от тихого постороннего говора и открылся навстречу внешнему мраку, ожидая, когда эта округа, это распростертое перед ним тело заговорит; выдаст свои тайны, позволит ему понять то, что происходило здесь.

Несколько минут он просто стоял в опустошенном и расслабленном ожидании. И вдруг резко напрягся. И оставался в напряжении больше минуты до того самого момента, когда его слух прорезал вой сирен, возвестивший, что на место преступления прибыли медицинский фургон и два красных полицейских внедорожника, несомненно с бригадой экспертов-криминалистов.

Логан с трудом осознал их прибытие. Он открыл глаза, его плечи устало поникли. Взяв свою сумку, он медленно добрел до машины Джессапа, залез в нее и стал ждать возвращения рейнджера. Он увидел – и прочувствовал – достаточно для одного вечера.

Ведь, стоя там, перед местом этой почти невообразимой ярости, Джереми почувствовал… Это был единственный всплеск. Аура места пропиталась чудовищной инаковостью: чем-то, что он не смог понять или даже полностью постичь. Убийца, почувствовал он, был человеческим существом… и, однако, вместе с тем с нечеловеческой примесью.

12

Штаб-квартира лесных рейнджеров Пятого района заповедника штата Нью-Йорк представляла собой неказистое двухэтажное сооружение из шлакоблоков на окраине поселка Рэй-брук. На следующее утро, за пару минут до одиннадцати часов, Джессап встретил Логана у входа в эту самую штаб-квартиру и провел его на второй этаж в конференц-зал. Там было полно рейнджеров с их однотипными шляпами, сидевших бок о бок с одетыми в униформу полицейскими штата наряду еще с несколькими людьми в штатском. Джессап представил его высокому и крепкому, статному мужчине, в лице которого он узнал Джека Корнхилла, смотрителя Участка С, после чего предложил ему занять стул в задней части зала.

– Я думал, мне следовало не привлекать внимания, – тихо пробурчал Логан, – а ты привел меня в волчье логово.

– Надо воспользоваться шансом, – также тихо ответил Джессап, – медэксперт готов предоставить отчет. Если кто-то пристанет, просто напусти тумана относительно специфических исследований, которые ты проводишь для Йеля. И старайся держаться подальше от Креншо.

– Креншо?

Джессап кивнул в сторону трибуны, рядом с которой стоял дородный полисмен, замеченный Логаном еще вчера вечером на месте преступления.

– Капитан Креншо, – пояснил Джессап, – командующий по обеспечению безопасности, подразделение В. Его полномочия распространяются на большинство районов Адирондака. Я уже говорил тебе, что в заповеднике полно перекрещивающихся юрисдикций. Но, учитывая три нераскрытых убийства, Креншо, конечно, возьмет командование на себя. Сам он с юга штата, родился и вырос на Лонг-Айленде.

– А как его сюда занесло?

– Об этом тебе придется спросить самого капитана. В любом случае Креншо – типичный полицейский. Старательно поднимался по служебной лестнице. Одарен реакцией каймановой черепахи[21]. Можешь представить, с каким неодобрением он отнесется к слухам, которые ты изучаешь.

В передней части зала началась неожиданная суматоха, на трибуну поднялась миниатюрная женщина в строгих брюках и белой блузке и постучала по микрофону.

– Элис Ханниган, – прошептал Джессап Логану, вытащив свой дневник и приготовившись делать заметки, – капитан Пятого района. Отвечает за восемь северных округов.

– Прошу внимания, – оживленно начала Ханниган, – мы постараемся не задерживать вас дольше необходимого. Я сообщу вам несколько предварительных данных. Потом мы выслушаем краткий отчет доктора Брайса Плаусона, медэксперта из Платтсбурга, относительно вскрытия последней жертвы преступления. И в заключение капитан Креншо из полиции штата Нью-Йорк рассмотрит задачи и дальнейшие следственные процедуры.

Прочистив горло, она просмотрела несколько документов.

– Жертву опознали, убитый Марк Артовский, двадцати двух лет. На момент обнаружения был мертв около восемнадцати часов. Аспирант, работал в небольшой исследовательской группе, снявшей в аренду заброшенную пожарную станцию в южной части района Девственного Пятиозерья. Как вы знаете, в отличие от двух туристов, чьи останки обнаружили ранее, Артовского нашли в восточной части этого района, примерно в шести милях к северу от этой бывшей метеостанции и менее чем в четырех милях к юго-западу от Пиковой ложбины. У кого есть вопросы?

Вопросов не оказалось, и она уступила кафедру пожилому лысому мужчине в очках с толстыми линзами и белом халате поверх черного костюма. Приподняв микрофон, он обвел взглядом собравшихся.

– Я поделюсь с вами всеми доступными мне медицинскими деталями, – произнес он высоким, пронзительным голосом. – Сначала хорошие новости. Как только что сообщила вам капитан Ханниган, тело обнаружили относительно быстро после смерти. Это означает, что в данном случае удалось провести значительно более точное вскрытие, чем с двумя жертвами, найденными ранее. К сожалению, несмотря на этот факт, многое в этой смерти остается неясным.

Доктор Плаусон глотнул воды из стакана на краю кафедры.

– Вполне понятно, что нападение было таким же свирепым и яростным, как и на две предыдущие жертвы, однако следы проколов и глубина ран недостаточно велики, чтобы указать на медведя. Более вероятным животным мог быть обыкновенный волк.

Волк. Логан почувствовал, как напрягся рядом с ним Джессап.

– Размеры и распределение проколов наряду с яростными укусами вокруг шеи согласуются с версией волка. Колотые раны нанесены, несомненно, зубами верхней челюсти, которые – как известно по случаям нападений собак или волков – служат своего рода якорями для последующих разрывов, когда напавшее животное начинает трясти свою жертву. К сожалению, специальному анализу и сравнению следов волчьих зубов и когтей посвящено мало научной литературы, в силу чего нельзя утверждать на сто процентов, что эти раны нанесены именно волком. Кроме того, повреждения тела слишком велики и не позволяют обнаружить каких-либо следов лап. Именно обширность повреждений станет дополнительной трудностью для судебного анализа. Как правило, за нападением волка – в случаях по крайней мере неистовой ярости или стремления защитить детенышей – обычно следует посмертное поедание. У нас не такой случай. С особой жестокостью конечности были отделены от тела жертвы – причем способом, никак не согласующимся с того рода укусами и разрывами, которые мы обычно ожидаем от нападения волка. Кроме того, полость тела выпотрошена исключительно необычным образом. Одонтологический анализ ран на конечностях и внутренних органах мог бы дать дополнительные сведения, но, учитывая состояние жертвы, практически невозможно составить внятное описание следов укусов.

Капитан Креншо, стоявший рядом с судмедэкспертом, оживился.

– Извините, доктор, – сказал он, – правильно ли я понял, что определенные аспекты этого нападения согласуются с версией волка, хотя есть и совершенно им противоречащие?

– Верно, – согласился доктор Плаусон, – как я уже упоминал, типичны укусы, сосредоточенные в области шеи, и характер колотых ран. И тем не менее многие детали – тип повреждений, нанесенные телу тяжелые травмы, потрошение и отсутствие признаков посмертного поедания – абсолютно не типичны для нападений волков и фактически их трудно или даже невозможно объяснить.

– Мог ли такие раны нанести человек с помощью оружия, к примеру большого ножа или вил?

Медэксперт поправил сползшие на кончик носа очки.

– С такой версией можно согласиться в отношении рваных ран практически для всех разрывов тела, однако она не позволяет объяснить характер других укусов.

– Если только предполагаемый преступник сам не искусал жертву, – возразил Креншо. – Спасибо, доктор. Вам есть что добавить к сказанному?

– Пока нет. Если дальнейшие исследования выявят новые детали, я сообщу вам, конечно, незамедлительно.

Креншо кивнул и, когда доктор отошел от микрофона, сам занял его место.

– Итак. Согласно отчету доктора Плаусона, мы не можем исключить ни одной из двух возможных версий, убийцей может быть как животное, так и человек. Учитывая, что это уже третье аналогичное убийство, теперь у нас нет иного выбора, кроме как провести тщательную проверку леса. Координировать лесные поиски будет капитан рейнджеров Ханниган. Необходимо сосредоточить все силы на районе Пятиозерья и окрестностях Уединенной горы. Принимая во внимание длительные промежутки времени между самими убийствами и их обнаружениями в первых двух случаях, не говоря уже о труднодоступности местности, ранее проводились только минимальные поиски. На сей раз нам придется приложить к поискам максимальные усилия. В помощь поисковикам я вызову вертолет. Несмотря на все, что мы услышали, надо быть готовым к любому варианту – столкновениям с медведем или волком. Одновременно полицейские под моим командованием будут расследовать версию причастности к преступлению человека. Мы будем допрашивать местных жителей, поднимем криминальные архивы, изучим компьютерную базу данных городской тюрьмы Даннеммора на предмет недавно освобожденных заключенных и проверим наличие сходных случаев преступлений. Младшие полицейские получат конкретные указания от своих непосредственных командиров и сержантов. Вопросы есть? Нет? Отлично. Тогда совещание закончено.

Рейнджеры и полицейские, переговариваясь между собой, начали расходиться, и Логан заметил, что Креншо, спустившись с трибуны, пробирается между рядами стульев, глядя прямо на него.

– Ой-ой, – пробурчал Джессап, – готов к допросу с пристрастием?

Капитан Креншо остановился прямо перед Логаном, скрестив на груди свои толстые руки.

– Что именно вы здесь делаете?

– Будучи историком из Йеля, – переведя дух, ответил Логан, – я занимаюсь исследованием…

– Ученых не приглашают на такие официальные брифинги, – невесело улыбнувшись, сказал Креншо. Несмотря на внушительные объемы, он имел на редкость маленькие, глубоко посаженные глаза, способные угрожающе сверлить собеседника взглядом. – Кроме того, мне известно о ваших исследованиях, доктор Логан. Я не раз видел вашу физиономию по телевизору. И могу догадаться, зачем вы явились сюда… я слышал также о некоторых разговорах, исходящих из Пиковой ложбины. Если хотите знать мое личное мнение, то вы зря тратите свое время. Никакой зверь тут не виноват, и ясно как божий день, что монстр тут тоже ни при чем. В сущности, у меня уже есть одна вполне вероятная версия относительно виновного.

– И кто же это, по-вашему? – спросил Джессап.

– Сол Уоден. – Теперь Креншо повернулся к рейнджеру: – Что касается вас, лейтенант Джессап, вы должны будете позаботиться о том, чтобы Логан не вмешивался в это дело… и не привлекал нежелательного внимания прессы. В любом случае никто его не станет привлекать к официальному расследованию. Вам ясно?

– Вполне, – ответил Джессап.

Креншо перевел взгляд с Джессапа на Логана и обратно. И, не сказав больше ни слова, развернулся и направился к группе полицейских в другом конце зала.

Джессап со вздохом поднялся со стула. Логан последовал его примеру.

– Кто такой Сол Уоден? – спросил Логан.

– Понятия не имею. Но, по-моему, нам лучше поскорее убраться отсюда, а то ведь Креншо может приказать и выпроводить тебя насильно. – Джессап покачал головой. – Извини за этот выпад.

– Пустяки. В «Облачных водах» меня ждет научная работа… и надо еще изучить кое-что интересное.

Джессап проводил его к выходу, Логан дошел до своего арендованного внедорожника, включил зажигание и выехал в сторону «Облачных вод». Но, несмотря на новые обстоятельства, несмотря на то что он начал опять настраиваться на работу над монографией, он не мог выбросить из головы заключения медэксперта.

«…многое в этой смерти остается неясным… тем не менее многие детали… абсолютно не типичны для нападений волков, и фактически их трудно или даже невозможно объяснить».

13

Лишь спустя три дня у Логана состоялся очередной телефонный разговор с Джессапом.

– Джереми, привет! Я подумал, может, Креншо совсем запугал тебя.

– Я просто решил переждать, пока суматоха слегка не уляжется. Улеглась?

– Улеглась? Нет. Но методы стали более определенными. Креншо и его парни начали опрашивать местное население. Прием им оказали, мягко говоря, не слишком горячий, это уж точно.

– Он пытался побеседовать с Блейкни?