Наши переводы выполнены в ознакомительных целях.
Переводы считаются "общественным достоянием" и не являются ничьей собственностью. Любой, кто захочет, может свободно распространять их и размещать на своем сайте. Также можете корректировать, если переведено неправильно. Просьба, сохраняйте имя переводчика, уважайте чужой труд...
Йен Роб Райт
2389
1 глава
Лекси Шарман сидела в конференц-зале Бритком, размышляя, для чего ее пригласили.
Двое мужчин, находящихся в помещении, она знала: Дэниэла Трента - со времени обучения в академии, Криса Хоппера - из-за его репутации. Мастер полета Хоппер был самым уважаемым пилотом САБА - свыше десяти тысяч часов он провел за пределами атмосферы Земли. Два других были ей незнакомы - мужчина и женщина, оба облаченные в полные регалии космонавтов Соединенных Штатов, хотя в этом не было ничего необычного. Великобритания и Соединенные Штаты совместно разрабатывали баннер САБА, их дружеские отношения сформировались во время «горячей» космической гонки в середине двадцать первого века, когда Соединенным Штатам были нужны европейские партнеры. Американские космонавты часто допускали ошибки из-за высокомерия и чувства превосходства, но, по большей части, они были веселыми и смелыми, но Лекси не было до них дела. Американцы готовы весь день издеваться над тобой, но когда случается чрезвычайная ситуация, они всегда прикроют тебя. Однажды Лекси попала в неприятную ситуацию на международной заправочной станции 6, когда конденсатор потока застрял в одном из орбитальных стабилизаторов. Все паниковали, за исключением американского техника по имени Карлос Граймс. Он случайно там оказался и заменил неисправный блок, как будто поменял предохранитель в неисправной стиральной машине.
Лекси часто грызла ногти, когда ей было скучно.
Группа космонавтов ждала больше часа, только чтобы сказать «К миссии готовы». Они не обсуждали ничего между собой, и даже пока что еще не познакомились. Космонавты не болтали попусту, а терпеливо ждали. Терпение было достоинством космонавта. Лекси все еще не могла перестать размышлять. Она имела звание лейтенанта, но по сравнению с некоторыми другими лицами в помещении, чувствовала себя крайне неопытной.
Была ли она не к месту или просто вообразила это?
В конце концов, человек, которого Лекси знала хорошо, вошел в комнату. Она знала его хорошо – шестидесятилетнего коренастого мужчину, потому что он был ее отцом - командир Джеймс Шарман. Она удивилась, так как он не сообщил, что находится на Лондонском космическом терминале в то же время, что и она. Все в SABA звали ее отца «Боссом».
― Доброе утро, офицеры.
― Доброе утро, Босс!
Отец Лекси взглянул на нее и почти незаметно кивнул. Так он показывал свою любовь, Лекси ответила ему тем же жестом. Он положил тонкую стопку листов на трибуну, затем завел руки за спину. Он обращался к залу с голосом авторитета. ― Я знаю, вы, возможно, задаетесь вопросом, почему вы все здесь, ― сказал он, оглядев зал. ― Вы были отобраны для миссии быстрого реагирования. Контакт с установкой 23 прервался семь часов назад, и не по явной экологической причине.
Лекси подняла руку. ― Установка 23? Разве это не…
― Парк развлечений Гранд-Галакси ― ответил незнакомый ей американский коллега. Его акцент делал его похожим на ковбоя из старого фильма.
― Верно, капитан Миллер, ― сказал Босс. ― У Гранд-Галакси скоро десять лет со дня открытия. Надеюсь, тишина по рации – не более чем меры по сокращению расходов, которые они использовали. Команда не дала мне причин сомневаться, что эта миссия – не более чем небольшой риск, но там есть, что починить. Как я сказал, возможно, там лишь неисправность оборудования.
― Скорее всего, так и есть, ― прокомментировал Трент, не добавив ничего нового.
― Так мы уверены, что это просто технические проблемы? ― спросила Лекси.
Босс громко вздохнул. ― Мы предполагаем, что может быть что-то хуже, но в данный момент нет причин. На Гранд-Галакси четыре тысячи сотрудников и в три раза больше гостей. Установка стоит восемьдесят миллиардов долларов. Я не вижу, что могло бы произойти, что поразило бы почти двадцать тысяч человек.
Мастер полета Хоппер решил высказаться сейчас, смеясь при этом ― Я всегда знал, что худшее впереди, надо быть готовыми к еще большему дерьму.
Босс закатил глаза. ― Спасибо, Мастер Хоппер.
― Подождите минутку, ― сказала Лекси. ― У двадцати тысяч человек должны быть индивидуальные спутниковые телефоны. А вы говорите, что ни одному человеку на Лунене удалось связаться с Землей?
Босс вздохнул, облизав губы. Лекси знала, что он так делал каждый раз, когда пытался тщательно подобрать слова. Когда он наконец начал говорить, его голос звучал мягко, но зловеще. ― Установка 23 оснащена заглушкой связи полного спектра, он может быть активирован в случае чрезвычайной ситуации. Мы считаем, что сейчас он активирован. Вероятно, из-за какой-либо неисправности регуляторы исходящих сообщений вышли из строя.
Лекси подскочила на месте. ― Что? Заглушка связи? Почему они не хотят, чтобы люди звонили домой?
― Восемьдесят миллиардов долларов, вот почему, ― сказал Хоппер, закатив глаза. ― Ты думаешь, что американское и британское правительства потратили бы такие бабки и не захотели бы полностью контролировать его? Они знали, что постройка тематического парка на Луне несет свои риски. Они хотели убедиться, что если произойдет какая-либо катастрофа, то они смогут вертеть ей как им угодно. А куча испуганных людишек, звонящих на Землю, стали бы катастрофой, парк перестали бы посещать. Делаю ставку, что это была идея янки, они любят свои секреты.
― Американское правительство такое же этичное, как и любое другое на Земле, ― вспыльчиво сказал капитан Миллер. ― Несложно понять, что при чрезвычайном положении люди могут оказаться их самыми злейшими врагами.
― В любом случае, кто сказал, что это не идея британского правительства? ― сказала женщина соотечественница голосом мужчины, с неким акцентом. ― Британцы скрывают свою долю секретов. Вы изобрели шпионаж.
― Успокойтесь, ребята ― сказал Трент, как любимец учителя, словно он был в академии.
Босс кашлянул. ― Мне нужно напомнить вам, что все мы здесь братья и сестры? Британия и Америка нерушимые союзники и каждый из вас служит SABA. В случае если вы забыли, что означает ПРОСТРАНСТВЕННОЕ УПРАВЛЕНИЕ БРИТАНИИ И АМЕРИКИ. Мы едины во всех астрологических вещах. Вы выходите за пределы озонового слоя, и вы перестанете быть участником соответствующего государства. Вы – космонавты планеты Земля под лозунгом SABA.
Зал затих, поэтому Босс продолжил. ― Хорошо, так как я объяснил, что это может быть экстренная ситуация, но мы предполагаем, что виной отключения установки 23 являются технические неполадки. Вот почему вы, пять человек, собраны здесь. Вы лучшие из тех, кого мы допустим в кратчайшие сроки. Благосостояние двадцати тысяч человек в настоящее время находится под вопросом, поэтому мы отправимся туда и узнаем, черт побери, что там произошло. Вы выходите через час из ангара 1. Будьте готовы.
#
Лекси и другие космонавты стояли в ангаре 1, закрепив шлемы и ожидая начала миссии. Они все находились в Гермес Мк4, нынешний флагман быстрого реагирования был на флоте. Он может доставить их на Луну менее чем за три часа, а пока они находились в обширных шаттлах, которые переправляли туристов на Луну и обратно. Со многими старшими космонавтами Лекси встретилась в подобном клинообразном Гермесе – классическом Ламборджини, автомобиле прошлого времени. Компания, что производила их, разорилась вскоре после введения унифицированной системы документации. Раньше все транспортные средства передвигались упорядоченно, по автоматической линии, скорость и мощность стали излишними. Классические старые машины были заменены автопоездами, которые сейчас соединяют все крупные города мира. Более здравые производители автомобилей сумели сохранить себя, переключив внимание на развивающийся рынок космических путешествий. Именно поэтому флот Гермеса разработал синий и белый логотип, однажды размещенные на миллионах машин, которые теперь были переработаны или превращены в металлолом.
Пять космонавтов использовали время ожидания для знакомства друг с другом. Хоппер и Трент были уже знакомы Лекси, но она была удивлена узнать, что двое американцев были космическими десантниками, первоначально они отправлялись на фрегат военно-морского флота США, но были неожиданно вызваны на экстренную миссию. Мужчина - капитан Миллер, медик. Его коллегой была сержант Тенди Геллар, эксперт по боеприпасам. Оба были приветливыми после того, как их барьеры опустились.
Лекси обратила свое внимание на Хоппера. У нее никогда не было прежде дискуссий с известным мастером пилотажа, но она уважала его на протяжении всей его карьеры. Если посмотреть на него, то в нем нет ничего героического – среднего роста, брюнет и другие типичные черты; даже его скафандр был серым и ничем не примечательным, но его подвиги и награды были известны всем в пределах САБА. Его наиболее знаменитая миссия была, когда он снес мятежный российский космический эсминец. Тот экипаж был мошенником, и они решили начать стыковку и совершать налеты на ближайшие станции. Их кровожадность позже привела их к семилетней урочной работе, они пахали не покладая рук. Спустя некоторое время, правительство сменило свои распорядки и теперь ни одного человека в космосе нельзя посадить более чем на четыре года. Храбрость и мастерство Хоппера продемонстрировали смертоносное поражение, когда он снес 400,000 тонный эсминец более легким 8,000 тонным военным атакующим оружием. Он сражался и уклонялся от более крупного корабля более двадцати часов, систематически атакуя его слабые места – его огневую позицию и двигатели – так он постепенно ослабевал его, пока не довел до полного поражения. Девять выживших из русского экипажа сдались и были взяты под стражу военнослужащими их страны, которые казнили их без надлежавшего судебного разбирательства в рамках Международного космического пространства, и выбросили за борт, в небытие, их тела. На время это вызвало международный протест, но Россию это не волновало. Хоппер получил похвалу президента и был поощрен званием «Мастер полета». Его присутствие здесь было привилегией, пока пилот не привлекал к себе излишнего внимания и не проявлял свою грациозность. Он был самым отрешенным среди них.
― Что ты об этом думаешь? ― спросила его Лекси.
Хоппер пожал плечами. ― Скажу как есть, я думаю, что в этом есть нечто большее, чем сказал твой отец.
Лекси покраснела. ― Ты знаешь, что командир Шарман мой отец?
― Было бы умнее спросить о тех вещах, которых я не знаю. Но не беспокойся об этом, сотрудник по навигации Алексис Шарман. Я знаю, что ты оплатила свои взносы и не пользуешься своими семейными связями. В любом случае, как я сказал, здесь нечто большее. Мы предполагаем, что самая дорогая структура, когда-либо построенная, в опасности, но все, что они отправляют – это половина дюжины космических жокеев?
Трент подслушивал и вмешался только сейчас ― Ты думаешь, что они пытаются что-то скрыть, Хоппер?
― Когда правительство не пыталось что-либо скрыть?
― Например, что? ― спросила лейтенант Геллар, поскольку два американца присоединились к разговору. ― Я не думаю, что может быть что-то еще, ― сказала она. ― Гранд-Галакси – высшее достижение того, что человечество достигло в космосе. Потребовалось тридцать лет, чтобы построить и использовать самые лучшие технологии, которые мы имеем. Что неожиданно могло произойти с этим спустя столько десятилетий?
Хоппер пожал плечами. ― Мы узнаем это, когда прибудем туда.
― Да, узнаем, ― командир Шарман шел к ним через ангар. Он был в гладком серебристом скафандре, в руках был шлем, похожий на вторую голову.
― Вы идете с нами? ― спросила Лекси, удивившись. В эти дни ее отец играл большую административную роль в САБА.
― Они хотят, чтобы на этот раз я был с вами. Слишком много жизней на кону.
― Вы хотели сказать, слишком много денег, ― пробормотал Хоппер.
Босс одарил Мастера полета суровым взглядом, который быстро заткнул его. ― Ну, чего вы ждете, офицеры? Поднимаемся на борт и пристегиваемся. Мы улетаем.
Все зашли внутрь Гермеса. Лекси взяла консоль навигатора, сзади Хоппера на пилотном сиденье. Ее отец занял место командира позади них, в то время как Геллар, Миллер и Трент сели на места пассажиров. Хоппер щелкнул по основным системам, вызвав гул воздуха из кондиционеров и радиаторов. Кабина осветилась, как грот Санты, и Лекси начала щелкать переключателями, подготавливая Гермес к полету. ― Двигатели заряжены, ― сказала она. ― Ангар 1 открыт.
― Одеть шлемы, ― приказал Босс.
Хоппер в последний раз проверил системы безопасности. ― Отбываем через три… два…
Гермес резко тряхнуло, прижав каждого к своим местам, и понесло вдоль спусковой дорожки к открытой двери. Кабина завибрировала и заскрипела под напряжением ускорения, и Лекси почувствовала, как ее зубы застучали. Неожиданно они наклонились вперед, а в окне кабины, на горизонте, расстелилось голубое небо. Гермес взлетел.
Тряска постепенно уменьшалась, и каждому из них потребовалось некоторое время, чтобы насладиться лучшей частью любого полета. Тот самый момент, когда твое первое отправление в воздух чувствуется так, словно каждый раз происходит чудо. Эти доли секунды, когда земля сначала исчезает, и каждый пилот чувствует себя богом. Это было торжество человека над природой; приобретенная эволюция. Человек даровал себе крылья, ранее которых не было на Земле.
Хоппер поднял нос Гермеса вверх почти на девяносто градусов. Они двигались вверх; надвигаясь туда, где небо заканчивалось, и наступала обширная темнота. Через двадцать минут они прошли озоновый слой и уже двигались в направлении Луны.
#
Со времени освоения пространства люди получали жизненный опыт в первый, или даже во второй и третьи разы, но со временем это наскучило. Сидя за навигационным местом, Лекси посмотрела в окно кабины, как она это делала дюжину раз, и перед ней растелился бесконечный черный лист пространства. Конечно, бесчисленные звезды были прекрасны, но не более чем стол, полный ювелирных изделий. Редкость породила красоту. Сапфир встречался реже, чем олово. Нежная лилия гораздо хрупче, чем ствол дерева. Звезды были не более интересны, чем что-либо еще увиденное тобой множество раз. Лекси думала, что профессия космонавта изнурила ее. Ежедневное наблюдение за чудесами заставило все остальное казаться ей обыденным – и порой даже чудеса. Когда в последний раз я была на самом деле вдохновлена, спросила про себя Лекси.
Хоппер снял свой шлем и сказал. ― Расчетное время прибытия: сорок шесть минут.
Босс снял свой шлем. ― Мы хорошо проводим время. Хорошая работа, Хоппер.
― Я лучший.
Лекси засмеялась в своем шлеме, сняла его, а затем повернулась лицом к остальным членам ее экипажа. Сейчас у них было немного времени поболтать.
― Кто-нибудь был раньше на Гранд-Галакси? ― спросила она.
Все отрицательно помотали головами.
― Если бы у меня были дети, я уверена, что побывала бы там, ― сказала Геллар.
― Отдых, на самом деле, не мое, ― откровенно добавил Миллер.
Лекси посмотрела на Трента, который также помотал головой. ― Я хотел побывать со времени открытия, но это стоит кучу денег. Возможно, если бы Адель и я поженились когда-нибудь, то это было бы отличное место для медового месяца. Я бы с удовольствием посетил их водородные топливные элементы. Они являются прототипом, который больше нигде не существует. У них достаточно мощности, чтобы держать место освещенным тысячи лет.
― Не похоже, что у каждого из нас есть жизнь, ― прокомментировал Хоппер, как только переключился на автопилот. ― Может быть, после этого мы купим билеты? Мы можем весело промести время вместе.
― Зачем билеты? ― сказала Лекси. ― Мы же направляемся туда прямо сейчас.
Хоппер повернулся на стуле, обращаясь к ней должным образом. ― Да, но мы будем находиться за кулисами. Это портит всю иллюзию. Тебе нужно поехать туда как гостю, чтобы получить надлежащий опыт. Я слышал, что у них есть отдельное помещение, украшенное как космическое путешествие. Ты прибываешь на воображаемую Землю и проходишь космическую подготовку прежде, чем тебя вышвырнет в пространство в исследовании галактики. Они построили новый транспорт, который позволяет защитить Землю от вторжения. Это звучит так здорово.
Лекси нахмурилась. ― Хоппер, ты же космонавт. Ты делал большинство их этих вещей по-настоящему.
― В реальной жизни это скучно. Я не сражаюсь с инопланетянами и не обнаруживаю скрытые галактики. Я лишь щелкаю переключатели и дрейфую целые дни в небытие. Я знаю, я многое сделал Европейскому командованию НАТО в космосе, но по большей части я известен как водитель автобуса.
Лекси подняла брови. ― Лучший пилот САБО, ты действительно не идеализируешь то, что делаешь, не так ли?
― Вот почему я лучший. Я не позволяю ничему из этого забивать мою голову. Только работа. Если бы я был пекарем, я бы испек самый лучший хлеб в мире, но я бы не смог убедить каждого, что мои мучные булочки являлись ключом к жизни. Это лишь работа, но если я собираюсь что-то сделать, то я сделаю это лучше, чем кто-либо другой.
― Нам повезло с тобой, ― сказал Босс с командного места. ― Здесь несколько человек, которыми я восхищаюсь, но твои умения легендарны.
Хоппер покраснел, затем повернулся назад к консоли, в тоже время что-то тихо бормоча. Лекси улыбнулась. Ее отец знал способ завоевания мужской верности, и не через дисциплину или страх. Парни любили ее отца за сострадание и понимание. Он управлял мужчинами и женщинами как отдельными личностями, а не по званиям и навыкам. К сожалению для Лекси, мужчины и женщины под командованием Босса были его истинной семьей, поэтому она присоединилась к космической программе, чтобы получить его внимание. Они никогда не были близки, пока не стали коллегами. Ее отцу казалось, что лучше обращаться с ней как с подчиненной, нежели чем с дочерью, и Лекси была рада брать все, что могла получить от него. Он был больше, чем просто отец, она приняла это. Командир Шарман принадлежал всему человечеству, не только ей. Его работа заключалась в картировании галактики и помощи поселенцам на соседних планетах, а астероиды были таким же даром в человеческой истории, как что-либо достигнутое Ньютоном, Ганди или Майли Сайрус. Что делало ее отца еще более благородным, так это то, как он выполнял свои подвиги. Астрофизики, занимающиеся историей, только и достигают прорывов из-за отца Лекси, и большинство людей никогда этого не узнает.
― Мы собираемся войти в гравитацию Луны, ― объявил Хоппер. ― В то немногое, что осталось от нее, во всяком случае. Вы можете столкнуться с турбулентностью. Благодарим вас за космический полет авиалиниями Хоппера.
Все засмеялись и расслабились на своих сиденьях. Турбулентности не оказалось, но они ощутили мимолетные бабочки в животе, которые вскоре закончились, они спускались на поверхность Луны, при этом наблюдая через окна кабины вид известково-серой поверхности.
Лекси щелкнула переключатели и начала вводить номера в навигационную консоль. ― Включаю атмосферные двигатели и прокладываю курс к установке 23.
Хоппер взял управление полетом. ― Скопируй это.
Кабина снова начала трястись, поскольку Хоппер пошел на снижение. Поверхность Луны была некогда усеяна старыми установками – разведочными шахтами, телескопами, жилыми помещениями и исследовательскими лабораториями – но сейчас была полностью пустынна, за исключением парка развлечений Гранд-Галакси. Ранее, в 21 веке, было установлено, что Луна бесполезна для научных или ресурсных целей, но она все еще была пригодна для одного использования, которое еще предстоит реализовать: недвижимость. Массивный конгломерат, возглавляемый правительством Соединенных Штатов и Британии, встал во главе планов превратить Луну в крупнейшее место для досугов человечества. Появились первые роскошные отели, позволяющие гостям наслаждаться посещением космоса. Затем пришли казино, самый быстрый способ для сбора денег для финансирования финального этапа: развлекательного комплекса. Поскольку челночная технология становилась все более и более эффективной, недельные поездки становились немного дороже, чем каникулы в Диснейленде посреди Тихого океана. Теперь, когда Гранд-Галакси исполнилось десять лет, она уже не была – по мнению большинства – чем-то далеким, окупив свои ошеломляющие инвестиции в восемьдесят миллиардов долларов. Но что-то пошло не так. Что-то оборвало связь с Землей, и Лекси чувствует, что здесь что-то неладно. Уверенного взгляда ее отца было почти достаточно, чтобы развеять ее беспокойство, но не полностью. Хопперу казалось, что здесь нечто большее, чем просто технические неполадки. Она было склонна согласиться с этим.
― Включи радио, Хоппер, ― приказал Босс. ― Посмотрим, сможем ли мы известить кого-либо о том, что мы рядом.
Он нажал на радио, используя как аналоговые, так и цифровые диапазоны, но никакого отклика не было. ― Здесь как будто все закрыто. Ничего не выходит.
― У нас есть протоколы передачи данных? ― спросил Босс Лекси.
Она кивнула. ― Они были закачаны в компьютер. Я успею их подготовить.
Они дрейфовали над поверхностью Луны еще десять минут, паря над неровностями, безликой территорией, пока на горизонте не появилась точка. Эта точка постепенно возвышалась, пока перед ними не поднялась гигантская башня.
Хоппер кивнул Лекси. ― Хорошо, активируй протоколы передачи данных.
Лекси активировала протоколы, пока Хоппер маневрировал Гермес в нужное положение. Вокруг задней части знаменитой башни был ряд док-станций. К каждому из них был прикреплен шлюз и подъемный кран, в отличии от туннелей в коммерчески аэропортах. Естественно, люди не справились сами в космосе, и строители хотели, чтобы парк работал как дом вдали от дома, поэтому они стремились сделать все удобства для людей. Терминал аэропорта в то время был вполне обыденный, был хорошо устроен, чтобы люди чувствовали себя в безопасности и спокойствии.
Послышалось шипение, поскольку открылся стабилизирующий зажим на краше Гермеса. Он будет удерживать корабль на месте, на протяжении того времени, пока будет прикреплен к шлюзу. Некоторое время кабина тряслась, в то время как использовались двигатели, чтобы выстроиться в линию. Раздался громкий
Хоппер щелкнул переключатель, находящийся выше его головы и половина света в кабине погасла. ― Я надеюсь, вы насладились этой поездкой. Пожалуйста, возьмите с собой все вещи, прежде чем покинете корабль. Арахис не красть.
― Отличная работа, Хоппер, ― поздравил Босс. ― Ты проверил внутренний шлюз? Нам нужна система жизнеобеспечения?
― Все системы запущены. Вы можете выйти в трусах, если пожелаете.
― Возможно, когда дойдем до аквапарка, ― ответил Босс. ― Хорошо, офицеры. Будьте осторожны, пока кто-то вас не встретит. Мы не знаем, чего ожидать. Если не будете придерживаться системы, будет паника. А что люди в панике любят делать?
Миллер вздохнул. ― Пытаются атаковать тех, кто приходит, чтобы спаси их.
― Именно. Самая большая угроза спасательной миссии – это люди, которых вы пытаетесь спасти, поэтому не подвергайте себя риску.
Лекси отстегнула ремень, поскольку Хоппер перевел системы в режим ожидания. Она застонала и начала разминать свои суставы. За последние пять десятилетий прошло много космических путешествий, но все же это было до сих пор тестом на выносливость, быть запертым внутри крейсера. Каждый в кабине встал вместе с ней и застонал точно так же.
Босс передвигался по шлюзу и ожидал, пока те соберутся. ― Готовы?
Все кивнули.
Поделиться книгой: