О крысах и мышах

На Филиппинских островах крысы уничтожают примерно 60% урожая риса. Даже в лучших хозяйствах они пожирают более трети урожая. Если же с крысами не бороться, погибает весь урожай. В семьях филиппинцев многочисленные члены семьи круглые сутки по очереди отпугивают крыс от плантаций, и это только для того, чтобы сохранить 40% урожая! Существует даже профессия «крысиный сторож», который за мизерную плату ходит ночью по плантации богатого землевладельца и распугивает крыс звоном колокольчика. Между тем проблема голода — острейшая проблема развивающихся стран, поэтому борьба с крысами — это вопрос жизни и смерти. Местные жители даже едят мясо крыс, чтобы хоть как-то восполнить белковый дефицит. Однако превращать рис в крысиное мясо совсем невыгодно.

У нас в стране крысы наносят значительный урон зерновым культурам на полях пшеницы и риса. В Краснодарском и Приморском краях, в Узбекистане и на Украине рисосеяние совпадает с ареалом серой крысы. Зверьки заселяют рисовые чеки, и часто численность грызунов здесь достигает 15—20 особей на гектар. Конечно, они питаются не одним рисом, но во время его созревания и уборки одна крыса съедает в среднем 12,5 г риса в сутки.

Таким образом, в период от созревания до уборки урожая (сентябрь—декабрь) один зверек может уничтожить 1,5 кг риса. Если же принять, что на одном гектаре живут всего две крысы, то хозяйство, где посевная площадь составляет 4000 га, теряет в год 120 т риса.

Кроме этого, черные и серые крысы в южных областях нашей страны — в Грузии, Молдавии, на Украине — губят большое количество кукурузных зерен и початков.

При высокой численности крыс на рисовых полях они роют многочисленные норы в берегах каналов ирригационной системы, нарушая их целостность. Каждый год хозяйства вынуждены проводить ремонт, что обходится иногда в десятки тысяч рублей.

Добывая пищу, строя убежища и гнезда, мыши и крысы прогрызают в полах и стенах помещений отверстия, повреждают упаковку и тару, грызут бумагу, кожу, дерево и пластмассы, строительные материалы и водопроводные трубы. Повреждения могут быть самыми разнообразными и не обязательно носят пищевой характер. Зверьки прогрызают ходы и отверстия на пути к пище, воде и убежищам. У крыс и мышей, как и других грызунов, резцы растут в течение всей жизни, необходимость стачивания их может превратиться в серьезную проблему, если в распоряжении зверьков не будет достаточно твердых предметов, о которые они могут стачивать резцы. Это еще одна причина повреждений. Наконец, погрызы разных предметов и материалов могут быть результатом исследовательской активности зверьков.

Для строительства гнезд грызуны используют как натуральные, так и синтетические материалы (бумага, ткани, резина, пенопласт, стекловолокно, хлорвиниловые оболочки проводов). Проведенные в лаборатории дератизации ВНИИДиС и на кафедре зоологии позвоночных МГУ опыты по изучению повреждаемости около 500 различных материалов показали, что крысы могут повредить большинство из них. Так, были прогрызены пленки и пластинки из натуральных и синтетических волокон, полиэтилен и поливинилхлорид, вспененные пластмассы, резины, тепло- и звукоизоляционные материалы, свинец, алюминий, дюраль некоторых марок. Интересно, что крысы повреждали и предметы, изготовленные из материалов, неприятных на вкус и запах. Некоторые ученые предполагают, что причина подобной неразборчивости в том, что при грызении эти материалы не соприкасаются со слизистой оболочкой рта зверьков и не вызывают неприятных ощущений.

Большую опасность представляет проникновение крыс в здания электростанций, подстанций линий высоковольтных электропередач, повреждение проводов в этом случае приводит к авариям, нарушению движения поездов, пожарам (крысы могут повреждать кабели диаметром до 60 мм). Так, в Японии в результате повреждения крысами узлов автоматической световой сигнализации нарушилось движение поездов. В Ахвале (Иран) крысы перегрызли линию связи с наземными коммуникациями, в результате чего во многих учреждениях и жилых домах не работали телефоны, а рабочие, боясь крыс, отказывались ремонтировать кабель в подземных коллекторах.

Особенно опасны крысы на воздушном и водном транспорте. Известны случаи проникновения серых крыс в самолеты, где повреждение грузов — не самое страшное последствие. Описаны случаи погрызов крысами проводки в двух самолетах во время их стоянки в одном из аэропортов Африки. Были случаи простоя самолетов в портах из-за дератизации, так как экипаж замечал проникновение крыс в лайнер или их следы.

Капитан судна дальнего плавания рассказывал нам, что во время противопожарных учений матросы не смогли опустить шлюпки на воду, так как электропроводка системы спуска была повреждена черными крысами. Кстати, на этом судне постоянно приходилось заменять провода телевизионной антенны, поскольку они нравились крысам больше других и некоторые из них были буквально измочалены.

Возможно ли к экономическому ущербу отнести те утраченные ценности, которые не поддаются никакой оценке? Известны повреждения мышами и крысами ценнейших музейных коллекций, архивов, редких книг, рукописей. Восполнить такие потери нельзя, поэтому хранение их должно быть в абсолютно непроницаемых для грызунов помещениях, а борьба со случайно попавшими зверьками особенно тщательной.

Глава 12. Черная смерть

Крысы и мыши на протяжении всей истории человечества не раз ставили под удар жизнь и здоровье людей, существование городов и даже стран. Особенно опасной в этом отношении издавна и по праву считают черную крысу. Все известные в исторические времена крупные вспышки

чумы связаны именно с этим видом. Переносит чуму от крысы к человеку главным образом крысиная блоха. За один укус зараженной крысы блоха вбирает в себя с кровью до 500 микробов, а 1 мл такой крови может их содержать до 100 млн. Впервые возбудитель чумы был выделен в 1894 г. А. Йерсеном в Гонконге именно от черной крысы.

Сама по себе чума — это болезнь диких видов грызунов. У кочевых степных народов Монголии легенды прямо указывают на связь чумы с сурками тарбаганами. Но, по образному выражению М. Н. Козлова, именно крысы «сделали чуме карьеру». В населенные пункты чума попадала с зараженными грызунами. А наиболее тесно связанная с жилищами черная крыса оказала плохую услугу человечеству. Древние рукописи народов разных стран довольно сходно описывают эпидемии чумы. Везде ей предшествовал падеж крыс. Это отмечено и в древнееврейских религиозных книгах за 13 веков до н. э., и в древней священной поэме на санскрите, и в старинной поэме «Смерть крыс», написанной китайцем Ши Таояном, погибшим от чумы. В этой поэме есть такие строки: «Спустя несколько дней после гибели крыс люди падают, как обрушившиеся стены».

Чаще всего от чумы страдали портовые города. Первая засвидетельствованная историками эпидемия чумы началась в нижнем Египте в порту Пелузий, а пришла она из Эфиопии. В Египте эпидемия продолжалась около сорока лет, и от нее (по-видимому, и некоторых других болезней) погибло около 100 млн человек. Там, где был порт, осталось только два песчаных холма. «Черная смерть»[9] свирепствовала и позже на Африканском, Азиатском и Европейском континентах. В Западной Европе с 1345 по 1350 г. от чумы погибло свыше 43 млн человек. В средние века эпидемии возникали преимущественно в городах, где была большая скученность населения, не соблюдались гигиенические правила. Италия и Франция, Англия и Греция — приморские государства, и здесь в первую очередь поражались портовые города. Развивающиеся морские связи ускорили проникновение заболевания в разные уголки земли. Корабельные крысы и их блохи, попадая на берег, несли инфекцию в Лондон, Марсель, Константинополь, Венецию и другие города Европы. Регистрировалась чума в Индии и Китае. Только за 100 лет (с 1783 по 1884 г.) в Египте была 21 эпидемия. Хотя еще не было точно известно, что является причиной чумы, ее связь с крысами была замечена и в Европе. Поэты и художники описывали страшные картины опустошения и кошмары. Под огромным впечатлением от увиденного в Милане в 1629 г. французский художник Никола Пуссен в 1630 г. пишет картину «Филистимляне, пораженные чумой»[10], где среди объятых паникой людей между трупов снуют крысы.

Если изначально эпидемии чумы в Европе и Индии связывали только с черной крысой, то затем вместе с расширением ареала серой крысы в эту цепочку вступает и она. Были отмечены случаи, когда заболевание регистрировалось среди серых крыс, а потом переходило на черных. Активно или пассивно (на морских судах) серые крысы проникали во все новые пункты Европы, Австралии, Америки, а также на океанические острова, нередко разнося эту страшную болезнь.

Не обошла чума и нашу страну. Занесенная в Москву в 1770 г., она унесла 80 тыс. жизней. История чумных эпидемий в России показала, что чаще всего они возникали в портовых городах Крыма и Закавказья, где на прибывших морских судах отмечался падеж крыс, а затем заболевания людей. В 1901—1902 гг. в Одессе впервые в России была выявлена эпизоотия чумы среди крыс, послужившая причиной возникновения эпидемии. Н. Ф. Гамалея первый в отечественной литературе отметил, что чума может распространяться среди крыс независимо от человека, являясь самостоятельной их болезнью, но от них она передается людям. Он же впервые поставил вопрос о целенаправленной крысоистребительной работе, которая и начала проводиться в Одессе и других южных городах.

Однако не всегда подобные мероприятия имели успех. Такие же начинания в 1908 г. в Сан-Франциско не встретили поддержки у населения. По инициативе коммерсантов, боявшихся карантина и закрытия порта, а значит, ущерба торговле и судоходству, в городе развернулась кампания по обработке общественного мнения. Утверждали, что чума пришла из Монголии и поражает только тех, кто питается рисом, а истинных американцев не трогает. Домовладельцы китайского квартала считали, что если проведены канализационные трубы, то запаха нечистот никто не чувствует: они верили, что чума происходит от нездоровых выделений, а кварталы в это время кишели крысами. Только через полтора года Гражданский комитет санитарной деятельности одержал победу: начались активное истребление крыс и благоустройство города. Чума отступила.

В последние десятилетия на Европейском континенте вспышек чумы не наблюдается. Некоторые ученые объясняют это тем, что широко распространившиеся серые крысы вытеснили из Европы черных крыс — основных носителей чумы. Возможно, сыграла свою роль и работа по дератизации городов, и особенно морских портов.

В нашей стране надзор за местами, где существуют природные очаги чумы, ведут противочумные станции Минздрава СССР, они же следят и за другими опасными заболеваниями, связанными с дикими животными. А в портовых городах бассейновые и портовые санэпидстанции и отделения профилактической дезинфекции ведут борьбу с крысами на морских судах и на суше.

Крысы распространяют не только чуму. Лептоспирозы, псевдотуберкулез, спирохетозы, риккетсиоз, трихинеллез, сальмонеллезы — вот далеко не полный перечень заболеваний, связанных с крысами.

Лептоспироз — одно из заболеваний, носителем которых являются в основном серые крысы. Им можно заразиться через загрязненные продукты и через воду. Возбудители этого заболевания — лептоспиры — от зараженных крыс попадают вместе с крысиной мочой на пищевые продукты и в водоемы. Места обитания серых крыс в природе связаны с водоемами. Во время купания в таких водоемах, а также во время полевых работ на рисовых полях, на сенокосах лептоспиры попадают в организм человека, вызывая тяжелое заболевание. Не поставленный вовремя диагноз может привести к трагическому исходу. Вот почему нужно особенно осторожно относиться летом к питьевой воде и купаниям в незнакомых водоемах. Обитающие в городах и сельских населенных пунктах серые крысы также держатся поблизости влажных мест. Они нередко живут в канализационной системе, сырых подвалах, животноводческих помещениях. Лептоспиры могут некоторое время существовать во влажной среде, являясь источником заражения для других зверьков. Таким образом, в городах возможно существование стойких очагов лептоспироза. Так, возникшее в Сан-Франциско заболевание рабочих, запятых в починке канализации, послужило поводом для обследования крыс: оказалось, что из 420 особей 139 были заражены лептоспирозом. Наблюдались случаи этого заболевания в ряде стран Европы и у нас среди шахтеров. В шахтах крысы обитают круглогодично, но весной часть их может выселиться из шахты и контактировать с зараженными грызунами. Установлен большой процент больных крыс и в свинарниках.

Псевдотуберкулез — инфекционное заболевание, которое передается преимущественно алиментарным путем (с пищей). Заражение может происходить при употреблении в пищу долго хранящихся продуктов и воды без термической обработки. Возбудитель этой болезни — йерсиния может попадать на продукты с мочой и калом грызунов, она способна размножаться даже при температуре +4—6°. Естественно, что, накапливаясь на овощах и других продуктах в зараженных грызунами хранилищах, возбудитель может служить источником массовых заболеваний.

Крысиный риккетсиоз, или крысиный тиф, похож на сыпной тиф, но он менее опасен. Как и чума, болезнь распространяется через крысиных блох, от человека к человеку он не передается. Особенно часто люди заболевают им там, где крысы обитают в жилых помещениях, изобилующих крысиными блохами.

При укусе крысой человек может заболеть спирохетозом. Лихорадку от укуса крысы японцы называют «содоку» (со — крыса, доку — отрава). На месте укуса через три недели появляются болезненные язвы, сопровождающиеся лихорадкой.

Крысы — виновники и многих паразитарных заболеваний. Сами они часто бывают поражены солитером, аскаридами и другими глистами, яйца которых вместе с экскрементами попадают в дома и подсобные помещения.

С крысами, особенно с серыми, связан и трихинеллез. Люди заражаются этим тяжелым заболеванием, съев непрожаренное или непроваренное мясо больной свиньи, содержащее финки (инцистированные личинки трихин). Свиньи же заражаются, пожирая трупы или экскременты больных крыс, содержащие этих паразитов на разных стадиях развития. Паразит, проникнув в кишечник человека, передвигается к мышцам и соединительной ткани, где и развивается.

Бешенство, бруцеллез, туляремия и еще не менее трех десятков разных заболеваний — вот далеко не полный перечень того, чем грозит нам соседство с крысами.

Не безобидно для здоровья людей и соседство с домовыми мышами. Они принимают участие в переносе возбудителей десятков различных инфекций. Опасны и мыши, постоянно обитающие в домах, и те, которые живут в природе. Но особую опасность представляют те, что сезонно вселяются в жилые дома из окрестностей. С какими же инфекциями связаны эти маленькие безобидные на вид существа? Хориоменингитом и энцефалитом, чумой и различными лихорадками, псевдотуберкулезом и лептоспирозами, риккетсиозами и сальмонеллезами, да и многими другими заболеваниями грозит человеку присутствие мышей. Подобно крысам, они могут распространять и паразитарные болезни.

В природных очагах чумы домовые мыши наряду с песчанками, сусликами и другими грызунами известны как носители этого крайне опасного заболевания.

В естественных биотопах мыши поддерживают существование очагов туляремии. Особенно велика их роль в степных очагах. Вселяясь осенью в дома в сельской местности, домовые мыши могут нести с собой и геморрагическую лихорадку. А очаги лимфоцитарного хориоменингита находятся главным образом в населенных пунктах, и его вирус у мышей выделяется значительно чаще, чем у других грызунов, особенно в тех районах, где мыши в холодное время года вселяются в дома. Поэтому на окраине городов возможность заболевания выше, чем в центре, а осенью и зимой выше, чем летом.

Наряду с серой и черной крысами домовые мыши повинны в распространении псевдотуберкулеза. Большинство исследователей считают его источником в первую очередь именно домовых мышей, которые, вселяясь в зимнее время в жилые и хозяйственные постройки, загрязняют продукты фекалиями, содержащими микробы.

Глава 13. От дудочки крысолова до антикоагулянтов

С давних пор люди были вынуждены вести непримиримую войну со своими назойливыми нахлебниками. И нашим далеким предкам нельзя отказать в наблюдательности и изобретательности в этом отношении. Жители Средиземноморья, которым особенно досаждали крысы и мыши, научились использовать кошек для борьбы с ними.

В Египте пытались бороться с грызунами и другими способами. Своеобразный химический метод описан в одном из известных папирусов — Эбре: в нем рекомендуется изгонять этих вредителей дымом от сжигания экскрементов. В античном Средиземноморье уже были известны такие ядовитые растения, как белена, болиголов, морозник и черемица зеленая. В Древней Греции и Риме нередко использовали естественных врагов грызунов — ласок и хорьков. О том, что с крысами связаны опустошения и болезни, люди знали давно. В старинном документе на санскрите (Бхагавата Пурана) рекомендуется жителям покидать свои жилища, когда мертвые крысы начинают падать с крыш. Несколько своеобразно, но, вероятно, по тем временам убедительно советуют уберечь себя от чумы древнееврейские книги — нужно только принести пожертвования в форме золотых чумных бубонов и крыс.

В средние века в Европе слагаются даже легенды о странствующих крысах. Возросшая численность этих грызунов создает впечатление крысиных нашествий. Церковь трактует их как наказание, ниспосланное свыше за грехи, или как дьявольское наваждение — беду, в которой может помочь святая молитва. Пробовали бороться с крысами и при помощи церковных отлучений. Однажды Отенский епископ призвал к суду этих вредных грызунов, а знаменитый средневековый юрист Шасен взял на себя защиту крысиного племени. В начале речи он сказал, что не все крысы получили повестки в суд по причине разбросанности их местожительства, сказал, что они также не смогли явиться из-за боязни попасть в лапы кошек, снующих по всем дорогам. Затем он потребовал, чтобы крыс судили не огульно, всех вместе, а каждое животное в отдельности. Это было признано справедливым, процесс был выигран защитой. Увы, на этот раз крысы победили.

Люди продолжали изобретать самые разнообразные средства борьбы и способы защиты своего жилья и запасов. Для истребления мышей и крыс устраивались ловчие канавы и ямы, ставились петли-удавки, бочки и другие сосуды с водой. Затем появились ловушки с перевертывающимися или падающими площадками, дверцами и только значительно позже пружинные и дуговые капканчики.

Одним из первых ядов, который широко начали применять в борьбе с крысами, был красный морской лук. Это растение широко распространено в странах Средиземного моря и было известно арабам еще в XIII в. до н. э. Высушенные и размолотые его луковицы добавлялись в пищевые продукты и в виде порошка, пасты или просто перемешанные с едой раскладывались в тех местах, где жили крысы. Именно красный морской лук, по-видимому, стоит считать первым ратицидом, т. е. убивающим крыс (rattus по-латыни крыса, cid — убивать). Во Франции он был официально широко введен для борьбы с крысами в 1718 г., а затем стал применяться и в других странах. Им пользовались практически на всех континентах до недавнего времени, когда появились другие, более действенные препараты.

Исключительно растительными ядами пользовались почти до конца XVII в. Так, их рекомендовал Маркхам в руководстве по борьбе с грызунами (1631 г.). Однако с конца XVII в. уже начинают применять такие сильнодействующие вещества, как мышьяк и стрихнин. Яд смешивали с мукой или жиром и раскладывали там, где обитали крысы. Но нередко наряду с временным избавлением от крыс случались тяжелые отравления людей. Боролись с грызунами и с помощью синильной кислоты. Впервые для этих целей ее применили в США, затем в Англии и Италии. Специальными устройствами яд вводили в норы грызунов, но при малейшей неосторожности была велика опасность отравления, поэтому пользовались синильной кислотой в исключительных случаях.

Барий и фосфор начали применять для борьбы с крысами в середине и конце XIX столетия. Интересно, что наряду с этими сильнодействующими ядами широко использовали и мелко истолченное стекло.

С начала XX в. начинают вводить в приманки для крыс такие ядовитые вещества, как фосфид цинка и сульфат таллия. До конца 40-х годов в большинстве стран грызунов истребляли в основном остродействующими препаратами мышьяка, фосфора, фтора, таллия, бария и др., одинаково токсичными для грызунов и других теплокровных животных. Наиболее опасными из них были фторорганические соединения.

Большим достижением стало открытие Рихтером в 1940 г. препарата альфа-нафтилтиомочевины, или сокращенно АНТУ. Этот ратицид был специфичен для серых крыс — наиболее распространенного и опасного вида грызунов. На первых порах его применение дало блестящие результаты. Значительно менее токсичный для большинства животных, кроме крыс, он получил распространение во многих странах. В 1946 г. он стал выпускаться и у пас под названием «крысид». Кстати, этим словом люди, не знакомые с ратицидами, нередко называют и другие препараты.

Но крысид был эффективен только для серых крыс и не решал проблему борьбы с черными крысами. Кроме этого, стали поступать сигналы, что крысы, получившие недостаточную дозу препарата, после выздоровления становятся устойчивыми к нему и могут легко переносить дозировки, во много раз превышающие первоначальную. Более того, эта устойчивость сохраняется на долгое время, а зверьки, попробовавшие однажды приманку с крысидом, в дальнейшем избегают его.

К 1940 г. направление поисковых работ в области ратицидов уже менялось. Вместо того чтобы искать высокотоксичные соединения, ученые пошли по линии изучения другой группы веществ — антикоагулянтов. Попав в организм в небольшом количестве однократно, они не вызывают сразу симптомов отравления. Их токсичность возрастает при многократном попадании в организм. Накопление яда вызывает нарушение свертываемости крови, увеличение проницаемости стенок кровеносных сосудов и множественные кровоизлияния, вызывающие гибель зверьков. Широкое применение антикоагулянтов резко повысило эффективность борьбы с крысами во всем мире.

Но через несколько лет опять, уже в который раз, человек столкнулся с удивительной пластичностью организма крыс, их необыкновенной приспособленностью к выживанию, казалось бы, в безвыходных условиях. То в одном, то в другом местах стали замечать, что применение антикоагулянтов не дает желаемых результатов.

В 1958 г. на одной из шотландских ферм были обнаружены серые крысы, которые поедали приманку с антикоагулянтом варфарином в больших количествах, но не погибали. Площадь, занимаемая такими устойчивыми крысами, постепенно расширялась и к 1965 г. была около 6400 кв. км. Расширение этой площади происходило со скоростью нескольких километров в год.

Подобные популяции крыс были обнаружены и в других странах — в Дании, Бельгии, ФРГ и США. Применение в этих местах иных антикоагулянтов дало результаты, но успех тоже оказался временным. Ученые заметили, что там, где обитают крысы, малочувствительные к одному из антикоагулянтов, нецелесообразно применять и другие. Одной из причин появления устойчивости могли быть и не доведенные до конца работы но истреблению крыс. Часть выживших грызунов дает потомство, от которого появляются мутанты с повышенной устойчивостью к данным ядам.

Наблюдения за поведением крыс показали, что отдельные зверьки проявляют особую настороженность и не притрагиваются к ядовитым приманкам, не говоря уже о том, что при высоких концентрациях яда приманку избегает довольно значительное количество этих осторожных зверьков.

К тому времени появились новые ратициды — антикоагулянты второго поколения: бродифакум и бромадиолон. Их особенности в том, что смертельная доза препарата заключена в небольшом количестве приманки, которое поедается крысой за один раз, что исключает настороженность в дальнейшем. Однако некоторые исследователи приходят к выводу, что применение и этих антикоагулянтов нецелесообразно там, где хотя бы к одному из них обнаружена резистентность.

Итак, круг замкнулся. Нужно снова начинать поиски, пока еще не пришлось столкнуться с массовым явлением устойчивости крыс и к этим ядам. А пока стоит снова совершить экскурсию в прошлое, во времена, когда еще не было большого количества химических веществ, способных ограничить численность мышей и крыс.

В средние века никакой организованной борьбы с крысами не велось. Каждый как мог защищал свой дом и свой урожай. В конце XVII — начале XVIII в. появились люди, которые занимались тем, что за определенную плату избавляли горожан от крыс. В архивах германского города Гаммелин найдены интересные записи, что здесь в XVII в. существовали люди, основным занятием которых было истребление крыс. Этих дератизаторов наняли в городе, чтобы изгнать крыс, по после окончания работы хозяева не расплатились с ними. Возможно, что один из подобных случаев лег в основу легенды о флейтисте, который увел крыс из города, но неблагодарные жители не заплатили ему, потому лишились своих детей, которые также ушли за звуками волшебной флейты.

Во многих странах выдавались премии за убитых крыс. Кое-где этот обычай существует и поныне. На западной Яве (Индонезия) существует обычай, по которому каждый крестьянин, вступающий в брак, должен убить десять крыс. При разводе такса удваивается. От набегов крыс страдает и восточная Ява. Опустошаются тысячи гектаров рисовых полей. Какая же была численность крыс на острове, если власти, призывая жителей бороться с грызунами, считали, что каждый из них должен убивать в день по 600 крыс, и за каждый принесенный крысиный хвост выдавали вознаграждение.

Крысы и антисанитария неразрывно сопровождают друг друга. В переуплотненных городах Индии люди выбрасывают помои из окон многоэтажных домов прямо на узкие улочки, которые там называют «канавами». По ним днем и ночью лениво бродят жирные крысы, подбирая пищевые остатки. В таких условиях бороться с крысами общепринятыми методами (с помощью ловушек, ядов и пр.) практически бесполезно: это потребует огромных материальных затрат, а численность грызунов не изменится. В Бомбее обитает более 20 млн крыс, а ежедневно спецслужба уничтожает лишь 4 тыс., т. е. всего одну пятитысячную часть! Необычность ситуации находит выражение и в непривычной для нас форме работы этой спецслужбы, работников которой в Бомбее называют «ночными убийцами». В 1971 г. служба насчитывала 85 человек. «Убийцы» ходят парами по ночным улицам, вооруженные деревянными дубинками и охотятся на крыс. Каждый уничтожает за ночь не менее 25 зверьков. Служба «ночных убийц», естественно, не влияет на численность крыс в Бомбее. Ее основная задача — вовремя обнаружить крыс, зараженных чумой, и тем самым предупредить эпидемию среди людей.

Но вернемся в Европу. В Англии в 1740 г. (вскоре после первого появления там крыс) во многих местностях были изданы постановления, по которым на церковь возлагалась обязанность платить небольшую сумму за каждую принесенную убитую крысу. Существовали и «крысиные клубы», которые выдавали призы и премии своим членам за удачно проведенную работу. В 1908 г. было образовано общество по борьбе с грызунами.

После первой мировой войны в Англии, как и во многих других странах, санитарное состояние резко ухудшилось. Нужно было принимать серьезные меры, и в 1919 г. был издан закон, по которому владельцам земельных участков, построек и кораблей под угрозой штрафа вменялось в обязанность периодически истреблять крыс. Одной из первых стран, где велась радикальная борьба с крысами, была Дания, где уже в 1907 г. был издан специальный закон, а премии за проведенную борьбу выплачивали государство и община.

В том же году начали проводить организованную борьбу с крысами и в США. Подтолкнула к тому появившаяся в Сан-Франциско чума. Как видно, к организованной планомерной работе по истреблению крыс вела необходимость санитарно-медицинского характера. Во Франции после смерти нескольких человек от чумы в Марселе был также издан закон об обязательных противокрысиных работах на каждом судне, прибывающем в гавань.

В те годы во многих странах издаются постановления и законы о выдаче премий за уничтожение крыс. Во многих городах и общинах устраивались обязательные «крысиные дни» и «крысиные недели». В эти дни все были обязаны проводить истребительные работы на больших территориях одновременно. Тех, кто не выполнял этих работ, подвергали штрафам. Такие постановления были в Англии, Германии, Португалии и Норвегии, Японии и Алжире. Выполнение всех мероприятий возлагалось в основном на общественность, но под руководством административных органов, полиции и специально обученных людей. А вот в Австрии в 1925 г. был издан закон о борьбе с крысами (уже второй, так как первый был издан в 1913 г.), по которому определенные официальные лица и все санитарные работники обязаны были следить за проведением установленных администрацией противокрысиных мероприятий, а средства на это взымали с домовладельцев и арендаторов. По одному из параграфов закона, властям предоставлялось право требовать снесения построек, благоприятных для крыс. И что примечательно, в те годы, когда не было таких действенных химических средств, как сейчас, основной упор делали на предотвращение расселения крыс, на создание условий, при которых они не могли где-то закрепиться, на профилактические санитарные меры. И в этом шли на серьезные затраты. Собирались сведения о распространении крыс, местах их концентрации. Принимались строгие меры против домовладельцев, у которых «состояние домовых каналов уборных, помойных ям, конюшен и других построек благоприятствует размножению крыс или заражению крысами, способствует скоплению мусора и нечистот на застроенных или незастроенных участках или же на данных участках нет приспособлений для поддержания требуемой чистоты»,— так говорилось в одной из статей австрийского закона против крыс от 4 февраля 1925 г.

В большинстве стран, имеющих морские порты, были введены законы об обязательном истреблении крыс на судах, входящих в гавани.

Возможность возникновения губительных эпидемий, связанных с завозом крыс на морских судах, затрагивала уже интересы не только отдельных государств и заставляла объединяться против общего врага. Одним из первых общих документов был Панамериканский санитарный кодекс, в котором предусматривались и мероприятия по борьбе с грызунами. Он был подписан в Гаване в 1924 г., а через четыре года в Париже состоялась международная конференция санитарных врачей по вопросам борьбы с грызунами. В конференции участвовали 58 стран. Были разработаны и утверждены «Обязательные правила по проведению дератизационных работ в городах и портах». В них нашли отражение наиболее эффективные меры профилактики и борьбы с крысами, достигнутые в каждой из стран. Этим как бы подводился определенный итог в борьбе человека с самыми опасными грызунами и начинался новый этап. С того времени во многих странах борьба с крысами стала расцениваться как общегосударственное дело.

Термин «дератизация» приобрел широкий смысл. Если изначально подразумевалась непосредственная борьба с крысами, то со временем в это понятие стали вкладывать и другой смысл — борьба с другими видами синантропных грызунов — домовыми мышами и др., а также профилактические мероприятия.

У нас в стране специальные дератизационные работы начались уже в 1901—1902 гг., когда, изучая чумные эпизоотии и эпидемии, профессор Н. Ф. Гамалея в Одессе предложил организовать массовое и планомерное истребление крыс.

После Октябрьской революции эта проблема встала с еще большей остротой. Гражданская война, голод, разруха способствовали появлению благоприятных условий для роста численности крыс и мышей. Это создало предпосылки для распространения инфекционных заболеваний, возникновения эпидемий. Да и с хозяйственной точки зрения было весьма нерационально отдавать четвероногим грабителям пищевые продукты и позволять им хозяйничать на складах с товарами и зерном.

Врачи первыми забили тревогу. В начале тридцатых годов, на VII и VIII съездах бактериологов, эпидемиологов и санитарных врачей прозвучали серьезные опасения по поводу санитарного положения в стране вследствие чрезвычайного размножения грызунов. Было отмечено, что от призывов нужно переходить к конкретному делу, привлекать к участию в этой работе местные органы управления и общественные организации. Наиболее активно включился в борьбу с грызунами Осовиахим. Он-то и получил право вести под руководством органов здравоохранения планомерную работу в населенных пунктах. Принимали участие в этом нужном деле организации Красного Креста и Наркомзема. Особенно большое значение придавалось созданию крысонепроницаемости в помещениях. К сожалению, сейчас этому уделяется не такое большое внимание.

О необходимости регулярной борьбы с грызунами и подготовке кадров для нее в эти годы Наркомздравом неоднократно издавались соответствующие указания и приказы. В одном из постановлений в 1932 г. было указано на «...проведение опыта плановой сплошной дератизации крупных городов». С 1940 г. в связи с огромным противоэпидемическим значением дератизационных работ они были переданы в ведение органов здравоохранения и с тех пор проводятся под его единым методическим руководством.

За многие годы сложилась система мер борьбы с синантропными грызунами, основанная на плановой систематической работе в населенных пунктах городской и сельской местности. Оказалось, что только при регулярных проверках жилых домов, магазинов, пищеблоков, складов и других объектов, позволяющих заметить зверьков вскоре после их появления, и при своевременной раскладке приманок, расстановке капканов можно значительно сократить численность крыс и мышей и длительно держать ее на низком уровне. Малейшее ослабление этой работы ведет к новой вспышке. Дело в том, что при очень низкой численности в размножение включаются зверьки, которые обычно не участвуют в этом процессе. Да и плодовитость их при низкой численности выше.

Современная система дератизационных работ учитывает биологические особенности синантропных грызунов и характер построек. Однако градостроительство и реконструкция продолжаются. Меняются методы, темпы и материалы. Адаптируются к этому и грызуны. Поэтому в дератизации вновь возникают новые проблемы и задачи, требующие изучения и разрешения. Какими же методами ведется борьба с мышами и крысами в настоящее время? В арсенале наших организаций три метода — три направления, которыми пользуются в зависимости от тех условий и конкретных возможностей, в которых проходит работа. Наиболее часто применяемым и экономичным является химический метод. Раскладка ядовитых приманок, опыливание нор и троп ратицидами и газация помещений, таких, как зернохранилища, морские суда, склады. Последний способ применяется только в условиях строгой изоляции объекта и его герметичности. Например, для газации морских судов, а применяется в таких случаях бромистый метил, отводится специальный причал, к которому во время работы не допускаются другие суда, да и у берега дежурит охрана.

Ядовитые приманки делаются обычно из пищевых продуктов с добавлением одного из разрешенных к применению в нашей стране ратицидов — яда острого действия или антикоагулянта. Раскладывают их там, где зверьки привыкли находить пищу. Для продажи населению у нас разрешен препарат зоокумарин. Бытует убеждение, что чем больше положить в приманку яда, тем вернее эффект. Увы, это совсем не так. Применять ядовитые приманки нужно строго в соответствии с приложенными инструкциями. Излишек яда вызывает у зверьков повышенную настороженность, и они вовсе отказываются от такого угощения. Продукты для приманки должны быть обязательно доброкачественными. Кусочки поджаренного хлеба, сыр, колбаса, сало. Испорченные продукты грызуны не берут.

Там, где нельзя применять ядовитые вещества, а также для отлова зверьков на анализы пользуются механическим методом. Он менее экономичен, но безопаснее для человека и домашних животных. Удобен и доступен он для применения в небольших помещениях, квартирах, индивидуальных домах. Самыми простыми и распространенными орудиями вылова грызунов считаются пружинные капканчики-давилки. Называют их еще и плашками, так как большинство этих нехитрых ловушек крепится на деревянной дощечке. Давилки бывают двух размеров: крупные — крысиные и маленькие — для вылова мышей. Их устройство и зарядка несложны. Проволочный сторожок прижимает дужку и закрепляет ее крючком, на который посажена приманка. Сдергивая лакомую приманку, крыса или мышь, высвобождают дужку, которая с силой прихлопывает зверька. Остается только подождать, когда попадутся воришки.

Конечно, легче в такие ловушки попадают мыши. С крысами дело обстоит сложнее. Обычно в давилки и дуговые капканы попадают молодые неопытные или забежавшие недавно животные. Старые крысы, наученные

горьким опытом, гораздо осторожнее. Правда, и они пытаются утащить лакомство. И ведь удается им иногда снимать приманку с крючка, не высвободив сторожок. Однажды в хранилище картофеля старый самец серой крысы снимал в течение двух недель приманку, захлопывая капканы и не попадаясь. Только после того как сообразили расставить несколько капканов в круг, а в середине еще один с приманкой, его удалось изловить. Для отлова крыс и мышей есть и другие типы ловушек и капканов: верши, живоловки, дуговые капканы разных типов.

Есть еще третий метод борьбы с грызунами — биологический. К нему относятся все приемы, связанные с выловом мышей и крыс с помощью кошек, собак, ласок и других зверей, а также при помощи микроорганизмов. Бактериологический метод применяется специалистами в тех местах, где имеются большие скопления мышей или крыс и где этот метод разрешен. Микроорганизмы, которые используются для этой цели, относятся к группе сальмонелл. Бактериальная культура выращивается на питательных средах, а затем перемешивается с пищевыми приманками. Крысы и мыши, поедая приманку, заболевают. В дальнейшем инфекция передается от заболевших к здоровым зверькам, большинство их погибает в течение двух-трех недель. В настоящее время создан комбинированный препарат, состоящий из культуры сальмонелл и ратицида зоокумарина. Он так и называется — бактокумарин, однако в жилых помещениях, детских и лечебных учреждениях, пищевых предприятиях его применять нельзя. Если в доме или хозяйственных постройках поселились мыши или крысы, то не стоит ждать, что они уйдут сами. Нужно сразу же принимать меры. Чем дольше возле вас будут обитать непрошеные гости, тем труднее будет с ними потом бороться, тем большей опасности вы подвергаетесь. Надежнее всего в таких случаях обратиться к работникам дезинфекционной службы.

Глава 14. На службе у человека

Во всех предыдущих главах домовые мыши, серые и черные крысы выступают как опасные враги рода человеческого. Они не желают попадаться в самые хитроумные ловушки, поедать отравленную приманку, кусают младенцев и взрослых, объедают нежные поросячьи уши и хвостики, устраивают нашествия на населенные пункты, принося с собой страшные болезни, причиняют огромный экономический ущерб, портя и поедая предназначенные для нас продукты и корма сельскохозяйственных животных, безбожно грызут проводку и устраивают короткие замыкания и т. д. Список их черных дел можно продолжить и дальше. Чтобы хоть немного оправдать героев нашей книги (к которым авторы питают определенную симпатию) в глазах читателей, отметим, что эти животные приносят человеку не только вред, но и пользу. Речь идет, конечно, не о дикоживущих мышах и крысах, а об их одомашненных собратьях. В настоящее время ежегодная потребность в лабораторных животных, и в первую очередь мышах и крысах, во всем мире исчисляется десятками миллионов. Каково же происхождение этих лабораторных грызунов?

Рис. 13. Старинное изображение пятнистых японских мышей. Японский художник Масатеру (по Келеру, 1935)

В древности наука носила описательный характер и люди не сталкивались с необходимостью содержания экспериментальных животных. Но и в те далекие времена человек содержал и разводил мышей. Мы уже отмечали, что белые мыши жили в храмах Эллады. На Востоке, в Японии и Китае, этих зверьков разводили в качестве ручных животных. Упоминания о пятнистых мышах встречаются в китайской литературе уже в 1100 г. до н. э., а о «вальсирующих мышах» — около 80 г. до н. э.

Предполагают, что ручные мыши происходили не от зверьков этого подвида, а от китайских домовых мышей, принадлежащих к Mus bactrianus с Тибета. Келер высказывает гипотезу, что эти «домашние» мыши скрещивались с М. m. molossinus и, таким образом, ручные мыши имеют смешанное происхождение.

Рис. 14. Японский бог здоровья Дай-коку и его символ — белая мышь. Музей изящных искусств, Бостон (по Келеру, 1935)

На Востоке к одомашненным мышам относились с большой симпатией. В Японии белая мышь — символ бога здоровья Дай-коку. До нас дошли изображения этого божества и его любимцев. Большой популярностью пользовались эти зверьки у любителей острых ощущений. В 1787 г. вышла книга «Методы размножения бойцовых мышей», в которой на иллюстрациях изображены черные, белые и пятнистые мыши. Примечательно и само название, указывающее на то, что их специально разводили для зрелищных боев наподобие петухов. Не исключено, что европейские лабораторные мыши берут начало именно от «разноцветных» зверьков из Японии, так как несколько сот лет назад купцы вывезли этих грызунов в Англию.

Однако до начала XVII столетия мышей не использовали в экспериментах. В то время возникает экспериментальная биология, что, в свою очередь, вызывает нужду в подопытных животных. Начало экспериментальному направлению в биологии положили работы Вильяма Харвея (1578—1657), посвященные размножению животных и циркуляции крови в организме, Харвей постоянно использовал в опытах мышей. Вслед за ним Джозеф Пристли (1733—1804), изучая способность растений выделять на свету кислород, обнаружил, что если посадить мышь под герметический колпак, то через некоторое время она погибнет. Если же под колпак поместить еще и растение, то мышь остается живой. В «Истории научного королевского общества», увидевшей свет в 1756 г., в первом томе на с. 428 описывается эксперимент, в котором мышь выступает в роли подопытного животного. Исследовалось влияние на организм повышенного давления, которое увеличивали в четыре раза по сравнению с нормальным.

Экспериментировал с мышами и А. Лавуазье (1743— 1794), хорошо известный как химик. Но ученый был не только химиком, он также занимался изучением физиологии дыхания, ставя опыты на мышах. Результаты его исследований изложены в труде «Эксперименты по дыханию животных», увидевшем свет в 1777 г. Несмотря на использование этих грызунов в опытах, постоянно размножавшихся в лабораторных условиях колоний мышей не было, вероятно, вплоть до 1850 г. И лишь с того времени начали специально разводить мышей для экспериментальных работ. Относительная простота содержания и быстрые темпы размножения способствовали тому, что наряду с крысами мыши постепенно стали самым распространенным видом среди лабораторных животных. До начала 30-х годов нашего столетия эксперименты проводили почти исключительно с белыми беспородными мышами (по современной терминологии, их называют нелинейными, или аутбредными). Вскоре стало ясно, что беспородные мыши пригодны далеко не для всех опытов в силу их генетической неоднородности. Появилась необходимость получения большого числа генетически однородных (гомозиготных) особей. И такие зверьки были выведены при помощи близкородственных скрещиваний (инбридинга). Беспородных мышей сменили линейные. Полная гомозиготность достигается в результате братско-сестринских скрещиваний в течение 20 поколений.

Работу по выведению линейных мышей начал в 1907 г. американский исследователь Литтл, изучавший наследование окраски шерсти. В его лаборатории была выведена первая инбредная линия, известная с 1950 г. как ДВА. Другая линия, о которой упоминается в 1932 г.,— BALB ведет свое начало от нескольких белых мышей из Огайо, которых разводили с 1913 г. как закрытую колонию.

Целая группа широко распространенных в лабораториях линии происходит от черных мышей из одного выводка, появившихся в 1921 г. в колонии Ласроп. От этих основных групп берут начало многие современные инбредные линии мышей.

Когда и как были одомашнены серые крысы, с точностью неизвестно. К. Рихтер, специально занимавшийся выяснением этого вопроса, предполагает, что начало могло быть положено около 1800 г., когда во Франции и Англии были популярны сражения терьеров с серыми крысами. Такой вид развлечений процветал в течение 70 лет или даже больше, пока не был запрещен специальным декретом. Для боев отлавливали сотню-другую пасюков и помещали их в большую яму с отвесными стенами, по которым те не могли выбраться. Туда же спускали выдрессированного терьера. Судья засекал время до того момента, когда будет убита последняя крыса. Иногда крыс для состязаний ловили заранее и держали в загонах. Изредка среди них попадались особи с белой шкуркой и красными глазами. Их отсаживали и содержали для показа и разведения. Скорее всего, именно эти выставочные пасюки-альбиносы, которых к тому же пытались и небезуспешно приручить, дали начало лабораторным крысам.

Первое упоминание в литературе об использовании крыс в научных экспериментах относится к 1856 г. В последующие годы на них экспериментировали редко. Переломный момент наступил в 1907 г., когда в Вистаровском институте (США) была основана первая стандартная линия белых крыс. И в наши дни из многочисленных уже линий лабораторных крыс, не только чисто-белых, но и белых с черным «капюшоном», белых с палевым «капюшоном», палевых, черных, линия Вистар — одна из наиболее широко используемых.

Чем же привлекли исследователей лабораторные крысы? Почему именно на них, а не на пасюках проводится громадное количество экспериментов? Первое, на что было обращено внимание,— их относительно спокойный нрав по сравнению с пасюками серой окраски и почти полное отсутствие стремления убежать из клетки (как позднее выяснилось, крысы-альбиносы из-за отсутствия пигмента, видят в два раза хуже ). К тому же для них не характерен столь неприятный для нашего слуха истошный визг или писк, который пасюки издают в испуге. Когда белых крыс начали разводить в лабораториях, эти ценные признаки были основными при отборе особей для размножения.

Такие животные оказались намного удобнее, чем широко использовавшиеся в то время кролики. Крысы были достаточно велики, чтобы можно было производить над ними почти любые операции, но в то же время и достаточно малы, что давало возможность содержать их буквально сотнями.

Физиология крыс во многом сходна с нашей собственной, пища их также близка к нашей. По этой причине многими знаниями о своем организме, его функционировании мы обязаны именно крысам.

В вивариях лабораторные крысы легко размножаются, что также является большим преимуществом их перед дикими крысами, которые в клетках почти не разводятся, а если и появляются крысята, то они или погибают сами, или бывают съедены испытывающей постоянное беспокойство мамашей. У лабораторных крыс за короткое время и при небольших затратах труда можно получить много выводков. Эти животные весьма устойчивы к инфекциям, за ними удобно ухаживать и вообще производить всякие манипуляции. Кто работал с серыми крысами, знает, как нелегко даже просто извлечь это животное из клетки, не говоря уже о работе с ним. С лабораторными крысами таких проблем нет. Экспериментатор берет их руками, производит различные процедуры, не опасаясь, что будет укушен или что крыса вырвется и убежит.

В настоящее время беспородные, а особенно инбредные крысы и мыши широко используются во всех областях экспериментальной биологии, медицины, психологии. Как бы компенсируя все убытки и несчастья, приносимые синантропными грызунами, человек нашел возможность обратить на пользу себе их одомашненных потомков. Например, успехи экспериментальной онкологии во многом связаны с выведением и использованием особых линий мышей, у которых часто появляются раковые опухоли. Крысы оказались удобной моделью для всестороннего изменения влияния алкоголя на организм. На крысах и мышах испытывают действие новых образцов лекарственных препаратов, предназначенных для нас с вами. Трудно даже перечислить, в каких отраслях науки находят применение эти животные. Их можно увидеть в виварии практически каждого научно-исследовательского и учебного медицинского и биологического института.

Кроме того, лабораторных крыс и мышей широко применяют для изучения... самих же крыс и мышей. В предыдущих главах мы рассказывали об исследованиях, посвященных анализу сложных форм поведения пасюков, в том числе пространственной ориентации, исследовательского поведения, способностей к решению локомоторных и манипуляционных задач. Объектами этих исследований были в основном одомашненные крысы. Изучая их, удалось лучше представить себе возможности поведенческой адаптации, которыми располагают серые крысы. Лабораторные грызуны используются и для решения сугубо практических задач, связанных с ограничением численности серых крыс и домовых мышей. На лабораторных животных проводят первоначальные испытания новых препаратов, апробируют различные варианты приманок, проверяют отношение к новым бесприманочным средствам борьбы, только после таких испытаний переходят к опытам с синантропными грызунами в местах их естественного пребывания.

Иногда домовых мышей и серых крыс содержат не только как лабораторных, но и как комнатных животных.

Так что синантропные крысы и мыши, оставаясь по-прежнему нашим врагом номер один среди всех грызунов, одновременно в лице своих лабораторных сородичей могут быть весьма полезными, а в лице некоторых отдельных особей, прирученных их владельцами, даже очень приятными.

Заключение

Наша книга окончена. Надеемся, что знакомство с ней оказалось полезным для читателя, не зря потрачено время на чтение этих очерков. Животные, сумевшие так ловко вписаться в нашу с вами среду обитания, столь успешно потеснить нас за нашим же столом, заслуживают, право, такого внимания.

Перспектива развития взаимоотношений человека с этими грызунами представляется нам пока неопределенной. Серая и черная крысы, домовая мышь, войдя в незапамятные времена в жилища людей, не только прочно там удерживаются, но и, благодаря исключительной пластичности поведения и высокоразвитой психике, имеют, как мы пытались показать, большой запас прочности на будущее в случае усиления давления с нашей стороны.

Пока книга готовилась к выходу в свет, изучение ее персонажей продолжалось. Например, получены новые сведения о центрах возникновения и путях расселения домовых мышей, начато изучение процессов, происходящих в зонах гибридизации между M. musculus и M. domesticus, стали известны еще некоторые особенности расселения серой крысы и домовой мыши в условиях крупного города, появились новые препараты для борьбы с грызунами и новые способы подачи препаратов.