Помоги проекту - поделись книгой:
Грише П.
начинаешь скулить, как пес, безъязыкий нечеловек:
там вокруг историю взрывом отшвыривает назад,
а здесь ветер идет сквозь лес, обдувая, как пену, снег,
так, что легких не хватит это пересказать
через толщу смерти, через тугой реактивный гул
того будущего, что прет, как кислотный дождь:
говори все как есть, говори через не могу
говори словно точно знаешь, на что идешь
никогда не поймешь, что прав, не почувствуешь, как богат
разве только четверостишие, в такт ходьбе
пробормочет старик, покидающий снегопад,
и печально разулыбается сам себе
сойди и погляди, непогрешим,
на нас, не соблюдающих режим,
неловких, не умеющих молиться,
поумиляйся, что у нас за лица,
когда мы грезим, что мы совершим
мы купим бар у моря. мы споем
по телеку о городе своем
мы женимся на девушке с квартирой
кури и ничего не комментируй
уже недолго, через час подъем
как горизонт погаснет там, вдали,
ничком, с ноздрями, полными земли
мы все домой вернемся, пустомели
мы ничего предвидеть не умели
мы всё могли
словно гибкое дерево, по утрам
солнце через окна врастает в храм;
стелется туман вдоль низин,
глубоко вздыхает Эчмиадзин,
набирая воздух в колокола.
моя девочка, как спала?
через главные площади, вдоль мостов
над Севаном-озером, сквозь Ростов,
где твой дед сидит с удочкой, не шумя —
не мелькнет ли чья-нибудь чешуя —
над Москвой, где услышу я,
а старушка Темза, поймав с высот,
на руке тебе принесет:
этот нежный, южный, нездешний звон
прилетит на Мэрилебон,
где дороги будут ему тесны, —
звону новой, первой твоей весны —
и споет тебе из-за стен и рам:
«ты красавица, Мариам!»
вы, торговцы святым с колес,
устроители тайных месс,
продавцы ритуальных слез,
сочинители черных пьес;
мы, стареющие, увы,
власти этой степи большой,
боги топлива и жратвы,
постановщики войн и шоу,
вот такую вот шваль, как вы,
ненавидящие душой;
значит, мы вас собрали здесь,
так сказать, разместить заказ:
мы из вас выбиваем спесь,
вы садитесь бессмертить нас:
и шизофазию наших речей,
и мутации наших лиц —
все запечатлейте до мелочей,
все запомните до крупиц.
чтобы без посторонних глаз,
очень тихо, ведь сдаст любой, —
рассказать сыновьям о нас,
вдохновить их своей борьбой
за влияние на умы
вас распнет потом большинство:
мы нормальные силы тьмы.
нам забвенье страшней всего.
так что, мастера хорошо приврать,
даровитые дураки:
открываем-ка все тетрадь,
пишем с красной строки.
Поделиться книгой: