Плачу любые деньги (СИ)

Дуся «ловчее» реноме не отрицала. Серьезно слушала историю о том, как некая Светка попробовала познакомиться с субъектом. Тот ее бортанул. Светка вредно насплетничала ухажеру Нюры Артему о том, чего и не было...

В общем - чепуха на постном масле и слезах: Нюра посчитала, что ее оболгали, Светка посчитала, что у нее украли всамделишную любовь и мечту всей жизни. Ухажер посчитал, будто его подлейше предали... «А у нас с Артемом ничего серьезного нет! Поцеловались пару раз!..»

Если б не непонятки, происходящие в этом доме, не Анин папа-параноик, способный за единую дочкину слезу начистить морды и ухажеру, и субъекту, и официантам в том кафе, Евдокия вообще бы отмахнулась от истории. Прочла б банальную лекцию, вроде «Все, Аня, перетрется, с друзьями ты помиришься, Светлана вскоре найдет другой объект для всамделишной любви и еще советоваться будет, Артем поймет, что про тебя наговорили...»

Но больно уж занятно Анюта описывала появившегося в кафе мужчину. Лет двадцать семь. Экстерьер не пролетарский - журнальные обложки отдыхают. Глазами лупит по молоденьким девочкам не хуже гаубицы...

Зачем? Зачем уже неделю привлекает внимание, судя по всему, достаточно неопытной Мироновой дочери?

Пока не знает, на чью дочь позарился? Горя в жизни не встречал?

Интересно посмотреть на эдакий феномен... Там, может быть, зарыта серьезная зубастая собака, поскольку у Мирона изобретательных врагов хватает. Вдруг отыграются на девочке?..

- Ты можешь узнать, кто это такой? - доверчиво распахивая голубые глазищи, просила Дусю Аня.

- Могу, - не стала выкаблучиваться Землероева. Саму субъект заинтересовал. - Завтра поеду с тобой в кафе, погляжу на индивида...

И пока атмосфера доверительности не испарилась из девичьей антикварной спаленки, завела неспешный разговор о домочадцах Анны. Начала с вопроса:

- Анечка, ты не могла бы мне немного рассказать о вашей семье?

- Ты подозреваешь кого-то из наших? Думаешь, кто-то из нас мог гадюку в папину машину подложить? - серьезно удивилась Нюра.

Евдокия смущаться не стала, решила немножечко соврать, второй вопрос оформила лукаво:

- Анечка, как, по твоему мнению, относится к вам прислуга?

Девушка растерялась, пожала плечами.

- Если я начну расспросы о вашей семье с горничных, охранников и повара, могут ли они мне представить свое видение некоторых событий, скажем так, предвзято?

Анюта задумалась капитально, повращала в голове некие предположения и согласилась:

- Пожалуй, ты права. Со стороны все может выглядеть неправильно. Спрашивай.

Разговаривать с молоденькими девушками, выспрашивая (не их) тайны - легче легкого. Опытный, поживший человек (вроде экономки Алевтины) позволит разглядеть между строчек только то, что сам решил открыть. С девушками по-другому. Все их недомолвки и хитрости совсем по-детски шиты белыми нитками наружу, изнанка вспарывается и открывается сама собой, потайные кармашки не застегнуты - забирайся в них всеми пальцами, перебирай загадки, словно детсадовские «драгоценные» стекляшки, просвечивай на солнышко. Иногда в бусинах попадаются и застывшие древние ископаемые мухи, вроде соседей-рыбаков пенсионного возраста.

5 отрывок

Но начинать расспросы о тайных визитах Николая Васильевича Дуся все-таки поостереглась. Решила начать с хозяйского брата. В дороге Мирон якобы вскользь, а на самом деле горделиво упомянул о научной степени Дениса Сергеевича. Сказал, что брат подвизается на ниве нанотехнологий, разрабатывает какие-то современные строительные смеси. Но личных отношений не коснулся.

...О дяде Дэне Аня говорила с удовольствием. Немного углубилась в прошлое: «Когда папа был... ну, там, далеко... Нам приходилось трудно». Маму Зосю сократили, хорошей пианистке пришлось оставить филармонию и стать тапером в ресторане. «Бабуля горевала - ужас!» Денис тащил семью невестки, старался помогать чем мог. Сам работал мэнээсом в хилой институтской лаборатории (плюс пенсия по инвалидности), денег не хватало категорически на все. Но в какой-то момент они вдруг появились.

Бабуля сделала вид, будто совершенно не догадывается, откуда средства, - жить-то надо. Пани Зося проявила твердость и произвела разведку. Спросила Дэна в лоб: деньги от Миронова?

Денис тогда обманул. Сказал невестке: «Да, нам Саша помогает».

На самом деле - и гораздо позже - все стало явным: Денис продал свою квартиру, переехал в комнату в коммуналке, на разницу сумел помочь семье старшего брата перетерпеть тяжелые времена.

- Как мы тогда жили, Дуся!.. - закатывая глаза, рассказывала нынешняя обитательница дома-музея имени дяди Яши и антикварных покоев. - Бабуля на улице мелочь на хлеб подбирала! Мама за чаевые ночи напролет лабала! - Остановилась на секунду, покачала головой. - Дэн практически нас прокормил. Когда у меня в училище пуанты кто-то спер, я три дня ревела, а он новые принес. Женька заболел, Дэн всех врачей на уши поднял, лекарства доставал...

Поступок достойный и много говорящий. Склеивая заново семью из прежних осколков, Миронов не забыл о брате: приклеил к дому.

В благодарность?

Дуся как смогла аккуратно оформила вопрос. И получила неожидаемый результат: вопрос, прозвучавший скорее утверждением, заставил Анну впервые стушеваться и уйти от темы.

Казалось бы, в чем дело? В наипростейшей «бусине» застрял скелетик древней мухи... или?..

- Аня, папа и Денис очень разные... Они не ладят?

- Ну как сказать...

Пробираясь по детским стеклянным «секреткам», как сапер по минному полю, Дуся точечно оформляла закамуфлированный интерес, петляла, уводила... Коэффициент полезного действия стоил времени и затраченных усилий: сыщица Землероева выкопала МИНУ. Стародавний запал, секрет Полишинеля: брат Мирона сызмальства сох по его жене, и все об этом знали. (Пожалуй, кроме сосредоточенного на подростковых проблемах Женьки.) Бабуля в брате зятя души не чаяла и намекала совершенно не прозрачно: «Лучше бы ты, Зося, вышла замуж за Дениса». Пани Зося держала от запала безопасную дистанцию, но резких движений не делала. Именно она настояла на том, чтобы ученый брат мужа жил в этом доме и благотворно влиял на племянников.

Занятный поворот: не исключено, под дом - в добровольно-принудительном порядке - заложена бомба с отсроченным действием. Интересно, как первоначально отнесся к просьбе Зоси авторитетный (пока еще бывший) муж?

- Папа Дэна тоже любит, - на следующий аккуратно оформленный вопрос ответила Анна. - Его нельзя не любить - он лапочка.

Совсем занятно. Саша - не ревнует? Домашние его младшего брата откровенно превозносят: Денис, при неумеренно выпивающих родителях, сумел закончить вуз, продвинуться в науке... Александр Сергеевич, напротив, - рецидивист, и никуда от этого не деться.

Клубок завился. Вот только змеиный ли?

С одной действующей рукой Денису Сергеевичу ловить гадюк не очень-то сподручно. Самого змеи искусают до смерти - здоровье-то не ах.

Может быть, следуя всему вышеуслышанному, тут был задействован другой тандем: не «Сигизмундовна - рыбак», а «теща - Дэн»? Или даже «Дэн плюс кто-то там еще»?..

Евдокия мрачно перебирала варианты, и никакой из них не нравился.

Противовесы из нескольких понятий. С одной стороны, как ни крути, приличный молодой мужик Денис Миронов и кто-то там еще пока и слегка законопослушный. С другой стороны, рецидивист и отморозок Саша, решивший стать благопристойным семейным гражданином.

Клубочек завивался уже из Дусиных мозгов.

Положа руку на сердце, Дуся не слишком бы опечалилась, если б змеи закусали Мирона насовсем. Не большая потеря для человечества - Миронов Саша. Толку от него - музейные ценности хорошо сберег, но и то - для себя, любимого.

Другое дело... Перспективный ученый, наверняка безвредные (если дело не касалось Саши) Зося и Инесса, молодые и глупенькие брат с сестрой (потенциальный генофонд, способный вырастить еще нормальных деток)...

Вот ситуация-то! Врагу подобной дилеммы не пожелаешь! Кого спасать и стоит ли?

Может, надеть мокрые туфли и валить, пока не поздно? Саша получает по заслугам, он много у людей крови выпил...

А если Саша разберется с непонятками так, что... лучше об этом на ночь не вспоминать? Нажмет Александр Сергеевич на горло неспетой песне и всю семью наизнанку вывернет?

Не хочется об этом думать. Пока Саша привез сюда Евдокию, а не пару костоправов, точнее, костоломов, надо постараться разобраться в непонятках и первопричинах и позже, если виновным окажется кто-то из относительно приличных (все в жизни относительно) граждан, спустить ситуацию на тормозах.

Так будет правильно. Конечно, страшно немного, но зато не стыдно. Можно спать спокойно, не представляя по ночам малодушно отданных на допросы костоломам людей.

- О чем задумалась? - пробуравил смурные Дусины мысли легкий Анин голосок.

- Да так... Услышала сегодня о вашем соседе Николае Васильевиче, вы будете его на день рождения Евгения приглашать?

- Зачем? - бесхитростно и искренне изумилась Аня. - Нам старперов и без него хватает.

- Но он же к вам в гости ходит?

- Так это он к бабуле. У них, - Нюра хитрюще многозначительно состроила глаза, подергала вверх-вниз бровями, - роман назревает...

- Да ну!

- Точно, точно. Ходят по саду под ручку, он ее рыбу учит удить. Умора! Бабуля панамку с накомарником нацепит - сидит. Как будто что-то видит.

- У бабушки слабое зрение? - удивилась Евдокия. Очков на Сигизмундовне она не заметила.

- Бабуля с зимы осваивает линзы, - поделилась внучка. - Глаза все красные, ходит терпит. Под накомарником очки сползают, поправлять их с удочкой в руках - неудобно.

Евдокия похвалила себя за правильную догадку относительно тандема «Сигизмундовна- рыбак» и отправилась в путешествие по прошедшим временам:

- Ань, как ты думаешь, кто мог в январе соседский дом из вашего пистолета обстрелять?

- Ума не приложу! Все мои гости были при мне. Женькин молодняк скакал туда-сюда. Но они в общем-то тихие, нормальные ребята. Думаю, это кто-то из охраны папе подлянку кинул. Он же их потом уволил. - Девушка беспечно заболтала в воздухе спущенной с постели пяткой.

Поня-а-атно, удивилась Дуся. И довольно странно. «Смену пажеского караула» Анна почему-то связала не с расстрелом папиной машины, а с обстрелом соседской собаки.

Не исключено, Мирон заполоскал детишкам мозги, когда куда-то запропастился «дяденька Патрон». Свалил все увольнения на прошлые обиды.

Умно. Дети - правильные, стоит поберечь их воображение.

Умно и дальновидно. Дуся все больше убеждалась в том, что голова у Саши куда как крепко обустроена.

...Почти ровесницы, Дуся и Нюра проговорили до позднего вечера. Сыщица расспрашивала девушку об охранниках, поваре и горничных, скучающая нынешним вечером, поссорившаяся с друзьями Аня охотно информировала - разговор получился неожиданно веселым и непринужденным. Дочь Мирона обладала чувством юмора, умела рассказать о людях забавные подмеченные мелочи.

Мелочи удобно разложились в Дусиной голове, но ничего особенно существенного в расследование не добавили.

В начале двенадцатого Евдокия включила в ванной комнате обогрев, разобралась с шампунями и пенами и, пока наливалась вода и прогревалось слегка промозглое каменное помещение, вышла в спальню. Набрала на мобильнике вызов Паршина и в ответ на сухое командирское «алло» притворно радостно воскликнула:

- Привет, Олежка! Как дела?

Командир выдержал мхатовскую паузу (сердце Дуси Землероевой за это время успело удариться о желудок, вызвать легкую трусливую тошноту, прокатиться внутри тазовой области и ощутимо надавить на мочевой пузырь) и хмуро бросил:

- Нормально. Как ты?

- У Миронова дома, - созналась Дуся и зажмурилась.

Но крика не последовало.

- Я знаю.

«Отследил дислокацию по моему мобильнику», - догадливо предположила Евдокия.

- Я тут как бы решаю... принимать предложение Мирона или нет...

- И что решила?

Паршин вел себя нетипично. Не подпускал в голос командирских ноток, не распекал, не разорялся. Разговаривал с Евдокией как с чужой и не совсем одушевленной.

- Думаю принять.

Это нахальное заявление также не возымело действия, шеф остался сух и хладен, как гранитный памятник зимой. Землероева готовилась услышать вопли и упреки, готовила оправдательную речь в нескольких вариантах, для нескольких развитий, - речь не потребовали.

- У Саши нормальная семья, Олег. Я тут немного похожу, присмотрюсь к обстановке... - Она кинула кое-что из предварительных наметок.

- Желаю успехов.

- И все?

- А что ты хотела?

- Ну-у-у...

- «Ну» - баранки гну.

- И это все, что ты хочешь мне сказать?

Из трубки донесся протяжный зевок.

- Спокойной ночи, - воспитанно пожелала Дуся, услышала небрежное «пока» и разочарованно нажала на клавишу отбоя.

Что делается?! Паршин - обиделся! Надулся, как мышь на крупу, нахохлился - с ним, видите ли, не посоветовались, не учли!

А что он сам хотел?! А?

Рассориться с Мироном, заполучить его врагом и ждать пакости исподтишка?!

Минут пятнадцать, развлекаясь составлением еще одной, более предметной отповеди «постфактум» (сиречь - «в одни ворота»), Дуся ходила из угла в угол. Хорошо зная командира, предполагала, что тот таки перезвонит и наорет (иначе не заснет, родимый!), но Паршин разобиделся всерьез. Телефон молчал как проклятый.

И пусть, решила сыщица. Пошел он к черту! Орет, воспитывает, поучает. А как потребовалась поддержка - «баранки гну»!

Совсем забыв о том, что никакого совета от Паршина решила не слушать, Евдокия тоже разобиделась нешуточно. Собиралась, понимаешь ли, упорствовать и убеждать, речей наготовила минут на двадцать трепа, а обломилось - чуть ли не до слез расстроилась!

Да пошел он к черту! Командир нашелся!

Дуся шмыгнула носом. Кое-как, в сердцах, побросала одежду на спинку кресла и отправилась на релаксацию в прогретую купель. Отогревать замороженную ледяным командирским тоном душу, выпаривать обиды. Открыла дверцу в наполненную легким паром ванную - мимо ног как будто сумасшедшая копченая скумбрия пронеслась!