Адвокат Зверя

— Что, Лоусон, опять за пятым местом приехали? — у нашего стола остановилась группа из трех весело скалящих зубы вампиров.

— Это кто? — спросила я рядом сидящего Рапиру, пока вставший Итан начал уверенно отвечать обнаглевшим соперникам.

— Это Гроссман, у них Школа на вампирской территории. Почти вся команда традиционно представители Крыльев. Признанные фавориты Олимпиады, который год или первое, или второе место берут. А вот Фесты, как и мы, оборотни в основном. Кент — смешанные ребята, говорят, у них криминалисты очень сильные. У Экзитера — баба лидер… Э, прошу прощения, Мари, в общем, девчонка у них второй год в капитанах. В прошлом году они третье место взяли, Итан рассказывал, все в шоке были, включая сам Экзитер.

Я с уважением посмотрела на дальний стол, где среди участников команды наблюдалось аж три девушки.

В это время Итан уже сошелся грудь в грудь с одним из Гроссманов. Противники мрачно подталкивали один другого, сжимая кулаки.

— Что здесь происходит? Если петушинные бои, то я и медяка ни на одного не поставлю. Хохолки еще не выросли, — раздался чуть хрипловатый голос миссис Беридер.

Она прибыла в абсолютно черном платье, впервые я видела ее в чем-то настолько коротком, что видны были икры в полосатых чулках. Преподаватель приготовилась бегать с нами, несмотря на уважаемый возраст, это воодушевляло.

Из-за нее, поблескивая любопытными глазами, в полосатом платье, чуть прикрывающем колени, выглядывала милая Шани.

— Приношу извинения, уважаемая миссис, — тут же сдал назад вампир, отстраняясь от Итана и поправляя черное жабо. — Небольшое личное недоразумение, которое мы вполне уладим позже. Позвольте откланяться.

— Стоит хоть чуть-чуть выпустить вас из зоны внимания, как вы тут же находите с кем подраться, — забурчала усаживаясь миссис Беридер, — скоро объявят о начале Олимпиады, сосредоточиться надо, а не недругов коллекционировать. Шани, не топчись как не родная, садись рядом.

Помощница обошла стоящего у стола Итана, практически чиркнув его бедром. Я покосилась на Рапиру, но тот даже не смотрел на девушку. Ха. Высокие отношения, полные доверия.

Итан кратко рассказал об утренних событиях и пересказал свой план временного разделения команды.

— Хороший вариант для начала, — одобрила преподавательница, — с начала Олимпиады я уже не смогу вам помогать советами. Но можете рассчитывать на мои знания и опыт, если появятся информационные вопросы. Ну и Шани будет вас подкармливать, еду приносить, где бы вы не были. Поэтому каждый возьмите по маячку-компасу. А у меня останется следящая планшетка.

Она положила на стол небольшие круглые медальончики-часы, с трепыхающимися девятью стрелками. Восемь черных, отличающихся значками, и одна красная стрелка. Восемь — остальные члены команды, красная — миссис Беридер. Чем сильнее дергается стрелка — тем ближе товарищ по команде. Мы тут же начали выяснять у кого какой значок, чтобы отличать стрелки.

Маячки следовало укрепить на одежде. Теперь, где бы мы не были, миссис Беридер определит наше местонахождение в объединяющем их следящем планшете.

Другие команды тоже что-то надевали. Олимпиада становилась не только сражением разума и силы студентов конкурирующих Школ, но и мастерства поддерживающих Школы магов.

В пустующий, очищенный от столов, центр таверны вышли трое мужчин. Седовласый военный криминалист, весь обвешанный артефактами. Кримы команд, включая нашего Пуфика встали и зааплодировали.

— Это сам Дед, — шепнул нам Пуфик, — я его мечтал увидеть.

И вытер с пухлой щеки слезу.

Второй судья, длинноволосый, с внимательными карими глазами, бородкой, чуть припорошенной сединой и залихватскими усиками, сделал шаг вперед и еле заметно поклонился командам.

В этот раз от наших встал и, не стесняясь, закричал «Браво» Родди. Встала и стоя апплодировала команда Кента.

Оказалось, вторым судьей Олимпиады был легендарный Драгомил, непогрешимый судья тяжб между Двуликими.

Третьим, как и ожидалось, вышел вперед джентльмен, так рассеянно не уследивший за крышкой от фляжки. Его желтый галстук задорно топорщился, а нос был задран так, что он скорее должен был любоваться потолком, нежели окружающими судей студентами.

Участники команд вяло хлопали, народ переглядывался, о Руперте Досте почти никто не слышал.

Каждый из судей произнес прочувствованную речь об открытии шестнадцатого сезона Олимпиады Тайн и о том, как все этому рады. По завершении речей ловкий молодой человек в приталенном сюртуке вынес небольшой черный ящик, и команды потянулись приносить краткую клятву участника. Играть честно и прочее.

Мне, признаться, интереснее было смотреть не на судей, а на зрителей, которые, будучи уверены, что все внимание сейчас обращено не на них, вели себя… неосторожно.

Наш Бинго вовсю перемигивался с «фиолетовым» вампиром из Экзитера. Шани строила глазки расплывшемуся в улыбке Каю. Странная девочка, даже дня не побыла подружкой Рапиры, а уже смотрит на другого. Итан бросал хмурые взгляды на темноволосого вампира из Гроссмана, тот отвечал ему холодным презрением.

Когда наш капитан обнаружил, что я заметила их переглядку, он расслабился и тепло мне улыбнулся. Пришлось смущенно отворачиваться и наткнуться на внимательный взгляд Родди. Не одна я наблюдаю за окружающими.

— Команда Юридической Школы Лоусона!

О. И мы пошли давать клятву.

Первым, повторяя слова за помощником судей, положив руку на ящик, клятву уверенно произнес Итан. Затем, почти скороговоркой, Кай, говорил, а сам щупал ящик.

Я, еле сдержав улыбку, положила руку, и тут ящик засиял зеленым.

— Участник находится под действием артефакта, корректирующего внешность, — холодно и громко заявил судейский.

В зале воцарилась полная тишина, а потом, сначала по одному, затем все больше, пошли смешки. Презрительные, уничижающие.

— Шлюха из Лоусона пыталась прихорошиться, — громко сказал «жабо-вампир» из Гроссмана. Вызвав волну уже нескрываемого смеха по всему залу.

Самым обидным было, что громче всех хохотали девчонки из Экзитера. Причем с двумя из них, как мне казалось, мы нашли контакт во время утренней разминки. Однако сейчас они с нескрываемой брезгливостью смотрели на мое растерянное лицо.

Зато наша команда среагировала совершенно неожиданно для меня. Не только Родди и Кай встали плечом к плечу. Резко развернулся и показал смеющейся публике появившиеся клыки Итан. Сделали шаг вперед с угрожающими лицами Рапира и Брайан. Даже несмелый Пуфик и всегда равнодушный Бинго нахмурились и встали поближе.

— Расступитесь, молодые люди, — раздался густой баритон судьи Драгомила, — девушка — равноправный участник и должна отвечать за себя сама.

— Она, видимо, привыкла прятаться за тела однокурсников, — едко произнес Дост.

И во мне начала волной подниматься ярость. Издевательства студентов я привыкла стоически переносить, но прямое оскорбление от преподавателя и уважаемого человека было мне в новинку. Я тебе такую крышку найду, что всего прихлопнет, злобно подумала я, еле удерживая холодное выражение лица. Не подобает приличной девушке терять выдержку, даже в столь удручающей ситуации.

Драгомил шагнул, отодвигая сгрудившихся вокруг меня товарищей по команде, и посмотрел прямо в лицо.

— Я понимаю, насколько внешность важна для девушки. Но участники Олимпиады должны доказать, что они именно те, за кого себя выдают, а не маскирующиеся взрослые специалисты и, увы, исключения нет даже стесняющимся своей природы дамам. Поэтому… или вы выбываете из участия, или снимаете корректирующий внешность артефакт.

Я обвела глазами целый зал предвкушающих, затаивших дыхание студентов и преподавателей. Обидно, когда людям нравится выставлять на посмешище других. Ждут у меня свиное рыльце?

Спокойно сняла амулет и под дружное «оооо» ахнувшего зала положила руку на пакостный ящик.

— Я — Мари Ерок, студентка первого курса факультета Следствия и Дознания Юридической Школы Лоусона, участник школьной команды Олимпиады Тайн, клянусь…

— Нате! Выкусите! — громко сказал Кай, расхохотался, глядя на меня восхищенными глазами, и гордо поправил нагрудный маячок команды Лоусона.

 глава 4

«Handsome is as handsome does»[8]

«Надо у Пуфа гогглы[9] попросить», — с тоской подумала я, слушая манерные рассуждения мистера Доста и пытаясь не обращать внимание на масляные взгляды судьи.

Теперь, когда мое лицо засияло здоровьем, черты лица стали утончённее и ярче, волосы заиграли густыми блестящими волнами, этот хлыщ вился вокруг, только что не пританцовывая.

— А сплю я, заметьте, в мягонькой пижамке, вот тут расстегиваю для проветривания.

Родди подергивал крыльями носа, обычно только по этим дрожаниям можно было определить, что он злится. А Пуф с интересом оглядывал большие судейские апартаменты.

— Извините, мистер Дост, а где именно лежала фляжка?

Пока наша остальная команда занималась настоящим делом, мы вынуждены были сидеть в гостинице и расспрашивать этого противного типа, который так и норовил меня погладить по руке или обхватить за талию.

Ко всему прочему он оказался оборотнем, но даже моя кошка недовольно дергала усами, чуя… суслика. То ли опасалась заразиться какой-нибудь пакостью, то ли сталкивалась с сусликами раньше в какой-нибудь прошлой жизни и с тех пор их не жаловала[10].

Мои мысли витали далеко, я представляла, как бегу вместе с командой в поиске медных цилиндров и совершаю чудеса гениальности, разгадывая тайну конкурсного преступления. А пока приходилось совершать только чудеса ловкости, избегая объятий суслика.