Мистер Паркер Пайн (сборник)

– Как умно с вашей стороны! Ведь это надо же, придумать такое! Он сказал, что убьет меня, если я не скажу ему, где драгоценности. Я так испугалась… а потом появились вы! – Неожиданно она рассмеялась. – Мы его перехитрили! Сейчас он уже ни на что не решится. Теперь он даже не сможет войти в свое собственное купе. Нам надо переждать здесь до утра. Вполне возможно, что он сойдет в Дижоне. Мы прибудем туда минут через тридцать. Он обязательно позвонит в Париж, и там они снова сядут нам на хвост. А пока вам надо избавиться от этой формы – выбросьте ее в окно, а иначе у вас могут быть неприятности.

Робертс повиновался.

– Нам нельзя спать, – решила его сообщница. – Будем настороже до самого утра.

Это было странное и захватывающее ночное бдение. В шесть часов утра мистер Робертс осторожно приоткрыл дверь и выглянул наружу. В коридоре было пусто. Девушка быстро перешла в свое купе, и он последовал за ней. Было ясно, что купе тщательно обыскали. Через туалетную комнату Робертс прошел в собственное купе – его попутчик продолжал храпеть на верхней полке.

* * *

В семь часов утра они прибыли в Париж. Проводник жаловался на пропажу своей формы. Он еще не знал об исчезновении одного из пассажиров.

А потом началась эта невероятная погоня. Робертс и его сообщница пересекали Париж, меняя одно такси за другим. Они входили в гостиницы и рестораны через одни двери и выходили через другие. В конце концов, девушка подала сигнал.

– Я уверена, что мы, наконец, оторвались от них, – сказала она. – «Хвост» обрублен.

Они позавтракали и отправились в аэропорт Ле Бурже, а через три часа приземлились в Крайдоне. Это был первый в жизни полет Робертса.

В аэропорту их ожидал высокий мужчина, чем-то неуловимо напоминавший контакт мистера Робертса в Женеве. Он поприветствовал девушку с особым уважением.

– Машина ждет вас, мадам, – торжественно произнес он.

– Этот джентльмен поедет с нами, Поль, – сказала красавица, а потом представила мужчину Робертсу: – Граф Поль Степани.

Машина оказалась громадным лимузином. Ехали они около часа, пока не добрались до территории загородной усадьбы и не подъехали к дверям впечатляющего дома. Мистера Робертса отвели в комнату, которая была обставлена как кабинет. Здесь он передал хозяину бесценную пару чулок. На какое-то время его оставили в одиночестве, а потом в кабинет вернулся граф Степани.

– Мистер Робертс, – сказал он. – Примите нашу глубочайшую благодарность. Вы проявили себя как храбрый и изобретательный человек. – Поль достал футляр из красного сафьяна. – Позвольте мне наградить вас орденом Святого Станислава десятой степени с лавровым венком.

Как во сне, Робертс открыл футляр и посмотрел на орден, украшенный драгоценными камнями. А старый граф продолжил:

– А теперь, перед тем как вы уедете, вас хотела бы поблагодарить сама великая княгиня Ольга.

Робертса привели в большую гостиную, где его ждала прекрасная попутчица, великолепная в своих развевающихся одеждах. Она сделала царственный жест, и граф оставил их одних.

– Я обязана вам жизнью, мистер Робертс, – сказала великая княгиня.

Она протянула руку, и Робертс почтительно поцеловал ее. Неожиданно девушка совсем близко наклонилась к нему.

– Вы храбрый человек, – сказала она.

Их губы встретились, и мистера Робертса окружило облако терпкого восточного аромата.

Всего мгновение эта восхитительная дама находилась в его объятиях.

– Машина доставит вас, куда вам будет угодно, – услышал он как во сне.

Часом позже машина вернулась за великой княгиней Ольгой. Она вышла из дома вместе с седовласым мужчиной. Было жарко, и он уже отклеил свою бороду. Великая княгиня вышла из машины в Стритхэме. Когда она вошла в дом, на нее посмотрела старушка, сидевшая за чайным столиком.

– Мэгги, дорогая, а вот и ты!

В экспрессе Женева – Париж эта девушка была великой княгиней Ольгой, в офисе мистера Паркера Пайна ее звали Мадлен де Сара, а в доме в Стритхэме она оставалась Мэгги Сайерс, четвертой дочерью в достойной и работящей семье.

Вот как низко могут иногда пасть сильные мира сего!

* * *

Через несколько дней мистер Паркер Пайн обедал со своим другом.

– Прими мои поздравления, – сказал тот. – Твой человек доставил документы без сучка без задоринки. Банда Тормали, наверное, сходит с ума от одной мысли, что чертежи этой пушки уже в Лиге. А ты сказал своему человеку, что он везет?

– Нет. Я подумал, что лучше будет несколько… э-э-э… приукрасить ситуацию, – ответил Паркер.

– Очень предусмотрительно с твоей стороны.

– Правда, это было не приукрашивание в полном смысле этого слова. Я просто хотел, чтобы он почувствовал себя счастливым. Мне показалось, что вариант с револьвером может показаться ему несколько скучноватым, а мне хотелось, чтобы он пережил какие-то приключения.

– Скучноватым? – Мистер Боннингтон взглянул на своего друга. – Поверь моему слову, эти подонки убили бы его, не моргнув глазом!

– Понимаю, – мягко сказал мистер Пайн. – Но мне не хотелось, чтобы его убили.

– Послушай, Паркер, а твой бизнес приносит тебе хорошие деньги? – поинтересовался Боннигтон.

– Иногда приходится работать себе в убыток, – ответил его друг. – Но это только в том случае, если случай того стоит.

* * *

Трое сердитых джентльменов ругались в Париже.

– Этот проклятый Хупер, – сказал один из них. – Он нас подвел!

– Никто из офиса не прикасался к этим чертежам, – сказал второй. – Но я точно знаю, что увезли их в среду. А это значит, что все дело завалили именно вы.

– Я ничего не заваливал, – угрюмо произнес третий. – На поезде не было ни одного англичанина, за исключением какого-то мелкого клерка. Он никогда ничего не слышал ни о Петерфилде, ни о пушке. Я это точно знаю, потому что проверил его. Петерфилд и пушка ничего для него не значили. – Тут он рассмеялся. – Кажется, он был зациклен на каких-то большевиках.

* * *

Мистер Робертс сидел перед камином, в котором горел газ. На коленях у него лежало письмо от мистера Паркера Пайна, к которому был приложен чек на пятьдесят фунтов «от людей, которые восхищены тем, как было выполнено одно небольшое поручение».

Рядом с письмом, на подлокотнике кресла, лежала библиотечная книга. Мистер Робертс открыл ее наугад и прочитал: «Она прижалась к двери, как прекрасное животное, загнанное в угол».

Что ж, теперь он знает, как это выглядит.

Он стал читать следующее предложение: «Он чихнул. Сладковатый, нездоровый запах хлороформа ударил ему в нос».

И это он тоже проходил.

«Он сжал ее в объятьях и почувствовал ответное дрожание алых губ».

Мистер Робертс вздохнул. Так это был не сон, все это случилось с ним в действительности… Поездка в Женеву была довольно скучной, но вот возвращение домой! Оно ему понравилось. Хотя он и рад был снова оказаться дома. Робертс инстинктивно чувствовал, что прожить всю жизнь на такой скорости просто невозможно. Даже великая княгиня Ольга – несмотря на ее последний поцелуй – становилась уже частью какого-то сна.

Завтра возвращается Мэри с детьми. Мистер Робертс счастливо улыбнулся.

«У нас были такие прекрасные каникулы. Мне так тяжело было думать о том, как ты справляешься здесь в полном одиночестве, мой дорогой», – скажет жена.

«Да все в порядке, милая. Мне тут пришлось отъехать в Женеву по делам фирмы – небольшие деликатные переговоры, – и смотри, чем меня наградили…» – ответит он ей и покажет чек на пятьдесят фунтов.

Мистер Робертс также вспомнил об ордене Святого Станислава десятой степени с лавровым венком. Пока он его спрятал, но вдруг орден попадется на глаза Мэри! Ей будет сложно объяснить, откуда он взялся…

Хотя вот что – он скажет жене, что приобрел его за границей как сувенир.

Мистер Робертс открыл книгу и вернулся к чтению. Грустное выражение полностью исчезло с его лица.

Он ведь тоже принадлежал к компании людей, с которыми Что-то Происходит!

Рассказ шестой

Случай с богатой женщиной[20]

Мистеру Паркеру Пайну принесли визитную карточку миссис Абнер Раймер. Это имя было ему хорошо известно, и он удивленно поднял брови.

В следующую минуту посетительницу ввели к нему в кабинет.

Миссис Раймер была высокой, широкой в кости женщиной. Фигура ее была далека от идеальной, а вельветовое платье и тяжелая меховая шуба совсем не скрывали ее недостатки. Суставы на руках сильно распухли, а лицо было большим, широким и ярко накрашенным. Темные волосы были причесаны по последней моде, а шляпка намекала на наличие под ней шиньона.

Кивнув, миссис Раймер бросилась в кресло.

– Доброе утро. – Говорила она с грубым акцентом. – Если вы действительно хоть что-то можете, то помогите мне избавиться от денег!

– Довольно оригинально, – пробормотал мистер Паркер. – Такую просьбу редко услышишь в наше время. А у вас что, какие-то проблемы с этим, миссис Раймер?

– Ну да, – откровенно заявила дама. – У меня три меховые шубы, множество парижских нарядов и всего такого. У меня машина и дом на Парк-лейн[21]. У меня есть яхта, но я не люблю море. Есть масса этих выпендрежных слуг, которые смотрят на меня сверху вниз. Я немного путешествовала и побывала кое-где за границей. И я возблагодарила бы Бога, если б он подсказал мне, что бы мне еще купить такое этакое. – Она с надеждой взглянула на мистера Пайна.

– Но ведь есть же благотворительность, – напомнил он.

– Что? Вы имеете в виду, чтобы я раздала свои деньги? Ну, уж нет, этого не будет! Все мои деньги честно заработаны, и заработаны тяжелым трудом! И если вы думаете, что я начну просто раздавать их ни за что ни про что, вы глубоко ошибаетесь. Я хочу их потратить и получить от этого какое-то удовольствие. Так вот, если у вас есть какие-то идеи в этом смысле, то хорошее вознаграждение я вам гарантирую.

– Очень интересное предложение, – признался Пайн. – Вы ничего не сказали о загородном поместье.

– Совсем позабыла, но оно у меня есть. Скука смертная.

– Расскажите мне о себе. Вашу проблему не так-то легко решить.

– С удовольствием. Мне совсем за себя не стыдно. Я работала на ферме, когда была еще девочкой. И работенка была не из легких. А потом я закрутила с Абнером – он был работником на соседней мельнице. Восемь лет он меня обхаживал, а потом мы поженились.

– И были тогда счастливы? – спросил Паркер.

– Точно, была. Он был хорошим человеком, мой Абнер. Хотя жизнь нам досталась совсем не легкая – он дважды терял работу, а тут еще пошли дети… Четверо у нас их было – трое мальчиков и девочка. И всех их прибрал Господь. Ежели хоть один вырос бы, то, думаю, все бы пошло по-другому. – Неожиданно лицо женщины смягчилось и помолодело. – У него была слабая грудь, у моего Абнера. И поэтому его не взяли в армию. Ну, а дома он развернулся. Его даже сделали мастером – очень умный был, да. И вот мой Абнер придумал какой-то процесс – и хозяева обошлись с ним по-честному, должна вам заметить, заплатили ему неплохие деньги. А мой Абнер истратил их на еще одну свою идею. И вот тогда деньги потекли рекой, да. И все еще продолжают течь. Поверьте мне, поначалу это было здорово. Дом с ванной, и у каждого свой слуга. И никакой готовки, уборки или штопки, да. Знай себе посиживай на шелковых подушках да позванивай в колокольчик, чтобы, значит, несли чай – прям-таки графиня какая-то! Это было здорово, и нам чертовски нравилось, да. Ну, а потом мы переехали в Лондон. И одежду я себе стала шить у этих модных портных. А потом мы поехали в Париж и на Ривьеру – и это тоже было здорово, да.

– Ну, а что потом? – поинтересовался мистер Пайн.

– А потом, глядишь, мы к такому и привыкли, – продолжила миссис Райнер. – И в этом не было такого уж веселья. Случались даже дни, когда мы не удосуживались заказать нормальную еду – это мы-то, у которых выбор был неограничен, да. А ванна? Да одной ванны в день больше чем достаточно! А здоровье Абнера меж тем стало хуже. Ну, и мы заплатили врачам хорошие деньги, да, а они все равно ничего не смогли сделать. И пробовали и то, и другое, и третье. Но все бесполезно, и мой Абнер помер. – Женщина сделала паузу. – Он был еще молодым, всего-то сорок три года.

Мистер Паркер Пайн сочувственно кивнул.

– Все это было пять лет назад. Деньги все еще текут рекой. И жалко, когда с ними ничего не можешь сделать. Но я ж уже вам сказала, что больше не могу придумать ни одной покупки – все у меня уже есть, да.

– Другими словами, – вмешался мистер Паркер Пайн, – ваша жизнь скучна, и вы не получаете от нее никакого удовольствия.

– Я от нее просто устала, – мрачно согласилась миссис Раймер. – Друзей у меня нету. Новые только и ждут, когда я сделаю взносы в какой-нибудь фонд, а потом смеются у меня за спиной, да. А старые не хотят иметь со мной ничего общего, да. Моя машина заставляет их стесняться себя. Так вы можете что-то сделать или предложить, а?

– Возможно, что мне это удастся, – медленно произнес ее собеседник. – Это будет не просто, но надежды я не теряю. Думаю, мне удастся вернуть вам то, что вы потеряли, – интерес к жизни.

– А как? – резко спросила миссис Раймер.

– А вот это уже, – ответил мистер Паркер Пайн, – мой профессиональный секрет. Я никогда заранее не раскрываю своих методов. Вопрос вот в чем: согласны ли вы рискнуть? Я не могу дать стопроцентную гарантию, но, полагаю, вероятность успеха достаточно высока. Однако мне придется прибегнуть к нестандартным методам, так что это будет недешево. Моя плата составит одну тысячу фунтов, и деньги вперед.

– Ну, уж вы сказанете так сказанете! – В голосе Амелии Райнер послышалось уважение. – Думаю, что рискну. Я привыкла платить по максимуму, да. Тока смотрите, ежели я за что-то заплатила, то будьте уверены, получу это любым способом!

– Конечно, получите, – ответил мистер Пайн. – Можете не сомневаться.

– Чек я пришлю вам вечером, – пообещала женщина, вставая. – Совсем не понимаю, почему я вам поверила. Ведь верно говорят, дураки и деньги вместе долго не живут. Правда, я совсем не дура, да. А вы человек наглый, ежели пишете во всех газетах, что можете дать людям счастье, да!

– Эти объявления приносят мне очень даже немало, – заметил Паркер. – И если то, что я пишу, – неправда, то я потеряю эти деньги. Я знаю, что может быть причиной несчастья, и, соответственно, хорошо понимаю, что надо сделать, чтобы достичь обратного эффекта.

Миссис Раймер с сомнением покачала головой и удалилась, оставив после себя аромат дорогих запахов.

В кабинет вошел красавец Клод Латрелл.

– Есть что-нибудь для меня?

– Все не так просто, – покачал головой его начальник. – Случай довольно сложный. Боюсь, что нам придется пойти на некоторый риск. Применить нестандартный подход.

– Миссис Оливер? – уточнил Клод.

Мистер Пайн улыбнулся при упоминании о всемирно известной писательнице.

– Миссис Оливер, – заметил он, – действительно самая приличная из всех нас. Но я думаю о необычном и дерзком ходе. Кстати, позвоните доктору Антробусу.

– Доктору Антробусу?

– Да, нам понадобятся его услуги.

* * *

Прошла неделя, и миссис Раймер еще раз вошла в кабинет мистера Паркера Пайна. Он встал ей навстречу.

– Уверяю вас, – произнес он, – что эта задержка была вызвана необходимостью подготовить массу вещей. Мне пришлось обратиться за помощью к довольно необычным людям, которые приехали сюда издалека.

– Ах, вот как! – подозрительно произнесла Амелия. Все это время она боялась, что по чеку, который она выписала, уже получили тысячу фунтов, и все на этом закончилось.

Мистер Паркер нажал на кнопку звонка, и в кабинет вошла молодая, темноволосая девушка восточной наружности, одетая в форму медицинской сестры.