Сказки Черного леса (сборник)

Замялся мужчина, не решаясь признаться, что это его дом. Поэтому он ответил уклончиво:

– Принадлежит он вашей милости. А я, как ваш верный вассал, временно в нём проживаю.

Успокоился Гесслер и довольный отправился к себе в замок.

Но Штауффахер оказался смышлёным малым. После этого случая заподозрил он, что захочет наместник поскорее его погубить, чтобы завладеть потом всем его имуществом.

Но и жена его, Гертруда, тоже была мудрой и порядочной женщиной. Почувствовала она, что одолевает мужа печаль, и спрашивает:

– Отчего ты так грустен, мой милый супруг?

И не успокоилась она до тех пор, пока всего у него не выпытала.

А потом и говорит:

– Нужен тебе добрый совет. Отправляйся-ка, не мешкая, к своим верным друзьям и всё им расскажи.

И вскоре встретились на лугу, неподалёку от озера Фирвальштеттерзее трое мужчин: Вальтер Фюрст из Ури, Вернер Штауффахер из Швица и Арнольд фон Мельхталь из Унтервальдена, – тот самый, отцу которого выкололи глаза.

Они долго совещались и решили заключить союз. Поклялись они вместе бороться с несправедливостью и, насколько хватит сил, пресекать и наказывать зло.

Вильгельм Телль

Правил в кантоне Швиц императорский наместник Гесслер. Однажды отправился он из своей резиденции в Ури. Проведя некоторое время в Альтдорфе, велел он на местном рынке под липой вкопать столб. Повесил он на столб свою шляпу, а рядом поставил одного из верных слуг. А потом велел глашатаям повсюду объявить:

– Всякий проходящий мимо человек должен поклониться шляпе и приветствовать её, как если бы там стоял сам господин наместник.

Жил в этой местности один честный мирянин. Звали его Вильгельм Телль. Проходя мимо шляпы, не исполнил он приказ наместника и не поклонился. Слуга, зорко следивший за всеми прохожими, сразу же доложил о случившемся своему господину.

Вызвал наместник Телля к себе и спрашивает:

– Почему это ты не поклонился столбу со шляпой? Разве не слышал ты мой приказ?

А Вильгельм Телль, прикинувшись невеждой, отвечал:

– Достопочтенный господин, произошло это по неосторожности, а не из злого умысла. Мне и в голову не могло прийти, что ваша милость затеял это всерьёз. Видит бог, следовало мне вести себя благоразумнее…

А был Вильгельм Телль очень искусным стрелком, и никто не мог с ним сравниться в меткости. Было у него двое сыновей, которых он очень любил. Наместник всё это знал. Велел он привести к нему обоих сыновей Телля и спрашивает:

– Кого из них ты любишь больше?

– Ваша милость, оба сына одинаково мне дороги, – честно отвечал Телль.

Тогда наместник говорит:

– Вильгельм, слышал я, что ты искусно владеешь арбалетом. Говорят даже, будто нет тебе равных. Сейчас ты докажешь мне своё мастерство. Должен ты будешь сбить стрелой это яблоко с головы одного из твоих детей. Если это тебе удастся, то и я буду считать тебя отменным стрелком.

Оторопел от ужаса Вильгельм Телль, опустился на колени и взмолился:

– Ваша милость, не в моих это силах. Можете потребовать от меня всё, что угодно, только не этого!

Но злой наместник был неумолим. С помощью верных слуг заставил он Вильгельма Телля взять арбалет, а сам положил яблоко на голову мальчика.

Понял Телль, что не уйти ему от страшного испытания. Взяв одну из стрел, он нарочно сунул её под камзол. Потом взял вторую, вставил в арбалет и мысленно попросил Бога отвести беду от ребёнка. Прицелился он хорошенько и выстрелил. На его счастье попала стрела прямо в яблоко, и ребёнок остался цел и невредим.

– Телль, это был мастерский выстрел, – похвалил его наместник. – Но объясни, почему первую стрелу ты спрятал под камзол?

– Да так, по старой привычке, – отвечал Телль. – Обычно так поступают все стрелки.

– Не верю, – сказал Гесслер, заподозрив неладное. И потребовал объяснений.

А Телль отвечает:

– Так и быть, скажу, но только пообещайте, что не казните меня за это.

Когда наместник подтвердил, что не собирается лишать его жизни, Телль сказал:

– Ну что ж! Если бы я промахнулся, и стрела угодила бы в моего ребёнка, вторая стрела полетела бы прямо в вас. И уж поверьте, я бы не промахнулся.

Услышав такое, наместник говорит:

– Обещал я сохранить тебе жизнь, Вильгельм Телль. Так и будет, можешь не сомневаться. Однако я велю заковать тебя в кандалы и бросить в темницу. Не увидишь ты там ни луну, ни солнце. И твои стрелы будут мне уже не страшны.

Храброго стрелка скрутили и отнесли на судно, на котором он сам хотел вернуться в Швиц. Однако на озере разыгралась буря. Стали волны заливать корабль, закачался он, накренился и вот-вот мог пойти ко дну. Никто не мог толком управиться с судном. Тогда один из слуг подскочил к наместнику и говорит:

– Господин, прикажите отвязать Телля. Он ведь силён. С ним мы могли бы, наверное, избежать беды.

Гесслер крикнул Теллю:

– Если поможешь нам спастись, велю я тебя освободить.

– Хорошо, милостивый господин, – отвечал Телль, – охотно это сделаю. Можете мне довериться.

Телля развязали. Встал он у руля и уверенно повёл корабль. Но сам незаметно приглядел место на берегу, где мог бы при случае спрятаться.

Когда приблизились они к скалистому берегу, который показался Теллю подходящим для бегства, закричал он гребцам:

– Гребите сильнее! Надо нам поскорее достичь той скалы. Если получится, то самое худшее будет позади.

Гребцы налегли на вёсла. Как только поравнялись они с выступом скалы, бросил Телль рулевое весло, схватил свой арбалет и перемахнул через борт. Никто даже толком опомниться не успел. Неуправляемое судно беспомощно закачалось на волнах.

Отправился Телль быстрым шагом в Швиц и добрался до Кюссернахта. В конце ложбины, которая вела от озера, притаился он в густом кустарнике. Набрался он терпения и стал ждать. Вскоре послышался топот копыт, и появился Гесслер со слугами. Удалось им спастись во время бури и причалить-таки к берегу, и теперь возвращались они домой.

Донёсся до ушей сидевшего в засаде Телля громкий разговор. Понял он, что готовятся снарядить за ним погоню. Поднял он свой арбалет, прицелился получше и выстрелил. Вонзилась стрела наместнику прямо в грудь, и рухнул он замертво.

А потом отправился Телль назад через горы, в родной кантон Ури. Там он отыскал своих друзей – Вернера Штауффахера из Швица, Арнольда из Унтервальдена и Вальтера Фюрста из Ури, своего зятя. И рассказал им обо всём, что с ним приключилось.

Генрих Лев

Как оказался лев в Брауншвейге?

Генрих был герцогом Баварии и Швабии. Он был двоюродным братом Фридриха Барбароссы и участвовал в его походах в Италию. Однако отправиться в крестовый поход в Святые земли отказался. В 1166 году, после ссор и перепалок с другими родовитыми рыцарями и князьями, занялся он обустройством Брауншвейга, города, где он задерживался более всего. Он также укрепил и расширил старинный замок Данквардероде, выходивший на городскую площадь и являющийся символом его власти. Там же он поставил и статую железного льва.

Какие же события были связаны с этим львом? Нужно ли было воспринимать его тоже как символ герцогского величия?

Первый брак Генриха распался через пятнадцать лет, поскольку дети, которых родила ему супруга, умерли в младенчестве. В 1168 году взял он себе в жёны юную английскую принцессу Матильду, родную сестру знаменитого короля Ричарда Львиное Сердце. Это был искусный политический манёвр. Брак с Матильдой помог Генриху ещё больше укрепить своё положение в империи.

В 1172 году Генрих предпринял паломничество в Иерусалим. Добрался он до Константинополя, а оттуда на корабле отплыл в Аккон. Разыгралась буря, и судно сбилось с курса. Долго пришлось паломникам скитаться по морю, но земли всё не было видно. Вскоре запасы еды закончились, и одолел странников голод. Долго они мучились. Потом решено было бросить жребий. А кто вытянет этот жребий, должен был пожертвовать собой и служить остальным в качестве пропитания. Так все рассчитывали продержаться ещё некоторое время. Однако жребий вытянул сам Генрих. Один из его верных слуг сказал про себя: «Нет, не посмею я поднять руку на своего господина. Если уж всё потеряно, то придумаю что-нибудь получше. Посажу-ка я его в кожаный мешок, и посмотрю, что из этого выйдет.

Рассказал он обо всём Генриху, и тот согласился. Взял слуга кожу зарезанного быка, накинул на герцога и зашил. Но не забыл передать герцогу его меч. А вскоре прилетел огромный гриф, схватил когтями кожаный мешок и взмыл в небо. Перенёс он мешок через всё море к своему гнезду. Оставив мешок в гнезде, отправился он тут же за другой добычей. Герцог Генрих взял меч и разрезал швы. Когда молодые грифы увидели живого человека, то бросились на него с жадными криками. Но герой смело защищался и убил их всех.

Оказался он в огромном диком лесу. Долго бродил он вокруг и вдруг видит: дерутся огромный дракон и лев. Дракон был явно сильнее, и положение льва ухудшалось с каждой минутой. Не стал мешкать Генрих и выручил льва из беды. Зарубил он дракона своим чудо-мечом. Благодарный лев неспешно подошёл и улёгся к ногам герцога и больше никуда не отходил.

По истечении некоторого времени накормил Генрих верное животное пойманным оленем и дичью. А потом стал размышлять, как ему из этой глуши и львиной компании снова среди людей оказаться. Построил он себе деревянный плот. А когда лев однажды удалился в лес, Генрих встал на плот и отчалил от берега. Но лев, не найдя по возвращении своего спасителя, бросился к берегу и заметил уплывающий плот. Зверь тотчас прыгнул в море и плыл до тех пор, пока не забрался на плот и не улёгся у ног герцога. Долго скитались они по волнам, и одолел обоих сильный голод. И тут вдруг откуда ни возьмись явился им чёрт и говорит:

– Герцог, терпишь ты здесь горе и лишения, а у тебя дома, в Брауншвейге, повсюду царит радость и готовятся сыграть свадьбу. Знаешь ли ты, что нынче вечером сочетается браком чужой князь с твоей супругой? Забыл ты, видимо, что со времени твоего отъезда прошло семь лет.

– Ну что ж, значит, на то воля божья, – печально ответил Генрих.

– Не много ли ты на бога надеешься? – продолжал искуситель. – Он ведь не поможет тебе выбраться из этих волн. А вот я готов доставить тебя к супруге, если согласишься ты продать мне свою душу. Сегодня же ты будешь на родине.

Долго они спорили друг с другом, поскольку не хотел Генрих нарушать свой торжественный обет перед Богом.

Тогда чёрт предлагает:

– Ещё сегодня вечером перенесу я тебя, а потом и твоего льва к водяной башне в Брауншвейге и там оставлю. И будешь ждать ты на том месте до тех пор, пока я не вернусь. Если же после своего возвращения я застану тебя спящим, то погубишь ты себя, и душа твоя перейдёт в моё царство.

Герцог, которого мучила тоска по любимой супруге, согласился и надеялся, что небеса помогут ему преодолеть испытания. Тогда чёрт схватил его, мигом перенёс на родную землю, опустил у водяной башни и кричит:

– Ну, а теперь не вздумай сомкнуть глаз! Я скоро вернусь.

Однако Генрих очень устал, и одолевал его сон. Чёрт возвратился и, как обещал, забрал льва. А вскоре прилетел в окрестности Брауншвейга. Но ещё в воздухе заметил чёрт зорким взглядом, что герцог крепко заснул, и заранее обрадовался. Но лев, который решил, что господин умер, вдруг громко заревел. В то же мгновение Генрих проснулся и вскочил на ноги. Чёрт понял, что проиграл, и слишком поздно хватился, что перенёс ещё и льва. Опустил он животное на землю, и верный лев присоединился к своему господину.

Вместе они отправились в Брауншвейг. И вдруг видят: идёт навстречу шумная процессия. Все смеются, пляшут и поют.

– Что это за шум и свист? – спросил Генрих у одного из слуг. – По какому случаю такое веселье?

– Скоро свадьба. Обручился с нашей милостивой госпожой благородный князь. Получит он сегодня во владение Брауншвейг и окрестные земли, – услышал он в ответ.

– Тогда прошу я невесту дать мне глоток вина, а то сильно утомился я в дороге, – попросил герцог.

Слуга поспешил во дворец и донёс герцогине, что какой-то чужак, за которым неотступно следует грозный лев, имел наглость просить у неё вина. Удивилась герцогиня, но самолично наполнила кубок вином и отправила пилигриму.

– Кто же ты таков, – спросил слуга, – что требуешь себе вина, которое под стать разве что самой герцогине?

Пилигрим молча выпил, потом взял золотое кольцо, опустил в бокал и попросил отнести обратно невесте. Когда увидела она кольцо, на котором были выбиты герб и имя герцога, то тотчас побледнела. Поднявшись, подошла она к окошку, чтобы взглянуть на чужестранца. А тот присел на площади вместе с львом, и окружила их толпа зевак.

Тогда велела герцогиня привести этого мужчину в зал и спрашивает:

– Как оказалось у тебя это кольцо и почему ты положил его в бокал?

– Я сам надел это кольцо себе на палец более семи лет тому назад. А теперь вернул его на место!

Посмотрела она на чужестранца ещё раз и едва не лишилась чувств от радости. Узнала она в нём любимого супруга! Тотчас подала она ему руку и приветствовала от всего сердца. И всех, кто был в зале, охватила великая радость. Уселся герцог Генрих за стол к любимой Матильде.

А новоявленному жениху, дабы не обижался, подобрали в жёны смазливую фрейлину из Франконии.

После этого правил герцог Генрих в своих землях долго и счастливо. Умер он в 1195 году, достигнув почтенного возраста. После его смерти верный лев улёгся перед дверью Брауншвейгского собора. Не принимал он ни еды, ни питья, пока и сам не умер от тоски.

Слева от дверей северного крыла собора можно и сегодня на стенах заметить глубокие борозды. Это следы, которые оставил своими когтями на камне тоскующий по своему хозяину лев. Животное тоже погребено в замке, и в честь его верности была поставлена памятная колонна.

Лебединый рыцарь

Королева Беатрикс

Во Фландрии, в маленьком королевстве Лиллефорт, правил некогда король Пирион со своей супругой Матабруной. Был у них сын, которого звали Ориант. Был Ориант добрым охотником и исходил все леса своей страны.

Однажды охотился он на оленя. Тянулись долгие часы, а добыча всё не шла в руки. Наконец животное прыгнуло в реку и вовсе скрылось из глаз. Усталый и разгорячённый долгой погоней, приглядел Ориант удобное место у водяного источника и решил немного отдохнуть. Вдруг вышла к нему из-за куста юная дева. Была она совсем нагая, но что-то в её облике указывало на благородное происхождение. Увидела она собак и спрашивает:

– Кто позволил тебе охотиться в моём лесу?

Объяснил Ориант, что лес относится к королевству его отца. Во время разговора узнал он, что зовут девушку Беатрикс. Настолько глубоко тронула Орианта её чудесная красота, что он тут же объяснился ей в любви и попросил стать его супругой. Беатрикс согласилась, и принц забрал её из леса в Лиллефорт, чтобы не мешкая отпраздновать свадьбу.

Но Матабруна рассердилась на сына за то, что тот необдуманно привёл домой молодую невесту, да к тому же без всякой свиты и приданого. Не доверяла она чужой женщине, о происхождении которой никто ничего не знал.