Помоги проекту - поделись книгой:
Юрий Охлопков
ПУТЕШЕСТВИЕ В НИЖНИЙ МИР,
ИЛИ БИТВА С ВЕЛИКИМ Д
ЗОНА «Ж». ОЛЕГ
Вокруг валялись осколки стекла, жестянки из-под консервов, пустые пластиковые бутылки и разный прочий ненужный хлам. Громоздились горы металлолома и битого кирпича, сломанные стулья и куски искореженный пластмассы. В общем, страна Оз весьма напоминала обыкновенную свалку, если б не красно-бурое, низко нависшее небо — на нем, кажется, даже застыли потеки сурика.
Олег брел уже часа полтора, но пейзаж вокруг и не думал меняться — казалось, он простирался до горизонта. И — ни единой живой души. Аж жуть берет.
Десять минут тому Олег наткнулся на огрызок мраморной колонны, гнилым зубом торчащий из мусора. Корявыми буквами на нем было нацарапано: «Путник усталый! Ты в зоне «Ж». Направо пойдешь — умрешь от потери крови. На ево п д шь — ум ешь от пот ри сознания Пр м по еш — овс реч е ь С»
Нижняя надпись была совершенно затерта.
«Бред какой!» — возмутился Олег и пошел прямо.
Все в этом помойном месте было не так. Да и что ждать от мира, всосавшего, тебя, пардон, через унитаз?
…Через минуту Олег разглядел на мятом клочке газеты (это был, кажется, «Московский комсомолец», использованный по назначению), отпечаток человеческого ботинка и чуть взбодрился. Во всяком случае, он поднял водочную бутылку и, держа ее за горлышко, будто гранату, ускорил шаг. Бутылка оказалась полной — еще одно маленькое чудо этого мусорного мира.
Вскоре Олег достиг горизонта. Небо здесь покато упиралось в глину пустыря.
«И даже небо фальшивое.» — подумал Олег, разрывая что-то похожее на гнилую мешковину.
ЗОНА «Г». ДАУНГРЕЙД
— Всюду обман! Ничему нельзя верить! — сказал он вслух.
Над ухом раздалось истерическое хихиканье.
Олег огляделся. Нет, вокруг никого не было — только шатер из местами прогнившей мешковины, похожий на купол цирка-шапито за спиной, сизо-бурое поле по бокам да овраг впереди. По дну оврага протекала мутная речушка, несущая хлопья желтоватой пены — будто где-то вверх по течению целое стадо верблюдов плевалось изо всех своих верблюжьих сил. Среди пены крутился какой-то темный мусор. Дальше, за оврагом, простиралось такое же поле, поросшее, правда, кое-где рощицами чахлых деревьев. Небо над головой было серым, ноябрьским, в нем одиноко кружил черный крестик вороны.
Хихикать тут было явно некому.
Олег покрепче сжал бутылочное горлышко — мерзкий звук все еще отдавался в ушах, такой он был липкий. И двинулся вперед, круша сухие стебли сорняков, выступавшие над поникшей серой травой.
Впереди распростерлось что-то похожее на груду грязного тряпья, и Олег завернул влево, чтоб обойти ее, но тут «груда» подняла голову и оказалась бомжеватого вида человеком со спутанными волосами неопределенного цвета и клочковатой длинной бородой. Густые брови сходились к переносице, из-под нее сонно таращились маленькие глазенки, мутные, как вода в мусорной речке. Глазенки моргнули и скосились на багровый горбатый нос с бородавкой посредине.
— Кто вы? — спросил у кучи Олег, не выпуская бутылки.
— Да… Даунгрейд. — икнув, представился незнакомец. — А ты?
— Олег. — ответил Олег. — Вы не могли бы сказать, где я нахожусь и как мне отсюда…
— Ты в Г. - перебил его Даунгрейд. Язык у него заплетался, и странно было, как он еще мог произнести свою многотрудную фамилию. — В зоне Г Нижнего Мира.
Внезапно взгляд его остановился на бутылке и разом прояснился.
— Пить! — повелительно простонал он. — Пить!
— Но может, вам… Может, я лучше отведу вас к во-он тому ручью?
Даунгрейд отрицательно покачал головой (отчего та незамедлительно съехала на бок) и потянулся к бутылке полупрозрачной костлявой лапой.
— Пить! — повторил он. На этом силы его иссякли, и Даунгрейд вновь стал грудой тряпья.
Олег испугался: перспектива вновь остаться одному в этом безумном мире его не радовала. Решив, что чем-то всегда надо жертвовать, он протянул бутылку бомжеватому…
Даунгрейд моментально ожил, залпом выдул бутыль («Во дает!» — изумился Олег), крякнул и занюхал рукавом.
— Что ж, ч-человече, — уже почти связно произнес он, — Ты, как я понял, пришел сюда из Верхнего Мира. И я, как…
— Простите, — перебил его Олег, — а куда я, собственно, попал?
— В НИЖНИЙ Мир. — проскрежетал алкаш, дивясь непонятливости Олега. — Неужто не ясно? И даже я, как в-великий маг и добрый волшебник…
Тут он слегка запнулся, и чахлые осинки на том склоне оврага пригнулись, словно в реверансе.
«Да он сумасшедший! — понял Олег, жалея, что отдал бутылку — свое единственное оружие. — И эти деревья тоже, раз ему верят».
— Ч-что? — нахмурился Даунгрейд. — Ты мне не веришь? Не уважаешь, значит? Да я тебя в инфузорию превращу, во!
— Верю, верю. — поспешно пробормотал Олег, прикидывая пути к отступлению. Связываться с пьяным, сумасшедшим и агрессивным бомжом ему не хотелось.
— А зря. — внезапно сменил гнев на милость Даунгрейд. — Никому нельзя верить в этом мире. Обман, кругом обман.
Он покачал косматой головой.
— И вам тоже? — удивился Олег.
— Никому. — зажмурился Даунгрейд.
— Тогда выходит, что я не должен верить, что все тут — ложь?
— Хороший ты человек. — вздохнул «кудесник» и даже прослезился. — Наивный. Да только не протянешь ты долго в нашем мире. Вот разве что…
Он вытащил из-за пояса кинжал и протянул Олегу.
— Пружинный. Нержавеющий. Последнее слово магии. Нажмешь на вот эту пипочку — и он превратится в меч.
Олег послушно нажал. Что-то щелкнуло, и в руке у него оказалось метровое лезвие.
— неожиданно пьяным голосом продекламировал маг. И добавил чуть смущенно:
— Прости, ножен нет. Пропил.
Олег осмотрел оружие. Вороненный клинок покрывали золоченые письмена, напоминавшие руны — правда, рун Олег никогда не видел, но представлял их похожими на эти витиеватые значки.
— А как же вы… — начал он.
— Не наворожил себе бутылку? — прочел (а может быть, угадал) его мысли маг. — А ты бы смог ворожить в таком состоянии, человече?
— Да куда там. — согласился Олег. В таком состоянии он как-то не бывал.
— И не надо. — одобрил его маг. — Успеешь еще.
Они помолчали. Потом заговорил Олег:
— А вы не могли бы…
— Увы, мой юный друг. В этом мире ты можешь попасть из зоны в зону, да назад уже не вернешься. И даже я, великий маг и кудесник Даунгрейд, не в силах помочь тебе. Этим миром повелевает сам С…
При этих словах земля под ногами вздрогнула, будто испуганный зверь, а кроны осин на том берегу затрепетали в неподдельном ужасе.
— Сам Эс? — переспросил Олег. — Сатана, что ли?
— Куда там вашему сатане… — отмахнулся маг. — С — лицо энтропии и хаоса, стихия, несущая распад и разрушение. Он создал второй закон термодинамики — и лишь он дает своим подданным нарушать его, ибо нет закона, который нельзя было бы преступить. Только С в силах помочь тебе.
— Но как мне его найти?
— Очень просто, добрый ты молодец. Все дороги приводят к С, в его зону. Куда бы ты ни шел в этом мире, что бы ни делал — ты попадаешь в Ж, потом в Г, потом в Д и наконец в С. - пояснил Даунгрейд. — Так иди же и будь благословен!
Он поднял руку, пытаясь начертать в воздухе какой-то магический знак. Но та дрожала, тряслась с перепою так, что пальцы сливались в сплошное мелькание, как лопасти вертолетного винта.
— Ах, Эс! — выругался маг. — Благословить и то не могу. Да ладно, зато у меня вот чего есть.
Он порылся в засаленных складках своей хламиды и вытащил оттуда огромный, слипшийся и сильно помятый бутерброд.
Это был самый большой бутерброд, виденный когда-либо Олегом. Между двумя здоровенными ломтями ситного хлеба, похожими на подошву солдатского сапога сорок шестого размера, смутно проглядывали сквозь налипшую крошку слои масла, сыра, ветчины и еще чего-то, похожего не то на черную икру, не то на глаза от килек.
— Спасибо, спасибо, я не голоден! — отшатнулся Олег.
— Оголодаешь еще. — заверил его маг, наколдовывая котомку. Серая мешковина казалась потертой, но чистой. На кожаном ремешке блестела бляха с буквами «Маdе in Сhinа». — Вот, держи.
Олег неохотно принял котомку с бутербродом.
— И помни: не простой это бутерброд, волшебный. Не портится, не черствеет. Ты его ешь, а он заново отрастает. Главное, кусочек оставить на развод.
— С-спасибо большое. — в третий раз пробормотал Олег.
— На здоровьице!
Маг как-то истаял, сморщился — и осел грудой пустого тряпья.
«Исчез, — понял Олег. — Нультранспортировался».
— Эй, уважаемый! — спохватился он. — А люди то-хоть тут есть?
— Тут все есть! — прошелестела груда тряпья. И добавила уж вовсе тихо: — Берегись гнумов!
— Кого? — переспросил Олег. Но груда тряпья не ответила — не то маг ушел слишком далеко, не то просто заснул с перепою.
ЗОНА «Г». БЕСПРИЗОРНЫЙ РОБОТ
Олег спустился по склону к реке. Она бурлила и кипела, крутила грязные хлопья пены — но перед Олегом вдруг вздыбилась и расступилась, поднявшись огромной жидкой аркой над головой. Обнажилось черное дно.
«Ну что ж, спасибо тебе, Даунгрейд.» — мысленно поблагодарил Олег и шагнул вперед.
Держа в одной руке тапочки, а в другой — волшебный кинжал, с котомкой на плече Олег брел по дну, увязая в топкой жиже, скользя по гальке и перешагивая через острые бутылочные осколки. И откуда они тут, в этом безлюдном мире? Даунгрейд набросал их или загадочные гнумы? Да не все ли равно!
И вновь клочковатая лента реки сомкнулась, тяжело обрушившись в свое нечистое русло. Но Олег был уже на суше — вытирал ноги о жухлые пряди травы.
Вверх по крутому склону карабкаться было тяжело. Олег опирался на меч, как на посох, но тот глубоко уходил в землю, и приходилось на каждом шагу его вытаскивать. В конце-концов Олег плюнул, нажал на кнопочку, и длинное лезвие с лязгом втянулось, оставив в руке прежний полуметровый кинжал.
С кинжалом за поясом Олег влез наверх, передохнул. Выдернул стебелек с ярко-красными продолговатыми ягодками, сорвал одну губами, пожевал. И сморщился от терпкой горечи, наполнившей рот.
Остановился, прислушиваясь. Ни птичьих криков, ни жужжания насекомых. Даже комаров, и тех нету. Лишь где-то вдали, за деревьями, раздавался какой-то резкий звук — будто скрежет жести. И Олег направился туда — по голой рощице с твердой, будто утрамбованной землей, местами забросанной обрывками газет и пустыми пивными банками. Скрежет становился все ближе и ближе — ага, вон там, за черными колючими кустами…
Олег сделал еще несколько шагов, раздвинул шипастые ветки и замер, как вкопанный.
Прямо перед ним по пустырю, скрипя шарнирами и гудя, прохаживался… робот. Самый настоящий, на шести суставчатых паукастых ногах из местами блестящей, а местами уже проржавевшей стали. Корпус его был похож на большой плоский ящик четыре метра на два и высотой в полметра, к которому крепились кили и гребни типа самолетных стабилизаторов. Кили и гребни были увешаны чем-то, похожим на маленькие пушки, ракеты и даже штык-ножи.
Двигалось это чудо враждебной техники неуклюже и вроде бы безо всякой заметной цели — его траектория заставляла вспомнить о таком же беспорядочном Броуновском движении. Оружие на его боках так же беспорядочно поворачивалось, словно ища подходящую жертву.
Внезапно кибер прекратил свои метания и медленно, но вполне целеустремленно попер на Олега, притаившегося в кустах. Тот покрепче сжал колдовской меч…
«Да разве ж его клинком возьмешь! Тут бы гранату!» — раздосадованно прошептал Олег, потихоньку пятясь задом. Подставлять вооруженному противнику спину ему не хотелось.
— Гра-на-ту. — неожиданно проскрежетала шестиногая жестянка, тупо уставившись на Олега зенками-фарами. — Гра-на-ту.
— Стой! — скорей от страха, нежели произвольно пискнул Олег. — Стой, говорю!
— Го-во-рю… Го-ворить… Я го-ворю, ты говоришь, он говорит, она, оно, мы говорим… — забубнил кибер, но приказ выполнил, замер. — Вы говорите, они говорят… Кибер должен подчиняться человеку. — безо всякой связи закончил он.
Похоже, у кибера что-то не в порядке было с микросхемами.
— Ты кто? — задал глупый вопрос Олег, постепенно опуская меч.
— Я робот-толмач. Модель КРТ-75А. Перевожу, толкую. Запоминаю.
— А зачем тогда пушки, ракеты… ножи? — поинтересовался Олег.
— Да чтоб общаться с такими, кто понимает только язык силы. — пояснил робот. — А потом я делаю так!
Он встал на дыбы, издал воинственный клич в стиле Кинг-Конга и затарабанил железными кулаками передних ног по стальному днищу. Звук получился такой, что Олег отпрянул, зажимая уши.
— Изготовлен в 2543 году Новой Эры специально для экспедиции Пьера Чеффа. Прослужил шестнадцать лет, был списан как устаревшая модель. Направлен на переплавку. — поведал свою печальную историю кибер. — А потом кто-то сказал, что я полное… полное… слово забыл, и я попал сюда. Сю-да. Сю… — его снова заело.
Поделиться книгой: