Чужой: Завет. Начало

Несмотря на мягкость тона, его комментарий будто обжигал. Управляющий по фамилии Дэвис съежился в кресле. Президент компании повернулся к остальным.

– Что до меня, то я считаю так: люди, которые руководят «Дзютоу», могут пойти на что угодно. Я это знаю, потому что мне приходилось иметь с ними дело задолго до недавних событий. Пока у нас нет доказательств, что это дело их рук. Было бы преждевременно выдвигать против них прямые обвинения – не говоря уже о том, что это может оказаться клеветой. Прежде чем мы сможем рассмотреть открытое выступление, нам потребуется больше, чем гипотезы.

– Признание от одного из их агентов может стать хорошим первым шагом, – заметил управляющий «Ютани».

– Несомненно, – Ютани сложил руки перед собой на столе. – К несчастью, у нас нехватка кандидатов, поскольку двое мертвы, а третий удачно растворился на лондонских улицах. У нас нет свидетелей и нет доказательств вины «Дзютоу», – он откинулся в кресле и глубоко выдохнул. – У нас есть только наши подозрения.

Допив стакан виски, управляющий, который говорил незадолго до этого, потянулся, чтобы наполнить его заново. Когда Хидео Ютани повернулся к нему, мужчина замер с протянутой к графину рукой. Президент компании раздраженно махнул ему рукой.

– Давай, побалуй себя, Широ. Может, виски вдохновит тебя на пару идей. Похоже на то, что трезвыми мы ничего не добьемся.

Это было разрешение пить, а не напиваться. Широ, как и все прочие, легко читал между строк. Еще двое управляющих налили себе крепкий напиток. Их товарищи ограничились водой. Спустя некоторое время тишину нарушила британская управляющая.

– Если за этим стоит «Дзютоу», что они получат, остановив отправку «Завета»?

– Думаю, ответ на этот вопрос очевиден, – сказала Дженни Ютани. – Чем дольше они удерживают «Завет» от старта – повреждая сам корабль, подвергая опасности экипаж или каким-то образом удерживая нас от разрешения на отправление, – тем вернее компетентность руководства «Вейланд-Ютани» окажется под вопросом. Когда на кону стоит столько жизней – речь о будущем космической колонизации, – начнут задавать больше и больше вопросов. И общественное мнение начнет оборачиваться против нас. Со временем будет поставлена под сомнение легальность слияния корпораций.

Она оглядела собравшихся.

– Хорошо бы это был просто вопрос бизнеса компании. Но медиа начнут кричать о «судьбе человечества» и «жизнях невинных людей». Трудно сражаться с чем-то неосязаемым. А пока мы будем вынужденно бороться с подобными вещами, «Дзютоу» при помощи разнообразных правительств будет работать за кулисами, чтобы подкопаться под нас и поставить под сомнение статус слияния.

– Ничто не разорвет союза «Вейланд» и «Ютани», – заговорил Дэвис с очевидным волнением в голосе. – Ни другие компании, ни отдельные личности, ни даже правительства. Ничто!

По ходу высказывания он все повышал голос.

Хидео Ютани посмотрел на него сузившимися глазами.

– Мистер Дэвис, мы все разделяем убежденность в крепости нашего союза и в нашем корпоративном будущем. Ваш энтузиазм достоин похвалы, но на этом собрании неуместен. Мне нужны ответы, а не подкрепление уверенности, – он ободряюще, но холодно улыбнулся. – Вы выглядите усталым. Немного свежей воды на лицо поможет вам прийти в себя и успокоиться.

Дэвис побледнел. Это было почти увольнением. Поднявшись, он обошел стол и двинулся к дверям зала заседаний. Двери, такие же прозрачные, как и стена вокруг, открылись при его приближении. Никто на него не смотрел. После того как двери закрылись за Дэвисом, обсуждение в зале заседаний продолжилось без него.

Взяв себя в руки, он направился к корпоративной туалетной комнате, которая располагалась поодаль. По дороге он случайно бросил взгляд на другую прозрачную стену, которая отделяла приемную от остальных офисов на этаже. В такой поздний час там не было ни секретарей, ни официальных встречающих, только корпоративные телохранители, которые сопровождали некоторых управляющих, включая босса и его дочь.

Дэвис озадаченно приостановился.

Телохранители оказались очень заняты. Три фигуры, затянутые в черное, вступили в рукопашную схватку с четверкой представителей службы безопасности. Казалось, все, что он видит, происходит в замедленной съемке: разоружение телохранителей, применение режущего оружия, брызги крови на внешней стене. Ни телохранители, ни нападавшие не заметили ошеломленного, взирающего на них через стекло управляющего – они были слишком заняты.

Дэвис повернулся и побежал. Нащупав свой коммуникатор, он позвонил на пост охраны внизу, чтобы поднять тревогу. Казалось, прошли часы, прежде чем те ответили. Будучи слишком испуганным, чтобы говорить громко, он прошипел тревожное сообщение в комм. Ворвавшись, наконец, обратно в зал совещаний, он проигнорировал как изумленные взгляды коллег, так и выражение немого гнева на лице Хидео Ютани.

– На нас напали! Наши люди дерутся с… я не знаю, с кем они дерутся!

Один из его коллег резко поднялся.

– Это невозможно! Никто не может добраться до этого этажа, не подняв тревогу!

Дэвис резко повернулся к нему.

– Скажи это нападающим с их долбаными мечами! Пойди и скажи им, что их присутствие здесь невозможно, – он посмотрел на Ютани. – Я сообщил в Центральный пункт. Они должны уже двигаться к нам. А пока, думаю, нам стоит воспользоваться любым доступным путем для экстренной эвакуации.

– Нам пришлось бы выбираться на крышу, – глава корпорации сохранял спокойствие, хотя выражение лица говорило об обратном. – Если нападающие уже во внешнем офисе, дорога к лифтам закрыта, – он оглядел членов совета директоров. – Придется ждать здесь и надеяться, что наши люди одержат победу.

– А если о-они не в-выиграют? – спросил второй мужчина из представителей «Вейланд».

– Будем действовать по обстоятельствам, мистер Бекман, – Ютани потянулся к собственной бутылке «Ямазуки». – Тем временем я предлагаю нам последовать примеру Ариоки-сан и укрепить себя насколько получится, – заполнив стаканчик наполовину, он отсалютовал англичанину. – Аплодирую вашей быстрой реакции и своевременному оповещению охраны, мистер Дэвис. При удаче наши люди задержат нападавших в коридоре, пока не прибудет служба охраны здания, – он обнадеживающе улыбнулся остальным. – Это не должно занять много времени.

8

Пятью минутами ранее…

Телохранители были хорошо обучены, но час был поздний, они устали, и не было никаких особенных причин оставаться настороже или проявлять особенную бдительность. Казалось, что им придется просто переговариваться, вполглаза приглядывая за лифтами, и ждать своих нанимателей, которые совещались в зале заседаний. Текстовые оповещения и звуковые сигналы тревоги дали бы знать, если бы какой-нибудь из лифтов двигался в эту сторону.

Когда облаченное в черное трио появилось из взломанной служебной шахты, индикаторы лифтов все еще не горели. Только один из четырех вооруженных охранников услышал, как тихо открылись двери в другом секторе этажа. Оглянувшись, он достал из наплечной кобуры пистолет. При первом признаке движения телохранитель начал выкрикивать предупреждение своим напарникам, но получил в горло сюрикеном с электрическим двигателем и миниатюризованной системой навигации, которая безошибочно привела оружие к цели.

Немедленно оценив ситуацию, остальные телохранители успели сделать несколько выстрелов. По большей части они промахнулись. Две попавшие в цель пули отразила гибкая броня, скрывавшаяся под черной одеждой нападавших. Те же в свою очередь предпочитали более традиционные – несмотря на самонаводящиеся метательные звезды – методы убийства. Например, ножи.

Как и их противники, телохранители тоже носили броню под одеждой. Это, впрочем, не спасло их от модифицированного по современным стандартам традиционного оружия, которым нападавшие мастерски владели. Одному телохранителю, пока он бежал к противнику, досталась метательная звезда в лоб. Древний аналог этого сюрикена просто ранил бы его.

Наличие крошечного двигателя и системы управления привело к тому, что модернизированная звезда прошла сквозь кожу, плоть, кости и мозг, после чего вырвалась с другой стороны и ушла в дальнюю стену. Миниатюрный двигатель продолжал работать. Вверх через открытую рану из разрезанных артерий брызнула кровь. Мужчина пошатнулся и остановился, а потом повалился набок. Его глаза все еще были открыты.

Еще одному телохранителю удалось сойтись со своим противником врукопашную. Телохранитель оказался крупнее нападавшего, и мощная рука отбила удар оппонента в сторону. Тот немедленно разжал пальцы, которые сжимали нож.

Керамический клинок вырвался из его руки и под управлением встроенной в глаз своего владельца сенсорной микросхемы вонзился в горло изумленного телохранителя. Тот отшатнулся и схватил толстыми пальцами рукоять самодвижущегося оружия. Он старался двумя руками оторвать от себя нож, но двигатель оружия продолжал работать, стараясь толкнуть острие глубже. На прежде безукоризненно чистую куртку телохранителя струилась кровь из пробитой сонной артерии.

Один за другим окровавленные телохранители падали на пол. За этим последовала сюрреалистичная сцена. Совет директоров «Вейланд-Ютани» со смесью изумления и ужаса наблюдал за тем, как нападавшие переступили через четыре тела и направились к залу для совещаний.

* * *

Когда нападавшие оказались на виду, Хидео Ютани, не изменяя своей знаменитой самоуверенности, принял равнодушный вид. В то время как остальные члены совета директоров проявляли разную степень тревоги и даже страха, миниатюрный Такеши полностью игнорировал происходящее. Он сосредоточился на том, что не торопясь и методично опустошал нетронутую бутылку «Ямазуки-24», стоявшую перед его соседом.

– Все сохраняйте спокойствие, – сказал Ютани, когда фигуры в черном показались по ту сторону стеклянной стены.

Ножи в их руках выглядели угрожающе и были покрыты кровью, отчего ему стало гораздо сложнее сохранять невозмутимость. Тем не менее он считал это своим долгом.

– Эти бандиты находятся по другую сторону стены из толстого кварцевого стекла, – продолжил он. – Я не вижу взрывчатки, а код доступа меняется каждый день, так что у них его быть не может.

Он обменялся взглядом с Широ. Молодой директор опустил коммуникатор и медленно покачал головой. Ютани кивнул в ответ. Нападавшие определенно были бы глупцами, не позаботившись о блокировке связи перед тем, как врываться в здание.

Ютани повернулся обратно к стене и стал наблюдать за тем, как двое нападавших развернули одинаковые лазерные сверла. Один начал проплавлять дыру в стене, а его напарник принялся работать над запорным механизмом. Некоторые из директоров отступили в глубину зала. Третий из группы нападающих занимался тем, что собирал из частей что-то похожее на водяной пистолет промышленного класса.

Как только первый человек проплавил дыру в стене, он отступил в сторону, чтобы дать дорогу напарнику с похожим на пистолет прибором. Тот просунул в дыру ствол и выстрелил.

Дэвис вместе с женщиной из лондонского офиса нырнули под кипарисовый стол, еще несколько их коллег попытались найти укрытие где-нибудь еще. Но оружие стреляло не пулями. Вместо этого в воздухе неожиданно разлился слабый запах – по иронии судьбы – цветущих вишен.

Столешница защитить не смогла. Прежде чем упасть на покрытый толстым ковром пол, Дэвис успел подумать, что запах оказался довольно приятным. Такеши, который уже наполовину потерял сознание от непрерывного поглощения дорогого виски, отключился, положив голову на стол.

* * *

К тому времени, как оператор второй дрели прорезал дверь и троица вошла в зал, внутри все были уже без сознания. Сзади доносился отдаленный гул, который говорил о том, что работает главный пассажирский лифт.

– Живее! Они идут!

Сказавший это человек понесся по коридору обратно. При помощи лазерной дрели он начал заваривать двери сначала одного лифта, потом следующего. Это не остановило бы ехавших в лифтах охранников, но могло их замедлить. Остальные охранники, без сомнения, осторожно пробирались по пожарным лестницам – они должны были подниматься медленно, ожидая встретить сопротивление.

– Держи!

Пока один из оставшихся подхватил потерявшую сознание Дженни Ютани под руки, его напарник достал из поясного кармана маленький цилиндрический пульверизатор, поднес его к носу женщины и дважды нажал. Когда та начала моргать и кашлять, он быстро заткнул ей рот кляпом. Антидот был таким же сильнодействующим, как и яд, которому он противостоял. К тому времени как руки Дженни стянули за ее спиной, а ноги связали в коленях, она полностью пришла в себя.

– Она проклинает нас взглядом, – заметил первый. – Радуйся, что не можешь услышать, что она думает.

Не обращая внимания на приглушенные протесты, они наполовину вытолкали, наполовину вытащили ее из зала. Заметив, как она бросила тревожный взгляд назад, мужчина с пульверизатором поспешил ее успокоить:

– Не волнуйся. Они поспят час и проснутся с ужасной головной болью, но газ не смертелен. Даже твой невежественный бесчувственный отец к рассвету будет прекрасно себя чувствовать.

На пути к служебному лифту она начала с ними бороться, и мужчина добавил более резким голосом:

– Не дергайся. Если ты упадешь, нам это пользы не принесет, а тебе будет еще хуже. Мы просто тебя потащим, и без нежностей.

* * *

Она бросила на него испепеляющий взгляд, но послушалась, сочтя, что это все – лишь тщательно разработанное похищение. Ее похитители свяжутся с отцом, они согласуют размер соответствующего выкупа. Выкуп заплатят, множество людей из отдела безопасности уволят, и жизнь вернется к норме.

Когда они проходили через зону ожидания, Дженни увидела сцену побоища, которое там произошло, и ее глаза расширились. Телохранители лежали в неестественных позах, а с лиц, которые ей удалось увидеть, незряче смотрели раскрытые глаза. Кровь из их тел стеклась воедино, образовав вокруг большую лужу.

После этого похитители начали заталкивать ее в кажущуюся темной и пустой шахту лифта. Как раз перед тем, как ее впихнули внутрь, Дженни споткнулась, испустила придушенное проклятье и почти упала – на правой туфле отломился каблук. Несколько секунд чистого ужаса сменились облегчением: вместо падения на сотню этажей до служебных помещений на дне лифтовой шахты она стояла на плоской надежной платформе.

Двое мужчин встали у нее по бокам, а через миг к ним присоединился последний из группы.

– Ты взорвал дверь на аварийную лестницу? – спросил один из ее захватчиков, когда за ними закрылись двери лифта. Третий мужчина кивнул. Ютани жалела, что не может разглядеть ничего кроме их глаз – костюмы, как у ниндзя в старых фильмах, полностью скрывали лица.

– Я оставил щель, чтобы в самый раз, – мужчина указал в ту сторону, откуда пришел. – Когда они обыщут этаж, первым делом заметят открытый аварийный выход. И подумают, что мы где-то на крыше, ждем вертолет.

Не видя их лиц, Ютани все-таки могла слышать голоса. В качестве первого предположения она решила, что только один из похитителей был японцем. Остальные говорили совершенно по-европейски. Любопытно. Как минимум это предполагало, что якудза здесь не замешаны. Не-японцы в рядах якудза встречались так же редко, как снежные обезьяны в частной сауне.

Переносная складная платформа начала опускаться. Ее двигатель работал практически бесшумно. Дженни, чей рот был заткнут кляпом, осознала, что прибывающие охранники его не услышат. Они предположат – по крайней мере, поначалу, – что тщательно охраняемая служебная шахта никем не используется. Похитители и их жертва опускались в тишине. Вместо элегантных зеркальных стен со всех сторон их окружали лишь голые стены шахты. Дженни показалось, что за стеной она слышит охрану, которая бежала на девяносто седьмой этаж. Она попыталась закричать, но рот ей заткнули профессионально. Дженни могла издавать лишь приглушенные звуки. Ее похитители ничего не сказали о ее попытках кричать, но по выражению глаз казались очень довольными.

Опустившись до второго уровня гаража, они оставили переносной лифт и вытолкнули Дженни из шахты. Увидев двух мужчин в рабочих костюмах, которые, кажется, работали над проводкой и контрольным щитом, Дженни на миг ощутила прилив надежды. Но это ощущение длилось только до того момента, когда один рабочий поспешно собрал инструменты и начал обходить фургон спереди, в то время как его напарник быстро распахнул заднюю дверь машины и отступил в сторону.

Похитители понуждали ее идти вперед. Дженни постоянно спотыкалась, пока не ухитрилась сбросить левую туфлю – вместе с ее оставшейся без каблука парой. Оставшись босиком, она не сопротивлялась, когда мужчины втянули ее в фургон. Ремонтник, который стоял у машины, захлопнул за ними дверь. Дженни слышала его шаги: он спешил в переднюю часть фургона, чтобы присоединиться к напарнику.

Похитители положили ее на пол на спину, и из-за смены положения Дженни начала задыхаться. Один из нападавших, который работал с дрелью, наклонился над женщиной и спокойно посмотрел в глаза.

– Если задохнешься до смерти, ни нам, ни тебе пользы это не принесет, – он протянул руку к ее лицу. – Я хочу вынуть кляп. Поднимешь голос выше, чем нужно для разговора, и я засуну его обратно. И неважно, задохнешься ты или нет. Поняла?

Дженни кивнула. Пока он осторожно вынимал кляп, она прикидывала возможности. На этот момент даже наилучшие варианты казались малореальными. Ну и ладно, решила она. Если нельзя сбежать, можно слушать. Все, что ей удастся узнать, может оказаться полезным для полиции. Это означало, что ей надо было заставить их говорить дальше.

– Очень профессионально, – тихо заметила она. – Я бы выразила восхищение, но убить вас хочется больше. Я видела, что вы сделали с нашими защитниками. Значит, вы все виновны как в похищении, так и в убийстве.

– Ютани ставит под угрозу непредставимое количество жизней, – объявил один одетый в черное похититель.

Другой, который, казалось, руководил остальными, быстро заставил его замолчать. Такая реакция, как казалось Дженни, сама по себе могла указывать на что-то значительное. Но на что?

– В зале собрания повсюду лежали тела, – она с трудом сглотнула. – Это правда, что мой отец и его подчиненные живы?

– Я уже тебе говорил, они просто спят, – слегка приподнявшись, лидер выглянул в лобовое стекло между водителем и его помощником, потом снова опустился на колени рядом с Дженни. – Они проснутся с головной болью и, если повезет, с угрызениями совести, – помедлив, он добавил: – Мы не стали бы убивать ваших телохранителей, если бы они не оказали сопротивления.

– Ты хочешь сказать: если бы они не стали выполнять свою работу, – резко ответила Дженни.

Это его не смутило.

– Верь, во что хочешь. Я не стану обсуждать с тобой частности.

– Как насчет этики? Поговоришь со мной об этике? Этике убийства и похищения?

Похититель посмотрел на нее сверху вниз, и Дженни ошеломленно поняла, что он едва не плачет.

– Ты не станешь спорить со мной об этике, мисс Ютани. Или с кем-либо из моих товарищей. Ты проиграешь. Всухую.

Обдумав этот своеобразный ответ, она попробовала зайти с другой стороны.

– Мой отец заплатит любой выкуп, какой вы потребуете. Валютой, по счету или в электронном виде – все, что скажете.

– Заплатит ли? – трое мужчин в черном переглянулись.

Дженни показалось, что по какой-то причине она их позабавила.

– Посмотрим, – лидер снова посмотрел на Дженни. – Деньги нас не интересуют. То, что нам нужно, то, о чем мы будем вести переговоры с твоим отцом и его советом директоров, – это…

Один из похитителей сделал жест, словно хотел прервать лидера, но тот отмахнулся.

– Неважно, узнает она сейчас, или позже, – лидер снова обратил внимание на Дженни. – Мы хотим – мы требуем – чтобы «Вейланд-Ютани» отменила миссию «Завета».

Дженни была поражена.

– Значит, вы не просто обычные похитители. Вы фанатики, – она поняла, что иметь дело с такими похитителями будет сложнее. – Знаете ли вы, что «Вейланд-Ютани» вложили в миссию «Завета»? Имеете ли хоть какое-то представление о цене? Не просто для компании – для сотен семей колонистов, которые продали все, что имели, и попрощались навсегда со всеми друзьями и родственниками на Земле? Вы пытаетесь уничтожить их мечту!

– Возможно, – ответ главаря похитителей звучал на удивление устало. – Но еще мы спасем их от кошмара – а заодно и всех остальных тоже.

Несколько секунд Дженни пыталась осознать, о чем он говорит, но в итоге непонимающе покачала головой.

– В этом нет никакого смысла. Но, вероятно, не стоит ожидать от фанатиков, которые действуют алогично, разумного разговора. Разве что, – попробовала она потянуть за другую нить, – вы работаете на синдикат «Дзютоу».

– Дзю?.. – главарь не договорил. Он посмотрел на подчиненных, и все трое тихо захихикали.

Снова это была не та реакция, на которую рассчитывала Дженни. Когда приступ неуместного веселья наконец прошел, лидер снова опустил на нее взгляд.

– Возможно, нашу высшую цель тебе объяснят, возможно, нет. Это будут решать другие. Тебе, твоему отцу и остальным в «Вейланд-Ютани» достаточно понять, что миссия «Завета» должна быть сдана в утиль. Не отложена. Отменена. Навсегда.

Дженни сжала губы.