Лето диких цветов

От этого момента их отвлекло жужжание телефона, который он оставил на столе.

Он нахмурился, взглянув на дисплей, но новость показалась ему важной.

– Извините, я ненадолго выйду, нужно поговорить по делу. – Саймон встал и вышел из кухни, чтобы перезвонить.

Роуз взглянула ему вслед, тоже поднялась и поставила форму с остатками пирога обратно в духовку. Она чувствовала, как горят ее щеки, и от этого ей было немного неловко. Как давно мужчине удавалось выбить ее из колеи одним пристальным взглядом или улыбкой? Роуз и припомнить такого не могла, но это было опьяняющее чувство, поэтому она просияла, когда вскоре Саймон Филдинг вернулся на кухню. Но выглядел он подавленным.

– Мне очень жаль, но мне придется вас покинуть. – Сокрушаясь, он покачал головой. – Я совсем забыл, что сегодня вечером меня еще ожидает благотворительный ужин.

Улыбка Роуз исчезла, и внезапно она словно протрезвела.

– Тогда не заставляйте ждать свою подругу, – произнесла она, стараясь скрыть свое разочарование. Разумеется, он был несвободен. Как Роуз вообще могла предположить, что он…

– Свою мать, – поправил он. – Сегодня вечером она устраивает один из своих многочисленных благотворительных банкетов. И не спрашивайте меня, какой цели он посвящен: моя мама состоит в стольких комитетах, что она сама, наверное, потеряла им счет. Но она ожидает, что мы с отцом поддержим ее начинания. Я пообещал прийти. Поэтому по телефону она была довольно несдержанна. В общем, мне не стоит заставлять ее долго ждать.

Роуз понимала, что такое объяснение не должно ее успокоить, но она все же улыбнулась снова.

– Да, жаль. Но это, конечно, важнее, – сказала она и проводила его до двери.

На прощание Саймон Филдинг протянул ей руку и держал ее ладонь в своих чуть дольше необходимого.

– Моя подруга, впрочем, непременно тоже отправилась бы на этот ужин, если бы она у меня была, – произнес он и снова мило улыбнулся, от чего все в животе Роуз стянулось в узел.

На какой-то миг время для Роуз остановилось, когда она взглянула Саймону в глаза, а когда он отпустил ее руку, она заметила, что затаила дыхание.

– Я бы с удовольствием остался еще ненадолго, – сказал он. – Но мы все равно скоро услышим друг друга.

– Я сообщу, как только дозвонюсь до Зои, – заверила она его еще раз и посмотрела ему вслед, пока он шел к машине.

После того, как Саймон Филдинг ушел, Роуз закрыла дверь и, беспомощно улыбаясь, прислонилась к ней спиной. «Что за первый вечер в Лондоне!» – подумала она и снова мысленно прокрутила в голове каждую его деталь. Неужели Саймон Филдинг действительно намекал ей, что свободен? И будет ли он на самом деле рад увидеться с ней снова?

«Господи, да уймись уже», – уговаривала себя Роуз. Она совсем его не знала, поэтому вполне вероятно, что он строит глазки каждой встречной женщине. Однако она чувствовала себя как-то по-особенному, потому что много времени прошло с тех пор, как она сама интересовалась каким-то мужчиной. Но ведь Роуз могла себе это позволить: в конце концов, она тоже была свободна. И из этих отношений вряд ли сразу выйдет что-то серьезное. Она пробудет в городе совсем недолго, а потом не станет отчитываться, с кем провела это время. Эта мысль вдруг взволновала ее еще больше, чем прежде.

Роуз решительно оттолкнулась от входной двери и помчалась к гардеробу, где висела ее сумочка. Она вытащила мобильник и набрала номер Зои, но, как и в предыдущий раз, ее звонок перенаправился на голосовую почту. Поэтому она набрала номер телефона в пляжном доме и долго слушала гудки. Но и там никто не взял трубку.

«Странно», – подумала Роуз и взглянула на часы. Собственно, она надеялась, что Зои к этому времени вернется. Наверное, стоит попытаться позвонить позже. Или завтра рано утром. Когда-нибудь она все-таки застанет подругу и выяснит, когда следует проводить осмотр.

Одно было ясно: теперь у нее появилась серьезная личная заинтересованность в успехе этого дела.

Она уже хотела повесить трубку, как вдруг на другом конце провода кто-то отозвался:

– Алло?

Роуз запнулась, потому что это был мужской голос. И к тому же она его сразу узнала.

– Джек? – спросила она, с удивлением качая головой. – Что ты делаешь у Зои?

Глава двенадцатая

Кто-то выкрикивал ее имя; голос звучал приглушенно, словно издалека, но постепенно становился громче:

– Зои! Зои, ради всего святого, очнись!

Она с трудом заставила себя открыть глаза, однако свет их слепил. Какое-то время она не могла сфокусировать взгляд, но все же ей это удалось.

– Джек?

Она увидела над собой его лицо и на миг решила, что это галлюцинация. Но потом почувствовала, как сильные руки подхватили ее, как голова очутилась на его коленях. Он с озабоченным видом осматривал Зои.

– Уильям заметил, как ты потеряла сознание! Что произошло? Тебе нехорошо?

Зои попыталась приподняться, и Джек помог ей, поддерживая за спину. Только теперь она заметила, что Уильям тоже вернулся и стоял рядом, испуганный и растерянный.

– Я и сама не знаю, мне вдруг все показалось таким странным, – сказала она, пытаясь успокоиться и прогнать страх, который охватил ее в первый момент.

Это не лопнувшая аневризма. Доктор Кашрани сказал, что разрыв сопровождается ужасными болями, а она ничего подобного не испытывала. Но аневризма находилась как раз в таком участке мозга, что из-за нее могло двоиться в глазах, могли возникать внезапные головокружения, – невролог тоже упоминал об этом. Правда, об обмороках речь не шла, но Роуз предположила, что она отключилась именно из-за аневризмы. И это ее очень испугало.

Многие пациенты с аневризмой даже не подозревают о ее существовании, и с Зои раньше было точно так же. Но теперь гипотетическая опасность вдруг стала очень реальной, от этого ноги подкашивались сами собой. Она снова попыталась встать, но не сумела.

– Сиди не двигайся, – велел Джек и ненадолго приложил руку к ее лбу. Его пальцы были теплыми, и Зои вдруг поняла, что ей холодно. Ее просто трясло, и Джек это тоже заметил.

– Я отвезу тебя вниз, в деревню, к доктору Корби, – сказал он, но Зои сразу замотала головой.

– Никаких врачей. Скоро все само пройдет, правда.

Чтобы доказать это, она вновь решительно попыталась подняться, и в этот раз Джек ей помог. Он продолжал крепко держать ее, и Зои уже не знала, от чего подкашиваются колени: от приступа головокружения или от близости Джека. Его запах был очень знакомым, и это вернуло чувства, о которых она не хотела вспоминать.

– Я… просто прилягу ненадолго. И потом мне наверняка станет лучше.

Она постаралась, чтобы голос ее звучал бодро, но все еще чувствовала себя не очень хорошо, и обратный путь в пляжный дом показался ей невероятно длинным. Ей нужна была помощь, и пусть эта мысль была для Зои невыносима, выходило так, что придется ее просить именно у Джека. Другого выбора не оставалось.

– Вы не проводите меня домой? – тихо спросила она и взглянула на него. Он все еще смотрел угрюмо, но кивнул утвердительно.

Вместо того чтобы поддерживать ее, как она ожидала, он просто взял Зои на руки и понес, а Уильям пошел следом.

– Опусти меня, я могу идти! – запротестовала она, но он спешил дальше, не обращая на нее внимания.

– Так будет быстрее, – ответил он, а Зои почувствовала себя слишком слабой, чтобы всерьез возражать ему. Она, усталая и все еще оцепеневшая, крепко обвила руками его шею и опустила голову ему на плечо.

– Я слишком тяжелая для тебя.

Эта отговорка лишь заставила приподняться уголок его рта, словно она сказала нечто совсем абсурдное.

И действительно, похоже, ему совершенно не составляло труда нести ее по неровной тропе, поднимающейся вверх. Джек даже не запыхался, когда они наконец подошли к его темно-зеленому джипу «Дефендер». Он осторожно опустил Зои и помог сесть ей в машину, а потом довез по короткой дороге до пляжного дома.

– Иди в пансион и скажи бабушке, что я скоро приду, – велел он Уильяму.

Мальчик кивнул и, бросив последний неуверенный взгляд на Зои, убежал, а Джек помог ей в доме. Теперь он не нес ее, но подхватил под руки и провел до дивана в гостиной, на который Зои опустилась с облегчением.

– Спасибо. – Она откинулась на спинку и слабо улыбнулась.

– Когда ты последний раз ела? – поинтересовался Джек.

– Сегодня в обед, – задумалась Зои, умолчав о том, что съела лишь йогурт и одно яблоко.

Роуз забила холодильник продуктами, но Зои просто не хотелось есть. Однако сейчас все изменилось, ее желудок громогласно заурчал при мысли о еде, и Джек это заметил.

– Я тебе что-нибудь приготовлю, – сказал он. – Чего тебе хочется?

– Не нужно. – Она покачала головой. – Я не хочу доставлять тебе хлопоты.

– Для этого уже немного поздновато, – с иронией улыбнулся он, но впервые с момента их встречи ей показалось, что в глазах Джека уже нет той злости, которая была вначале. – Омлеты у меня выходят хорошо и готовятся быстро. Или я найду что-нибудь другое. Сейчас посмотрю.

С этими словами он исчез на кухне, прежде чем Зои успела возразить. Она слышала, как Джек там хозяйничает. Зашипел горячий жир, и вскоре в гостиную потянулся чудесный аромат жареного бекона, от которого у Зои потекли слюнки. Она закрыла глаза, потому что усталость одолевала ее, и открыла только несколько минут спустя, когда Джек принес ей тарелку с яичницей, беконом и печеной фасолью.

– На самом деле не стоило, – настаивала Зои, однако жадно набросилась на блюдо.

Тем временем Джек снова отправился на кухню и вернулся уже после того, как она управилась с едой. Судя по доносившемуся шуму, он там все убрал и, кроме того, заварил чашку чая, которую поставил перед диваном.

– Тебе уже лучше?

– Намного лучше, – ответила Зои и вдруг смутилась, несмотря на благодарность, которую испытывала к нему.

Она не могла рассказать Джеку, что с ней на самом деле случилось, но ей следовало найти какое-то объяснение этому обмороку.

– Мне кажется, было слишком много впечатлений. Долгая поездка из Лондона, все воспоминания… – Она не закончила фразу и пожала плечами.

Джек сел на другой диван, стоявший напротив.

– Почему ты так поступила тогда? – Он говорил с упреком, но во взгляде больше не было гнева. Скорее удивление. – И почему приехала сейчас?

– Потому что это меня не отпускает. Я очень долго считала, что все прошло, что я оставила все позади. Но в последнее время… – Она сглотнула, подумав о предстоящей операции. – В последнее время это снова и снова крутится у меня в голове. Столько неразрешенных загадок, касающихся смерти Криса… И ответы я могу получить только здесь.

Джек фыркнул.

– А что изменилось с тех пор? Никто не знает, что случилось той ночью. Есть только предположения, не больше.

– И все же я хочу снова через это пройти, – настаивала она. – Когда я просмотрю полицейские документы, может, замечу что-то такое, что раньше не бросалось в глаза. Кроме того, я намерена еще раз поговорить на месте с людьми, которые все это видели. Например, с Гарри Оуэном из полицейской инспекции. Он тогда взялся за дело, так ведь? Он еще в Пендераке?

Джек кивнул.

– Он теперь начальник участка. Но наверняка новых сведений не появилось, иначе тебе сразу сообщили бы. И почему после стольких лет ты решила, будто сможешь выяснить что-то, чего не выяснила полиция?

Зои закусила нижнюю губу.

– Я не знаю. Но я все равно попытаюсь.

Джек внезапно поднялся.

– Делай то, что можешь себе позволить, – сказал он и снова взглянул на нее так же неприветливо, как прежде на утесе. – Мне нужно идти.

Он развернулся и направился к двери.

– Джек…

Он неохотно обернулся.

– Я никогда не верила, что ты имеешь какое-то отношение к смерти Криса.

На какой-то миг его взгляд застыл на ней, и Зои заметила, как изменилось выражение его лица. Этот момент промелькнул слишком быстро, чтобы она смогла понять его эмоции.

– До скорого, Зои.

Он подошел к двери, а в груди Зои болезненно защемило, когда она смотрела на Джека. Она не хотела, чтобы он уходил, поскольку вдруг испугалась, что, стоит ей остаться одной в этом доме, на нее сразу же нахлынут воспоминания. Весь день она не видела в этом проблемы, но тогда она и чувствовала себя здоровой. Теперь же ее все еще сковывал шок после потери сознания, и, пусть ей было тяжело и неприятно это признавать, но в присутствии Джека она чувствовала себя увереннее. Разумеется, она не могла ему об этом сказать, и, вероятно, это и не помогло бы. В конце концов, его ждали в пансионе, он все равно не сумел бы остаться. Поэтому Зои промолчала, глядя на его широкую спину.

Когда Джек уже подошел к двери, в коридоре зазвонил телефон. Это был беспроводной аппарат, который стоял на маленьком столике в зарядном устройстве. Зои беззвучно застонала от мысли, что ей придется встать и подойти к нему.

– Ты возьмешь трубку? – попросила она Джека. – Это наверняка ведь не мне звонят.

Он кивнул и исчез в коридоре. Она слышала, как он с кем-то разговаривает, а потом Джек снова вернулся в гостиную.

– Это Роуз, – произнес он с каменным лицом и протянул Зои аппарат.

Он развернулся, и спустя несколько секунд Зои услышала, как захлопнулся замок входной двери.

– Алло, – отозвалась она.

– Ох, хорошо, что я наконец до тебя дозвонилась. – Голос Роуз казался взволнованным. – Мне нужно срочно тебя кое о чем спросить.

* * *

Джек завел «Дефендер» и резко нажал на газ, машина рывком понеслась вперед. Какое-то время он выдерживал этот темп, потом нажал на тормоз, сбавил скорость и медленно подъехал к пансиону, огни которого виднелись издалека.

Он уговаривал себя и пытался больше не думать о том, что произошло за последние полтора часа. Но это ему не удавалось, он все время видел внутренним взором, как Зои потеряла сознание. Джек не мог припомнить, когда в последний раз так быстро бегал. В считанные секунды он оказался рядом с ней. И больше не имело значения, что он на нее злился и как они тогда расстались. Было важно лишь одно: чтобы она снова открыла глаза. Облегчение вытравило всю его злость и заменило чем-то, чего он сам еще не мог осознать. Это очень сбивало Джека с толку, потому что он не желал этого чувствовать.

«Мне нужны ответы, Джек».

Он шумно выдохнул воздух, вспомнив ее слова. И ее умоляющий взгляд.

Тогда он напрасно ожидал увидеть в ее глазах протест. Или, по крайней мере, хоть какое-то чувство. Но в них были лишь пустота и отрешенность, которые очень ранили его. Он был твердо уверен, что разочаровался в ней. Что ее любовь к нему оказалась несерьезной.

Но теперь…

Он покачал головой. «Нет, – подумал он. – Не думай об этом. Что случилось, то случилось. Возврата назад нет, только не после стольких лет». В этот момент у него было достаточно забот и с Уильямом.

Зои он ничего не должен. Если она непременно хочет продолжить расследование и бередить старые раны, то это ее дело, а не его. Это его больше не касается, словно он оказался в стороне. Все так просто.

Одним движением он развернул джип и остановил его рядом с «универсалом» матери, вышел из машины и громко захлопнул дверь. Потом с унылым видом зашагал ко входу в пансион.