Избранник. Борьба духов

Каждый день вместе с его дедом Димитрием куда-то ходили и возвращались поздно вечером. Дедушка использовал каждую минуту, чтобы передать своему внуку тайны, хранящиеся целых тысячу лет. Всегда в конце этих занятий снова и снова повторял, что придет время, когда он эти тайны передаст новому Избраннику. Тот будет из другой семьи, но все же из его рода. Удостоверившись, что малыш все запомнил и всему научился, Димитрий по милости Божией покинул этот мир, счастливый и довольный тем, что обучил нового Избранника.

«Слава Всемилостивому, что дал моему отцу дожить до глубокой старости и остаться в спокойствии и разуме. Дорогие братья, сестры, родные, крестные, соседи и друзья, хочу пожелать всем дожить до его ста и трех лет и выглядеть в этом возрасте так, как выглядел он».

С этими словами мой прадед Митар простился со своим отцом Димитрием. Даже в последние дни своей жизни его отец не открыл ему самую священную тайну, которую унаследовал.

6

Мой дед, будучи еще маленьким, осознавал ответственность, возложенную на него. Часто испытывал свои способности, пока пас овец. Молча вглядываясь в Гаринджу, приказывал ему пригнать овец обратно. Пес немедленно повиновался. Пока никто не видит, приказывал вожаку стада, потом овце, потом другому барану. Однажды он заставил осла одного соседа кричать. Сосед рассердился и взял палку, чтобы побить его. Дед быстро подчинил разъяренного соседа, и тот остановился. И осел перестал кричать, потому что в его сознании прекратилась команда. Мой дед это моментально приметил. Когда передает команду одному сознанию, тогда прекращает действовать ранее данная. Нужно тренироваться и достигнуть лучших результатов.

Гацо часто рассказывал своему отцу, что многие погибнут из-за чего-то похуже турецкой оккупации. Однажды он попросил папу взять ружье и топор, и они вместе отправились к Мачковой стене. Мой дед сказал отцу устроить засаду и постоянно наблюдать за скалой с левой стороны.

«Папочка, там появится волк, тебе надо убить его, и тогда я покажу тебе то, что никто из наших односельчан не знает».

Не прошло и полчаса, как в двадцати метрах появился огромный волк. Точная пуля Митара попала в цель. Волк упал как подкошенный. Тогда мой дед своему отцу показал хорошо замаскированный вход в пещеру, в которой были кости животных, съеденных волком.

«Папа, об этом мы не смеем рассказывать никому, потому что придет время, когда эта пещера будет спасать жизни. Сначала ее надо хорошо очистить. Смотри, папа, – указал направление факелом, – хочу тебе показать, где в глубине вытекает вода. Немного, но этой воды будет достаточно для выживания тридцати-сорока людей. А знаешь, что еще здесь хорошо, папа?»

«Что, сынок?» – поинтересовался прадед.

«Когда здесь разожгут огонь, есть небольшие зазоры в скале, через которые дым пройдет на совсем другую сторону горы».

Гацо привел коня, а Митар сделал носилки из веток, и они отнесли волка домой. Тогда был обычай – когда кто-то убивал волка, все дарили ему подарки.

Когда все разошлись, дед спросил своего отца:

«Папа, почему ты не сказал мне, что это я помог тебе убить этого волка?»

«Эх, сын, – у Митара слезы появились на глазах, – если бы ты знал, что о тебе говорят люди из нашего села, ты бы понял, почему я о тебе не упомянул».

«Не плачь, папа, Богом тебя прошу. Твои слезы мне разрывают сердце!» – попытался дед его успокоить.

«А ты думаешь, у меня сердце не разрывается, когда слышу, что и как люди о тебе говорят?».

«Кто говорит, пап? Скажи мне, кто говорит и что?»

«Не надо, сынок. Не хочу тебя раздражать. Дай мне самому нести свой груз».

«Папа, ты должен мне сказать. Если не скажешь, клянусь, что я смогу узнать это другим способом. И тогда отомщу этому человеку».

Так сказал мой семилетний дед, а моего прадеда облил холодный пот. Это его слегка испугало.

Начал ему рассказывать:

«Послушай, сынок. Две муки терзают меня, и я расскажу тебе о них.

Несколько дней назад я отвел нашего вола Галоню в Плав на продажу и встретился там с лавочником Гойко. Он тоже привел продавать своего вола. А его скот считается лучшим. Все окружили его. Смотрят вола и прицениваются. А тут появились я и Галоня. В тот момент кадия[7] Идриз предложил ему цену, но кто-то крикнул: «Смотрите, этот вол лучше, чем его!» Народ начал собираться около меня. Протягивают руки и торгуются со мной. Пришел и кадия. Сначала пожал руку, спросил о семье, а потом поинтересовался:

«Митар, признайся, чем кормил своего вола и почему он так красив?»

«Высокочтимый кадия, только травой, мы не та семья, у которой остаются объедки, чтобы их давать волу».

«Скажи-ка, Митар, продал бы ты его за два дуката и пятнадцать акчи[8]? Столько я бы заплатил и за вола Гойко. Ты знаешь, что на этом базаре никто еще не продал вола за такие деньги».

«Высокочтимый кадия, только тебе я готов продать по этой цене».

Тут вмешался Гойко:

«Высокочтимый кадия, прежде чем закончишь сделку, я тебе скажу несколько слов, и после этого решай, хочешь ли купить или нет этого вола».

«Говори, Гойко. Я тебя выслушаю, но это не значит, что послушаюсь».

«Высокочтимый кадия, люди говорят, а дыма без огня не бывает, что его ребенок одержим».

«Ну-ка, Гойко, что ты сказал?» – переспросил кадия.

«Это так, высокочтимый кадия, все об этом говорят».

«Во-первых, Гойко, скажи, как это связано с волом, а потом рассказывай, о чем начал».

«Смотри, высокочтимый кадия, – начал ему растолковывать Гойко, а все кругом слушают и ни слова не говорят. – Вы слышали, как некоторое время назад он сказал, что он не состоятельный и вола кормил только травой и сеном. Как это возможно, что его вол лучше выкормлен, чем мой, а все знают, что я своему утром и вечером даю овес. Скажи, высокочтимый кадия, как их двоих можно сравнивать?»

Тогда народ загудел, а Гойко продолжил:

«Его одержимый сын что-то сделал, поэтому вол так хорошо выглядит».

Люди на площади в голос начали комментировать, а Гойко добавил:

«Подумай, кадия, его сына укусила ядовитая змея, а он остался жив…»

Тут православные начали креститься, а мусульмане – кланяться Аллаху. Стоящие рядом начали пятиться от меня, а некоторые, стоящие подальше, начали бросать камни в нашу сторону. В тот момент кадия поднял руку, и все успокоились.

«Слушай, Митар, первое, я сказал, что куплю твоего вола за два дуката и пятнадцать акчи, и куплю его за эти деньги, только не хочу заплатить тебе сейчас, а хочу убедиться, обитают ли в твоем воле злые силы. Если они там, то твоего вола зарежем и все вместе здесь его съедим».

Народ умолк, никто не промолвит ни слова!

«Высокочтимый кадия, как вы узнаете, есть ли в нем злые духи?» – спросил кто-то из толпы, а кадия ответил:

«Если десять дней вол не будет слушаться моих слуг, тогда он одержим. Все соберемся здесь через две недели, и тогда волы Гойко и Митра будут соревноваться в нескольких видах борьбы. Победителя я куплю, а проигравшего зарежем, испечем и все вместе съедим. Вы двое согласны на эту сделку?»

Гойко сразу согласился. Его вол крупнее нашего, а у меня не было выбора, и я согласился тоже. Кадия забрал моего вола и в конце сказал:

«Митар, не забудь привести того ребенка. Посмотрим, правда ли то, о чем говорит народ».

Когда я понял, что кадия хочет забрать тебя, я просил его взять вола, лишь бы тебя не трогал. Но он сказал, что свое решение не изменит. Боюсь представить, что будет. Заберут вола, зарежут, а мы не получим ни акчи, при этом и тебя объявят одержимым. Это беда для всей семьи. Подумываю, сынок, бросить все и всей семьей бежать куда-нибудь».

«Нет, папа, никуда не побежим. Вместе пойдем туда, – усмехнулся дед тому, что родилось в его сознании. – Наш Галоня там победит. Мы получим и дукаты, и акчи, а ты возьмешь все наши деньги из дома и сделаешь ставку на Галоню и так заработаешь еще больше. Увидишь потом, что будет с Гойко и его волом».

«Хорошо, сынок, послушаюсь тебя. От этого зависит будущее нашего дома. Если проиграем, так и так ничего от нас не останется, а если выиграем, то обеспечим семью на целый год. А главное, тебя больше не потревожат».

«Не волнуйся, папа. Перетерпи эту пару дней, и сам все увидишь».

Прошло два дня.

Пришли люди на массаж к Мики, и он прервал рассказ, а мы отошли в сельское кафе «У Ёлича», которое находится недалеко от дома Мики. В нем был самый лучший и недорогой гриль на свете. Ели, ждали завершение массажа и, наконец, вернулись. Мики сообщил, что завтра у него будет много людей и мало времени на разговор с нами, и ушел отдыхать после тяжелого дня, а мы просмотрели кадры, чтобы еще раз послушать все, о чем мы говорили. Заснули как малые дети. Утром все согласились с тем, что его руки имеют очевидную чудесную силу. Но мы пришли не только увериться в силе исцеления его рук, а открыть тайну развития возможностей мозга. Верилось, что мы на правильном пути и все получится.

Начали прибывать люди, а мы, предварительно убравшись и проветрив, покинули помещение. Мы отправились на осмотр Кралево и окрестностей – монастырь Жича, Крстовград в Прогорелице, Матарушка Баня, Врнячка Баня, Гоч, Копаоник – места невероятной красоты, какие только природа может создать. Когда мы в конце дня пришли домой, Мики все еще работал. Мы ждали немного перед домом, а потом, когда все пациенты ушли, продолжили разговор с Мики.

– Во-первых, мы хотим спросить, устали?» – начал Марко.

– Могу сказать, что и да и нет. Я вас уважаю и расскажу все, о чем мы договорились, так как я надеюсь, что и вы уважите меня».

– Сегодня было достаточно много людей для массажа, и я думаю, что после такого количества работы у тебя болят руки и чувствуешь себя уставшим, – продолжил Марко задавать вопросы.

– Наоборот. Каждый биоэнергетик, если настоящий, наслаждается своей работой. Нам дано энергию из природы, самую чистую и настоящую энергию, которая движется правильно, направлять к блокадам в человеческом теле, которые созданы частично или полностью из-за различных нарушений в питании или чего-то другого. и, пока мы это делаем, эта чистая природная энергия, ориентированная на пациента, проходит через наш организм, и, независимо от того, сколько это делали, в конце наш организм не испытывает никакой усталости. Это происходит со мной после всех сеансов массажа. В конце напряженного рабочего дня мое тело чувствует, как будто я ничего не делал. Представьте себе лужу. Может ли она быть мутной, если в нее постоянно течет чистая вода?

– Мы слышали, что биоэнергетики собирают негативную энергию с больных пациентов, она может вызвать проблемы со здоровьем, – отметила Таня.

– Это правда… За наши пальцы, в то время как разрушаем блокаду, понемногу, но постоянно лепится эта негативная энергия, которая собрана в этих блокадах. В конце каждого сеанса все биоэнергетики должны держать руки в проточной воде, но не тереть, чтобы таким образом освободить отрицательную энергию, которую мы подобрали во время работы с пациентами. Кто это правило не знает, тот не должен работать с биоэнергией.

Теперь нам стало ясно, как работают эти странные люди, о которых слагают разные легенды. Есть истории истинные, есть выдуманные и преувеличенные. Биоэнергетика известна во всем мире, но наша цель совсем другая.

– Будет ли завтра больше времени для нашего разговора? – спросила Таня.

– Слушайте, моя жена утром сделает качамак[9], принесем простоквашу, будем завтракать вместе, и я продолжу эту историю. У меня нет назначенных сеансов массажа до второй половины дня.

Он ушел, чтобы медитировать, потому что он обязательно это делает, независимо от того, сколько работы было и когда она закончилась, а нам осталось просмотреть снимки его работы. Массаж как массаж. Похоже, что ничего особенного. Но когда мы увидели, что люди, которые были принесены к нему, после лечения сами ходят, то такие скептики, как мы, получили совершенно иное представление о его возможностях исцелять людей. Один пациент, второй, третий, пятый… Все приходят в установленном порядке. Мики непрерывно массирует несколько часов. У многих из нас руки болели бы от постоянной работы, а он сказал, что в конце дня чувствует себя, как будто ничего не делал.

– Как бы мы хотели так уметь, – сказала Таня, и мы засмеялись.

А затем появился человек с инсультом. Мики положил свои руки на его голову, напрягся, и у нас было ощущение, что в любой момент у него разорвутся вены, появившиеся на лбу. Мучился изо всех сил, чтобы заставить пациента выговорить какое-то слово.

– Завтра мы должны каким-то образом начать разговор об этом массаже, чтобы нам Мики объяснил, возможно ли этому человеку помочь, – сказал Зоран.

– Я думаю, что он согласился рассказать нам все, и теперь все идет по порядку, а мы будем терпеливыми и дождемся, когда дойдет очередь до интересующей нас темы, – ответил Марко.

Опять внимательно пересмотрели запись и особое внимание обратили на то, как Мики обратился к пациенту:

– Драган, слишком поздно пришел ко мне. В начале болезни я бы все сделал за несколько дней или недель. В таком состоянии теперь нам нужен год и больше, чтобы я заставил тебя начать говорить. Главное, мы сумели заставить работать руку и ногу, так что теперь можешь двигаться.

Этот нам неизвестный человек только покачал головой и говорил:

– Па-не-па-ше…

В этот момент у Марко зазвонил телефон.

– Да, директор, – ответил на звонок Марко. – Все хорошо. Да-да-да. Сейчас объясню двумя словами. Директор, мы начали говорить с ним, и он согласился рассказать нам всю историю про своего деда. Он коснулся и этой темы, но решил рассказать нам все по порядку. Мы установили камеры и микрофоны, чтобы снять каждый его шаг. Он обещал нам все рассказать, но его постоянно прерывают пациенты, которые приходят к нему на массаж. Начало его истории очень интересно, потому что она описывает детство, ранний возраст и обучение у деда, чтобы стать Избранником. Немного длинная история о нем, но невероятно интересная. Завтра будем иметь гораздо больше времени, так что мы услышим от него намного больше. Хорошо, хорошо. Так и сделаем, директор.

Он закончил разговор по телефону, а потом повернулся к нам:

– Ребята, директор освободил нам руки, хочет, чтобы мы продолжили и дослушали эту самую интересную историю.

Утро началось качамаком, приготовленным по-черногорски. Как в старину говорили, пальчики оближешь! Завтракали, а потом, в то время как жена Мики и Таня убирали со стола и мыли посуду, рассказ Мики продолжился с места, где был прерван.

Мой дед и прадед направились в Плав.

«Настал день, – думал мой прадед, – когда моя семья или выживет, или погибнет».

«Папа, не думай, что мы погибнем. Увидишь, папа, сколько денег принесешь домой!»

«Сын, больше всего меня беспокоит кадия Идриз и завистливый Гойко, чем наш Галоня и все деньги этого света».

«Пап, опять говорю тебе, увидишь, как Гойко опозорится и ему больше не придет в голову кого-нибудь унижать. А кадия сегодня будет на нашей стороне, а через несколько дней за что не возьмется, все ему будет идти боком».

«А что думаешь, сынок, что, если кадия потребует забрать тебя и отвести в Турцию на службу к султану? Многих детей забрали туда и сделали из них янычар».

«Сегодня, папа, произойдет много всего, и кадия будет занят. Один человек попытается предложить ему это, но я остановлю его».

Так эти двое верхом на верном коне Путка добрались до города Плав. Весь свет собрался здесь. Из уст в уста перенеслась весть о борьбе быков в десять часов и о том, что после борьбы проигравший бык будет зарезан. Когда появились мой дед и прадед, все умолкли. Кадия и неизвестный паша сидели на подиуме из досок, который в тот день сделали для них. Прадед привязал коня. Оба подошли и поклонились кадию и паше.

«Высокочтимый кадия, как ты велел, я привел моего сына, чтобы ты увидел его, – проговорил мой прадед.

Кадия встал со стула и начал кружить вокруг моего деда и осматривать его со всех сторон. А мой дед – щуплое и слабое дитя неполных восьми лет. Никто бы не сказал, что может поднять что-то тяжелее ложки, не то, что имеет какую-то силу. Тогда кадия обратился к Гойко:

«И ты говоришь, что это дитя могло заворожить их вола, чтобы он был так развит?»

«Да, высокочтимый кадия. Есть много свидетелей, которые подтвердят, что никто в нашем крае не держит и не кормит скот лучше меня. Как можно, высокочтимый кадия, сравнивать вола, откормленного травой, с волом, которому дают овес, помои и объедки?»

Кадия повернулся к моему деду:

«Это правда, что тебя укусила ядовитая змея? Этот человек говорит правду про тебя?»

Мой дед опять поклонился кадию и ответил:

«Высокочтимый кадия, сегодня самый счастливый день для твоего ничтожного слуги, который склоняется к твоим ногам и которого выслушает и высокочтимый кадия, и высокочтимый паша, и многие визири, и почтенные воины Великой Османской империи. Какой ребенок может быть счастливее меня?»

«Молодец, дитя, молодец. Красиво сказал, только не ответил на мой вопрос».

«Высокочтимый кадия, это правда, укусила меня ядовитая змея больше года назад, и только милость Божья сохранила мне жизнь. Мой папа, чтобы отблагодарить Господа, что меня сберег, повел меня в монастырь, где я провел год, служа и молясь за прощение грехов и благодаря Бога за Его милость. Там, высокочтимый кадия, я научился читать, писать и считать. Там, высокочтимый паша, я слушал много рассказов. Больше всех мне понравился рассказ о высокочтимом кадии Идризе, который, когда служил в городе Мостаре, прыгнул в колодец, чтобы спасти ребенка православной бедной женщины».

Неописуемое удовольствие отражалось в глазах кадия и паши.

«Дитя, – обратился кадия к моему деду, – я об этом никому не рассказывал, но вижу, добрый поп Никифор, который был свидетелем, потрудился, чтобы эти события не были забыты. Значит, об этом толковали в монастыре?»

«Так, высокочтимый кадия», – начал разъяснять мой дед, а люди затихли, слушают и ни единого слова не произносят. – Толковали о твоей великой праведности, когда ты дал приказ наказать турецких воинов, которые не дали православным верующим причаститься перед пасхой».

«Послушайте, люди! – крикнул кадия. – И сейчас, и всегда я говорил, что каждую веру нужно уважать, а это дитя – свидетель моей правоты и слухов, которые передаются обо мне. Кто чужую веру не уважает, будет иметь дело со мной».

«Так… Будь здоров, кадия… Молодец…» – послышались крики восторга со всех сторон.