Меч Зарины. Повесть

КРЫЛАТЫЕ БЫКИ У ВХОДА

Зарине Артавардий не случайно назначил встре-чу в день молодой луны. Это совпало с празднованием рождения царского сына. Никогда Зарина не видела более пышного и более торжественного празднества. Через весь город шли люди, одетые в самые богатые праздничные одежды. Всадники в синих, зеленых и желтых одеяниях на белых конях, покрытых алыми попонами, следовали за царской колесницей. Зарине не удалось рассмотреть лицо царя. Перед глазами ее мелькнули парчовые одежды и корона, усыпанная драгоценными камнями. Все это шествие приближалось к высокому холму, где готовилось жертвоприношение. Жрецы в белых одеждах должны были заколоть сто белых быков, обреченных в жертву великому Ахурамазде. Зарине очень хотелось посмотреть на все таинства богослужения персидских жрецов, но Артавардий сказал, что надо поторопиться во дворец и побывать там, пока царь занят жертвоприношением.

Посмотрев на Зарину, которая показалась ему еще более привлекательной, чем прежде, Артавардий подумал о том, что небезопасно показать такую красавицу Дарию. Кто знает… Он может забрать ее в свой гарем. Не было случая, чтобы кто-нибудь осмелился возразить великому владыке. А что пользы возражать? Разве люди не знают, для чего сделана рядом с царской конюшней глубокая вонючая яма? Разве не для того, чтобы усмирять непокорных?

Царедворец вместе с Зариной пересекли площадь и, сопровождаемые свитой Зарины, направились к царскому дворцу, который был виден отовсюду.

- Разве это сделано руками людей? - спрашивала Зарина Артавардия. - Разве такое могут сотворить руки человеческие?

- Это сделано руками рабов, прекрасная госпожа.. - И крылатые быки, охраняющие эти золотые двери? Ах, какая красивая белая лестница ведет в покои царя! Какие деревья склонились к стройным колоннам! А цветы так благоуханны!

Артавардий, может быть, впервые так внимательно осматривал красоты дворца. Эта прелестная юная госпожа из далекой Маргианы так безыскусственна и наивна! Она так умеет восхищаться! Рядом с ней все кажется еще красивее.

- Я по глазам твоим вижу, как тебе понравился дворец владыки Вселенной. А теперь войдем в тронный зал.

- Не надо торопиться! Вот птицы с веером пестрых перьев. Я никогда не видела таких птиц! Чудо! А эти люди у входа - каменные! Зачем на них медные доспехи?

- Сразу видно, что ты из далекой Маргианы. Это живые люди, охрана. Но им приказано стоять подобно каменным изваяниям. Они только слушают и никогда не произносят ни слова.

Артавардий подошел к статуе, закованной в бронзу, и что-то прошептал. К удивлению Зарины, статуя низко склонилась и пропустила их вперед.

- Посмотри, дочь Мардония, вот на этой стене изображены данники. Видишь, они несут богатые дары царю царей. Знаешь ли ты, кто они? Вот с данью посланцы фараона. Могучим было когда-то царство фараонов. Безмерны были их богатства. Тысячи рабов строили им города и вечные жилища для мертвых. Говорят, что во всем мире нет храмов более пышных и богатых, чем храмы фараонов. Там статуи богов сделаны из чистого золота. Но так было прежде, а сейчас все золото идет ко дворцу Дария.

Артавардий, хранитель царских сокровищ, не мог не похвастать богатствами своего владыки.

- И все эти богатства идут на строительство дворца?

- Зачем же! - ответил Артавардий. - Ведь город наш велик и прекрасен. Нужно построить много дворцов, храмов и крепостей. Для всего нужны дары иноземных племен и рабы!…

- А какие дары присылают саки? - спросила вдруг Зарина. При этом ее смуглое лицо заалело от смущения.

- А что у них взять? Нечего! Только рабов. Это все, что имеет царь от непокорных кочевников.

- Какая же польза от них? - рассмеялась Зарина. - Я видела саков в Маргиане. Они привозили меха, добытые на охоте.

- В самом деле! Как ты умна, моя юная госпожа! Их можно обложить великой данью, потребовать от них меха соболей и лисиц.

- А что же делают здесь эти неумелые кочевники?

Зарина с трудом скрывала свое волнение. Вот сейчас она обо всем узнает. Еще немного терпения - и она выпытает у царедворца тайну, которая поможет ей спасти саков.

Они все еще стояли у крылатых быков и рассматривали искусно вырезанные на камне картины. Здесь были изображены люди разных племен, приносящие дань великому Дарию.

- Что делают саки-рабы? - переспросил Артавардий. - Неумелые они. Мостят дороги. Недавно прислали саков строить крепость. Но что тебе до диких кочевников? Лучше поговорим о драгоценных тканях, которыми должна украшать себя красавица. Ты любишь золототканую парчу из Ассирии?

- Я не видела ее, господин. В Маргиане никто не носит такой дорогой одежды.

Зарина улыбалась, старалась быть веселой, а голова кружилась и ноги подкашивались. Она была так близка к цели, и вот теперь уже не спросишь более о саках: он может заподозрить неладное. Персидские женщины не говорят о таких вещах. Что же делать? Где взять терпение? Как заставить себя улыбаться и говорить то, что положено? О, лучше тысячу раз сразиться в битве, чем один раз перенести эти муки!

- О чем ты призадумалась, юная дочь Мардония?

Зарина оглянулась, и радостная улыбка озарила ее лицо. Она увидела роскошные носилки, которые поставили недалеко от входа во дворец. Об этом, наверное, можно говорить. Но Артавардий, словно догадавшись о мыслях Зарины, показал на носилки и сказал:

- Посмотри, юная госпожа, вот прибыла женщина царского дома. Когда ты станешь женой царедворца, тебя также будут доставлять во дворец в богатых носилках.

Что он сказал? Не ослышалась ли она? Стать женой царедворца? Не о гареме ли говорит он? Ответить или промолчать? Лучше молчать!

Носилки, прикрытые золотистым шелком, скрывали мягкое, удобное кресло, в котором расположилась знатная госпожа. Шесть слуг, одетых в зеленые с желтым одежды, замерли по обе стороны паланкина в ожидании, когда госпожа покинет кресло. Богато одетая женщина поднялась, навстречу ей бросились служанки.

- Видишь, какие почести оказывают ей слуги? Но ты заслуживаешь еще больших почестей, - сказал Артавардий, любуясь смущенным лицом Зарины. - Ты моложе и красивее. А для красоты и молодости не жалко никаких почестей.

- Ты говоришь, что мне будут подавать такие же носилки? Это невозможно, - ответила Зарина, - я недостойна.

- А ты приблизишься к женщинам царского дома. Разве не для царя Дария собирает подати твой отец?

- Святая истина, господин! - Зарина низко опустила голову.

Она почувствовала, что не может продолжать этот разговор. Не лучше ли скорее увидеть чудесный дворец? Но какой-то страх мешал ей, и она не знала, идти ей вперед или сейчас же придумать повод, который помог бы ей вернуться к своей свите. «Попробую сказать», - подумала в отчаянии Зарина.

- Моя свита отстала! Я хочу позвать моих девушек, пусть пойдут вместе с нами, - промолвила она тихо.

- Это невозможно, моя юная госпожа. Только очень знатные особы могут проникнуть за эту золотую дверь.

Даже твой отец Мардоний ни разу не проходил мимо крылатых быков к этой священной двери. Я пользуюсь этим правом и веду тебя с собой, как знатную госпожу. Ты поняла, дочь Мардония?

- Поняла! А мою свиту никто не обидит? Никто не причинит зла моим девушкам? Ведь я дала слово своему отцу не разлучаться с моими прислужницами ни на одну минуту. Я всегда выполняю волю отца.

- Это похвально! Но со мной ты можешь идти куда угодно, я не дам тебя в обиду. Я веду тебя в пустой дворец, чтобы ты не попалась на глаза царедворцам. Все, кроме слуг, ушли на торжество.

Зарине было не по себе в громадном, сверкающем украшениями зале, где гулко отдавался каждый шаг.

- Не беспокойся, моя юная госпожа. Твоя свита дождется твоего возвращения. А ты не огорчайся - лучше посмотри, как искусно сделаны украшения из слоновой кости. Ее добывали для дворца бесстрашные эфиопы, охотники на слонов. А старые мастера-резчики, доставленные Дарию вместо дани, волшебным резцом превратили бивни слона в кружевную резьбу. Посмотри, как хороши украшения из бирюзы. Ее добыли где-то вблизи твоей Маргианы, в Хорезме. А как постарались ювелиры Египта! Посмотри, чего только они не сделали из серебра и золота!

Зарина не могла оторвать восхищенных глаз от колоннады. Все то, что было перед ней, казалось неправдоподобным. В душе она была искренне благодарна Артавардию за то, что он показал ей такое чудо. Если богиня будет добра и если она поможет им вернуться в родные степи, тогда саки узнают об этом чуде. Она расскажет. Но поверят ли они? Трудно поверить, когда, даже стоя здесь, глазам своим не веришь.

Зарине казалось, что все это происходит с ней в чудесном сне. Только беспокойство, закравшееся в душу, отравляло ей удовольствие. Боязно здесь, в этом сказочном дворце, рядом с хранителем царских сокровищ. Боязно за девушек, которые остались у ворот дворца. Но еще страшнее другое: а вдруг войдет царь? Что будет? Ей хотелось бы сказать, что лучше уйти, но она не решается обратиться к этому знатному господину. Она ведь ни разу не обратилась к нему первая. Все, что она узнала и спросила, было сказано тогда, когда он сам ей говорил о чем-нибудь. И сейчас она услышала долгожданное слово, чтобы воспользоваться случаем и сказать то, что ей нужно.

- Твои глаза светятся восхищением. Ты довольна, девушка из Маргианы? Пойдем дальше.

- Я очень довольна. Но мне не хотелось бы идти в другие помещения. Лучше вернемся, еще посмотрим на дивных птиц и на крылатых быков у входа. А еще я хотела бы подышать ароматом цветов, каких нет больше нигде на земле. Не правда ли?

- Ты ошибаешься, моя юная госпожа, дочь Мардония. Когда ты станешь моей женой и будешь жить в моем ДЕорце, вокруг тебя будет много-много таких цветов. В моем дворце есть голубой бассейн с водой чистой и прозрачной. В нем плавают золотые рыбки с пышными белыми хвостами, а вокруг бассейна благоухают вот такие же розы и лилии, какие ты видишь здесь, во дворце великих Ахеменидов.

Артавардий взял в свои руки узкую, тонкую руку Зарины, унизанную кольцами, с золотыми запястьями, но обветренную и мозолистую.

- О, моя юная госпожа, как случилось, что так огрубели твои маленькие руки? У тебя так много прислужниц. Разве тебе приходится делать грубую работу? Или Мардоний не догадался доставить тебе благовонные масла, приготовленные искусными жрицами Египта? Стоит лишь раз смазать руки таким маслом, и кожа делается подобной лепестку розы, нежной и гладкой.

«Что сказать? Как объяснить?»

- Случилась беда: моя служанка уронила и разбила сосуд с драгоценным благовонным маслом. А вчера мне захотелось самой почистить моего коня. Служанки так небрежны! А мой серый так красив! Но ничего, завтра все пройдет. Я никогда не делаю грубой работы. Это недостойно моего знатного рода.

- Послушай меня, дочь Мардония, я хотел спросить тебя, хочешь ли ты стать моей женой и жить в моем богатом дворце? Ты прекрасная наездница, я увидел это в первый же миг встречи. Ты была бы мне превосходной спутницей на соколиной охоте. Может ли быть большее удовольствие, чем охота с соколом рядом с такой наездницей, как ты, Зарина!

Страх и беспокойство все больше проникали в сердце Зарины. Она снова почувствовала, что не находит слов. Опустив глаза, не смея взглянуть на собеседника, она старалась собраться с мыслями. «Что сказать? Как ответить?»

Артавардий с восторгом смотрел на смущенную Зарину.

«Какая скромница!»

- Я не верю своему счастью, - ответила Зарина с улыбкой, мысленно произнося все проклятия, какие могли прийти ей в голову. - Я буду жить у голубого бассейна, среди благоуханных цветов, я смогу сопровождать тебя на соколиную охоту, мой добрый господин!

- Я буду с нетерпением ждать этого счастливого дня, - говорил Артавардий, покидая вместе с Зариной великолепный дворец Дария.

Зарина, словно на крыльях, пролетела мимо каменных статуй, мимо крылатых быков у входа, чтобы скорее увидеть свою свиту.

«Как благодарить тебя, добрая богиня? Они ждут, они целы!»

ВОТ ОНИ, РАБЫ-САКИ!

Умнa, красива, учтива. Я вижу в ней многие достоинства», - так думал хранитель царских сокровищ, расставшись с Зариной у ворот царского дворца.

- Завтра я снова увижу тебя, дочь Мардония, и я покажу тебе все самое удивительное, - сказал он на прощание.

Артавардий подумал о том, что ему будет лестно показаться с этой привлекательной девушкой. «Так молода и так умна! Всем интересуется. Не верит, что поганые саки могут сделать полезное дело. А когда посмотрит - поверит. Завтра скажу ей, что не буду откладывать и возьму ее в свой гарем немедленно. И будет она у меня самой любимой женой. Она удивится. Бедняжка! Все время повторяет: «Слишком много чести для дочери сборщика податей…» Дочь простого сборщика станет женой царедворца! Я дождусь счастливого дня, красавицу увидит царь царей! Хотелось бы похвастаться… Но нет, пожалуй, не буду ему показывать. Если понравится - заберет! А если прикажет привести во дворец?… Но пройдет много времени, прежде чем узнает. Царь царей! Ненасытнейший из ненасытных. Коварнейший из коварных. Хитрейший из хитрых. Жесточайший из жестоких. Как я ненавижу тебя! Но об этом можно подумать только про себя. Думай и молчи! Ведь давно уже обезглавлены строптивые царедворцы. Правда, у них были непокорные головы, а твоя голова всегда покорна. С такой головой можно дождаться счастливых дней. Но чем тебя пленила дикарка из Маргианы? Даже говором своим она похожа на девушку из кочевого племени. А ведь есть в ней что-то!… Да, есть! А как держится на коне! Просто удивительно. В этих сатрапиях умеют выращивать превосходных коней, и дочь простого сборщика с малолетства уже на коне, словно родилась всадницей. Говорят, у саков-кочевников такие женщины. Но те совсем дикие. В звериных шкурах. А в ней есть что-то пленительное… Завтра скажу ей обо всем. Она заупрямится, скажет, нужно ждать отца, но я уговорю ее. Вместе со свитой увезу ее в мой дворец. Удачная выпала мне в тот день охота!»

Утром они снова встретились вблизи восточных ворот города. Зарина уже без страха, весело приветствовала Артавардия.

- Я рад тебя видеть, моя прелестная госпожа! - говорил Артавардий. - Знаешь, что я надумал? Не будем ждать Мардония. Я увезу тебя сейчас же в свой дворец, и ты станешь госпожой над многочисленными слугами и рабами. Поверь мне, для Мардония не может быть большей радости.

- Как ты добр, господин! Но ведь мы собирались посмотреть крепость.

- Ты все еще не веришь, что непокорные саки строят крепость? - спросил он с усмешкой.

- Не верю, господин. В Маргиане говорят, что саки только умеют стрелять из лука и поедать неисчислимые стада баранов, посланные им богом. Они живут в шатрах и на своей земле ничего не строят.

- А у нас они строят. Посмотришь, госпожа. Да как славно трудятся! Им плетка помогает.

Зарина нахмурилась. Она больше ни о чем не спрашивала, и Артавардий призадумался, как бы развлечь приятную собеседницу.

- Когда же приедет твой отец, Мардоний? Долго он заставляет себя ждать.

- Я жду его каждый день. И сегодня, пока мы будем смотреть крепость, он, возможно, приедет и будет искать меня у этих ворот. Далеко ли крепость?

- На пути в Сузы. Недалеко от пещер, мимо которых ведет царская дорога.

- Вот как! Так мы видели эту крепость! Там возведены высокие стены и башни. Я помню. Такие же, как вот у этих ворот.

- Стоит ли нам туда ехать? Не лучше ли поспешить в мой загородный дворец, как ты думаешь, моя юная госпожа?

- В самом деле, зачем же ездить, когда мы там были всего несколько дней назад.

- Тогда поторопимся в мой дворец, моя любезная госпожа. Там ты узнаешь, какая у тебя счастливая звезда.

- А ты знаешь об этом? - Зарина улыбнулась так весело и беззаботно, что невозможно было заподозрить неискренность.

- У тебя очень счастливая звезда. Поспешим со мною, и ты все поймешь.

- Скажи мне сейчас, мне не терпится услышать об этом…

- Я не могу тебе ни в чем отказать.

Они отошли к цветущей акации, и Артавардий рассказал ей, какие подарки ждут ее во дворце, какие шелка и драгоценности и как много у него прислужниц, которые будут выполнять ее волю.

- Я знаю, ты с радостью пойдешь ко мне: девушка из дальней сатрапии может только мечтать о таком счастье…

- Ты прав, господин, я согласна,-говорила Зарина, стараясь улыбкой прикрыть свое волнение. - Ты оказываешь мне такую высокую честь, что я готова решиться уйти к тебе, не дожидаясь прибытия отца. Ты осчастливил меня, добрый господин. Но, прежде чем поехать в твой загородный дворец, я хочу еще раз поискать моего отца, Мардония. А вдруг окажется, что он ищет по городу свою дочь! Тогда мы вместе с ним прибудем к тебе, и то, что ты скажешь, то будет для меня законом. А если отца не окажется, я поспешу к тебе одна со своей свитой. Ты говорил, что по царской дороге не больше двух часов езды на хорошем коне. Мы найдем твой дворец, и ты окажешь нам гостеприимство, такое же, какое мы оказали бы тебе, знатный господин, когда бы ты прибыл в нашу Маргиану.

- Ты права, моя юная госпожа. Я вернусь к себе и прикажу готовить пиршество. А ты не задерживайся. Как только узнаешь о прибытии Мардония, так поспеши ко мне. Я вышлю своих слуг к тебе навстречу и велю оказать почести и тебе и твоей свите.

С этими словами Артавардий низко Поклонился Зарине и отправился к себе во дворец…

- Вот она, наша победа, подруги!

Зарина стала обнимать по очереди всех своих подруг Не мешкая, они поскакали прочь из города, к своим пе щерам, где совсем близко строилась неведомая им крепость. Там томились бедные пленники. Но как увидеть несчастных? Как сговориться с ними? Как узнать, где они проводят ночь? И как лучше все это сделать? Там стоит грозная стража, как ее устранить? Нельзя терять и минуты. Надо торопиться!

- А как же Ишпакай? Где он найдет нас?

- Мы должны бежать отсюда! Поймите, подруги, сегодня вечером, не дождавшись нас, Артавардий начнет искать меня. Он пошлет своих слуг, и они обыщут весь город.

- А завтра утром его слуги уже поскачут к стенам крепости искать тебя.

- О я глупая, несмышленая!… Пошлет слуг, и они будут искать меня там. Мне нужно спрятаться в пещере, а потом, через несколько дней, когда он уже всюду побывает и поймет, что я убежала от него, можно будет пойти к стенам крепости.

* * *

Прошло несколько дней. Зарина со своей свитой вернулась в пещеры, чтобы скрыться от знатного господина, который искал ее по всему городу и уже несколько раз присылал своих слуг к стенам новой крепости узнать, не была ли она там; Ишпакай, который не нашел отряда у восточных ворот, как было условлено, отправился обратно к пещерам, и там они встретились.

- Как же теперь попасть к стенам крепости? - спрашивала Зарина. - Мне теперь уж никак нельзя показываться на глаза охранникам: я могу там встретить слуг царедворца. Не поможешь ли ты нам, Ишпакай?