Любовь как преступление. Книга 1 (СИ)

Мои уши медленно залились краской, которая тут же переползла на щеки и шею. Слишком интимным было то, что я сейчас ощущала.

Горячее мужское дыхание заставило меня внутренне сьежиться. Во мне точно тренькнула, обрываясь, какая-то струна, и горячая волна неожиданно окатила все тело до самых пяток. Я застыла, боясь сделать вдох.

Дазган едва заметно дернулся, потянул носом, как бы принюхиваясь, и вдруг отпрянул. Я покраснела еще больше. В чем дело? От меня воняет?

Ошеломленная, я подняла взгляд на Кархадана. Тот, нахмурив брови, разглядывал свой защитный амулет. В его глазах сияло искреннее недоумение.

— Ничего не понимаю, — пробормотал он, словно про себя. Потом встретился со мной взглядом и его лицо вмиг посуровело. Будто маску надел. — Нам надо поговорить, я тут полистал кое-какие документы… — он выразительно глянул в сторону Рини и добавил:- вашей подруге лучше остаться здесь.

Мы с девочкой быстро переглянулись. Перспектива ее, явно, не радовала. Привыкли мы уже друг к другу, зачем нас сейчас разлучать?

Кархадан, похоже, заметил наши переглядывания, потому что сухо проговорил:

— Не переживайте, эйрины, это для вашего же блага. У санхейо слишком тонкая организация, боюсь, вашей подруге лучше вообще не покидать каюту на этом корабле. А вам я могу предложить прогуляться по палубе. Но сначала обед в моей компании.

Он распахнул дверь и кивнул в коридор. В каюту вошли двое в матросской форме. Те, что стояли ночью на посту, или это были другие? Тогда я не слишком их разглядывала, не до этого было. В руках они несли по подносу, от которых поднимался аппетитный аромат.

— Это Карст и Айко, — проинформировал нас эйр дазган, — на время путешествия они будут вашей связью с даханнами.

Молодые мужчины сверкнули белозубыми улыбками и поставили подносы на стол. Мы с Рини заинтересованно вытянули шеи.

— Видите? Вашей подруге не о чем беспокоиться. Она будет в хорошей компании и сыта. Прошу, — и он отступил, пропуская меня вперед.

Едва мы вышли из каюты, как я задала мучающий меня вопрос:

— А это действительно безопасно?

— Что именно?

— Оставлять девочку в одном помещении с двумя мужчинами.

Дазган коротко хохотнул.

— Сразу видно, что описание рас вы еще не читали. Иначе знали бы, что юмати абсолютно равнодушны к женщинам других рас. Ваша подруга, да и вы тоже, для них просто абстрактное нечто. Бесполое существо.

— Вот как? — от изумления я даже остановилась и резко обернулась, едва не впечатав нос в черный мундир дазгана. — А в чем же дело?

— Прочитаете седьмой параграф, будете знать, — хмыкнул он и легонько подтолкнул меня вперед.

Сегодня глаза его не пульсировали так, как вчера, да и сияние кожи было слабым и едва заметным. Нет, его близость все еще вызывала трепет и смущение, но уже не так сильно. Похоже, это проснулся мой иммунитет, о котором мне говорили. И все равно, стоило его рукам мимолетно прикоснуться к моим плечам, как новая волна жара пробежалась по моему телу, ставя дыбом все волоски на коже.

Я ахнула, не в силах совладать с собственным телом, и вдруг поняла, что руки дазгана сжимают мою талию, а спина прижата к его груди. Застыв, как статуя, вытянувшись в струну, я замерла, не в силах сказать ни слова. А он уже во второй раз уткнулся носом мне в шею и шумно втянул воздух.

— Я чувствую, — хрипло произнес он, — оно приближается.

— Что?! — испуганно пискнула я.

— Ваше совершеннолетие, эйрина Димантис, — хмыкнул он и вдруг выпустил меня из своих объятий. — Идемте, а то я вас совсем засмущал.

Я схватилась руками за щеки. Мое лицо пылало от стыда, смущения и еще чего-то непонятного, от чего все сладко замирало внутри.

Кархадан открыл уже знакомую дверь и я машинально шагнула через порог.

На этот раз в кают-компании кроме нас никого не было. Но эйр дазган не стал плотно прикрывать двери, оставив довольно широкую щель. Я задумалась. Это он о репутации моей так заботится? Или опять какие-то правила, о которых я не знаю?

Расставленные вдоль стен столы были абсолютно пусты, кроме одного, сервированного на две персоны.

— Прошу!

Кархадан галантно предложил мне стул и лишь после этого уселся напротив меня за накрытым столом.

— Вы ешьте, разговаривать будем потом.

Я действительно несколько проголодалась, а от тарелок исходил такой запах, что отказаться было просто невозможно. И опять, как и в прошлый раз, мне пришлось есть под пристальным мужским взглядом. Зрачки дазгана пульсировали, то увеличиваясь так, что зеленая радужка полностью исчезала, то сжимаясь в еле заметную точку; сияние кожи то вспыхивало сильнее, то стихало, сходя практически на нет. От такого неприкрытого внимания к моей персоне даже кусок в горло не лез.

Я наклонила голову и уткнула глаза в тарелку, то тяжелый взгляд дазгана продолжал сверлить мою макушку. Не выдержав, я со звоном бросила приборы на стол и свызовом вздернула подбородок. Но тут же смешалась, столкнувшись с совершенно диким взглядом эйра.

В его расширенных зрачках застыл такой сумасшедший голод, что я моментально испугалась за свою жизнь.

Кархадан оцепенел на своем стуле, точно каменная статуя, с выпрямленной спиной и совершенно невозможным выражением на лице. Будто хищник, учуявший дичь. Его пальцы так сильно сжали вилку и нож, что костяшки побелели, а плотно сжатые губы превратились в узкую полоску. Лишь стальные звезды зрачков сияли на этом бледном лице.

— В чем дело? — еле выдавила я из себя, готовясь при первых признаках опасности срываться и бежать.

Он сморгнул, тело его внезапно вздрогнуло, а потом расслабилось, будто сбрасывая наваждение. Голубые зрачки приняли свой обычный размер, а сквозь губы прорвался вздох облегчения.

— Простите, давно не видел, — произнес он таким обезоруживающим тоном, что я тоже невольно расслабилась.

— Что не видели?

— Даханни…

Я невольно сглотнула.

— Вас срочно нужно обучить всем нашим правилам и обычаям, — пробормотал он, возвращаясь к трапезе, — вы ведь даже понятия не имеете, какое искушение представляете собой. Любой даханн может предъявить на вас права… и нет никого, кто стал бы отстаивать ваши интересы.

— Так уж и любой, — не поверила я. — Вы же говорили, что только высшие чины имеют право на это. Эрзуны там… тогуны…

— Это так, — он согласно кивнул, — но обычно за выполнением этого правила следит клан даханни. Именно он отсеивает недостойных кандидатов, не подходящих по каким бы то ни было причинам. А у вас пока нет ни своего клана, ни покровителя. Но не переживайте, — успокоил он, заметив, как я сразу поскучнела, — я тут кое-что вспомнил, полистал старые хроники…

Поймав мой изумленный взгляд, Кархадан с улыбкой пояснил:

— История это моя слабость. Вы ешьте, ешьте.====

Я вернулась к ароматному жаркому. Странное дело, в тарелке вроде лежало мясо, но опознать его я так и не смогла. Сначала думала, что это свинина или телятина — обычные продукты на материке. Но стоило лишь попробовать, как я поняла, что ошибалась. Мясо было постным, мягким и очень нежным. Вроде курицы или кролика, но не они, это точно. До этого все блюда, которые я здесь пробовала, были вполне узнаваемы, но это…

Любопытство оказалось слишком большим, чтобы я смолчала.

— Эйр Кархадан?

— Слушаю вас, эйрина Димантис.

— Я не узнаю это блюдо…

Я указала взглядом себе в тарелку.

Он оживился.

— Вам не нравится?

— Нет, что вы, просто очень необычно. Это же не свинина? И не говядина? Что это?

— Нутрия.

Я нахмурилась и с сомнением потыкала вилкой в мягкий кусочек, политый сверху белым соусом. Такого зверя я не знала.

— Нутрия? Никогда не слышала о таком. Как она выглядела… при жизни?

Дазган расхохотался.

— Простите, эйрина, — заявил он, с трудом справляясь со своим смехом, — все время забываю, что вас воспитывали на материке. В королевстве нет нутрий, я это помню, но не переживайте. Я же обещал вам прогулку? Вот и удовлетворю ваше любопытство.

— А разговор? Вы хотели что-то обсудить?

— Я и сейчас хочу. Вернее, считаю нужным.

Эта фраза прозвучала столь двусмысленно, что у меня вновь заалели щеки и я стыдливо опустила взгляд.

До конца обеда ни один из нас не произнес ни слова.

Вслед за Кархаданом, я поднялась на палубу юта и на мгновение зажмурилась — столь невероятна была открывающаяся картина.

Высоко над головой простиралось бесконечное прозрачное небо, пронизанное слепящими солнечными лучами, а вокруг, насколько хватало глаз, нес свои глубокие темные воды могучий океан. Под ногами чувствовалось ритмичное движение огромного зверя, называемого кораблем. За бортом взлетали и осыпались брызгами тяжелые волны, сухо пощелкивали снасти, свежий ветер наполнял багровые паруса, гнал вперёд, играл в натянутых вантах.

Как дочь моряка, вернее, если быть более точным, как воспитанная в семье моряка, я имела вполне четкое представление о парусных судах и легко могла отличить бак от юта, а форштевень от бушприта. Но такого, как здесь, я еще не встречала.

Этот небольшой трёхмачтовый корабль с полным парусным вооружением и двумя орудийными палубами, подавлял своим величием и грозным внешним видом. Все мачты и реи были выкрашены в глубокий цвет антрацита, зато паруса гордо рдели под ярким солнцем, багровыми отблесками отражаясь в морской воде, а на самом верху бизань-мачты трепетал белоснежный флаг с незнакомыми черными символами. Вчера я даже не глянула на это великолепие, слишком уж ошеломила меня открывающаяся перспектива. Но сейчас, стоя на юте рядом с дазганом, я не могла сдержать возглас восхищения.

Он облокатился на поручни и, не скрываясь, наблюдал за мной. Его глаза загадочно блестели, а я буквально упивалась свободой, соленым воздухом, наполняющим мою грудь, даже влажными порывами ветра, треплющими мои косы. Фрегат казался мне летящей по волнам огромной, фантастической птицей с багровыми крыльями.

— Так о чем вы хотели поговорить? — спросила я, когда первый восторг понемногу схлынул.

— О вашей возможной родословной. Я тут припомнил события двадцатипятилетней давности.

Он коротко вздохнул и снова уставился на морской простор.

— В то время эрзун Нистралии взял в жены дочь эрзуна из Асторгрейна, соединив два рода. По нашим законам, когда даханни переходит в дом мужа, она дает его рейну свое родовое имя. Объединенный Асторгрейн довольно быстро завоевал популярность при императорском дворе, молодая даханни сверкала лучшими нарядами, а ее муж получил выгодный фрахт и организовал целую флотилию из семнадцати торговых кораблей. Когда выяснилось, что даханни ждет ребенка, ее тут же укрыли на самом неприступном острове рейна, где-то в восточных водах. Но кто-то выдал секрет его расположения. Однажды ночью крепость острова была атакована со стороны моря. Нападающие хорошо подготовились и буквально за пару часов сломили сопротивление защитников. Пока передали призыв о помощи, пока эта помощь пришла — прошло слишком много времени. Даханни и ее новорожденная дочь исчезли, а крепость была разрушена буквально до основания. В живых не осталось никого, кто мог бы назвать имена похитителей.

Я слушала его, затаив дыхание, и лишь когда он замолчал, поняла, что почти не дышала все это время.

— И что дальше? — осторожно поинтересовалась я. — Что стало с тем эрзуном?

— А что с ним могло стать? — искренне удивился Кархадан. — Сначала бесился, конечно, от ярости и бессилия, потом запил, но кайгун быстро выставил ему ультиматум: либо за голову берись и вспомни, что ты на службе императора, либо трибунал и разжалование. Море не терпит слабаков.

— И… он?..

— Он жив до сих пор, — дазган криво усмехнулся и бесстрастно добавил:- Так что, у вас есть все шансы оказаться наследницей одного из богатейших кланов Амидарейна.

Тут он нахмурился и уже будто про себя пробормотал:

— Только вот я так и не понял, кто организовал нападение и как так вышло, что ты попала к санхейо.

— Я сама хотела бы это знать, — вздохнула я, пытаясь унять предательскую дрожь в руках. — Всю жизнь считала себя дочерью простого рыбака из маленькой деревушки, но тут являетесь вы и весь мой мирок становится с ног на голову. Сначала оказывается, что мои родители чужие мне люди, причем совершенно другой расы; потом, что у меня какие-то странные особенности, из-за которых взрослые мужчины шарахаются от меня, как демоны от кадила. И наконец вы добиваете меня, сообщив, что, возможно, нашли моих родственников. И чего мне теперь ждать? Что будет, когда мы придем в Ризенпорт?

Кархадан снова отвел глаза, будто ему было неприятно даже смотреть в мою сторону.

— Кайгун обязательно прикажет проверить вашу кровь на совместимость с главными рейнами, — произнес он глухим голосом. — Если ваше родство с Асторгрейном подтвердится, вы перейдете под опеку вашего клана.

— И меня запрут в крепости на самом дальнем острове? И будут там держать как ценный стратегический объект, — невесело усмехнулась я, — пока не явится какой-нибудь эрзун и не предъявит на меня права? Такая судьба меня ожидает?

— Вы передергиваете, — дазган недовольно повел плечами, будто сбрасывал с себя невидимую паутину. Его взгляд по прежнему смотрел куда угодно, только не на меня.

— Да неужели, — ядовито бросила я, уязвленная его пренебрежением, — разве не вы советовали мне заняться самообразованием? Может, до описания рас я еще и не дошла, но вот обычаи и традиции внимательно просмотрела. Ваши даханни несчастные сушества. Сидят в своих башнях и ждут, пока отец подберет выгодного кандидата. Знаете, если вчера я жалела этих девушек-санхейо, то теперь мне жалко ваших женщин. И те, и другие не более, чем рабыни. Только у даханни рабство узаконенное.

Кархадан зашипел, когда я рванула прочь с юта по узким ступеням. Сама не знаю, что на меня нашло, но только в ту минуту мне вдруг захотелось оказаться как можно дальше и от этого мужчины, и от этого корабля.

— Вы ничего не знаете! — убежденно заявил он, хватая меня за руку. — Вы извратили все факты.

Поджав губы, я дернулась, пытаясь освободиться от его железной хватки, и тут напоролась спиной на перила фальшборта. Дазган переменился в лице, вжал меня всем телом в резные поручни, и я вздрогнула от внезапного холодка, пробежавшего по моей спине.

В раскосых глазах мужчины засияли мрачные звезды цвета грозового неба, а его побледневшее лицо оказалось в пугающей близости от меня.

— Вы. Ничего. О нас. Не знаете! — прошипел он, отчеканивая каждое слово.

Я застыла, не в силах двинуться с места, и в этот момент его сухие жесткие губы вдруг впились в мой рот злым, болезненным поцелуем.

Если бы я была настоящей санхейо, то в такой ситуации, наверняка, ответила бы на поцелуй, причем, постаралась привлечь побольше внимания: самый безотказный способ выскочить замуж, это скопрометировать жениха! Но я была санхейо лишь по воспитанию, которое все двадцать пять лет отторгала моя даханнская кровь. Поэтому, то, что произошло дальше, удивило и напугало меня саму.

Одна рука дазгана железными тисками сжала мою талию, вторая зарылась в волосы на затылке, удерживая и не давая отпрянуть. Я уперлась руками в грудь Кархадана, пытаясь вырваться, но всех моих сил оказалось слишком мало, чтобы сдвинуть его хоть на дюйм!

Едва его настойчивый язык попытался проникнуть между моих зубов, я содрогнулась от острой боли. Словно тысячи невидимых морских медуз ужалили меня одновременно по всему телу, и эта боль, похожая на ожоги, невыносимой волной прошла сначала вниз по всей коже, а потом вверх. Сконцентрировалась на уровне сердца, и вдруг все мое тело вспыхнуло, как один огромный факел.

Я на самом деле увидела красно-золотое свечение, охватившее мои руки! Это было так больно и так страшно, что я не выдержала и закричала, истерически отталкивая тяжело дышащего мужчину.