Помоги проекту - поделись книгой:
— Если ты не против, я все же оденусь. — Он указал на свои вещи.
Она была против, но промолчала. Ведь ведьма и священник — это пошло? И все же Елена поймала себя на довольно смешной мысли. Раньше она, веселя приятельниц, предостерегала: лучше не знать, что у священника под рясой. Теперь эти слова принимали совершенно другой смысл…
— Ты обедала? — поинтересовался Егор.
— Нет.
— Тогда угощаю.
Он сказал это так просто и буднично. Как обычный мужчина, приглашающий понравившуюся девушку на свидание. Видимо, у него был немалый опыт в этом вопросе. А еще Елена говорила Гелле, что монахи не могут похвастаться особым сексуальным опытом…
— Ты поведешь меня в трапезную? — иронично поинтересовалась Елена.
— Нет, — улыбнулся Егор. — Идем ко мне. В трапезной никого нет. Я отпустил братьев отдыхать, пока работал в храме сам.
— Отпустил? — переспросила Елена. — Ты большой начальник? Кстати, а у вас тут всегда так? Если в монастыре странные гости, то братья начинают сообщать друг другу эту новость? И скольких должен предупредить каждый?
— Всего одного. Меня.
— Почему только тебя?
— Лена. — Егор посмотрел на нее так, будто она не понимала банальной истины. — Я игумен этого монастыря.
Вот это да! Игумен. Настоятель. Ну почему бы ему не быть каким-то служкой? Но нет. В душе Елена понимала, что иначе и быть не могло. Обычный монах вряд ли мог быть хранителем того странного артефакта.
— Ты слишком молод для игумена, — все же проворчала Елена, когда они поднимались по витой щербатой лестнице на галерею.
— Мне сорок три года, — доброжелательно сообщил Егор. — Это нормальный возраст. А вообще, мне просто повезло. Я служил секретарем у предыдущего настоятеля. Он был слишком стар, чтобы заниматься делами. И я заменял его.
— А после его смерти, конечно, братья выбрали тебя, — досказала за него Елена.
Они прошли по второму этажу, через маленькую дверцу вступили на открытую галерею, соединяющую собор с келейными корпусами.
— Выбирал меня архиепископ, — уточнил он. — Но естественно, по протекции братьев. Отец Александр всегда хорошо ко мне относился, так что мне опять же повезло. Он вообще благоволит нашей обители. Когда шесть лет назад стало понятно, что монастырь нуждается в срочном ремонте, епархия по его ходатайству выделила нам средства.
— И вы восстановили собор Пресвятой Богородицы и отреставрировали гостевую часть монастыря, — уверенно продолжала Елена. — Туристический бизнес дает неплохую прибыль.
— Но дотации епархии не прекратились, — добавил Егор. — Архиепископ лично следит за ходом работ.
— Круто, — прокомментировала Елена.
Они шли по широкому светлому коридору. Справа из окон падал солнечный свет, ложась симпатичными ассиметричными лужицами на паркетные плитки. А слева располагались кельи. По просьбе Елены они заглянули в одну из них. Ковролин, одноместная кровать, крохотный угловой стол, бежевые занавеси на окнах и цветы в горшочках. За дверью прятался небольшой шкаф для одежды. Места, правда, было очень мало, но в принципе кельи оказались довольно уютными.
Елена и Егор прошли коридор до конца. Он закончился еще одной лестницей, по которой они поднялись наверх. Теперь Егор вел Елену в надвратную церковь. Но не в сам зал, а выше, под самый купол. Здесь располагалась крипта. Елена очень хотела остаться здесь хоть ненадолго. Когда еще представится такая возможность, побывать в самых сокровенных местах мужского монастыря? Но Егор уверенно вел ее дальше. Они прошли еще одну галерею, на этот раз крытую. С богатой резьбой и фресками из жизни святых. Из окон был виден хозяйственный двор обители, госпитальный корпус и мастерские.
Наконец, они спустились по очередной лестнице и вошли в игуменские покои. На самом деле это была пристройка ко второму келейному корпусу. Всего несколько помещений. Кабинет, спальня и библиотека…
Елене показалось, что перед ней вспыхнул огонь. Яркий и жестокий. Он заставил ее задохнуться, перед глазами замелькали желтые точки, зашумело в ушах. Егор подхватил ее под локоть.
— Что с тобой?
— Не очень умно, — с трудом проговорила Елена. — Прятать ее здесь. Слишком очевидно.
Егор практически оттащил ее от двери в библиотеку. Чем дальше они отходили, тем быстрее отступало это жуткое чувство. Елена не могла еще так быстро справиться с новой и мощной силой. Артефакт заявлял о себе слишком чувствительно.
— Может, тебе полежать? — заботливо спросил Егор.
— Ненормальный? — нервно усмехнулась она. — Это слишком рискованное предложение, даже для монаха.
Егор рассмеялся и наконец-то ввел ее в свой кабинет. Кто-то уже заботливо накрыл им маленький столик. Сервировка была отменной. Елена уселась в мягкое кресло, обтянутое бархатом, с резными подлокотниками и высокой спинкой. Огляделась. Тут все было выдержано в темно-красных тонах. Обивка мебели, тяжелые портьеры, ковер. Много позолоты — на подсвечниках, на окладах старинных икон, которые так странно смотрелись в комплекте с мощным компьютером на рабочем столе.
Егор налил Елене густого и ароматного фасолевого супа из белой фарфоровой супницы с кокетливо изогнутыми ручками. Тарелки тоже были белыми с легкой золотистой каймой по краю. Приборы, естественно, серебряные.
— Неплохо быть настоятелем, — оценила Елена. — О! Вкусно. Сейчас ведь не пост?
— Тебе повезло, — подтвердил Егор.
Некоторое время они молча наслаждались обедом. Близкое присутствие неизвестного артефакта все еще ощущалось тупой болью в висках и легким головокружением. Но Елена очень старалась совладать с новой силой, и кажется, ей становилось легче.
— Послушай, — серьезно сказала она через некоторое время, — а как же предыдущий настоятель. Это ведь он погиб в часовне Иоанна Крестителя?
— Да, — несколько напряженно ответил Егор.
— Как давно?
— Полтора года назад.
— Они искали эту вещь. — Елена произнесла это не как вопрос, а как утверждение. — И не нашли. Тогда ты перенес его из Благовещенского храма в библиотеку?
Егор кивнул.
— И они придут опять, — серьезно продолжала Елена. — Ты же это понимаешь?
— Естественно. — Егор отложил ложку.
— Если я могу так сильно чувствовать эту вещь. — Елена принялась развивать свою мысль. — То кто сказал, что не почувствуют они?
— В библиотеке слишком много вещей, — возразил Егор. — И там это ощущение рассеивается.
— Скорее, наоборот, — покачала головой Елена, — концентрируется. Конечно, это трудно. Но ведь это не книга.
Егор промолчал, но Елена знала, что догадалась правильно.
— Ты готов к их приходу?
— Я думаю, что да, — немного помолчав, ответил Егор.
— Будь осторожнее, ладно? — Елена не знала, что еще могла сделать для этого человека.
Он лишь ласково улыбнулся ей в ответ.
Елена тоже улыбнулась и больше не поднимала этой темы.
Егор принялся угощать ее бараниной, запеченной в рассоле со специями, а еще свежими ароматными овощами и гречневой кашей — рассыпчатой и необычайно вкусной. Запивали они обед морсом.
К концу трапезы Елене стало грустно. Сказка заканчивалась, и она не знала, что делать и зачем на самом деле она здесь. Да и Егор явно не знал ответа на эти вопросы.
Конечно, можно было бы предположить самый банальный вариант. Просто Судьба преподнесла ей странный и немного жестокий подарок. В период расцвета бурного романа с Владом, с многочисленными и пафосными сценами ревности, несколько часов с этим странником в антураже древнего монастыря, та ситуация, про которую говорят: клин клином. Но все же, все же… Это слишком нереально, слишком остро. Такие истории не заканчивались просто так. Или же так больно и грустно.
— Пора? — спросила Елена, отставляя бокал.
— Наверное, — рассеянно сказал Егор. — У тебя больше нет времени?
Его голос не мог обмануть…
Да, они не хотели расставаться. Но смысл встречи так и остался загадкой. А сказки всегда кончаются.
Елена молчала и ждала.
— Я выведу тебя через другой выход, — вставая из-за стола, предложил Егор. — По берегу. Там скит.
Елена вопросительно подняла брови. Скит? Похоже, это и есть место древнего капища Волха. Да, вот тебе и прощальный подарок.
Они молча вышли из кабинета, тут же свернули на другую лестницу и поспешили вниз. Через двор с уже привычной брусчаткой, по очередной узкой тропинке. Очень крутой и извилистой. Всю дорогу они, как дети, держались за руки. Елена презирала саму себя. Такие викторианские страсти были явно не для нее. Но не заваливать же игумена в кустики. Она слишком уважала себя для этого.
Скит был сложен из древних камней, которые, казалось, держатся только за счет мха, облепившего их со всех сторон. Егор остановился у порога. Пахло сыростью и болотом. Каменное ложе, щербатый подоконник, видимо, когда-то служивший столом. Икона и лампадка под ней. Все, как положено. И уже знакомый прилив древней и темной силы, дарующей свободу и… острое чувство одиночества. Одиночества и печали.
— Оказывается, к этому можно привыкнуть, — невесело усмехнулась Елена.
— Да, — коротко ответил Егор.
Он-то знал это очень хорошо…
Тянуть не было смысла. Елена развернулась и продолжила спуск к древней стене, с вершины которой уже упало несколько камней.
— Там калитка, — сухо, будто с трудом сказал Егор. — Она всегда открыта…
Елена кивнула, думая, что уже никогда не воспользуется этим приглашением. А потом, повинуясь какому-то дурацкому импульсу, достала из сумочки свою визитку.
— Держи. Вдруг будешь в наших краях. На каком-нибудь монашеском съезде.
Егор улыбнулся и сжал ее ладонь. Елена подумала, что самым логичным в этой мелодраме будет расплакаться и броситься ему на шею…
Елена развернулась и поспешила прочь.
На автобусной остановке толпились туристы в своих идиотских бейсболках, с пирожками и сигаретами. Они галдели и смеялись. Слишком громко — и слишком реально. Елена старалась подавить чувство разочарования и раздражение.
— Ты! — Алек выглядел рассерженным и встревоженным. — Лена! Ты хоть понимаешь…
— Понимаю, прости, — коротко ответила она и полезла в сумку за сигаретами. Руки ее слегка тряслись.
— Где ты была? — Лучший друг понял, что с Еленой что-то не так. Его раздражение прошло, осталась только тревога за нее. — С тобой все в порядке?
— Нет, не все, — честно ответила ведьма. — А вообще, я просто потерялась. Но ведь нашлась, Алек! И мы не опоздали на автобус.
Алек понял, что сейчас Елену лучше не трогать. Но это не значит, что он стал меньше за нее волноваться. Скорее, наоборот. Тревога усилилась.
— Прости, — еще раз сказала она, выкинула сигарету и направилась к автобусу.
…Спокойным летним вечером под прощальными оранжевыми лучами заходящего солнца Алек и Елена сидели на берегу Волхова, у самой кромки воды. Чуть в стороне шуршала листьями ива. Издалека слышался неумолчный гул Новгорода.
Алек глотнул холодного пива и посмотрел на подругу. С того момента, как она, дерганая и несчастная, села в автобус, который увозил туристов в гостиницу, почти ничего не изменилось. Елена по-прежнему выглядела подавленной и отстраненной. Вокруг нее витало нечто. Незнакомое и тягостное. И еще… было впечатление, будто она глубоко забилась в свою раковинку и теперь смотрит на мир из ее глубины, не понимая, где она и что с ней происходит. Будто подсматривала за реальностью из другого измерения. Этот образ «гостьи из будущего» или из прошлого, что выглядело более логичным, весьма тревожил Алека.
Юля посоветовала ему оставить Елену в покое. Ей и раньше приходилось наблюдать странные состояния подруги. Так же возникающие после каких-то встреч или событий. Но Юля не была магом. А Алек был. И в этом плане понимал Елену лучше.
— Лен. — Он все же решил начать разговор. — Тебе лучше?
— В чем-то, да, — глядя на неровную гладь Волхова, сказала она. — Извини меня еще раз. Просто… Наверное, я не смогла бы поступить иначе.
— Знаешь ли, — пробурчал Алек. — Пока я бегал, как угорелый, по этому монастырю, я уж чего только не придумал. Все же там около сотни оголодавших мужиков…
— Алек. — Елена наконец-то развернулась к нему и даже усмехнулась. — Не стоит так верить в байки о монахах-насильниках… — проговорила она и тут же помрачнела. — Хотя… Если в следующий раз я начну с жаром уверять тебя, что ведьма и монах — это пошло, тащи меня прочь от монастырей и даже просто церквушек.
— Ну, знаешь ли! — с напускным весельем заявил Алек. — Не слишком ли много переживаний из-за случайной интрижки с каким-то монахом?
— Он не какой-то, — поправила его Елена. — Он настоятель этого монастыря.
— Что? — Алек чуть не подавился пивом. — Ты соблазнила настоятеля! Это круто даже для тебя!
Маленький, но упрямый пуританин в его душе воспротивился такой наглости.
— Я его не соблазняла. — Елена не оправдывалась, она просто констатировала факт.
— Понимаю, — соврал Алек. — Он и сам был не против.
— Был, — цинично улыбнулась Елена. — Как и я. Но секса не было.
Алек задумался. Что-то как-то не складывается. Вроде бы она никаких норм и правил, ни своих личных, ни общественных, не нарушила. Он почувствовал легкое раздражение. Долго еще вытаскивать из нее клещами информацию?
— Секса не было, — повторил он. — А что было?
— Просто экскурсия по закрытой части монастыря и обед.
— Не хило. — Алек почувствовал себя несколько обделенным. Он-то повелся на заявления гида, что в местной рыгаловке потчуют монастырской кухней… Видимо, та убогая столовая приплачивала тетке за рекламу. — В чем дело? Может, уже хватит, а?
— Это была
— В смысле? — Алек почувствовал тревогу, но пока не мог понять, с чем она может быть связана.
Поделиться книгой: