ВОЛШЕБНЫЕ СУЩЕСТВА. ЭНЦИКЛОПЕДИЯ

Как вызвать фею.

Я. Е. А. вызываю. Элаби: Гатхен: во имя. отца. сына, и святого, духа, заклинаю. Элаби. Гатхен: Вызываю, и. Немедленно: приказываю, и Повелеваю, тебе. Тетраграмматоном: Эммануэлем, мессией, сетером. пантоном кратоном. Альфой и Омегой, и. прочими, высокими, и. почитаемыми, именами, всевышнего, богом. Выразимым, и. не. Выразимым, и. всей, силой, святого, духа, божественной благодатью, и. предвидением, мощи. и. благодати, и. силы, твоей. Элаби. всею, мощью, и. благодатью, и. силой, всех, святых. Дев. и. патриархов. И. Я. Заклинаю, тебя. Элаби Гатхен. святыми, именами. Бога. Садай. Элой. Искирос. Адонай. Саваоф, появись немедленно, покорно, и послушно, в. этом, зеркале, не. причиняя, вреда, и. не подвергая опасности, ни. меня, ни другое, живое, существо, и к тому я обязываю, тебя. всею, мощью, и. силой, нашего. Господа. Иисуса. Христа. Я. Повелеваю, тебе, силою, его. воскресения, и. силою, его плоти, и. тела, данного ему. святой. Девой. Марией. Императрицей, неба. и. ада. и. святой, властью, господа, и. его. святыми, именами, именно. Адонай. Адонатос. Элой. Элоим. Суда. Иге. зет. и. гебан: что. означает. Господь, могучий, и. Царь. Иудейский, чья. обитель, вся. твердь, земная, чей. престол, в. небесах, и. его. властью, земной, и. им. самим, и. его. славными, и. могущественными, именами. Я. повелеваю, тебе, служить, мне. Е. А. верой, и. правдой, и никуда, не уходить, без. моего, согласия, и Законного. Разрешения, данного именем. Отца. и. святой, троицы. А. ещё я. заклинаю, тебя. Элаби. Гатхен. всеми. Ангелами, и. Архангелами, и. всем, святым, воинством, небесным, поклонением, господу, всемогущему, приди, явись, передо, мной. Е. А. в. этом, кристалле, или. зеркале, покорно, и без сопротивления, моему, истинному, и. совершенному, зрению, и. честно, без. плутовства. Мошенничества, или. обмана, исполняй, все. мои. приказания, и. требования, и. отвечай, на. все. вопросы, какие, пожелаю, тебе, задать, а. также, будь, покорен, и. верен, мне. отныне, и. во веки веков, во. всякое, время, дня. и. ночи. и. в. любом, месте, будь. то. поле. дом. или. другое, место, куда. я. призову, тебя. и. чтобы, ты. Элаби. Гатхен. не. покидал, меня. и. не. имел, желания, покинуть, ни. при. помощи, магии, ни. повинуясь, призыву, другого, мага, какого бы. звания, или. учёности, он. ни. был. но. оставался, бы. всегда покорным, и. преданным, моим. Е. А. слугой, и. даже. в. страшный. День. Суда, когда, ты. будешь, держать, ответ, перед. Господом, пред, коим, ты. я. и. прочие, христианские, души, предстанем, чтобы, обрести. Радость, в. небесах, или. его. волей, быть, обречёнными, на вечное, проклятие, и. даже. в. глубинах, ада с дьяволом, и. его. Ангелами, где. будем, гореть, не. сгорая, в. серном, пламени, преисподней, вот. к. чему. я. Е. А. обязываю, тебя. Элаби. Гатхен. и. связываю, тебя. всею, властью, бога. Отца, бога Сына, и бога святого духа единого, в. трёх лицах, триединого, будь, верен, мне. во. всём. Почтение, покорность. Да будет, так. Именем. Иисуса. Иисуса. Иисуса его именем, быстро, быстро, быстро, приди, приди, приди, fiat, fiat fiat Amen. Amen. Amen. И т. д.

Этим заклинанием ut supra вызывать Элабигатан А. Фею.

Как прогнать фей и других духов или эльфов с любого места или подземелья, где спрятаны или зарыты сокровища. Сначала скажи главное: во имя Отца, Сына и Святого Духа изыди. Аминь. А потом прибавь следующее: заклинаю вас, духи или эльфы, семью сёстрами и их именами. Лилия, Рестилия, фока, фола, Африка, Юлия, венулия, заклинаю вас и именем Отца, Сына и Святого Духа приказываю: изыдите. Святой Марией, матерью нашего Господа Иисуса Христа, рождеством, обрезанием и крещением, Святым постом, страстями, смертью и воскрешением нашего благословенного Господа Иисуса Христа, пришествием Святого Духа, нашего священного утешителя, Апостолами, Мучениками, Исповедниками, святыми девами и всеми, избранными Господом и Иисусом Христом, отныне ни вы, ни ваши родичи не имеете власти над этой землёй ни внутри, ни снаружи, равно как и над этим слугой господним. Н., ни днём, ни ночью. Да прибудет с ним или с нею Святая Троица. Аминь. Аминь.

Как вызвать Королеву Фей.

Миколь, о ты, Миколь, королева пигмеев! Бог Авраама: Бог Исаака: Бог Иакова: Тебя благословляет, и дарует всякое счастие, и прощает. Тотчас появись, предстань предо мною скорее. О ты, Миколь, во имя Иисусово приди скорее! Трижды. Подобно блаженным, которые появляются во имя Христово! Приди же, о ты, Миколь, во имя Христово! Приди скорее, ибо Ему хвала и слава во веки веков. Аминь. Аминь.

ПЛЕНЁННЫЕ ФЕИ.

Брак смертного с феей заключался обычно лишь после того, как фею удавалось похитить, хотя некоторые выходили замуж по доброй воле, уступая ухаживанию. Однако и они, как все пленные феи-невесты, оставались с мужем лишь до тех пор, пока он не пытался нарушить определённый запрет, который всё равно, естественно, нарушался. В сказке о Диком Элдрике налицо весь комплекс мотивов, связанных с женитьбой смертного на фее: похищение волшебной невесты, нарушение запрета и последующее возвращение жены в Волшебную страну. Другие волшебные жёны, например селки или девы-тюлени, попадали в плен, когда кто-нибудь похищал тюленью кожу, которую они оставляли на берегу во время купания. Они выходили замуж за похитителя, но стоило им после долгих лет супружества отыскать свою кожу, как они бросали мужа и детей и возвращались в море.

История о Зелёных детях, рассказанная Ральфом Коггешеллом, — необычный пример, ибо из попавшей в плен парочки мальчик зачах и умер, а девочка так никогда и не вернулась к своим подземным родственникам, а осталась с людьми, вышла со временем замуж и жила как простая смертная, хотя некоторые странности и капризы за ней всё же водились.

В любом уголке страны рассказывают сказки о крошечных беспомощных феях, которые попадали в плен, но со временем всё же вырывались на свободу. Самые известные миниатюрные пленники — лепреконы. Человек, у которого достанет храбрости изловить лепрекона, обычно надеется угрозами заставить его выдать место, где зарыт клад, ведь лепреконы — известные скопидомы, у них всегда найдётся горшочек-другой золота в запасе, однако не было ещё случая, чтобы кому-нибудь удавалось это золото выманить. В случае с лепреконом остаётся в силе старое правило, сформулированное ещё Робертом Кирком: фею видно, пока не сморгнёшь. Если уж вам удалось поймать лепрекона, не полагайтесь на надёжность своей хватки; что бы ни случилось, не спускайте с него глаз, иначе он просочится у вас меж пальцев, как вода. Вероятно, то же самое правило сохранялось и для пикси из Окери.

Жила в Дартмуре одна старуха, и вот продала она как-то на базаре свой товар и направлялась домой с пустой корзинкой. Подошла она к мосту через Чёрный ручей, что близ Окери, и вдруг, откуда ни возьмись, прыг на дорогу крошечный человечек и давай скакать перед ней. Росту в нём было не более восемнадцати дюймов, так что старуха сразу признала в нём пикси. Она остановилась было, боясь, как бы он не сбил её с дороги, но потом вспомнила, что домашние ждут её возвращения, и решительно зашагала вперёд. Только она шагнула на мост, а пикси развернулся и прыг на неё, да только старуха не растерялась, схватила прыгуна, сунула в корзинку и накрыла крышкой, думая, что, вместо того чтобы идти по пятам за пикси, лучше сама его понесёт. Человечку было тесно в корзинке, так что он не прыгал, а ругался на каком-то неведомом языке, а старуха, гордая своей добычей, со всех ног бежала домой, желая поскорее похвастаться перед домашними. Но вот поток ругани стих, и женщина подумала, что человечек, должно быть, дуется или спит. Ей страсть как хотелось поглядеть на него, так что она взяла и подняла потихоньку крышку с одной стороны, заглянула — а его и след простыл, растаял, как пена на песке. Но никакого вреда женщине он не причинил, и она всё равно гордилась своей добычей, хотя и не смогла никому её показать[88].

Двое браконьеров из Ланкашира пошли за кроликами: накрыли пустыми мешками выходы из двух нор, а в третью запустили хорька. Не успели оглянуться, а в мешках уже что-то барахтается. Изловили они своих хорьков, вскинули каждый по мешку на плечи и пошли восвояси. И вот карабкаются они на Хойтонов Лоб и слышат из одного мешка голос: «Дик, где ты?» А из второго ответ:

Я в мешке,

На горбу,

Да на Хойтоновом Лбу.

Они, как один, бросили свои мешки и в ужасе кинулись по домам. На следующее утро они осторожно поднялись на холм и обнаружили там свои мешки, крепко завязанные, но фей и след простыл. Они натерпелись такого страху, что оставили своё ремесло и стали ткачами, как и все прочие жители деревни[89].

Скилливидден и Коулман Грей — это волшебные существа, некоторое время прожившие среди людей, но в конце концов вернувшиеся в свои семьи. В более печальной истории, «Братец Майк», маленькому пленнику так и не удалось освободиться, он зачах и умер в неволе. Сохранились упоминания об одном довольно редко встречающемся водяном духе, который, попав в сети рыбаков, растаял под лучами солнца, словно медуза.

Большинство из этих волшебных созданий, больших или маленьких, были бессильны отомстить за себя, в то время как другие мстят людям за пустяковые провинности, насылая болезни, слепоту и даже смерть.

ФЕИ – НЕВЕСТЫ.

Со времён классической античности человечество слагало трагически-прекрасные истории любви богинь или нимф и людей; любые отношения между смертными и бессмертными неизменно имели трагический конец. Сказки о феях, и в особенности среди кельтских народов, продолжают эту традицию. Немало рассказано о браках между существами совершенной, недоступной смертным красоты и людьми, в особенности наделёнными задатками лидеров. На память немедленно приходит Дикий Элдрик, тот самый, кому долгое время удавалось сдерживать натиск норманнов на границах Уэльса. В сборнике любопытных историй XII века «Придворная маята» Уолтера Мапа можно прочесть и о нём, и о «Волшебной жене из озера Брихей-ниог», зачин которой очень походит на историю о горагет анун из озера Ллин-Фан-Фах.

Валлийцы рассказали нам историю не просто чудесную, а чудовищную. Гвестин Гвестиниог жил на берегу озера Брихей-ниог, размером две мили в окружности, и вот на протяжении трёх ночей, когда сияла луна, он наблюдал, как девы водили хоровод на овсяном поле, и следовал за ними, покуда они не погружались в воды озера, а на четвёртую ночь поймал одну из них. Как рассказывал сам похититель, каждую ночь после погружения он слушал, как они бормотали под водой, рассуждая: «Если он совершит то-то — поймает одну из нас». Так вот, наставленный ими, он и достиг этого, она же покорилась ему и вышла за него, и первыми её словами, обращёнными к мужу, были: «Я охотно стану тебе служить и во всём преданно буду слушать тебя до тех пор, пока, торопясь на клич из-за Ллифни, ты не ударишь меня своей уздечкой». А река Ллифни протекала поблизости от озера. Так оно всё и вышло: она родила ему множество детей, однако он всё-таки ударил её, и на обратном пути обнаружил, что она бежала вместе с детьми, бросился за нею следом и с трудом смог поймать единственного из своих сыновей — по имени Триунейн Вагелаук.

В этой сказке речь идёт о залоговом пленении, хотя, как и в истории о горагет анун, герою предварительно сообщаются условия ухаживания. Появляется здесь и запрет, который будет повторяться и в более поздних вариантах.

Нередко феями-невестами оказываются девы-тюлени. Они неохотно идут в жёны к смертным, когда те похищают сброшенные ими шкуры, и убегают при первой возможности вернуть свои одеяния. Деву-лебедя также можно пленить, похитив её перья, но она обычно расстаётся со своим оперением едва ли не с радостью, что заставляет заподозрить в ней существо, превращённое в птицу злыми чарами, нежели являющееся таковой от рождения.

ПОХОРОНЫ ФЕЙ

Как-то ночью старый рыбак по имени Ричард шёл с рыбой из Сент-Айвз и вдруг услышал колокола церкви в Леланте, только звонили они как-то странно, словно приглушённо. Он подкрался к церкви и заглянул в окно. Внутри горели огни. По проходу двигалась процессия маленьких человечков, шестеро из которых несли гроб. Тело было открыто; покойница была маленькая, точно куколка, и красивая кукольной, восковой красотой. Плакальщики несли ветви цветущего мирта, головы украшали веночки из роз. У самого алтаря была вырыта маленькая могилка. Тело опустили, феи бросили вслед свои цветы и закричали: «Нет больше нашей королевы!» А когда крохотный могильщик бросил на гроб первую лопату земли, поднялся такой горький плач, что Ричард не выдержал и тоже заплакал. Тут же все огни погасли и феи пчелиным роем налетели на него, жаля остриями своих кинжалов. Ричард кинулся бежать и едва спасся[90].

Примечательно, что эти феи, хотя и обиделись на непрошеного гостя, который нарушил их покой, не испугались ни распятия, ни освящённого помещения. Должно быть, они и впрямь принадлежали к благословенному двору.

Рассказывают, что и Уильяму Блейку довелось видеть похороны фей.

«А вы когда-нибудь видели похороны фей, мадам?» — спросил он у дамы, которая сидела рядом. «Нет, сэр!» — ответила она. «А я видел, — сказал Блейк, — не далее чем вчера вечером». И он рассказал ей, как в собственном саду наблюдал «процессию существ, размером и цветом похожих на зелёных и серых кузнечиков, которые принесли покойника на розовом лепестке вместо носилок, с песнями его похоронили и исчезли»[91].

Немногие верят в возможность похорон фей, большинство полагают, что феи живут столько, сколько стоит мир, некоторые, напротив, считают, что с течением времени они усыхают, уменьшаются и, наконец, исчезают без следа, как маленький корнуэльский народец. И всё же то и дело находятся люди, которые, подобно Блейку, утверждают, что видели похороны фей. В рассказах о приключениях некоего бродяги из Пертшира говорится о том, как однажды близ Том-он-Таул этот бродяга нашёл заброшенный дом, а рядом с ним — колодец. Только он собрался зачерпнуть из колодца воды, как вдруг увидел свет, пробивающийся сквозь кусты. Появились два крохотных человечка, дюймов по шесть ростом, они несли гроб. На головах у них были котелки, а не «трубы» — традиционные шотландские шапки, надеваемые на похороны.

Один человек шёл однажды за похоронами феи. Было поздно, но он не спал и вдруг услышал приближение погребальной процессии. Он выскользнул из дому и шёл крадучись за ними, пока они не исчезли внутри Лислтрим-Форта (форт, окружённый тремя кольцами укреплений возле Куллиханна). Шаги фей он слышал хорошо, но их самих не видел.

Роберт Кирк в своей неподражаемой работе определяет сроки жизни фей и также упоминает похороны.

Их мужчины много путешествуют, предвосхищая злодейские и трагические деяния некоторых из людей либо подражая им. Немало трагических событий происходит и в их жизни как на земле, так и в воздухе, наподобие заговоров, сражений, угроз, ранений и похорон. Они живут гораздо дольше нас, но в конце концов умирают — или, во всяком случае, исчезают.

Ниже он добавляет: «Они не подврежены болезням, но уменьшаются и чахнут в определённое время, все приблизительно в одном и том же возрасте». Многие люди почти уверены, что похороны фей и есть то самое «предвосхищение... трагических деяний» смертных.

Как-то лунной ночью шли два человека домой, в деревню Лэнгтон. Один был старик Адам, коновал, другой — весёлый молодой парень по имени Робин. Только они поравнялись с церковью, раздался первый удар колокола — били полночь. Прошли путники несколько шагов и остановились посчитать удары погребального колокола, который тут тоже зазвонил. Насчитали они двадцать шесть ударов, а Робину как раз и было двадцать шесть. Удивились они, погадали, кто это из его приятелей мог преставиться, да и пошли себе дальше, думая, что наутро всё узнают. Только они поравнялись с воротами и сторожкой старинного аббатства, как дверь распахнулась и на дорогу вышел человечек в тёмном плаще и красном колпаке. Незнакомец размахивал руками и напевал красивую и печальную погребальную песню, а за ним тянулась целая процессия таких же крохотных человечков в плащах и колпаках, которые несли гроб со снятой крышкой, так что можно было разглядеть лицо покойника. Путники поспешили спрятаться в живой изгороди, но, когда гроб проносили мимо, Адам не утерпел, заглянул туда и увидел лицо мертвеца. «Робин, дружок, — сказал он, — у них в гробу ты, один в один!» Робин подался вперёд и действительно увидел в гробу уменьшенную копию себя самого. Под звуки погребального колокола кортеж проследовал к церкви. Робин решил, что это — предвестие его смерти, и вознамерился узнать, когда же она наступит. Адам хотел было удержать его, но Робин кинулся за феорин, положил руку на плечо их вожаку и, дрожа, спросил: «Не могли бы вы мне сказать, сколько мне ещё осталось жить?» Немедленно сверкнула молния, грянул гром, брызнул дождь, процессия растаяла, а путники заспешили домой.

С той ночи Робина как подменили. Он больше не гулял и не веселился. Единственной его радостью было теперь посидеть со старым Адамом да вспомнить, что они видели и слышали в ту ночь. А через месяц он упал со скирды, поранился и вскоре умер[92].

Это, пожалуй, подробнейший из всех известных рассказов о похоронах-предупреждениях, хотя множество подобных историй бытует в Уэльсе и Гэллоуэе. Валлийские свечи мертвецов, несомненно, относятся к болотным огням, однако они имеют отношение скорее к духам мёртвых, нежели к собственно феям.

ИСЧЕЗНОВЕНИЕ ФЕЙ.

С тех времён, когда были написаны «Кентерберийские рассказы», до наших дней ходят слухи, будто феи готовятся покинуть землю, силы их на исходе, но они, похоже, не спешат.

В истории, рассказывавшейся в Сомерсете, речь идёт о фермере с Найтон-Фарм в Эксмуре, который был дружен с пикси. Они молотили для него зерно и вообще делали всякую работу, пока его жена, из самых лучших побуждений, не оставила как-то раз для них одежду, и, разумеется, они вынуждены были уйти, как поступили бы на их месте и брауни. Но и это недоразумение не смогло разрушить их расположения к фермеру, и вот как-то раз, когда на колокольне в Уитпуле повесили новые колокола, повстречал фермер пикси-отца.

— Не дашь ли нам плуг да упряжку взаймы? — спросил он.

Фермер насторожился: он слыхал, как пикси обращаются с лошадьми.

— А для чего они вам?

— Да вот хочу жену с ребятишками подальше от этой брякалки увезти.

Фермер решил помочь, а когда пикси от мала до велика перебрались за Уинсфордский холм и отпустили старых тягловых лошадей, домой пришли здоровые двухлетки[93].

Тут, правда, говорится лишь о переезде, а не об окончательном исходе, однако проясняется по крайней мере одна из причин, по которой феи покинули Англию. Где-то в середине XIX века был записан рассказ о том, как феи навсегда покинули Шотландию, что произошло, как полагают, у ручья Эатхи.

Однажды субботним утром... жители деревушки ушли в церковь, все, кроме одного пастушонка и его маленькой сестрёнки, те остались и играли возле какого-то из деревенских домов; и вот, едва тень от стрелки на солнечных часах накрыла отметину полдня, дети увидели длинную кавалькаду, которая выходила из ложбины между холмами по узкой, заросшей деревьями лощине. Процессия петляла между пригорков и кустов, потом, обогнув дом, за которым укрылись малолетние свидетели, с севера, повернула, следуя подъёму местности, к югу. Лошадки были малорослые, косматые, в бурых и серых пятнах; всадники — кривобокие, безобразные коротышки в допотопных курточках из клетчатой ткани, длинных серых плащах и красных колпаках, из-под которых топорщились нечёсаные серые космы. Мальчонка-подпасок и его сестра, разинув рты и онемев от испуга, стояли и смотрели, как всадники, один страшнее и грязнее другого, проезжают мимо, пока все они, кроме последнего, который что-то замешкался на дороге, не скрылись в густом подлеске, что покрывал склоны холма в то время. Тут любопытство взяло верх над страхом и осторожностью, и мальчик решился на вопрос: «Кто ты такой, человечек? И куда едешь?» — «Я не Адамова семени, — ответил тот, повернувшись в седле, — мирный народ никогда больше не появится в Шотландии»[94].

А вот обитатели Абердиншира, что на севере Шотландии, не спешат расставаться с феями. По сути дела, в кельтской Британии отголоски древних преданий слышны и по сей день. Да что там, ещё в 1895 году в графстве Оксфордшир, что в Средней Англии, рассказывали о феях на Роллрайтских Камнях. Некий старик, по имени Уилл Хьюз, говорил, будто видел фей, когда те танцевали на Камнях. Они будто бы вылезли из дыры в земле. Бетси Хьюз, его вдова, знала про ту дыру: ещё когда она была девочкой и играла там со своими товарками, они закрывали дыру камнем, чтобы феи их не потревожили.

Сколько бы ни рассуждали об исчезновении фей, а они всё с нами. В Ирландии вера в фей по-прежнему составляет часть повседневной жизни; уцелели предания в шотландских горах и в Исландии. И не только в кельтских уголках Британии, но и повсюду в Англии то и дело можно услышать байку о феях.

ПЛЕМЕНА И НАРОДЫ ФЕЙ

ФЕИ, ЖИВУЩИЕ ПЛЕМЕНАМИ.

Все волшебные существа делятся на две основные группы: фей, живущих племенами, и духов-одиночек[95]. Однако, как нам кажется, можно выделить ещё и третью категорию: домашних фей, которые живут семьями, но присоединяются к остальным во время волшебной ярмарки или чтобы повеселиться.

Среди ирландских фей, живущих племенами, попадаются разные: большие и маленькие, добрые и злые. Их излюбленная одежда — зелёные пальтишки или курточки, тогда как духи-одиночки предпочитают красное. К феям, живущим вместе, относятся и героические, и опасные зловредные слоа, и даже те маленькие феи — духи природы, которые оставляют волшебные кольца на траве, водя хороводы, и ускоряют рост цветов. Среди фей, живущих племенами, встречаются столь крохотные, что их колпачки размером не больше колокольчиков цветущего вереска. Другие феи, трёх-четырёх футов росту, похожи на малорослых людей, это они поют и танцуют внутри волшебных холмов, крадут человеческих детей и невест, оставляют подкидышей. К феям, живущим племенами, относятся и мерроу, страшные на вид, но добродушные морские люди Ирландии.

Шотландские феи бывают совсем крохотными, но встречаются и те, которые ростом не уступают людям, а потому могут вступать с ними в браки. То же самое наблюдается и в Англии.

Валлийские феи светловолосы, они неравнодушны к золотым волосам и потому охотно крадут рыжих ребятишек. Эти феи заядлые танцоры, танцуя, они оставляют на траве волшебные кольца. Живут под землёй или на дне водоёмов. Их девушки с охотой становятся жёнами смертных, которые сумеют их завоевать, и живут с ними некоторое время. Однако визит в страну фей чреват опасностями, так как время там идёт необычайно медленно. Феи дарят своим любимцам подарки, но говорить о них нельзя, иначе они тут же исчезнут.

И феи настолько маленькие, что под шляпой скряги помещается целый помост вместе с пиршественным королевским столом, и человечки, для которых пшеничное зёрнышко — неподъёмная тяжесть, и зловещая кавалькада короля Херлы, — всё это, совершенно очевидно, одна и та же категория фей, живущих племенами. В Уэльсе феи заядлые охотники и отличные скотоводы.

В общем, привычки и поведение фей, живущих вместе, всюду одинаковы, хотя и существуют некие региональные различия. Так, в Ирландии любимой забавой фей остаются межклановые войны и матчи по хоккею на траве, в Шотландии они любят стрелять волшебными стрелами, для чего крадут людей, так как сами выстрелить не в состоянии. В целом между племенами фей, в каком бы уголке Британии они ни проживали, различий гораздо меньше, чем между духами-одиночками.

БЕНДИТ ЭР МАМАЙ, ИЛИ МАТУШКИНО БЛАГОСЛОВЕНИЕ (BENDITH Y MAMAU, OR THE MOTHER'S BLESSING).

Так называют фей в Гламорганшире. Они крадут детей, катаются ночами на лошадях и входят в дома людей. Обычно им оставляли миски с молоком. Считается, что Матушкино благословение чахлые и низкорослые.

Вот история о том, как они похитили у матери ребёнка, оставив взамен своего подкидыша. Случилось это в те времена, когда феи часто крали детей, и героиня рассказа, молодая вдова, берегла своего ладного сыночка, единственное дитя, пуще глаза, так как соседи все до единого были уверены, что феи на него позарятся. Однажды, когда мальчику едва исполнилось три месяца, мать услыхала, как странно мычит скотина на дворе, и вышла посмотреть, в чём там дело, а когда вернулась, колыбелька её сына была пуста. В отчаянии кинулась она искать своего ребёнка, но нашла только маленького сморщенного мальчика, который назвал её матушкой. Прошёл год, найдёныш совсем не рос. И бедная мать, уверившись, что это подкидыш фей, пошла к знахарю, который посоветовал ей прежде всего испытать ребёнка. Для этого ей нужно было проделать операцию, напоминающую варку пива в яичной скорлупе. Она должна была взять сырое яйцо, срезать верхушку и помешивать его содержимое. Когда подкидыш спросил её, что это она делает, женщина ответила, что заводит квашню жнецам на пирог. Тот воскликнул: «Слыхал я от отца, а тот от своего отца, который слышал от своего отца, что прежде дубов жёлуди были, но вот чтобы кто-нибудь мешал квашню жнецам на пирог в яичной скорлупе — такого отродясь не видывал и не слыхивал!» После этих слов никаких сомнений в происхождении подкидыша и быть не могло, однако матери ещё предстояло убедиться, что её сын у Бендит эр мамай. Для этого, как научил её знахарь, она должна была пойти к месту над Рид-эр-Глок, где встречаются четыре дороги, на четвёртую ночь после полнолуния и ждать до полуночи. Тогда мимо неё проскачет кавалькада Бендит эр мамай, но она должна молчать и не шевелиться, что бы ни случилось, иначе всё будет потеряно. Долго ждала вдова, наконец услышала стук лошадиных копыт — это приближалась кавалькада фей, а с ними и её сынок. Кое-как она сдержалась, чтобы не броситься к нему, а на следующий день побежала к знахарю. Тот научил её, как получить ребёнка обратно: «Возьми чёрную курицу без единого светлого или цветного пёрышка, сверни шею и зажарь, не ощипывая, на костре из дров. Как только перья опадут, но не раньше, посмотри на подкидыша». С большими трудами разыскала она чёрную, как уголь, курицу и всё сделала, как знахарь ей наказал, слово в слово. Когда она обернулась, чтобы взглянуть на подкидыша, тот исчез, а за дверью раздался голос её сына. Он был худ, измучен и не помнил ничего, кроме какой-то приятной музыки[96].

ГАЙТЕРСКИЕ ДУХИ (HYTER SPRITES).

Феи Линкольншира и Восточной Англии. Они маленькие, рыжие и зеленоглазые, как фериеры Саффолка. Могут превращаться в птиц, а именно в песчаных ласточек. Благодарны людям за любое доброе дело, строго осуждают дурное поведение. Были случаи, когда гайтерские духи, подобно шотландским Гили Дху, приводили домой заплутавших детей.

ГВИТЛЕОНЫ (GWYLLION).

Злые горные феи Уэльса. Обычно их представляли в облике безобразных женщин, которые ночами подстерегали одиноких путников в горах и «водили» их кругами, так что те теряли направление. Победить их, однако, несложно, стоит только вынуть из ножен кинжал; по всей видимости, железо действует на них безотказно. Раньше они имели обыкновение навещать дома жителей Аберисверта, особенно в ненастную погоду, и тогда обитателям приходилось проявлять всё гостеприимство, на какое они были способны, из страха, как бы незваные гостьи им не навредили. Гвитлеоны покровительствовали козлам и могли при желании принимать облик этого животного[97].

ГРУГАШИ (GRUAGACHS).

Существуют три основных типа этих существ. В Горной Шотландии живёт дама в зелёном платье, иногда прекрасная, а иногда худая и измождённая, которую местные жители считают покровительницей скота и вообще фермерского хозяйства. Вероятнее всего, она принадлежит к породе глайстигов, а гругаш — это эпитет, означающий «волосатая», которым её наделили горцы. Как и все глайстиги, она много путешествует, и преимущественно по воде. Мокрая с головы до ног, она может войти в дом и попросить разрешения обсушиться у очага. Водятся в Горной Шотландии и гругаши-мужчины, одни молодые, стройные красавцы в зелёных и красных одеяниях, другие, наоборот, голые, волосатые, справляют на ферме, которой они покровительствуют, работу, обычную для брауни. И тем и другим принято оставлять на ночь молоко. В Северной Ирландии брауни соответствовали гроганы, а на юге гругаши считались колдунами-великанами наподобие волшебника из сказки «Никто Ничто»[98].

ДАНЫ (DANES).