Помоги проекту - поделись книгой:
Из-за угла ближайшего дома показалась Рикки Карамель. Репортерша выглядела так, словно ее выдернули прямо из постели — в домашнем халате, смешных тапочках и ночном колпаке. Но в руках у нее исправно щелкал записывающий кристалл, а сама Карамель быстро диктовала блокнотусамописцу все, что видит.
Принц смерил ее неодобрительным взглядом, но явно не хотел давать еще больше поводов для пересудов. Такое не скрыть от любопытствующих, если не Рикки Карамель, так еще кто напишет.
— Все, — громко объявил Бернон. — Мне это надоело. Отныне мэром Эрстен-града… Он обвел всех присутствующих взглядом и остановился на Крисе. — Будешь ты. Мы дружно выдохнули. — А чего сразу я?! — возмутился Кристиан. — А ты тут единственный коренной житель, — развел руками принц. — Остальные понаехали. Что ж, его правда — Камилла, как назло, в этот раз осталась дома. А в рядах следователей царила суматоха. Мало того, что на празднике многие были в легком подпитье, так еще и повелись на провокацию Нейстикса. В результате вся масса детективов разбилась на три группы. Первая однозначно поддерживала Рика, вторая — однозначно Нейстикса (их, к слову, было немного), а третья от всего происходящего просто растерялась и невольно вроде как препятствовала принцу. Их было даже жаль, кто же знал, что мэр окажется предателем?
— Шеф, — Ривер подошел к нашей компании, — что делать с теми, кто защищал Нейстикса? Он обращался к Рикарду — каким-то таинственным образом все вдруг единогласно решили, что их начальство больше не начальство, и руководить будет Рик.
— Пакса вместе с шефом в камеры, подальше от Нейстикса. Тех, кто после раскрытия принца продолжал защищать Нейстикса — в общую, остальных не трогай. Кто будет возмущаться и сопротивляться или попробует помочь шайке бывшего мэра — всех как селедок в бочку, в одну камеру, пусть обнимаются. Все остальное завтра, у меня башка раскалывается, а новоиспеченный мэр вообще, похоже, в прострации. Ривер не удержался и бросил оценивающий взгляд на Криса. Тот еще явно не сообразил, что случилось. А у меня не было сил его поздравлять.
Постепенно народ уходил с площади. И нам открывалась истинная панорама разрушений. Да, коекаким зданиям крепко досталось. Народ швырялся заклятьями направо и налево, на светлых стенах остались следы гари, сколы и трещины. Прежде идеально чистая мостовая была усыпана камнями,
мусором и пылью.
— Вот кому-то утром сюрприз будет, — хмыкнул папа. Потом вдруг тяжело вдохнул и прислонился к стене. У меня внутри все оборвалось, неужели ему станет хуже? Я не могу лишиться еще и отца сегодня! И вдруг словно осенило. Я обернулась в поисках артефактора.
— Господин Бол! Господин Бол! Извините, что в такой неудобный момент, но… у моего отца пропадает магия. Вы лечили детей, но… есть ли возможность восстановить формулу Дрю, чтобы помочь папе? — Ничего не нужно повторять, Никки. Я знаю, как вывести формулу заново, мне нужно лишь немного времени и кое-какие книги. Я помогу вам, обещаю. С души словно камень свалился. Я не хотела больше выносить медленно разрушающее изнутри чувство бессилия.
— Сырочек, пойдем домой, — позвал Рикард. — Завтра будет долгий день, я хочу немного поспать. Странно, но часы на мэрии — покосившиеся от шального заклятья — показывали, что еще и полуночи нет. Мне казалось, все происходило так долго, а на деле от нашего с Риком похода на крышу до ареста Нейстикса прошло не больше часа.
Бернон уверенно шагал вперед, погруженные в невеселые мысли. Я догадывалась, что теперь принца ждет объяснение с отцом и официальное расследование заговора. До Эрстен-града доходили слухи о покушении на королеву и новорожденного принца в Градде. Тогда, кажется, чудом удалось остановить заговор в самой последней стадии. Был еще, в конце концов, Руфиус Ангор, и о том, что тот мертв, знали только мы. Вряд ли Рик рассказал об этом Бернону.
Позади принца отец с Крисом что-то негромко обсуждали. Папа передал меня практически с рук на руки. Держа Рика за руку, я вдруг поняла, что все оно в итоге пришло к тому, чего хотели родители. Я ведь с Рикардом.
Но все же на своих условиях. Наконец впереди показалась “Сырная магия”. Вывеска, обычно еще светящаяся в это время, сейчас не горела.
— Я так волновалась! Камилла бросилась вниз по ступенькам и кинулась на шею почему-то Рикарду. Потом, правда, подруга опомнилась и повисла еще и на мне.
— Ой… а кто это? — наконец она заметила Виртона Бола и девушек. — Длинная история. В двух словах не расскажешь, но Нейстикс арестован. а нам больше никто не угрожает. И тут Камилла задала вопрос, которого я боялась до ледяной дрожи:
— А где Дрю? Он не возвращался… Я не смогла смотреть ей в глаза, опустила взгляд. Только протянула куклу, которую все еще прижимала к груди.
— Он… он нас спас. Открыл ловушку Нейстикса, там все горело. Остался в кукле, там совсем немного заряда. Тягостное молчание прервал Бернон. Принц внимательно нас слушал, а потом с топотом ломанулся в дом. Вернулся быстро, держа в руках шкатулку. Я ее узнала: еще когда мы жили в
“Королеве сыра”, Крис принес ее для хранения в сейфе. Как, казалось, давно это было…
— Господин Бол, — произнес принц, — это камни жизни с Годморстена. Мэр хранил их в вашем подвале, который аккумулирует энергию. Если магия дала сыру свойства бодрости и возбуждения, может, того, что впитали камни, хватит для восстановления Дрю? Если осторожно переселить его в камень побольше, он сможет нарастить энергию. Я не поверила своим ушам и растерянно позволила забрать куклу. Виртон уже закатывал рукава, они с принцем что-то живо обсуждали, а затем закрылись в доме, строго-настрого велев не входить.
— Прекрасно, теперь еще сидеть посреди ночи у собственного порога, — вздохнул Рикард. Мы все устроились в открытой части таверны. Девушки сели поодаль. Они выглядели шокированными и уставшими. По дороге отец Дрю говорил, что как можно больше занимался с ними и делал все, чтобы девочки выросли здоровыми и образованными. Знаний о внешнем мире им явно не хватало, воспоминания о прошлом были смутные. Но мне хотелос верить, что все образуется, и спасенная семья Дрю вольется в нормальную жизнь.
Крис сидел, погруженный в свои мысли. Явно обдумывал перемены, которые произойдут после вступления в должность. Что ж, не только его жизнь круто поменялась в эту ночь. От мысли, что Нейстикс сейчас за решеткой, мне делалось хорошо и спокойно.
Мама с папой сидели за отдельным столом. Мама обрабатывала разбитую бровь отца, а он нарочито хмурился, словно ее суета ему неприятна. Виртон говорил, что поможет папе справиться с болезнью.
— Как думаешь, — спросила я у Рикарда, — они смогут помочь Дрю? — Принц и артефактор, больше пятнадцати лет водивший за нос участников королевского заговора? Я в этом не сомневаюсь, Сырочек. Он обнимал меня, перебирая волосы, а я полной грудью вдыхала знакомый родной запах. Спасибо светлейшей, что Рикард все же меня поймал!
— Я правда тебя люблю, — вздохнула я. — Сильно. — И я тебя, Сырочек. Ты действительно единственная. — Ради этого стоило сбегать, да? Он улыбнулся. — Только попробуй улететь еще раз. — Нет. Теперь вы от меня не избавитесь. Двери дома открылись, явив вспотевшего, но довольного принца. За какую-то пару секунд мое сердце успело замереть, а потом забиться в бешеном темпе. Бернон держал в руках поблескивающий в лунном свете красноватый камень жизни.
— Держи, — вручил его Камилле, — ваш друг пока здесь. Он слаб, чтобы быть постоянно рядом, но мы решим этот вопрос позже. Господин Бол немного устал, я отвел его наверх, отдохнуть. — Что ж, — Крис поднялся и хлопнул в ладоши, — предлагаю наспех перекусить и разместиться на отдых. В моем доме есть много места. Полагаю, девушки захотят остаться с отцом. Никки, Рик — мой дом всегда для вас открыт. — Спасибо, — кивнул Рик. — Пожалуй, воспользуемся. И я бы даже не стал… э-э-э… ужинать. Вряд ли в меня сейчас влезет бутерброд. Все дружно и одобрительно закивали. Усталость была сильнее, я тоже чувствовала, что едва приму
горизонтальное положение, отключусь.
— Ты не идешь? — удивилась я, когда Кристиан направился в противоположную сторону. В ответ друг помахал пергаментом. — Помощник мэра, господин Эрбенгард, ждет меня для передачи дел ровно через час. Экстренно, в связи с отъехавшим на каторгу предшественником. Да, похоже, Крису предстоит долгий период налаживания отношений с братом.
— Сырочек! — вдруг будто опомнился Рикард. — Я с этими разборками совсем забыл кое о чем тебя спросить. — Давай! — пропищала Камилла. Крис с усмешкой посмотрел на часы, где стрелка неумолимо приближалась к двенадцати. — Дава-а-а-й! — Можно не сбивать?! — поинтересовался Рикард. Камилла от переизбытка чувств скосила глаза к переносице и сползла по стене дома. — Сырочек, выходи за меня замуж! — Да-а-а-а! — завизжала подруга. — Не-е-е-ет! — довольно расхохотался Кристиан. — Две секунды первого! Я расхохоталась при виде насупленной мордашки подруги. Она все еще трепетно прижимала к груди камень с Дрю, несмотря на то, что его жар оставлял на коже красные пятна.
— Я купил тебе кольцо. Рик взглянул на меня с надеждой. Из внутреннего кармана он достал небольшой шелковый мешочек, а оттуда — золотое колечко, где вместо круглого камушка был золотой треугольный ломтик сыра.
— У меня уже есть кольцо, — ответила я. То самое, помолвочное кольцо, висело на цепочке, скрытой под лифом платья. Я сняла его и надела на палец. Потертое, со сколом на камушке, полученным во время пожара, оно было мне понастоящему дорого. И недавно спасло жизнь.
— Это значит да? — Это кольцо, впрочем, тоже давай! — фыркнула я. Получила и кольцо, и объятия, и головокружительный сладкий поцелуй! А еще сквозь дымку всепоглощающего счастья и удовольствия расслышала, как Крис говорит Камилле:
— Ладно, компромисс. Я тебе — ужин в ресторации, а ты мне — ужин дома. И мы в расчете. — Рзамечтался, — хмыкнула подруга. — Все будет честно. Раз я проиграла — мне готовить. Только претензии не принимаю! — Я вообще-то мэр! — обиженно крикнул ей вслед Крис. — Нельзя травить мэра! — Пойдем? — спросил Рик. — Пойдем. Мы двинулись вперед, по дороге к морю, держась за руки и не думая ни о чем, кроме отдыха, что ждал впереди. Впервые за много месяцев все было хорошо. “Хорошо”, о котором я мечтала, улетая из Азор-града. И кто бы мог подумать, что в маленьком южном городе сыр подарит мне лучших друзей, любимого мужчину и настоящее взаимопонимание с родителями. А еще море приключений и надежду, что жизнь не превратится в одночасье в серую и вялотекущую повседневность.
На этот счет, впрочем, сомнений не оставалось. Ведь впереди нас ожидал как минимум громкий репортаж Рикки Карамель.
ЭПИЛОГ
В то, что этот день станет невероятным, я почему-то поверила сразу. Может, виной тому было свадебное платье, висящее на дверце шкафа в ожидании своего часа. Может, странная тишина, царившая в доме.
Нет, серьезно, тишина в “Королеве сыра” — это нечто поистине уникальное!
Обычно гвалт начинался часов так в шесть, когда приходила Камилла. Она раскладывала рекламу “Сырной магии”, вешала актуальное меню. Чтобы желающие приобрести сыр заходили и в таверну перекусить и насладиться новинками.
Конечно, Камилла приносила Котецио, и тот самозабвенно громил лавку, пока не просыпался Рик. Они соображали завтрак, пока я досматривала последний сон, а потом громко звали меня.
“Королева сыра” теперь была не захолустным разваливающимся домиком, а просторным и крепким особняком. И хоть при желании мы все могли поселиться вместе, незаметно друг для друга как-то разъехались.
Мама с папой снимали летние домики. Им, ко всеобщему удивлению, понравилась идея селиться уединенно. Каждое лето они переезжали в новую бухту и наслаждались видами, фруктами, тишиной. Папа много читал, мама рисовала. Они, похоже, решили устроить себе медовое десятилетие. И явно восстанавливали утраченные в браке позиции.
Крис пропадал в мэрии. Несмотря на скептическое отношение друга к политике и занятиям брата, он постепенно втянулся и с энтузиазмом взялся развивать город. Тем более, что в качестве исключения и поощрения высочайшим королевским указом мэру города Эрстенград, Кристиану Эрбенгарду, было дозволено вести так же и дела семейного торгового фонда. Одно время я надеялась, что они с Камиллой друг другу понравятся, но все же что-то крепче дружбы между ними представить было сложно.
Виртону Болу город в качестве компенсации выделил чудесный домик на пляже, а сестрам Дрю помогли поступить в академию и через пять лет ждали преемниц талантливого артефактора. В лавке “Королева сыра” даже появилась полочка с забавными поющими и говорящими куклами.
“Сыр захватит мир!” — радостно припевала рыжеволосая Сюзетта.
“Без сыра жить уныло!” — гордо сообщал Ленни.
Я с удовольствием работала в лавке, как раньше. И дела шли очень даже неплохо. Камилла с Нейтом справлялись в таверне, я в “Королеве сыра”. Все было почти хорошо.
Если бы рядом был Дрю.
Камень с заточенным призраком попеременно ночевал то у меня, то у Камиллы. Мы болтали с ним, показывали, что происходит, читали книги и всячески старались скрасить время, пока Виртон Бол искал способ вытащить нашего призрака оттуда. И он обещал, что вот-вот этот способ найдет.
Как бы то ни было, свадебное платье висело на спинке шкафа, в лавке было подозрительно тихо, а через каких-то пару часов мы с Рикардом должны были стать мужем и женой. Должны были еще раньше, да все как-то времени не было. Учитывая то, что Рик все же получил кресло начальника управления, было чудом то, что он сумел вырваться на свадьбу.
Времени было полно, и я с наслаждением приняла ванну, сделала маникюр и улыбнулась отражению в зеркале. Я упустила момент, когда довольная блондинка в зеркале вдруг стала мной. Куда делать краснеющая Никки? Или Никки, которую приводил в ужас один вид Рикарда? Куда бы ни делась, туда ей и дорога.
Все девочки должны взрослеть.
В комнату заглянула Камилла.
— Ты тут? — почему-то шепотом спросила она. — Тут, конечно. Что у вас происходит? Почему время восьмой час, а по лавке никто не бегает и не требует с меня еды, воды и развлечений? — Да так, — туманно отозвалась подруга, — заняты… — Чем? В моем голосе явственно звучало подозрение, и не безосновательно. Если в семье Никки и Рика кто-то чем-то занят, добра не жди. Светлейшая, надеюсь, мы хотя бы не останемся без жилья!
— На забивай себе голову. Заняты, значит, заняты. Давай будем одеваться. Твой женишок очень просил собрать тебя через час, он обязательно хочет зайти на работу и проставиться. Без невесты почему-то не хочет. Выпендривается, зараза. Я фыркнула — Рик и Камилла так и не закончили друг друга подначивать.
Но в одном подруга была права, если я хотела успеть везде, надо было поторопиться. Мы устраивали скромную семейную свадьбу, но все равно весть о том, что королева сыра выходит замуж, разлетелась по всему городу. Хорошо, что Крису не удалось уговорить нас устроить огромный банкет в мэрии.
Даже очень хорошо, потому что готовить закуски на собственную свадьбу — последнее, о чем мечтает владелица маленького семейного дела.
Прохладная белая ткань коснулась кожи. Корсет плотно лег на фигуру, и… не застегнулся.
Последний раз я мерила платье пару месяцев назад, при покупке. Полюбовалась, как сидит длинное
кружевное сокровище (как по виду, так и по цене), да повесила его в шкаф вплоть до церемонии. И каким же образом оно на мне теперь не сошлось?! Но нет, мне не казалось. Платье действительно не застегивалось на спине, а лишние сантиметры стремительно рушили мою мечту о свадьбе.
— Это катастрофа! — простонала я. Спереди платье смотрелось еще ничего, но не могу же я на собственной свадьбе поворачиваться к гостям исключительно передом!
— Отожралась на сыре! — ехидно протянула Камилла. — Все, открываем лавку овощей и отрубей. И сидим в ней год. До следующей свадьбы. — Рикард не доживет. — У нас еще два мужика в запасе. Крис ни с кем не встречается, а если и он не выживет — выпишем из столицы принца. Мы подскочили от громкого стука.
— Сырочек, это я. Знаю, что ты собираешься, но мне очень надо с тобой поговорить прежде, чем мы отправимся. Я войду? В ответ на вопросительный взгляд подруги устало махнула рукой. Какая разница, когда вскроется все это безобразие? Лучше уж сразу признаться.
Рик сразу понял по моему лицу: что-то не так. Понятливая Камилла прошмыгнула мимо него в коридор и тихонько затворила за собой дверь, а я, повинуясь девичьей обиде, негромко всхлипнула.
— Никки? Что такое? — Платье не сходится. Я поправилась! По-моему, этот нахал издал выдох облегчения! — Повернись, — скомандовал он. — Э-э-э… — Я опасливо покосилась на будущего мужа. — Слушай, а давай просто бантик завяжем? А то ты из меня отбивную сделаешь, если начнешь шнуровать. Но Рик, вместо того, чтобы стянуть ленты, вдруг прижался к моей шее горячими губами, отчего по позвоночнику прошла волна дрожи. Я расслабилась в крепких объятиях.
— Хорошо, что поправилась. Ты всегда была такой худенькой, что страшно прикасаться. — Я много двигаюсь, правильно питаюсь, не пью зелья и даже не лечусь магией! — Ты не догадываешься? — удивился Рик. — Сырочек, ты же умная девушка. Сколько мы с тобой вместе? — Ну… — Я задумалась. — Где-то с полгода. — А ты не знаешь, что бывает, когда мужчина и женщина живут вместе? Он явно издевался, но я не сразу поняла, к чему клонил. Когда поняла, сначала недоверчиво рассмеялась, а потом дошло. А ведь Рикард прав, мы были вместе уже очень давно и ни разу, ни единого разочка не задумались о детях, о том, нужны они нам сейчас, или стоит позаботиться о безопасности…
— Ты думаешь?.. — Уверен. — Откуда ты знаешь? — Я знаю тебя, любовь моя. Знаю твое тело. Знаю разную магию, наконец. Об этом я и хотел поговорить. Ты ведь не будешь, если действительно ждешь ребенка? — Нет, — улыбнулась я. — Конечно, нет. Просто я немного… не готова к таким переменам. Этому дому не хватает только детей. — Это мне не хватает маленьких сырочков в доме. — Как пожелаешь. — Я рассмеялась. — Но платья у меня все равно нет. Похоже, торжественную часть придется отменить. Даже в лучшем ателье или салоне готового платья я не найду за сорок минут ничего путного. — Николь, ты будешь прекрасно даже без платья. Рикард вполне серьезно открыл шкаф и принялся рассматривать содержимое. — О. Идея! Он извлек… — Нет! — отрезала я. — Сырочек! — Рикард, это смешно! Почему ты иногда ведешь себя, как маленький? — Сырочек, пожалуйста! Оно же шикарное. И смотри, ткань тянется, никто не заметит, что ты поправилась.
— Меня засмеют! — Лучшую подругу мэра? Любимицу артефактора? Невесту начальника управления? Владелицу сырной лавки и самой популярной таверны в городе? Сырочек, ни у кого не возникнет и мысли над тобой посмеяться. Давай одеваться. — Выходи! — потребовала я, забирая у Рикарда платье. Сырное платье, подаренное Камиллой и Дрю на мой первый день рождения в Эрстенграде. Легкая желтая ткань с сырным узором. Не так я себе представляла день, когда выйду замуж, но, в конце концов, почему бы и нет?
— Дай я тебя буду наряжать, — усмехнулся Рикард. — Вдруг у меня родится дочь? Мне придется заплетать ей косички, надевать платьица и всячески украшать, пока ты кормишь сыром весь город? — Ты будешь хорошим отцом. Я послушно повернулась спиной. Белое платье скользнуло по телу, спадая к ногам. Рикард не торопился вдевать меня в сырное.
— Что ты там рассматриваешь? — возмутилась я. — Холодно. — Согреть тебя, Сырочек? Даже спиной я услышала его улыбку, довольную, как у Котецио, когда тот наедался до отвала и получал порцию чесания от Камиллы.
— Не успеем. Надо идти. У тебя будет куча времени, чтобы согреть меня вечером. — Ловлю на слове. Сырное платье застегнулось с легкостью. Я смотрела в зеркало и, признаться честно, немного удивлялась тому, как оно на мне сидит. Неужели я и впрямь жду ребенка? Вот казалось бы Рикарду по долгу службы не положено разбираться в женских штучках, а поди ж, заметил раньше, чем я обнаружила изменения.
И тут в моей голове выстроилась такая чудная ассоциативная цепочка, что я повернулась к будущему мужу и как можно серьезнее произнесла:
— Что ж, господин Тентен, пока вы не стали официально моим мужем, смею выразить надежду, что никаких других леди в нашем союзе не предвидится. А этот нахал ляпнул:
— Ну, ты главное на работу ко мне без предупреждения не ходи. И рассмеялся! — Что-о-о?! Я схватила подушку и как следует шлепнула ему по мягкому месту. А потом как-то вошла во вкус и уже откровенно развлекалась. Рикард пытался прикрыться от моих ударов и медленно отползал в угол. Наверное, у него получилось бы лучше, если бы удалось совладать со смехом.
— Сырочек, не бей меня. Я пошутил! Я больше не буду. Я тебя люблю, иди-ка сюда! Я взвизгнула и от ловкой подсечки рухнула на мужчину сверху. Лежала и смеялась, сама не зная, почему. Просто вдруг то, что еще год назад казалось самой страшной трагедией в жизни, теперь казалось смешным.
— Приходи, когда хочешь, — улыбнулся Рик. — Эй! Молодожены! — раздался за дверью голос отца. — Давайте быстрее, вам тут свадебный подарок принесли!
— Что за подарок? — нахмурилась я. Но Рикард словно не удивился. Поднялся и взял меня за руку. — Пойдем, тебе понравится. На первом этаже “Королевы сыра” собрались все: родители, Камилла и Крис, Виртон Бол с дочерьми, а еще был Бернон. Торжественный, в белоснежном костюме, принц выглядел немного несуразно в пестром оформлении лавки.
— Рик! — просиял он. — Николь! Поздравляю и рад видеть вас снова! Расследование и всякие королевские дела затянулись. Из того, что пересказывал Рик, Бернон плотно взялся за разработку защиты королевской семьи от заговоров, подобных тому, что пытался провернуть мэр. Долгое время напоминанием, что когда-то у нас жил принц, служили лишь Котецио, да должность Криса. И вот надо же, приехал на свадьбу.
— Время выдалось нелегкое, но я приготовил тебе, Никки, подарок. Вы с Риком спасли моих родных, я обязан вам очень многим. И мне бы хотелось сделать для вас что-то равноценное, поэтому… Рикард все же был потрясающим мужчиной! Он заблаговременно отступил на шаг, чтобы, если что, поддержать падающую меня. А падать было от чего!
В дверях лавки стоял Дрю. И в то же время не Дрю. Я привыкла к другу-призраку, и даже к другукамню как-то притерпелась. Но сейчас на меня смотрел и улыбался… человек. Темные волосы, привычно торчащие в разные стороны, рубашка, штаны — но все реальное, совсем не призрачное!
— Как… Слова вдруг резко выпали из головы. — Привет, Сырочек! — улыбнулся Дрю. — Ты… человек, но как? Я, все еще не веря, растерянно посмотрела на Бернона. Тот сжалился и пояснил: — Что-то типа куклы. Внутри очень мощный камень жизни, в который заключен сам Дрю. Он может чувствовать, двигаться, взаимодействовать с предметами. Пожалуй, от человека его отличает лишь то, что внутри не кровь, а сложный механизм. Ну, и то, что он фактически бессмертен. Очень прошу всех присутствующих не распространяться на тему его происхождения. С виду Эндрю выглядит как человек, и пусть для посторонних им и остается. Я не имел права использовать такие возможности, чтобы вернуть вам друга. — Ну?! — возмущенно воскликнул Дрю. — Меня будут обнимать?! Мы с Камиллой дружно и с удовольствием повисли у него на шее. Как невероятно было чувствовать объятия друга! Как странно было смотреть на практически живого Дрю! А ведь когда-то я с ним почти попрощалась, да и за все это время успела смириться.
— Ты уверен? — вдруг спросила я. — Что хочешь жить в таком качестве? Ты ведь стал призраком, потому что хотел остановить Ангора, а теперь все закончилось. Рикард может избавить тебя от привязки и… отправить дальше. — Куда? — спросил Дрю. — Не знаю. Туда, куда должны попадать мертвые. Но я уверена, что для тебя там есть место. — Не дождешься, Сырочек. Я останусь с тобой. — Решение окончательное? — спросил Рикард. — Ты увидишь, как умрет твоя семья. Как умрем мы.
Но не так-то просто мертвого смутить рассказами о смерти. Дрю слишком долго был один и пока что путешествие в одиночестве не для него. Может, и настанет время, когда он решит двигаться дальше, но я очень надеялась, что перед этим мы как следует повеселимся.
— А может, через пару лет Сырочек изобретет сыр для бессмертия? И потом, где вы найдете такую няню? — Ребята, вам пора! — напомнила Камилла. — Никки, я сделала угощения для коллег Рикарда. Блинные рулетики по вкусу точно такие же, как твои, но вышли кривыми. Я взмахнула рукой над ароматными роллами с сыром и фруктами, и те почти мгновенно приняли вид аппетитных идеально ровных рулетиков. Которые Камилла быстро сложила в коробку и вручила Рику.
— Ждем вас на месте. Не потеряй невесту по дороге! Им еще предстояло собираться, дружной толпой ехать в летнюю резиденцию Криса, где мы собирались устраивать скромную церемонию для своих. А вот мы почему-то двинулись вдоль дороги, совершенно противоположной той, что вела в сторону мэрии и управления.
— Мы куда? — спросила я. — Я думала, ты хочешь проставиться на работе… — Я уже давно проставился, Сырочек. А это просто предлог, чтобы утащить тебя на часок-другой подальше от толпы. Надо насладиться последними деньками свободы и пощеголять напоследок статусом свободной любовницы господина начальника управления. Идем, я хочу искупаться и Кристиан показал мне отличное место, — Рикард потащил меня в сторону пляжа. — А знаешь, вот возьму и изобрету! — сказала я, когда мы шли вдоль воды. — Что? — Сыр для бессмертия. У нас уже есть “Камиллбер” и “Бол Дрю”, а я изобрету какойнибудь сыр, который продлевает жизнь. Как тебе идея? — О, я в тебе не сомневаюсь. Ты же у меня королева сыра. Впереди показалась чудесная уединенная пещера, где под потолком плясали солнечные зайчики. И мысли о сыре как-то незаметно отошли на второй план. ПОСЛЕСЛОВИЕ
-“Отгремела свадьба, которую Эрстенград ждал целый год. Королева сыра сделала свой выбор, а нас всеx ждут пoистине невероятные события. Итaк, свадьба прошла в летней резиденции мэра (о нем — позже), в живописной морской буxте, нa закате. Слoжно сказать, что потрясло гостей больше: присутствие на свадьбе принца или странное “сырное” платье невесты. Но как бы то ни было, отныне и (надеемся) навсегда владелица сырной лавки будет носить фамилию Рикарда Тентена.
Нельзя не отметить, что с приездом Николь в Эрстенграде началось время перемен. Так многоуважаемый (уже нет) мэр Т.Нейстикс приговорен к пожизненному лишению свободы и уже направлен в трудовой лагерь по соглашению с Годморстеном. Да, ему не позавидуешь — вулканы Годморстена xоть и зoвутся вулканами, пыл незадачливых интриганов остужают быстро. Кто бы мог подумать, что такой видный и добродушный политик окажется организатором заговора против короля!
Но теплое место не бывает пустым, и вот уже самим королевским указом назначен новый мэр.
Беспрецедентный случай! Кристиану Эрбенгарду всего тридцать, и он не только владелец торгового фонда Эрбенгардов, но и самый завидный холостяк города. Ведь теперь, когда его безответная любовь кончилась свадьбой Королевы сыра с другим, сердце красавца снова свободно.
И кто же станет первой леди Эрстен-града? Кем бы она ни была, ей предстоит очень серьезное соперничество со светлым и веселым образом сырной девочки.
И это мы еще не осветили назначение Рикарда Тентена, который получил кресло начальника управления правопорядка и тем самым вернул позиции, утраченные с переездом. Что ж, остается ему лишь позавидовать — и любимой женщины добился, и в короткий срок вновь сделал головокружительную карьеру
Божечки-кошечки, только подумайте, что ждет наш город с такой компанией во власти! Будем держать вас в курсе. С любовью, Рикки Карамель”
— Кристиан, — вкрадчиво протянула Камилла. Новоиспеченный мэр нехотя оторвался от сырной тарелки. — М? — Запрети Рикки Карамель, а? Или хотя бы за счет бюджета подари ей словарь! — Боюсь, — усмехнулся господин Эрбенгард, — тогда в этом городе станет слишком скучно. Он, конечно, ошибался, но ведь все имеют право на мечты. Особенно в “Королеве сыра”.
Поделиться книгой: