Это был высший класс. Каюкер попросту офигел – именно так он впоследствии характеризовал своё состояние, рассказывая о поединке друзьям. Безукоризненные, длинные, как у лошади, сахарно-белые зубы ещё мгновение сжимали чёрную древесину, а потом иеро-фант нарочито медленно повернул голову и выплюнул бумеранг на пол. Иннот рванулся к окну. Он понял, что разговаривать с ним здесь никто не собирается; и ещё – его сейчас будут очень больно бить. План был прост: вышибить стекло, раскрыть летательную перепонку и оказаться как можно дальше от этих негостеприимных мест. Однако его ждал небольшой сюрприз: здоровенное стекло, в которое он со всего маху впечатался, даже и не подумало разбиваться! Звонко загудев, прозрачная поверхность спружинила – и ошеломлённый каюкер оказался отброшен навстречу своему противнику. Перед глазами его неуловимо быстро мелькнул костлявый кулак, сложенный каким-то странным образом, а потом вселенная Иннота исчезла в ослепительной бесшумной вспышке.
Знаменитый обезьянский пират Изенгрим Фракомбрасс, по кличке Ёкарный Глаз, в общем-то не привык ждать от жизни хорошего. Справедливости ради надо сказать – у него были на то причины, особенно в последнее время; и вдруг взбалмошная фортуна решила ему улыбнуться! Нападение на горри было совершено с потрясающей воображение ловкостью: сам большой мастер засад и ударов из-за угла, Фракомбрасс в полной мере оценил оригинальность и изобретательность неведомых спасителей. Повиснув на уровне последнего этажа, он с интересом рассматривал две неподвижные фигурки на земле. Вивисектор наконец-то вышел из ступора и метнулся в подъезд; впрочем, Ёкарный Глаз был уверен, что он не успеет. Чьи-то крепкие руки быстро вытягивали резиновый канат; не прошло и минуты, как пират очутился на крыше. Ещё один обезьянец, тоже орангутанг, дружески ему ухмыльнувшись, извлёк из-за спины что-то вроде больших садовых ножниц с очень короткими лезвиями и одним движением перекусил цепочку наручников.
– Браслеты снимем позже, – подмигнул он. – А теперь дёру, быстро! Уходим по крышам!
– Да кто вы такие?!
– Нашёл время выяснять! Обстоятельный ты перец, однако! – оранг нетерпеливо подтолкнул его. – Скорее!
«Кем бы эти ребята ни были, сомневаюсь, что они альтруисты, – подумал пират. – Впрочем… Они, по крайней мере, не собираются оттяпать мне ноги, в отличие от прежних «спасителей».
Бегство по крышам запомнилось Фракомбрассу как нечто сумбурное: горячая громыхающая жесть под ногами, пляшущие подвесные мостики, которые оранг обрезал за собой при помощи всё тех же чудовищных ножниц, прыжки с крыши на крышу, чердаки, пахнущие пылью и голубиным помётом… Наконец его спутники остановились, чтобы перевести дух. «Интересно, смогу я их одолеть, в случае чего?» – прикинул пират. Оба обезьянца выглядели ловкими и мускулистыми; да и запыхались они куда меньше Фракомбрасса.
– Ну, и что теперь? – спросил он. – Может, всё же объясните, парни, кто вы такие и чего вам от меня нужно?
– Мы – братья Панголини, цирковые акробаты, – улыбнулся один из орангутангов. – Можешь считать нас своими ангелами-хранителями. Гордись, улыба, – у тебя их целых двое!
– Тебе надо спрятаться, – прищёлкнул языком другой. – Нам неплохо заплатили за то, чтобы мы вытащили тебя из этого гуано; и сейчас самое время познакомиться с твоим благодетелем.
– Может, в другой раз? – ухмыльнулся Ёкарный Глаз, украдкой разминая мускулы. – А то я малость спешу, сами понимаете…
– Можно подумать, Бри, я его заставляю! – хмыкнул один из циркачей.
– Ты прикинь сначала, сколько разного народу тебя сейчас ищет… – покачал головой другой. – Ладно, парень, времени-то в обрез! Решай скорее: пойдёшь с нами или нет?
Фракомбрасс прищурился.
– Этот таинственный благодетель поможет мне сховаться понадёжнее?
– Будь спок!
– Ладно, уговорили…
– Вот и славно.
Один из орангов приложил ухо к чердачному люку и некоторое время прислушивался.
– Всё тихо, – объявил он наконец.
Обезьянцы выбрались на пыльную тёмную лестницу. Где-то внизу наигрывало радио; сильно пахло щами. Оранг выразительно прижал к губам палец и осторожно стал спускаться вниз, держась вплотную к стене. Двумя этажами ниже он остановился и тихонько постучал в дверь. Та бесшумно приоткрылась.
– Ну что? Получилось? – громко прошептал кто-то.
Обезьянец молча показал колечко из пальцев.
– Заходите же, заходите скорее!
Спотыкаясь о какие-то тапки и калоши, беглецы протиснулись мимо вешалки и по узкому коридору вошли на крохотную кухню. Там за столом сидел молодой шимп с духовой трубкой в руках. Он тут же вскочил, с обожанием глядя на Ёкарного Глаза, и восторженно показал большой палец. Пират ответил ему кривой ухмылкой.
– Ну, командуй, улыба! Куда его?
– Это… В санузел давайте! – Молодой шимп аж приплясывал от энтузиазма. – Мистер Фракомбрасс, это такая честь для меня! Я столько о вас слышал…
– Давай-давай! – нетерпеливо перебил орангутанг.
Санузел состоял, казалось, из одной только огромной ванны, покрытой ржавыми потёками; унитаз кое-как втиснулся между нею и стенкой. Места оставалось ровно столько, чтобы развернуться. Шимп раздвинул свисающие с верёвок полотенца, наклонился и гулко постучал по растрескавшейся эмали. Участок стены, облицованный бледно-голубой плиткой, вдруг бесшумно отъехал в сторону.
– Клёво, а! – Шимп улыбнулся, показав великолепные зубы, и приглашающе махнул рукой. – Вам сюда, мистер Фракомбрасс!
– Я же здесь не пролезу, – с сомнением проворчал пират.
– Горри, и те пролезают! – обнадёжил его один из братьев-акробатов.
Согнувшись в три погибели, Ёкарный Глаз кое-как протиснулся сквозь узкий лаз и очутился в просторном помещении без окон. Кирпичные стены были до половины выкрашены бледно-зелёной краской; грубый дощатый пол устилали гимнастические маты. В углу комнаты располагался большой письменный стол, причём совершенно непонятно было, как он здесь оказался: через лаз над ванной он бы не прошёл, а других выходов тут не наблюдалось. За столом сидел здоровенный гориллоид и быстро что-то писал при свете низкой настольной лампы, смешно выпятив губы. Маленькие очочки, криво сидящие на носу, придавали ему несколько карикатурный облик. При виде вошедшего он улыбнулся и встал. Ёкарный Глаз секунду вглядывался в его лицо, а потом с проклятием шарахнулся обратно – неведомый спаситель был не кем иным, как приятелем пленившей его девчонки!
– Ну-ну, – пробасил Громила, успокаивающе поднимая ладонь. – Только не надо истерик, Изенгрим. Всё совсем не так плохо, как ты думаешь.
– Да неужели? – Флибустьер глубоко вздохнул и плюхнулся на маты. – Ладно, я тебя слушаю… Оркестрант! Надеюсь только, ноги ты мне отхреначить не собираешься?
– Ноги?! Нет-нет, думаю, до этого не дойдёт! – ухмыльнулся Громила. – Скажем так: у меня есть к тебе интересное предложение. Думаю, тебе за последнее время уже не раз доводилось слышать эту фразу?
– А то! – хмыкнул Фракомбрасс.
– Ну так вот: меня совершенно не интересует твоё золото и всякие там пиратские клады; веришь, нет?
– Так что же тебе надо?
– Об этом несколько позже… Скажи-ка, кто, по твоему мнению, я такой?
Изенгрим Фракомбрасс с интересом взглянул на гориллоида.
– Ну что ж… Ты приятель той стреляющей девки, верно? Но ты с ней не работаешь. Из ваших разговоров я понял, что ты вольный каюкер, по крайней мере, стараешься за такового сойти. Только зачем простому каюкеру спасать такого славного парня, как я? Ты говоришь, золото тебя не интересует. Значит, выкуп отпадает. Остаётся одно: «Веспа Крабро» – не единственная тайная организация; есть, по крайней мере, ещё одна. И, как водится, они соперничают; эти штуки я хорошо просекаю! А ты, стало быть…
– Ну-ну?! – подбодрил Громила, во весь рот ухмыляясь.
– Ты, стало быть, работаешь на них!
– Каков умник, а! – Громила расхохотался. – Ох! Я не ошибся в тебе, Изенгрим! Башка у тебя варит хорошо, и кое в чём ты действительно прав… Но только кое в чём.
– Где же я ошибаюсь?
– Нет никакой «другой» организации. Вернее, есть, но к нам это всё не имеет ни малейшего отношения. Скажи-ка, ты в курсе, что происходит сейчас в Бэби?
– Откуда? – развёл руками пират. – Мы с моими парнями либо сидим в Либерлэнде, либо носимся по воздусям в поисках добычи; где уж тут следить за вавилонскими делами! Иногда, правда, попадаются газетки – нет-нет, да и прочтёшь что-нибудь, пока косячок забиваешь…
– Ну так слушай, – Громила подался вперёд, – нас, обезьянцев, во все времена недолюбливали. Ты, конечно, и сам прекрасно об этом знаешь. Но в последнее время дела идут всё хуже и хуже. Не так давно одного моего приятеля пырнули в живот разбитой бутылкой – просто за то, что он горри. И это не единичный случай. Расистские организации растут как на дрожжах, особенно теперь, когда наводнение согнало в Бэби хренову тучу всякого народу. И если мы сами не позаботимся о себе, то никто за нас этого делать не станет.
– Стало быть, ООС? Организация обезьянского сопротивления?
Громила помолчал.
– А говоришь, не в курсе… Да, именно О-О-Эс. Только это совсем не то, о чём пишут газеты. Это не организация в привычном смысле слова, Изенгрим. Существует масса всевозможных обезьянских объединений – и легальных, и не очень. Есть даже откровенно криминальные: «Чёрный беспредел», например, или «Бананос»… Но суть в том, что всё это небольшие, в общем-то, группы. Они могут устроить бучу в общественном месте или расколотить дюжину-другую голов, но на большее не способны. А вот наш неприятель, наоборот, обнаруживает тенденцию к консолидации. Думаю, пройдёт ещё пара-тройка месяцев – и мы столкнёмся с большой проблемой. Если наводнения не прекратятся, демографическое давление будет всё нарастать и нарастать, страсти накалятся – а уж антиприматы позаботятся о том, чтобы всё это гуано вылилось на голову обезьянцев. Меня, знаешь ли, вовсе не прельщает стать жертвой массовых беспорядков или погромов.
– Тогда тебе следовало принять моё предложение и остаться, – ухмыльнулся Ёкарный Глаз. – Горя бы не знал!
– Ага… Где те парни, что были с тобой на «Тяжёлой Думе»? – тихонько спросил Громила.
Фракомбрасс разом помрачнел.
– Слушай, у тебя тут найдётся выпить? Сил уже никаких нет…
– Погоди, квасить будем позже… Если хочешь, могу пока дать бананов.
– Давай!
– Так вот, – продолжил свой рассказ гориллоид под жадное чавканье пирата. – Как я уже сказал, у нас нет единой организации; зато существуют десятки мелких групп. ООС – это на самом деле своего рода координирующий центр. В общем, можно назвать нас нелегальной информационной структурой; мы собираем различные сведения, систематизируем их – и используем на общее благо. А как ты знаешь, тот, кто владеет информацией, владеет и ситуацией; так что в некотором смысле мы будем покруче этой самой «Веспа Крабро»!
– Это всё очень интересно, – пробурчал с набитым ртом Фракомбрасс, – но при чём здесь моя скромная персона? Не понимаю…
– А я как раз к этому подхожу…
– Кстати, что-то у тебя не сходится. – Пират погрозил Громиле пальцем. – Ты говоришь, мол, чисто информационная эта самая… А как же два брата-акробата, да и вообще всё это? – Он обвёл комнату широким жестом.
– Это всего лишь штаб-квартира экстремистов из «Мохнатого Фронта». Слыхал про таких?
– Не-а…
– Ну, неважно. Мальчишки, идеалисты… Я попросил их на несколько дней приютить тебя. А что касается братьев Панголини – они просто мои старые друзья. Как видишь, цирковая подготовка иногда позволяет творить настоящие чудеса… Ну, плюс некоторая толика денег и немного моего обаяния, конечно… Теперь что касается тебя.
– Да, так что там насчёт меня? Я вообще кто – гость, пленник?
– Ни в коем случае не пленник. Ты сейчас здесь лишь потому, что я забочусь о твоей шкуре, парень, и как только вся эта буча уляжется, предоставлю тебе полную свободу.
– Полную? Это что же, значит – иди, куда пожелаешь? – Изенгрим Фракомбрасс недоверчиво ухмыльнулся.
– В точности так.
– Гм… – Пират вдруг замолчал и глубоко задумался.
– Интересная ситуация, верно? До вашей секретной, вернее, бывшей секретной базы – почти месяц пути, – вкрадчиво напомнил Громила. – А кроме того, неужели ты думаешь, что твои старые знакомцы простят тебе гибель корабля? Пожалуй, ты сейчас не самая популярная личность для них, капитан. Ты, конечно, можешь собрать шайку негодяев и здесь; вот только что это даст? Дирижабля у тебя больше нет…
– Ну, корабль – дело наживное… – задумчиво промолвил пират.
– Кстати, не забывай, за твою голову назначена нехилая награда. Где гарантия, что кто-нибудь из твоих новых «друзей» не захочет неожиданно разбогатеть?
Ёкарный Глаз отложил недоеденный банан.
– Готов услышать ваши предложения, – сухо промолвил он.
Громила рассмеялся.
– Пожалуй, нам действительно стоит выпить, раз такое дело… У меня есть бутылка «Корвуса», шикарного коллекционного коньяку. Не «Чёрная борода», конечно, но тоже весьма и весьма…
– Знаю, пивал, – солидно отозвался пират. – Вот как сейчас помню, распотрошили мы один дирижаблик…
Гориллоид ловко разлил жидкость в пластмассовые стаканчики. По комнате поплыли чудные ароматы.
– За что пьём-то? – спросил Фракомбрасс. – К такому коньячку тост нужен, улыба!
– За нас с вами и за хрен с ними? – предложил Громила.
– Пожалуй, сойдёт.
– Обезьянцам нужно объединяться, – продолжил Громила свою мысль, наставив на пирата толстый палец. – Время землячеств и молодёжного экстремизма прошло. Нам надо выходить на новый уровень; легализовываться, заниматься политикой…
– Ты предлагаешь легализоваться
Изенгрим Фракомбрасс пьяно ухмыльнулся: его развезло почти мгновенно.
– Да, я такой…
– Такой, такой… Ты мог бы переезжать с явки на явку; ты разговаривал бы с нашими соплеменниками, убеждал бы их.
– Я?
– Именно ты… Неуловимый, непобедимый, неистовый Ёкарный Глаз!
Пират рыгнул.
– Я одного не пойму: на кой хрен мне всё это надо?
– Чем-то ты ведь должен заниматься, верно? До сих пор ты только и делал, что грабил и дрался. Но, согласись, эти занятия не приносят, в конечном итоге, большого удовлетворения…
– А мне нравится! – упрямо возразил Фракомбрасс. – Мы с моими парнями…
– Знаешь, чего у тебя никогда не было? – тихонько спросил Громила.
– Н-ну?
– Уважения, Изенгрим. Авторитет – это да, только он был на самом деле не у тебя, а у твоих зубов и кулаков. Но скажи мне – хоть кто-нибудь из твоих головорезов смотрел на тебя так, как этот мальчишка-мохнафронтовец? А таких, как он, тысячи – готовых пройти огонь и воду ради одного твоего одобрительного взгляда! Ты накопил огромные богатства; но главное твое достояние – это твоя слава, слава грозного и весёлого корсара! Так какого ты сидишь тут и пускаешь носом пузыри!!! – Голос обезьянца гремел. – Воспользуйся тем, что у тебя есть; воспользуйся сейчас, ведь потом уже будет поздно! Знаешь, сколько на самом деле было таких, как ты? И где они сейчас? Кто о них помнит?! Забвение, пират! Полное забвение! А этот твой Либерлэнд… Думаешь, он что-то значит? Свободная страна, тоже мне! Нет, ты построй Либерлэнд
Поделиться книгой: