Помоги проекту - поделись книгой:
Белла Дижур
Стеклянная река. Волшебные руки труда и науки
Стеклянная река
(повесть)
Тайна стеклянных бус
Они вели раскопки на высоком берегу реки Нижней Мулянки, одного из притоков Камы, и обнаружили здесь толстый слой земли, почти сплошь состоящий из золы и костей животных. Часть костей была сильно измельчена и пережжена. А по уцелевшим можно было определить, что они принадлежали росомахе, рыси, бобру, оленю, медведю, свинье, барану, лошади, быку.
Рядом с костями, в золе и пепле, лежало множество удивительных вещей. Осторожно снимая один пласт земли за другим, ученые извлекали их на свет.
Площадка, на которой велись раскопки, была обширна. Она занимала две с половиной тысячи квадратных метров. Но и вещей здесь оказалось тысячи!
С замирающим сердцем археологи стряхивали многовековую пыль со своих находок, фотографировали их, упаковывали и уносили к себе в лаборатории. Предстояла огромная работа.
Площадку эту назвали Гляденовским кострищем. Ученые считают, что здесь две тысячи лет назад древние жители Прикамья приносили жертвы своим богам.
Богом могла быть развесистая ель или простая деревянная болванка, из которой грубо вытачивалось изображение фантастического существа с заостренной головой и длинным носом.
Сюда пригонялись стада оленей, баранов, быков. Здесь же совершалось торжество жертвоприношения.
Неподалеку от бога животных закалывали, кровью мазали богу губы; голову убитого животного вместе со шкурой вешали на ветви ближайшего дерева, а тушу варили на костре и торжественно съедали.
Совершать этот обряд собирались многие племена, обитавшие по берегам Камы. Деревянные болванки-идолы были требовательными богами. К их подножию складывались не только убитые животные, но и самые различные ценные подарки. Охотники приносили лучшие стрелы, которыми им посчастливилось убить медведя или рысь. Женщины развешивали на идолах свои украшения, одежду, посуду. Неплохой жертвой считались скульптурные изображения животных, птиц, людей и даже пчел.
Высоко в небо поднималось жаркое пламя. Могучие сосны и ели молчаливо присутствовали на шумной трапезе.
Пламенные отсветы костра делали багровой воду реки Нижней Мулянки. Багровыми были и лица мужчин, одетых в островерхие конические шапки. Вооруженные колчанами, мечами и стрелами, они имели воинственный вид. Женщины, в расширяющихся книзу одеждах, с бусами на шее, с венчиками из бронзовых полушариков на голове, были нарядны.
Торжество жертвоприношения длилось несколько дней. Утомленные, разомлевшие от крови и пищи, люди тут же засыпали или садились на коней и уезжали в свое дальнее селище.
Костёр затухал. А все, что могло уцелеть от огня, оставалось под золой, накапливаясь веками.
Так сохранилось на Гляденовском кострище девятнадцать тысяч вещей. Вот фигура лося с правильно изображенными рогами, но с мордой хищника, с широко раскрытой пастью и оскаленными зубами. А вот бронзовая статуэтка медведя. Трехголовая птица — на груди у нее нарисовано человеческое лицо. Еще одно изображение человека — со змеей в руке. А вот и просто змея в виде волнистой линии с узкой головкой. Рядом — пластинка с изображением дракона, свернувшегося в клубок. Фантастические звери, человекоподобные птицы, изображения солнца, всадников, охотников…
А какое множество стрел! Каменные, костяные, бронзовые, железные.
Много лет археологи изучали гляденовские находки. Они рассортировали все эти ценности по векам и эпохам, пытаясь разобраться, что сделано местными мастерами, а что привезено от соседних народов. К сожалению, ни на статуэтках, ни на бронзовых стрелах и железных ножах древние мастера не оставили своей подписи или даты выполнения. Каждая из девятнадцати тысяч вещей была загадкой. Кто сделал ее? Когда? Где?
Среди девятнадцати тысяч гляденовских вещичек оказалось тринадцать тысяч бусинок. Большинство их сделано из стекла. Их поместили в Свердловском краеведческом музее.
— Скажите, — спросила я как-то своего друга-археолога, когда мы вместе с ним рассматривали в музее эти красивые древние безделушки, — уральцы умели изготовлять стекло?
— Нет, — ответил он, — они были искусными металлургами, кузнецами, резчиками по дереву и камню, но стеклоделательных мастерских на Урале не найдено. Бусы Гляденовского кострища считают привозными.
— А если при новых раскопках вы обнаружите мастерскую, в которой могли изготовлять эти вещи?
Археолог улыбнулся:
— Вряд ли… Но, если обнаружим, будем изучать, делать выводы. А пока… — Он развел руками, словно предлагая мне в своих догадках не отступать от научной точности.
А я подумала о том, что надо очень любить науку и стремиться к истине, чтобы заниматься исследованиями всех этих древностей.
Вот лежат передо мной стеклянные бусы, похожие то на цветную полупрозрачную каплю, то на тусклый камешек. Большие, маленькие, удлиненные, круглые, грушевидные. Различна и их окраска: синие, желтые, зеленые с узорами, черные, золоченые, коричневые, бархатисто-бурые, нежно-нежно-голубые…
От многовекового пребывания в земле краски их чуть поблекли. И это придает им особую таинственность.
Как давно это было! Девушка далекого племени украшала ими шею. Они тихонько позванивали, когда девушка танцевала. Она согрела их теплом своего тела, прежде чем отдать в жертву деревянному богу.
Это была дорогая жертва. Но девушка мужественно рассталась с украшением.
Она верила в могущество уродливой деревяшки, которая должна принести ей счастье.
А какого же счастья ждала девушка? О чем она мечтала? Чему радовалась и чему огорчалась?
Может быть, ее отец — мудрый охотник и следопыт — обещал достать еще лучшее стеклянное ожерелье. Он приготовил для обмена пушистую шкурку соболя и отправился пешком к верховьям реки, куда изредка приплывают на лодках охотники соседних племен. У них-то и приобрел отец это чудесное, яркое украшение…
Уже в самом отдаленном прошлом различные племена и народы общались между собой. Не могли этому помешать ни буйные заросли тайги, ни суровые горные реки, ни морские просторы.
Племена обменивались не только изделиями собственного изготовления, но и вещами, приобретенными у соседей.
До Кубани, например, добирались уральские бронзовые ножи, изделия из уральских камней. На Урал проникали вещи с Кавказа, из Средней Азии, с Приднепровья и с берегов Черного моря.
Археологам попадались находки, рассказывающие и о более далеких связях.
Под Свердловском нашли красивую чашу персидской работы. Она пролежала в земле две с половиной тысячи лет рядом с глиняными черепками, каменным кругом для добывания огня и железным ножом.
А в устье реки Чусовой хранилась статуэтка египетского бога Амона. Как попал египетский бог с берегов Нила на Чусовую?
Сложен и долог был его путь: он побывал и в руках греческого раба, и в сумке скифского воина, и в жилище древнего волжанина.
Путь стеклянных бус к Гляденовскому кострищу был не менее длинным.
Чтобы проследить его, надо спуститься по Каме, несколько дней плыть вниз по Волге, преодолеть большие степные пространства и попасть к северному берегу Черного моря.
Найди на карте город Керчь. На этом месте в древности был греческий торговый город Пантикапей.
Шумно и людно в Пантикапее. Разноязыкий гомон наполняет его улицы.
Греки, скифы, сарматы, синды, меоты громко разговаривают на своих наречиях. Непрерывным потоком движутся приезжие купцы и мореплаватели, рабы и аристократы.
Большие участки города заняты зернохранилищами.
В порту пахнет рыбой.
Огромные суда с зерном и золотистыми осетрами отправляются далеко на юг.
А с юга — из Греции и Египта — сюда везут благовония и посуду, художественно расписанные вазы и стеклянные бусы.
Их привозят множество. Из Пантикапея они перекочуют к Каспийскому морю, поднимутся вверх по Волге, до берегов Камы, на Урал, к той далекой девушке древнего племени, которая принесла свое ожерелье в жертву деревянному идолу, не подозревая, что это ожерелье изготовлено далекими египетскими мастерами.
Более двух тысяч лет пролежали стеклянные бусы в золе Гляденовского кострища. Срок немалый! Сколько людских поколений сменилось за это время… Исчезали с лица земли одни государства, возникали новые. По земле пролегли железные дороги; в небо поднялись самолеты; радио и телевидение помогли людям, живущим в самых отдаленных уголках земли, связаться между собой; ученые открывали новые миры; революции изменяли общественный строй… А стеклянные бусы дремали под слоем золы, рядом с бронзовыми птицами и волкоподобными лосями. Лишь яркие краски их становились чуть-чуть бледнее.
Но как бы ни были эти бусы почтенны по возрасту, ученые-археологи обнаруживали стеклянные вещи еще более древнего происхождения.
Большинство этих вещей находили в Египте. Страна эта издавна привлекала ученых различных государств. Еще древнегреческий историк Геродот, живший две с половиной тысячи лет назад, заинтересовался Египтом и объехал все его города. Он побывал в храмах, на базарных площадях, слушал поэтические песни и сказания талантливого народа Египта.
Труды Геродота, в которых он описывал свое путешествие по Египту, помогли ученым следующих веков. Но сведения, собранные греческим историком, были не всегда точными.
Интерес к Египту рос.
Ученые не могли удовлетвориться тем, что узнавали из книг Геродота или других древних историков.
И вот в эту страну, где дуют жаркие, сухие ветры, а на небе за долгие месяцы не появляется ни одного облака, где многие столетия чужестранцев принимали как врагов и всякий путешественник рисковал своей жизнью, — в эту загадочную страну начали снаряжаться экспедиции.
Особенно много путешествий в Египет было предпринято в конце восемнадцатого и в начале девятнадцатого века, после того как французский император Наполеон отправился завоевывать эту страну, принадлежавшую в то время турецкому султану.
Вместе с французской армией поехали и ученые. Это был трудный поход. Но рассказы ученых, возвратившихся на родину, были так увлекательны, что их примеру последовали десятки других. Побывали там англичане, немцы, русские, американцы…
Трудно в коротком рассказе даже назвать все имена ученых, занимавшихся исследованием Египта, перечислить путешественников, побывавших там во все века, вплоть до нашего.
Но вот об одном из них, американском археологе, хочется рассказать.
Люди моего поколения хорошо помнят, как взволновало весь мир сообщение в газетах о чудесных находках Картера.
Было это в 1922 году.
Газеты писали о том, что в ясное ноябрьское утро группа археологов во главе с Картером обнаружила в одной из скал Долины Царей ступени. Археологи спустились по ним в глубь скалы, предварительно расчистив от щебня и вековой пыли.
Но прежде чем рассказывать дальше, надо объяснить, что это за Долина Царей и что в ней привлекало археологов.
Долиной Царей называют кладбище, где древние египтяне хоронили своих фараонов тысячи лет назад. Оно расположено против старинной египетской столицы Фивы, в мрачных скалах западного берега Нила.
Слово «кладбище» никак не определяет того, что откроется посетившему Долину Царей.
Каждая могила состоит из нескольких больших залов, коридоров и галерей, высеченных в скалах. Лишь пройдя сквозь ряд подземных комнат, можно попасть в главное помещение, где похоронен фараон.
Обычно фараоны строили эти гробницы еще при своей жизни.
Сотни пленных рабов высекали мрачные залы, молельни, просторные коридоры. Лучшие живописцы расписывали подземные покои яркими картинами из жизни фараона. Скульпторы ставили статуи, изображавшие египетских богов или самого фараона. Поэты сочиняли стихи, в которых восхвалялись дела фараона, его мудрость, воинственность, святость. Строки из этих стихов записывались на стенах гробниц.
И вот сюда, в это роскошное помещение, «поселялся» умерший властелин Египта.
Египтяне верили, что душа человека будет жить и после его смерти и ей нужны будут все те вещи, какими человек пользовался при жизни. Поэтому вместе с умершим египетским ремесленником или крестьянином, который не получал, конечно, после смерти роскошных подземных комнат, хоронили и все его скудное имущество: единственное платье, чашку и тот инструмент, которым он при жизни добывал себе пропитание. С портным — его иглу, с дровосеком — топор, а с землепашцем — мотыгу.
С фараоном же погребали несметные сокровища.
Все это было известно давно. Ученые, исследовавшие царские гробницы, нередко находили там интересные вещи, сделанные из золота, слоновой кости, драгоценных камней или из стекла.
Но ни одному из ученых не удалось увидеть гробницу в нетронутом виде. Дело в том, что все гробницы задолго до того времени, когда европейцы попали в Египет, были разорены, а ценности в большинстве случаев похищены грабителями.
Чего же искал Картер, спускаясь в Долину Царей? Что надеялся он найти, расчищая ступени, ведущие в глубь скалы?
Многие археологи недоверчиво и насмешливо отнеслись к затее Картера. А заключалась она в том, чтобы отыскать могилу Тутанхамона, молодого египетского царя, умершего три тысячи триста лет назад.
Его могила до сих пор не была обнаружена. И Картер надеялся, что загробное жилище этого фараона таится где-то в недрах Долины Царей.
Открыть еще не тронутую царскую гробницу, проследить, как захоронен фараон, было делом очень важным для науки. Но, насколько трудными оказались поиски, можно судить хотя бы по тому, что начались они в 1917 году, а лишь в 1922 году археологи обнаружили запечатанную дверь в глубине скалы, куда и спустились по расчищенным ступеням.
Можно представить себе, как волновались ученые, снимая с двери печати! Что ждет их там, за этой дверью, почти три с половиной тысячи лет стоявшей запечатанной?
Но вот двери раскрыты, и на ученых пахнул душный воздух подземного помещения, а глазам открылась сказочная картина.
Здесь были сложены сотни вещей необычайной красоты: золотые кресла и повозки; резные стулья из дерева, украшенные цветными камнями; вазы; белые просвечивающие сосуды, на дне которых хранилась очень густая, еще благоухающая жидкость; статуи; груды ожерелий; деревянные ларцы с бельем и платьями царя; страусовые перья, опахала; сухие цветы и даже ящики с едой…
В своей книге Картер подробно описывает все вещи, обнаруженные в гробнице Тутанхамона.
Он рассказывает и о том волнении, которое испытал, когда вслед за комнатой, полной вещей, была обнаружена другая. Здесь стояло высокое сооружение, разобрать которое удалось только в течение нескольких дней. Под многими футлярами, один в другом, лежали несколько гробов: каменный, деревянный, обитый листовым золотом, и, наконец, небольшой гроб из чистого массивного золота, а в нем мумия молодого худенького фараона.
Можно было бы много рассказать и о сохранившихся парчовых одеждах фараона, и о драгоценных пряжках на его обуви, и о его кольцах, браслетах, золотых и серебряных украшениях.
Но нас интересует другое: обнаружили ли среди всего этого богатства стеклянные вещи? Оказывается, их было очень много.
Цветное стекло украшало деревянные ларцы и мебель… Одежда царя была расшита стеклянным бисером. Стеклянные чашки и кувшины стояли около гроба в ожидании, когда они понадобятся душе фараона. И, наконец, скульптурная маска, которая находилась на крышке золотого гроба, имела брови и глаза из прекрасного синего стекла.
Открытие археолога Картера дало науке большой и интересный материал. Теперь стало ясно, как египтяне хоронили своих царей.
А те, кто интересовался историей стекла, убедились, что уже три тысячи триста лет назад в Египте жили искусные мастера стекла.
Но стеклянные находки из гробницы Тутанхамона еще не самые древние.
Другим ученым удалось найти стеклянные изделия более раннего времени. Одна из таких находок принадлежит Флиндерсу Петри.
Английский археолог Флиндерс Петри всю свою жизнь посвятил изучению различных древностей. Особенно много путешествовал он по Египту. Он был членом Английского общества исследования Египта. Вместе с другими археологами Флиндерс Петри исследовал десятки гробниц, нашел сотни интереснейших вещей. Он хорошо знал эту древнюю страну, где тысячи лет назад жили трудолюбивые строители, хлебопашцы, химики, гончары, стеклоделы.
Казалось, его ничто уже не могло удивить. Но однажды, осветив фонариком темную, старую гробницу, ученый вздрогнул от неожиданности. Из угла на него в упор смотрел одинокий глаз!
Поделиться книгой: