Волшебник в одиночестве

Кит начал медленно с выражением читать, убедившись, что его с Пончем имена записаны корректно. Привычная выжидающая тишина — Вселенная склонялась вокруг, вслушиваясь в произносимое на Речи и готовясь к исполнению — начала изменяться. Понч сидел рядом, блестя расширенными глазами и постукивая хвостом по мере того, как сила заклинания обволакивала их. Кит почувствовал легкий укол боли, не услышав привычный голос, который, как правило, всегда был рядом, читая свою половину заклинания, но сейчас не было времени, чтобы отвлекаться на эмоции. Кит закончил читать, закрыл Учебник и за секунду до вступления заклинания в полную силу обернул заклинание невидимости вокруг себя и Понча.

Сила взметнулась вокруг них, заслоняя вид на двор. Мгновение спустя Кит и Понч стояли на парковке в соседнем городе, разглядывая здание школы.

Оно было меньше, чем средняя школа, в которой учился Кит, хотя и построено в том же стиле учебных зданий семидесятых: много больших окон и кирпича. Кит огляделся вокруг сквозь тонкую мерцающую дымку заклинания невидимости, придерживая Понча за ошейник. Школа была окружена типичными для пригорода домами, позади виднелось нечто вроде торгового центра; вокруг нее было припарковано около пятидесяти машин.

Рядом располагалась небольшая спортплощадка, которая в данный момент была пуста.

Впрочем, этот факт не заинтересовал Кита — даже если бы там кто-то и был, он все равно бы не увидел ни его, ни Понча. Теперь необходимо было найти Дэррила. Заклинание поиска было настроено таким образом, чтобы обнаружить мальчика на расстоянии до двухсот метров: все, что требовалось от Кита — это оглядеться вокруг.

Двести метров, подумал Кит , наверняка включают в себя часть здания школы. Он двинулся к ней, ища признаки характерной ауры, немедленно окружившей бы объект поисков, стоит тому показаться в зоне видимости. Следом за ним трусил Понч, обследуя все вокруг, его нос работал беспрестанно.

Из-за угла школы выехал белый микроавтобус и остановился возле главного входа.

Кит отошел от автобуса, не имея ни малейшего желания попасть под что-то, что не могло его видеть. Через минуту из кабины вылез водитель и зашел в переднюю дверь. Кит заглянул в ближайшие несколько окон школы и понял, что это служебные помещения, а не классы.

— Окей, — сказал он, — мы заходим. — Не начинай лаять, что бы ни происходило!

О, прошу тебя, отозвался Понч обиженным тоном. Кит улыбнулся, слегка удивленный, затем они подошли поближе. Не так давно его пес не обладал и десятой долей той сосредоточенности во время творения волшебства, но с тех пор, как Понч научился находить разные необычные вещи — например, иные миры — все изменилось.

Они вместе подошли к дверям. Те были закрыты — неудивительно, при такой-то погоде — но Киту не хотелось просто так открывать одну из них: кто-нибудь мог следить за ними.

Ничего страшного. Мы можем просто пройти сквозь стекло, подумал он. Но затем за дверью Кит разглядел возвращающегося водителя микроавтобуса.

— Окей, — прошептал Кит Пончу, — с его помощью мы проберемся туда. Только отступи немного назад, чтобы тебя не задело дверью. Мы просочимся внутрь, пока она будет закрываться.

Хорошо.

Водитель микроавтобуса, невысокий жилистый человечек в широкой куртке, распахнул дверь прямо перед носом Кита, затем щелкнул крохотным механизмом, позволяющим держать дверь открытой. Повезло, подумал Кит и проскользнул внутрь вместе с Пончем, следующим за ним по пятам.

Главный коридор школы был украшен плиткой и мозаикой, по нему двигалось несколько человек; некоторые из них направлялись к дверям — учащиеся, подумал Кит, они двинулись к микроавтобусу вместе с учителями. Направляются на экскурсию? задался он вопросом. Затем Кит замер, поскольку заклинание поиска в его голове оповестило о приближении объекта — тот приближался, находясь пока на расстоянии пятидесяти метров. Сорока метров…

Это они, подумал Кит.

— Понч, приготовься, — прошептал Кит. — Здесь…

Вместе они двинулись по коридору навстречу приближающейся группе. Кит начал изучать каждого в поисках еле различимого сияния.

В группе было пятеро детей. Трое из них — девочки разных возрастов, одна пониже и покруглее, две остальные — более высокие и стройные; они прошли мимо Кита молча, хотя на лице одной из них блуждала безмятежная улыбка. За ними следовало двое учителей, потом два мальчика и еще один учитель.

Один из мальчиков был невысоким, со светлыми волосами, он прошел мимо довольно неровной походкой. Но внимание Кита было приковано к следующему парнишке. Вокруг него разливалось неяркое, видимое только Киту и Пончу свечение. Это был темнокожий мальчик лет одиннадцати с довольно симпатичным худощавым лицом. Он был строен и одет в джинсы и полинялую футболку, на ногах были надеты видавшие виды кроссовки.

Несмотря на всю красоту, лицо его было невыразительно, оно было неподвижно как маска, глаза направлены в землю. Чуть наклонившись вперед, он быстро прошел мимо Кита, чуть ли не переходя на бег, когда достиг дверей и вышел наружу в серый промозглый день.

Кит повернулся и последовал за ним. Учителя помогали другим детям попасть в микроавтобус: Дэррил стоял последним. Один из учителей начал помогать ему с ремнем безопасности. Это заняло некоторое время. А когда все учителя заняли свои места, и водитель вернулся к дверям, чтобы закрыть их, Дэррил начал тихонько, очень медленно, но постоянно постукивать головой о стекло микроавтобуса.

Сердце Кита замерло. Стоящий за его спиной Понч продолжал смотреть. Водитель завел двигатель, и они уехали.

Это был он, сказал Понч.

— Это был он, — тихо повторил Кит. Но что с ним такое? Хотя, подумал он, у него был ключ к этой загадке. Учебник сможет подтвердить это… и теперь Кит знал, какие вопросы необходимо задать.

— Ты запомнил его запах? — спросил Кит.

Да, я смогу найти его где угодно. Даже если он не здесь, как сейчас, добавил Понч.

Кит внимательно посмотрел на пса.

— Что? Он же был прямо перед нами.

Какая-то его часть. Не все.

Понч не имел привычки делать беспричинные загадочные заявления: он все еще развивал свои языковые навыки, чтобы суметь донести до Кита желаемое, что временами приводило к недоразумениям и непониманию.

— Окей, — сказал Кит. — Я попозже выясню, что это значит. В настоящее время, по крайней мере, мы знаем, как он выглядит… и можем начать искать способы заговорить с ним.

Если он сможет о чем-нибудь рассказать…

Он бросил взгляд на таймер, встроенный в обложку Учебника.

— Ладно, — сказал Кит. — Мне пора обратно в школу.

И тебе пора покормить меня.

В другое время Кит посмеялся бы над этой попыткой получить еще одну порцию пищи.

Но настроения смеяться не было, Кит был поражен увиденным. С каких это пор Существующие Силы отправляют на Испытание ребенка-аутиста?

— Ладно, пойдем, — сказал Кит Пончу.

И они отправились домой.

* * *

После школы Кит сразу отправился к Тому и Карлу, чтобы рассказать им об увиденном.

— Физически с ним все в порядке, он здесь… большей частью, — сказал Кит, снова усаживаясь за стол напротив Тома. — Так сказал Понч. Я все еще работаю над смыслом этой фразы. Но проблема Дэррила… Почему об этом ничего не было сказано в Учебнике?

— Необходимые ограничения, полагаю, — сказал Том. — К тому же довольно часто Учебник дает возможность что-то узнать самому, нежели судить об этом по написанному.

Это свойство помогает избежать поспешных суждений, — он пролистал Учебник до страницы с информацией о Дэрриле. — Здесь идет подтверждение того, что у него определенный тип аутистического расстройства. Учебник сообщает, что оно возникло сравнительно недавно. То есть, он не был аутистом с рождения: похоже, это произошло внезапно вкоре после того, как ему исполнилось восемь лет.

— Таким образом, Испытание само по себе не имеет никакого отношения к этому?

— Этого мы точно не знаем. Очевидной связи не наблюдается… но не исключена возможность ошибки. В любом случае, поскольку Учебник не сообщает подробностей, значит, Существующие Силы не считают нужным заострять наше внимание на данном аспекте ситуации. Или же что ты можешь открыть во время расследования нечто более ценное, нежели то, что Им уже известно.

— В любом случае это кажется несправедливым, — сказал Кит после минутного раздумья, стараясь подобрать слова, почему сложившаяся ситуация заставила его почувствовать себя неуютно. — Похоже, у него и так хватает проблем. Почему впридачу ко всему он еще и застрял на середине Испытания?

Том покачал головой.

— Если ему было предложено овладеть волшебством, значит, есть какая-то проблема, которая может быть решена только подобным образом. К тому же ему не просто поступило предложение, оно ведь еще и должно быть им принято. Он нашел Клятву Волшебника в той или иной форме и принял ее. Теперь нам надо найти способ помочь… не решая основной задачи.

Кит кивнул.

— Это заставляет задуматься, — проговорил он. — Если он — это ответ, то каков вопрос?

— Кажется, я догадываюсь, о чем ты думаешь, — сказал Том. — Он не выглядит подходящим кандидатом. Но даже в том, что мы называем «нормальной жизнью», зачастую «неподходящие» люди становятся теми, у кого есть ответы на вопросы; выброшенное становится тем, без чего невозможно обойтись. «Камень, отвергнутый строителем, становится краеугольным», — Том криво усмехнулся. — Подобное происходит слишком часто, чтобы быть случайностью. Не пытается ли Вселенная сообщить нам что-то важное таким путем — что даже в том, что мы называем судьбой, есть элемент непредсказуемости?

Кит кивнул:

— Или, возможно, как Одна из Них сказала: «Никогда не будь уверенным в том, что знаешь все».

Том потянулся и откинулся на спинку стула.

— Может быть. В нашем мире есть люди, оказавшие на него колоссальное влияние, которые в иные времена просто не выжили бы. Даже сейчас люди каждый день делают выбор относительно того, кто должен жить или умереть на основе своих собственных критериев, например, что ты должен быть «правильного» пола или что все-все части твоего тела должны работать идеально. Кто знает, какой вред мы можем причинить самим себе, если будем слишком сильно заниматься поисками совершенства, как, например, на этой неделе.

Он прервался, по лицу скользнуло печально-виноватое выражение.

— Извини, — сказал Том. — Большинство волшебников рано или поздно становятся философами. Пока это не занимает тебя целиком, все в порядке… В любом случае, теперь необходимо выработать план, как к нему подобраться, — Том задумчиво пожевал нижнюю губу. — Ты мог бы отправиться к нему домой, скрытно, конечно. Или же попытать удачи в школе.

— Что-то меня не вдохновляет мысль о том, чтобы шпионить за его домом, — сказал Кит. — Так что остается школа. Я тоже подумывал об этом. Но там слишком много возможностей попасться на глаза. Я рассматривал еще один вариант.

— Хм?

— Раньше Понч уже показал, что способен относиться к чьему-нибудь внутреннему миру словно к иной вселенной, — сказал Кит. — Он может проникнуть в голову к Дэррилу и взять меня с собой… или, возможно, это поможет Дэррилу с большей легкостью общаться со мной таким образом.

Том некоторое время размышлял над этим.

— Моей первой реакцией, — сказал он в итоге, — было бы запретить подобное. Мы не настолько уверены, что знаем, как, черт возьми, Понч делает то, что он делает. Добавим к этому уравнению множество неизвестных переменных из того, что происходит у Дэррила в голове… — Он покачал головой. — Задача становится жутко сложной и неудобной.

— Мы — волшебники, — сказал Кит. — Мы созданы для того, чтобы превращать неудобные задачи в удобные.

Том взглянул на него с выражением легкой досады, сменившейся покорностью судьбе.

— В теории это так, — проговорил он, — конечно же. Но попытка претворения теории в жизнь без должного обдумывания и подготовки может закончиться плачевно.

Кит сидел тихо, он знал, что не стоит слишком упрямиться, общаясь со Старшим Волшебником. Не было более верного пути дать понять, что у тебя есть некий скрытый мотив.

Том смотрел вдаль, размышляя.

— Тем не менее, это весьма нетипичное Суровое Испытание, — сказал он, — и мы не можем заставлять мальчика страдать ради осторожности и правильности. Но собрать побольше информации до вмешательства кажется по меньшей мере разумным. Я хочу, чтобы вы были очень, очень осторожны и следили за собой так же тщательно, как и за ним. Даже нормальные Суровые Испытания весьма субъективны, и примешивание к этому еще одного субъективного мнения, пусть и временно, несет в себе увеличение опасности.

Испытание же, в котором кандидат — аутист… — он покачал головой, — может быть попыткой к исцелению, весьма травматичной для Дэррила вне зависимости от результата… или же какой-то новый ранее невиданный метод работы волшебства, который предполагает, что Дэррилу необходимо оставаться аутистом. То, что для нас кажется «нормальным» функционированием, вполне может не быть самым лучшим в глазах Единой. Это одна из причин, по которой подобные вызовы могут быть настолько опасными.

— Если вы не решитесь хотя бы на что-то, — сказал Кит, — ничего и не будет сделано!

Том сидел и смотрел в окно, где холодный ветер шуршал коричневыми неопавшими листьями изгороди возле дома.

— Ты прав, — произнес он наконец. — Не то чтобы это заставило меня почувствовать себя счастливым. Но вызовы — это одна из причин нашего пребывания здесь: у Единой есть свои методы, чтобы незаметно руководить нами.

Он снова перевел взгляд на Кита.

— Так что ступай и сделай, что сможешь, — сказал Том. — Дай мне знать, что из этого выйдет. Но я был бы очень благодарен, останься ты в роли наблюдателя. Это Испытание достаточно странно, чтобы стать опасным для того, кто выйдет из положенной ему роли.

— Я буду осторожен.

Выражение лица Тома стало чуть менее серьезным.

— Я уже слышал это раньше, — сказал он. — От себя и от многих других. Но, в частности, я хочу, чтобы ты был осторожен, когда будешь у него в голове.

Пообщаться с Дэррилом может быть неплохой идеей… но понять его внутренний мир намного сложнее. Разговор — это то, что ты проделываешь с кем-то еще; если у другого с этим сложности, они будут и у тебя тоже. А когда ты в чьей-нибудь голове и используешь волшебство, то не важно, насколько ты будешь осторожен, всегда остается опасность изменить его имя, написанное Речью. Сделав что-нибудь, что приведет Дэррила к изменениям, ты рискуешь совершить нечто такое, благодаря чему он никогда не выйдет из своего Сурового Испытания. Трижды подумай перед тем, как совершить что-нибудь, Кит.

— Так и сделаю.

Кит покинул Тома с помощью другого тразитного заклинания, перенесшего его прямо в укромное место возле городской библиотеки. Он провел в ней некоторое время, изучая интернет-источники и распечатывая все, что могло оказаться полезным, затем нашел еще несколько книг и пролистал их. К тому времени, как он вернулся домой, его мама уже проснулась и была в душе; когда она вышла в халате, вытирая голову, он уже лежал на полу в гостиной, окруженный книгами и распечатками. Его мама на секунду приостановилась, заглядывая через его плечо.

— Аутизм? — поинтересовалась она.

— Да.

Она прошла за его спиной на кухню, где налила себе кофе из кофейника, заботливо подготовленного для нее папой Кита, положила сахар и вернулась, присев на диван позади Кита.

— Непростая тема, сынок, — сказала она.

— Ты что-нибудь знаешь об этом?

— Достаточно, чтобы немного понимать в этом, — она отхлебнула кофе. — Есть несколько различных типов, но мы до сих пор не знаем причины. Ранее все считали, что аутизм вызван холодным или насильственным отношением со стороны родителей. Но эта теория не встретила подтверждения. Существует множество возможных причин, некоторые из которых проистекают одна из другой. Некоторые типы аутизма могут возникать из-за сбоя в химических реакциях в мозге. Иные — из-за отсутствия определенного фермента или чего-то подобного, в результате химические вещества накапливаются в клетках нервной системы и повреждают их или заставляют работать с ошибками.

Возможно, причина лежит в том, что что-то не так с иммунной системой, или что неподдающиеся контролю антитела атакуют мозг и нервные клетки, или дело в вирусе, или своего рода загрязнении, или недостатке витамина А… — она подняла руку в жесте «кто его знает», затем опустила. — Здесь существует добрая сотня ответов, кто знает, возможно, они все в какой-то степени верны… Тебе это нужно для школы?

— Нет. Это связано с тем, зачем меня вызвал Том.

Глаза его мамы слегка расширились.

— Тот самый пропавший человек? Он аутист? О, дорогой, это ужасно! Его родители, должно быть, убиты горем. Как ты думаешь, ты сможешь его найти?

— Я это уже сделал, — сказал Кит, усаживаясь к столу и положив на него ноги. — Он в школе. Сентениэл, это в Болдуине.

— Что? О, какое облегчение! Я думала, ты имел в виду, он исчез. Так что ты имел в виду, когда говорил о пропаже?

— Это была фигура речи, мама, — Кит ранее уже задумывался, насколько он может просветить своих родителей относительно своей волшебной работы. Сейчас же ему показалось, что стоит рассказать об этом побольше, хотя бы только ради того, чтобы не заставлять их беспокоиться. — Когда ты узнаешь о существовании волшебства, то ты не получаешь все сразу. Сначала необходимо пройти своего рода тест: Суровое Испытание.

Если ты пройдешь, станешь волшебником. Если же нет…

Тут выражение лица его мамы дало ему знать, что, похоже, он совершил ошибку.

— Ты умрешь, — тихо сказала его мама.

— Не обязательно, — сказал Кит. — Иногда ты просто теряешь ту силу, благодаря которой и получил этот тест.