Помоги проекту - поделись книгой:
Толпа повернула к нему выжидающее лицо. Он подмигнул Триллиан. Та приподняла брови и сделала большие глаза. Она уже знала, что он собирается сказать дальше и считала его за это ужасным пижоном.
— Он действительно потрясающий, — медленно заговорил Зафод. — Он на самом деле действительно потрясающий. Он такой потрясающе потрясающий, что, кажется, так бы и угнал его.
Гениально отмочил — фраза, достойная Президента. Толпа засмеялась от удовольствия, пресса радостно застучала по клавишам Суб-эфирных Новостематиков, а Президент заулыбался.
Пока он улыбался, сердце его сжималось в ожидании, и он нащупал кнопку на маленьком Парализоматике — бомбе, безмятежно лежавшей у него в кармане.
Наконец Зафод почувствовал, что не вынесет больше ни секунды. Он поднял головы к небу, издал дикий клич в большой терции, бросил бомбу на землю и побежал вперед через море быстрозамороженных лучезарных улыбок.
Глава 5
Простетник Вогон Йелтц являл собой зрелище малоприятное, даже для других вогонов. Купол его носа высился над маленьким свиноподобным лобиком. А резиновая темно-зеленая кожа была достаточна толста для тех грязных управленческих игр вогонной политики, в которые он играл, и, заметим, играл умело, и достаточно водонепроницаема, чтобы он хоть сто лет мог провести в море на тысячефутовой глубине. Впрочем, у него, конечно, не было времени купаться в море. Он был слишком занят на государственной службе. И вообще, он был таким, каким был.
Миллиарды лет назад, когда вогоны впервые выползли из недвижных вод первичных морей Вогосферы и лежали, пыхтя и отдуваясь, на девственных берегах планеты, когда первые утренние лучи молодого яркого солнца Вогосол осветили их… силы эволюции отказались от них в ту же секунду — просто отвернулись брезгливо и списали как неудачную отвратительную ошибку. С тех пор вогоны больше не развивались: они не должны были выжить.
Тот факт, что они тем не менее выжили, можно отнести за счет железной воли и удивительной упертости этих созданий. «
Тем временем, на планете Вогосфера силы природы работали сверхурочно, стремясь восполнить ранее допущенные пробелы. Они создали алмазных мерцающих пятящихся крабов, которых вогоны пожирали, разбивая им панцири железными маллетами; создали высокие вдохновенные стройные деревья поразительного цвета, которые вогоны рубили, чтобы жарить на них крабов; создали элегантных газелеподобных существ с шелковистыми шкурками и влажными глазками, которых вогоны ловили и садились на них. Газели не годились на роль транспорта, поскольку их изящные спинки сразу же переламывались, но вогоны все равно садились на них.
И так, тысячелетиями, Вогосфера влачила несчастное существование — до тех пор, пока вогоны неожиданно не открыли способ межзвездного перемещения. Буквально за несколько лет все вогоны до единого переселились в созвездие Мегабрантис, политический пуп Галактики, и вскоре сформировали костяк галактического чиновничьего аппарата. Они старались, они учились, они пытались обрести стиль и манеры, и все-таки современный вогон мало чем отличается от своих примитивных предков. Ежегодно вогоны импортируют двадцать восемь тысяч тонн алмазных мерцающих пятящихся крабов со своей родной планеты и проводят счастливые пьяные вечера, разбивая их на кусочки железными маллетами.
Простетник Вогон Йелтц был абсолютно типичным вогоном, и оттого был он совершенно подлым. А еще он не терпел хайкеров.
В маленькой темной каюте, глубоко в недрах флагманского звездолета Простетника Вогона Йелтца, нервно зажглась спичка. Владелец спички не был вогон, зато знал о вогонах все и имел полное право нервничать. Владельца спички звали Форд Префект.
Он оглядел каюту, но почти ничего не увидел; от крохотного мерцающего огонька по стенам заплясали странные причудливые тени, но кругом было тихо. Форд мысленно поблагодарил дентрасси.
Дентрасси — непокорное племя гурманов, дикие, но симпатичные существа, которых вогоны нанимают поварами в дальние полеты, с условием, что дентрасси будут держать свои мнения, да и самое себя тоже, строго при себе. Это очень устраивает дентрасси: им нравятся денежки вогонов — самая твердая валюта во всей Галактике, но совершенно не нравятся сами вогоны. Вогоны устроивают дентрасси только в одном виде — в раздраженном.
Знание этой особенности психологии дентрасси и привело Форда Префекта к тому, что в настоящий момент он не был облачком водорода, озона и моноксида углерода.
Послышался тихий стон. В свете спички Форд разглядел на полу нечто бесформенное, совершающее короткие и бессмысленные движения. Он быстро погасил спичку, засунул руку в карман, порылся там и наконец выудил то, что искал. Он разорвал что-то, а после встряхнул. Присел на корточки. Бесформенная масса снова задвигалась.
Форд Префект сказал:
— Я купил орешки.
Артур Дент пошевелился и опять застонал, неразборчиво бормоча.
— Съешь немного, — уговаривал Форд, тряся пакетиком, — когда в первый раз проходишь сквозь луч переноса материи, теряешь много соли и протеина. Правда, пиво должно было немного защитить твой организм.
— Брррррррр, — выговорил Артур и открыл глаза. — Темно, — сообщил он.
— Да, — согласился Форд. — Темно.
— Света нет, — сказал Артур. — Темно, света нет.
Чего Форд никогда не мог понять относительно землян, так это их привычки без конца повторять самые что ни на есть очевидные утверждения, такие как «прекрасная погода», или «ты очень высокий», или «боже мой, ты упал в тридцатиметровую яму, ты не ушибся?». Для объяснения этого странного поведения у Форда сначала была такая теория: если человеческие существа не будут постоянно упражнять губы, то их рты срастутся. После нескольких месяцев наблюдений и размышлений он выдвинул новую теорию. Если они не будут тренировать губы, то у них начнут работать мозги. Еще через некоторое время он отказался от последней теории как от оскорбительной и циничной и пришел к выводу, что люди, вообще-то, хорошие, но все равно не переставал ужасаться тому невероятному количеству вещей, о которых они не имеют ни малейшего представления.
— Да, — поддакнул Форд, — света нет. Он дал Артуру еще немного арахиса. — Как ты себя чувствуешь?
— Как военная академия, — ответил Артур. — Во мне происходит постоянный выпуск частей.
Форд воззрился на него из темноты.
— Буду ли я жалеть, — спросил Артур слабым голосом, — если спрошу, где мы?
Форд встал.
— Мы в безопасности, — коротко сказал он.
— Слава Богу, — выдохнул Артур.
— Мы на камбузе, — добавил Форд, — космического корабля строительного флота вогонов.
— А-а, — без выражения протянул Артур, — я и не знал, что это тоже называется безопасностью.
Форд зажег еще одну спичку, и они с Артуром принялись искать выключатель. Странные причудливые тени заплясали снова. Артур с трудом поднялся на ноги и боязливо обхватил себя руками. Вокруг него теснились ужасные инопланетные предметы, воздух был спертый, в легкие проникали мощные неопознаваемые запахи, низкий назойливый гул мешал сосредоточиться.
— Как мы сюда попали? — спросил Артур, подрагивая в ознобе.
— Мы их поймали, — ответил Форд.
— Поймали?
— Остановили и попросили подвезти.
— Прошу прощения, — разделяя слова, переспросил Артур, — ты имеешь в виду, что мы выставили большой палец, а зеленый пучеглазый монстр высунул из окошка голову и сказал: «заскакивайте, парни, могу подбросить до Басингстока»?
— Ну, — протянул Форд, — если принять во внимание, что большой палец — это автостоппер, электронное сигнальное устройство, а добросят нас до звезды Бернар, это в шести световых годах от Земли, то, в принципе, да.
— А пучеглазый монстр?
— Зеленый, как ты и сказал.
— Очень хорошо. А когда можно будет поехать домой?
— Никогда, — в этот момент Форд нашел выключатель.
— Прикрой глаза, — сказал он и включил свет.
Даже Форд был обескуражен.
— Боже правый, — скривил нос Артур, — вот это вот и есть летающая тарелка?
Простетник Вогон Йелтц таскал свое малоприятное зеленое тело по капитанскому мостику. После уничтожения населенных планет он всегда чувствовал смутное раздражение. Хорошо бы к нему пришли и стали укорять, дескать, так поступать нехорошо, тогда бы он наорал на пришедших и почувствовал себя лучше. Со всей тяжести он грохнулся на свое место у панели управления в надежде, что кресло сломается, и появится реальный повод побыть в гневе, однако кресло только жалобно заскрипело.
— Пошел вон! — закричал Простетник на молодого караульного вогона, вошедшего в эту минуту на мостик. Караульный незамедлительно испарился, чувствуя облегчение: хорошо, что не ему придется вручать только что полученный рапорт. Рапорт представлял собой официальное уведомление о каком-то потрясающем сверхсовременном двигателе для космических кораблей, торжественное открытие которого проходило в данный момент на Дамогранской правительственной научной базе. Новый двигатель устранял потребность в гиперкосмических экспресс-маршрутах.
Приоткрылась другая дверь, но на этот раз капитан вогонов не стал кричать, потому что эта дверь вела на камбуз, где дентрасси готовили ему еду. А еду сейчас можно было только приветствовать.
В дверь ввалилось огромное меховое создание с подносом. Оно с идиотским видом скалилось во всю пасть.
Простетник Вогон Йелтц возрадовался. Он знал: когда дентрасси так довольны собой, это может означать только одно — на корабле происходит что-то такое, по поводу чего можно будет как следует, по-настоящему, обозлиться.
Форд и Артур оглядывались по сторонам.
— Ну как тебе? — поинтересовался Форд.
— Да как-то убого…
Форд, нахмурясь, оглядел мятые матрацы, немытые чашки и неидентифицируемые предметы дурнопахнущего инопланетного нижнего белья, разбросанного по тесной каюте.
— Это же рабочее помещение, понимаешь, — оправдательно сказал Форд. — Казарма. Дентрасси тут спят.
— А я думал, они называются вогоны или что-то в этом духе.
— Вогоны, — объяснил Форд, — управляют кораблем, а дентрасси работают поварами, они и пустили нас на борт.
— Ничего не понимаю, — замотал головой Артур.
— Смотри, — Форд сел на ближайший матрац и стал рыться в рюкзаке. Артур, прежде чем опасливо опуститься на матрац, недоверчиво потыкал его пальцем. На самом деле бояться было нечего, так как болотные матрацы, растущие на Скворншеллах Зета, тщательно умерщвляются и высушиваются, прежде чем поступить в эксплуатацию. Лишь очень и очень немногие возвращаются к жизни.
Форд протянул Артуру книгу.
— Что это? — спросил Артур.
— Путеводитель «Автостопом по Галактике». Что-то вроде электронной книжки. В ней рассказывается все и обо всем. Она специально для этого создана.
Артур повертел книжку в слегка трясущихся руках.
— Мне нравится обложка, — заметил он. — «Без паники». Первая разумная вещь за сегодня.
— Я тебе покажу, как она работает, — Форд забрал книгу у Артура, который все еще держал ее наотлете, будто бы это был недели две назад издохший воробей, и вытащил ее из обложки.
— Смотри. Нажимаешь кнопку, вот здесь, видишь, экран загорается. Вот это появляется оглавление.
Экран, примерно три на четыре дюйма, засветился, и по нему побежали буквы.
— Ты хочешь узнать про вогонов, поэтому я ввел это название вот сюда. — Пальцы Форда летали по клавишам. — И — пожалуйста.
На экране зеленым светом загорелись слова «строительный флот вогонов».
Форд нажал большую красную кнопку, и по экрану побежали фразы. Одновременно книга стала читать текст ровным, тихим, размеренным голосом. Вот что она сказала:
«Строительный флот вогонов. Вы хотите, чтобы вогоны вас подвезли. Что нужно сделать? Забыть об этом. Вогоны — одна из наиболее неприятных рас во всей Галактике. Они не то чтобы злостно подлые, но они вздорные, бюрократичные, официозные и бессердечные. Без приказа они и пальцем не пошевелят, даже ради спасения родной бабушки из пасти Прожорливого Приставучего Чудища Трааля — без приказа с подписью и печатью, в трех экземплярах, со всеми входящими и исходящими, приказа потерянного, найденного, прошедшего судебное разбирательство, снова потерянного, похороненного в мягких залежах бумаг на столе и в конце концов пошедшего на растопку.
Лучший способ получить от вогона что-нибудь выпить — это засунуть палец ему в глотку, а лучший способ досадить ему — это скормить его бабушку Прожорливому Приставучему Чудищу Трааля.
Ни в коем случае не позволяйте вогонам читать вам стихи.»
Артур оторопело глядел в экран.
— Какая странная книга. А как же тогда получилось, что нас согласились подвезти?
— В том-то и дело, это издание немного устарело, — Форд спрятал книгу обратно в обложку. — Я занимаюсь исследованиями на местах для нового, исправленного, издания, и один из пунктов, который нужно внести, как раз про то, что вогоны теперь нанимают поваров-дентрасси, благодаря чему у нас и появилась маленькая лазейка.
Лицо Артура исказилось от непонимания.
— А дентрасси-то кто такие? — спросил он.
— Классные ребята, — ответил Форд. — Они и вправду лучше всех готовят и делают самые лучшие коктейли, а все остальное им до лампочки. И они всегда берут тех, кто голосует, частично потому, что любят компанию, а частично — чтобы досадить вогонам. Именно это ты должен знать, если ты нищий бродяга, который хочет увидеть все чудеса вселенной меньше, чем за тридцать алтаирианских долларов в день. Собирать такую информацию — моя работа. Здорово, да?
Артур выглядел совершенно потерянным.
— Потрясающе, — произнес он без выражения и нахмурился, сверля взором один из матрацев.
— К сожалению, я проторчал на Земле гораздо дольше, чем собирался, — сказал Форд. — Я приехал на неделю, а застрял на пятнадцать лет.
— Но как ты вообще туда попал?
— Очень просто. Доехал на дразниле.
— На дразниле?
— Да.
— Э-э-э, а это?…
— Дразнила? Обычно это детки из богатых семей, которым нечего делать. Они летают туда-сюда, ищут планеты, которые еще не вошли в межзвездный контакт, и доводят их.
— Доводят их? — Артуру стало казаться, что Форд получает удовольствие от того, что специально усложняет ему жизнь.
— Ага, — подтвердил Форд. — Доводят. Они находят глухое место, где почти никого нет, приземляются прямо на голову какому-нибудь несчастному, который идет себе один-одинешенек и ни о чем не подозревает, начинают перед ним прыгать с антеннами на голове и кричат «би-би». Ведь рассказам бедняги потом все равно никто не поверит. Ребячество, больше ничего.
Форд лег на матрац, положив руки под голову. У него был чрезвычайно довольный вид.
— Форд, — продолжал расспросы Артур, — может, это звучит глупо, но… что
— Ответ ты знаешь, — сказал Форд. — Я тебя спас с Земли.
— А что случилось с Землей?
— Ох. Ее уничтожили.
— Что ты говоришь, — проговорил Артур бесцветным голосом.
— Да. Она растворилась в космосе.
Поделиться книгой: