Предскажу тебе счастье (СИ)

Всю дорогу в Сарычи Олана тихонько разговаривала с женихом. Ромас сидел рядом с извозчиком на козлах, а брат Ивария, Томар, с отцом с интересом поглядывали на меня, изредка о чем-то перешептываясь.

- Олана, - обратился к ней Томар, - познакомь с подругой. Ты же наверняка пригласишь ее на свадьбу. Нам было бы интересно что-нибудь о ней узнать, - с улыбкой попросил он.

- Ее зовут Анита, - неуверенно сказала Ола, - она… предсказательница, – не глядя мне в глаза закончила подруга.

Ответом ей стала тишина, которая была бы оглушающей, если бы не стук колес под нами. Обстановку разрядил отец Ивария, спросив у Томара что-то о предстоящей осенней охоте.

Нет, я уже не обижаюсь на такую реакцию людей. Честно! Люди хорошо ко мне относятся, пока я остаюсь для них знакомой, соседкой и полезной предсказательницей, но когда речь идет о более близких отношениях, то от меня стараются держаться подальше. И на Олу я тоже не обижаюсь. Что еще она могла им ответить? Только правду, ей ведь с ними жить…

Всю оставшуюся дорогу я наслаждалась поездкой и хорошей погодой. Ко мне больше никто не обращался, чему я была только рада, так как разговаривать совсем не хотелось.

В Сарычи мы приехали поздним утром и, попрощавшись с Иварием, Томаром и их отцом, направились в небольшой, но уютный трактир, что бы перекусить перед походом по торговым рядам. Олана рассказывала что-то смешное, чтобы поднять мне настроение, вероятно чувствовала себя виноватой. Ромас же вообще старался не смотреть мне в глаза, не понятно, по какой причине, а я не стала об этом задумываться. Впереди покупки и развлечения и не хотелось забивать свою голову всякой ерундой.

Когда мы уже выходили из трактира, навстречу шли две женщины, которые достаточно громко что-то обсуждали:

- … с утра примчались в город и опрашивают всех подряд…, страшные… их кони не менее страшны… кадары…! - тараторили женщины.

- О, боги! Анита, ты слышала? Нам надо уезжать, пока тебя не поймали! – почти шепотом, со страшными глазами, убеждала меня Ола.

- Успокойся! Никто меня не поймает, тем более кроме вас с Ромасом здесь больше никто и не знает про меня. А вы, я думаю, никому ничего не скажете.

- Анита права, - сказал Ромас, - Просто занимаемся своими делами, а после спокойно уезжаем. А дома подумаем обо всем этом.

Так мы и сделали. Решили, что привлечем к себе больше внимания, если сейчас уедем. Так что спокойно направились в торговые ряды.

Я достаточно быстро выбрала себе обычную синевато-серую шерстяную юбку, но платок выбрать не успела. Олана протягивала мне белый пуховый платок, очень тонкий и нежный:

- Это мой подарок тебе! Я хочу, чтобы ты знала, что даже если я далеко, даже если мы с тобой долго не увидимся, я все равно помню о тебе, – сказала и крепко обняла меня.

- Ола, спасибо! Но зачем? Не надо было. Я ведь не смогу сделать тебе такой же подарок, - последнюю фразу я проговорила почти шепотом.

- А мне такой же и не надо. Достаточно будет твоего свадебного предсказания. Надеюсь, оно будет хорошим.

- Если бы это только от меня зависело…

- Да ладно, я же все понимаю, - улыбнулась подруга.

С моими покупками было покончено, теперь настал черед Оланы. Возле одежной лавки Ромас оставил нас и пошел в оружейную, сказав, что подойдет через час и чтобы мы никуда без него не ходили.

В лавке нас встретила молодая женщина и, выслушав, чего мы от нее хотим, усадила меня за низенький столик возле внешней стеклянной витрины, а Олану увела в соседнюю комнату для примерки платьев.

На самом деле свадебное платье невесте обычно собственноручно шьет и дарит мать или другая близкая родственница, у подруги таких не было. Сошлись на том, что платье дарит брат, хоть и не шито им, но оплачено, за неимением других вариантов.

Из комнатки выглянула Ола:

- Я выбрала пока три платья, буду мерить, и выходить к тебе. Я скоро. Не скучай.

Пока я ждала ее выхода, взгляд сам собой притягивался к виду за стеклом витрины. По мощенной камнем улице неспешно прогуливались парочки, пробегали спешащие прохожие, суетились кокетливые модницы в поисках нужной вещи. На противоположной стороне улицы тоже были лавки, возле одной из них я увидела Ромаса, разглядывающего что-то в витрине. Наверное, осматривает понравившееся оружие, чтобы попробовать сделать такое же самому.

- Ну, как тебе это? – Олана вышла из комнатки и покрутилась передо мной.

Так она проделывала несколько рас с разными платьями, пока, наконец, мы не выбрали одно. Оно действительно подходило ей больше остальных. Практически полностью состоящее из кружева, с несильно пышной юбкой, подол которой, как и лиф был расшит перламутровыми бусинами, платье делало ее очень нежной и ранимой и безумно ей шло. К нему мы подобрали венок из кружевных лент, с которого до висков свисали ряды таких же перламутровых бусин, как и на платье.

Вдруг перед глазами замелькали картинки: Олана в легком платье сидит на изумрудного цвета траве, на руках она держит ребенка и кормит его грудью, а сзади их обнимает Иварий, глядя на свою семью счастливыми влюбленными глазами. Вот оно свадебное предсказание, улыбнулась я сама себе. Позже ей расскажу, не буду сейчас отвлекать.

Подруга ушла переодеваться, а я опять стала смотреть в окно. Все та же картина, только люди другие и Ромаса нет, наверное, зашел внутрь лавки. Этак он провозится дольше нас с платьями, пока все обсмотрит.

Я вынырнула из своих мыслей, из-за промелькнувшего мимо пятна. Приглядевшись, поняла, что это бегут люди. Не все, некоторые прижимаются плотнее к витринам. Кто-то крикнул, кто-то решил упасть в обморок. Удивление, испуг, ужас на лицах людей. От увиденного создавалось впечатление нарастающей паники, которая начала передаваться и мне.

Приближающийся невнятный гул сменился более слышным топотом. В конце улицы, в той части, которая была мне видна, показались всадники.

Это зрелище я не забуду никогда в жизни. Оно было прекрасным настолько, насколько и пугающим. Черные, как ночь лошади, с развевающимися гривами и хвостами, были намного крупнее, чем обычные лошадки, которых я вижу каждый день. Эти красавцы могли сами по себе приковать взгляды людей, но всадники тут же забирали все внимание на себя. Высокие широкоплечие мужчины в темных одеждах с черными волосами, собранными в высокий хвост. Впечатлительному человеку могло показаться, что это темные духи, пришедшие покарать людей за все их грехи. Настолько они казались нереальными. От них невозможно было оторвать взгляд, будто каменея от страха и восторга.

Кадары! – пронеслось у меня в голове. Они не были похожи ну ту картинку в книге, что я видела когда-то.

Когда почти все кадары проехали дальше по улице, один из них внезапно остановился и, развернув лошадь, проскакал немного назад. Остановился напротив той лавки, где находилась я, и стал медленно водить головой из стороны в сторону, как будто высматривая или вынюхивая что-то.

Мне никогда в жизни не было так страшно. От страха я не могла пошевелиться, а сердце стучало как сумасшедшее, тем самым нагнетая обстановку еще сильнее. Казалось, сейчас оно взорвется.

В этот же момент он резко повернул голову в мою сторону и сердце на секунду останавливается... Его черные глаза, смотрят прямо в мою душу, вытягивая все мои тайны и страхи наружу. Я чувствую, как по моим вискам и ладоням стекает пот, а по спине ледяным ознобом бегают мурашки. И все же я не могу оторвать от него взгляд, впитывая и запоминая каждую черту его жесткого лица, каждое движение его холодных глаз…

Но вот он мотнул головой, разрыва наш зрительный контакт и я, наконец, могу пошевелиться. Сразу же отшатываюсь подальше от окна вглубь лавки, а он не глядя больше по сторонам поскакал дальше по улице, куда уехали остальные.

- Анита, что с тобой? – вышедшая только что из соседней комнаты подруга смотрела на меня с испугом.

Глава 5

Дорога домой казалась длиннее, чем раньше из-за тишины, повисшей между путниками. Она уже не казалось благом, ее хотелось скинуть как липкую паутину, но слов ни у кого не находилось. Все были напряжены, и каждый думал о своем.

Зайдя за нами в лавку и узнав, что произошло, Ромас решил тут же возвращаться в Крушино. Никто не возражал, так как основные покупки были сделаны, а развлекаться и гулять, уже не было желания. Да и настроение испортилось окончательно, потому что небо начали заволакивать низкие серые облака, следом за которыми через какое-то время придут тяжелые грозовые тучи.

Будет дождь. И не просто небольшой короткий дождик, а именно дождь с громом и молнией и ливнем на несколько дней. После такого возле нашей деревни размоет все дороги, да так, что и не проедешь.

От дорог мои мысли свернули к тем, кто по ним может проехать. Кадарам. Точнее к одному конкретному. Что же он почувствовал такое, что заставило его отстать от своего отряда и играть в гляделки с ни чем не примечательной рыжей девчонкой? Неужели узнал во мне одну из тех, кого они ищут? Тогда почему уехал, ничего не предприняв? И главный вопрос: для чего эти поиски? Ну ладно бы искали только целительниц, тогда можно было бы предположить, что им требуется лечение. Если ищут ведьм, значит отомстить кому-то или просто навредить. Но вот на кой им предсказательницы? Боятся страшного неизвестного будущего? Смешно!

Будущее! Главное вовремя вспомнила, пока поздно не стало. Нужно сейчас Олане о свадебном предсказании рассказать. Вот прямо чувствую, что откладывать это не стоит:

- Ола, я хочу сейчас подарить тебе свадебное предсказание.

- Почему сейчас? Мне конечно очень интересно, - захихикала девушка, - но на свадебном пиру звучало бы эффектнее. Если только оно хорошее…, - посерьезнела Олана.

- Хорошее, хорошее. Просто вдруг потом не получится это сделать…

- Хочешь сказать, что не придешь ко мне на свадьбу? Ты думаешь что-то случится? – подруга смотрела на меня обеспокоенно.

- Ничего не хочу и не думаю. Просто знаю, что нужно сейчас,- и я стала рассказывать ей то, что узнала из своего видения. Про то, как на нее смотрел и как ее обнимал Иварий. Про малыша на ее руках. Про зеленую травку под ними и синее небо над их головами. Про то, как они будут счастливы.

- Спасибо, Анька, спасибо тебе!!! - на глазах Оланы от счастья выступили слезы, - Это самый лучший подарок! – подруга широко улыбнулась и расцеловала меня в обе щеки.

Даже Ромас глядя на нас радостно улыбался. Оставшаяся часть пути прошла значительно оживленнее и веселее.

К вечеру мы приехали в Крушино. Олана хотела оставить на ужин, но я отказалась и засобиралась домой. Ромас предложил проводить меня до дома, но я так устала сегодня от больших скоплений народа и нервных потрясений, что дико хотелось тишины и одиночества. Настаивать никто не стал и, попрощавшись, я отправилась домой.

Пока шла перед глазами мелькали какие-то картинки, очень смутные и неясные. Привычно откинув их, подумала, что это отголоски прошедшего дня. Такие видения ничего не значат для меня, только вьются вокруг как назойливая мошкара. Я просто устала.

Пока боролась с ненужными видениями, не заметила, как подошла к дому. Не дойдя до калитки нескольких шагов и взглянув на дверь, я остановилась. Она была открыта и, в наступающих сумерках, отчетливо было видно, как пламя свечи отбрасывает тени на стены внутри дома.

От страха желудок сжался в тугой комок. Ощущение чего-то не хорошего накрыло с головой и не хотело отпускать.

Внутри дома кто-то был. Но кто? Из местных никто не стал бы этого делать, это я знаю точно. Разбойник? Но ведь любому грабителю одного взгляда на мою избушку хватит, чтобы понять, что здесь ничего стоящего он не найдет. А может это…? О, нет! Даже думать об этом не хочу!

Словно прочитав мои мысли, на порог вышел тот, кого я меньше всего предполагала и хотела здесь увидеть. Кадар, внушительный силуэт, которого еле вписывался в рамки дверного проема, явно смотрел на меня, хотя глаз его не было видно в сгущающихся сумерках.

В этот момент мое сознание видимо решило, что в этот день с него довольно нервных потрясений и пережитых эмоций и отправило меня в глубокий обморок. Напоследок я подумала: ну вот и все, теперь бояться, что меня найдут уже бессмысленно.

Когда я очнулась, вокруг была темнота и меня ощутимо трясло. Хотя нет, не так. Меня мотало из стороны в сторону, изредка прикладывая лицом обо что-то. Думать мешала приливавшая к голове кровь. Ага, значит, я вишу вниз головой. Судя по всему, перекинули поперек лошади и увозят в неизвестном направлении.

Меня начало мутить, тошнота подкатывала волнами и грозила добиться своего, так что нужно было срочно менять положение тела.

Я затрепыхалась, пытаясь привлечь внимание. Меня заметили и, подхватив сильными руками, усадили на лошадь боком. От резкой смены положения, закружилась голова и, хотя меня держали, по инерции руками вцепилась во что-то мягкое справа от себя.

Когда головокружение и тошнота прошли, решила оглядеться, но ничего из этого не вышло. Вокруг была непроглядная темень, из-за застилавших небо туч, не было видно ни луны, ни звезд. Лицо моего похитителя тоже почти не видно. И как он только видит куда ехать, хотя судя по стуку копыт недалеко от нас, он тут такой не один.

Решила, что паниковать и пытаться сбежать не имеет смысла, по крайней мере, не по такой темноте. Тем более, очень хотелось узнать, что им нужно. Но спрашивать сейчас, не видя лица, не стану. Интуиция моя молчит, так что, возможно, ни чего страшного мне не грозит.

Интересно, тот ли это кадар, который так меня днем напугал? Если это он, то, как нашел, да еще так быстро? Или это другой отряд. Наверняка им про меня кто-то рассказал. Но это уже не важно. Важно то, куда меня везут и для чего. Надеюсь никаких кровавых жертвоприношений, а то у меня на них аллергия. Нет, ну, правда! Вот как только подумаю об этом, так сразу воздуха не хватает, и покрываюсь пятнами. Ведь явно признаки аллергии.

Понимая, какая чушь начала лезть мне в голову, стала думать про то, как подруга волноваться и переживать будет, не застав меня завтра дома. А ведь ко мне могут прийти люди за предсказаниями или просто погадать. Будут ли они меня искать, узнав, что я пропала?

Кажется, начинает болеть голова. Насыщенный событиями день, обморок, тряска на лошади и куча мыслей в голове. Так хочется уснуть, а проснуться уже дома, в своей постели.

Глава 6

Я смотрю на синее-синее небо, по которому проплывают белые пушистые облака. Мне спокойно и хорошо, настолько, что даже лень сделать какое-либо движение. Под головой что-то мягкое, наверное, рыбаки забыли свои сети, от которых почему-то исходит приятный терпкий аромат. Лодка плавно покачивается на волнах, убаюкивая меня. Приподнимаю голову и вижу что вокруг, до самого горизонта, спрятавшего свои очертания в туманной дымке, простирается водная гладь. Невозможно чистый и свежий воздух наполняет легкие приятным холодком. Но мне не холодно. Мне тепло и уютно. И только ржание лошади мешает моему умиротворению. Стоп! Лошади? Какой лошади?

Резко открываю глаза.

Первое, что вижу это всадники на лошадях. Небо только-только начинает светлеть, поэтому видно только их очертания.

Вспомнились события вчерашнего дня, затем пришло осознание, что на лошади еду не одна, а с одним из моих похитителей. Причем голова моя удобно покоится на его плече. От этой мысли дергаюсь, что бы выпрямится. От резкого движения теряю равновесие и начинаю заваливаться вперед. Кадар перехватывает меня и усаживает обратно. Выдохнув, понимаю, что мне так холодно, что аж зубы стучат. Так, что нормально поблагодарить, за то, что не дал свалиться с лошади я сейчас точно не смогу.

Видимо кадар услышал, как я особо громко клацнула челюстью от холода и, подвинув ближе к себе, так что моя голова опять прижалась к его плечу, накрыл меня полами своей кожаной куртки.

Как неловко. Как тепло… и уютно. Судя по знакомым ощущениям, так я ехала всю прошедшую ночь. Так что уж теперь смущаться?

За это время кадар не проронил ни слова. Немой что ли или язык у них другой и нашего не понимают? А может просто пленница не стоит того, что бы удостаивать ее разговором?

Впрочем, я тоже не спешу с ним общаться... Не могу разговаривать с тем, кого не вижу, а то, что я сижу так близко к незнакомцу, вообще не располагает меня к разговору.

Видимо я опять уснула, потому что разбудил меня громкий крик:

- Привал. Через два часа выезжаем.

Отряд остановился у края небольшой рощи. Всадники спешились и стали заниматься кто чем. Кто-то занялся лошадьми, кто-то стал собирать хворост для костра, а кто привалился к стволам деревьев и сидел с закрытыми глазами. Похоже, сильно устали. Ну да. Это же я спала всю дорогу, а не они.

- Уршен, забери ее, - прозвучало возле моего уха.

Не успела я повернуть голову в сторону обладателя этого голоса, как ко мне протянул руки один из кадаров, снял с лошади и поставил на землю. От долгой езды ноги совсем не слушались и подгибались при первом же шаге. Пришлось вцепиться в его руки, чтобы не упасть.

Только сейчас я осознала, как у меня все затекло и болит. Постояв немного и дав мне размять ноги, он повел в сторону уже разгоравшегося костра. За ним на отдалении было расстелено какое-то тонкое одеяло, на которое меня и усадили.

Кадар сразу же отошел, а я стала осматриваться. Думаю, что прямо сейчас мне бояться нечего. Никто не угрожал и не готовился напасть. Кадары просто отдыхали, ухаживали за лошадьми и готовили еду на костре. На меня никто не смотрел, как будто вообще забыли о моем существовании.

Интересно, сколько сейчас времени? День или еще утро? Солнца не было видно из-за низко висящих серых облаков, сплошь закрывших небо и который сейчас час определить невозможно. Хорошо еще дождя нет.

Сижу и чувствую, что срочно надо бы пройтись в кустики. И что делать теперь? Отпрашиваться что ли? Или так, быстренько сбегать? Может и не заметят...

Оглядываю кадаров. Никто не смотрит. Ну что ж, тогда проще будет самой отлучиться ненадолго и незаметно вернуться обратно.

Поднимаюсь и начинаю аккуратно продвигаться в сторону деревьев, благо до них всего ничего. Иду медленно, не делая резких движений.

Почти дошла. Так и вообще сбежать можно, никто и не заметит, - усмехнулась я мысленно.

- Далеко собралась?

Остановилась и, оглянувшись в сторону звука, увидела кадара, лениво прислонившегося к дереву справа от меня.

- Э… нет, я тут… рядом… мне нужно… - я мямлила, не в состоянии собрать в кучу разбегающиеся мысли и краснела от того, что приходится объяснять цель моего пути.

О, боги! Ну почему именно он? Почему именно тот, который так напугал меня вчера? Вот и сейчас он стоит и смотрит на меня своими темными глазами так, что скоро и идти ни куда не надо будет.

- Иди! Ручей вон там, - махнул головой в сторону рощицы и пошел к костру.

Я чуть не сорвалась на бег, но заставила себя идти медленнее, чтобы не вызвать у кадаров не нужных мыслей.

Интересно, это с ним я ехала на лошади? Ведь я так и не видела лица своего ночного попутчика.

И почему так легко отпустил? Уверен, что не сбегу? А может просто знает, что легко найдет меня…

Найдя подходящую растительность и сделав свои дела, пошла в сторону ручья. Он был довольно узкий, местами собираясь в небольшие лужицы, в итоге стекал в не глубокий овражек.

Заглянув в одну такую лужицу, увидела лохматое чудовище. Коса растрепалась, и теперь весь этот ужас торчал в разные стороны. И так ведь не красавица, а сейчас и вовсе смотреть страшно. Понятно теперь почему в мою сторону никто не глядел. Я бы тоже не смотрела.… Впрочем, может так все и оставить? Тогда уже точно на меня никто не позарится.

Вздохнув, начала расплетать это рыжее безобразие. Эх, гребень бы мне. Пальцами не продерешь. Но вряд ли кто-то позаботился о том, что бы собрать мои вещи.

С этими мыслями, все еще пытаясь пальцами прочесать свои волосы, я пошла обратно.