Смотрины и сговор

Верочка.

Что ж, это дело хорошее.

Душа.

Мне очень совестно!..

Верочка.

Тут нечего совесть наблюдать, а вышла поскорей, – и конец…

Душа.

Страшно на первой-то раз.

Верочка.

Смотреть, что ли, приедет?

Душа.

Ждут.

Верочка.

Меня четыре раза смотрели: я тебя научу, – тут важности нет; другое дело, когда под венец везут – тут совсем другие чувства нужны, а это очень просто. Он благородный?

Душа.

Нет, купец.

Верочка.

Что ж, с купцом особенной и политики не нужно. Не смотри ему только в глаза, чтоб не зазнавался.

Душа.

А ну, как он говорить будет?

Верочка.

Они не говорят. Он только вопьется в тебя глазами…

Душа.

Ужасно конфузно!

Верочка.

Это с непривычки.

Душа.

А что ты думала, Верочка, когда тебя смотрели?

Верочка.

Известно, все разное думала… обо всем. Только ко мне все нехорошие сватались; а один так пьяный приехал, все цаловаться лез, насилу выжили.

Кухарка (впопыхах).

Барышня, приготовься, матушка, оправься!.. Вера Митривна, обдерни ей платье-то… Едут!.. (убегает).

(Входят Смесов, Дарья Ивановна, бабушка).

Дарья Ивановна.

Готова ли ты?

Душа.

Готова, маменька.

Бабушка (плачет).

Твори молитву… читай про себя молитву.

Душа.

Лучше бы, Верочка, в другой раз…

Верочка.

Не бойся…

(Входят: Иван Гаврилович, молодой человек, в голубых брюках с лампасами, в палевом жилете и пестром галстуке; Гаврила Прокофьич, его отец, лет под 60; Домна Семеновна, его мать в повязке).

(Продолжительное молчание).

Гаврила Прокофьич.

Ехали мимо…

Смесов.

Благодарим покорно, что не побрезговали.

Домна Семеновна (сыну тихо).

Смотри, тебе с ней жить-то…

Иван Гаврилович.

Понимаю, маменька.

(Смесов подносит вино к Гавриле Прокофьичу; тот пьет и откланивается, потом к Домне Семеновне).

Домна Семеновна (отстраняя рукой рюмку).

Благодарим покорно!

Смесов.

Это легкое-с.

Домна Семеновна.

Разве, что легкое… (отпивает половину рюмки).

Дарья Ивановна (поспешно).

Всю, всю, всю-с…

(Домна Семеновна допивает).

(Смесов передает рюмку Душе, та подносит жениху).