Помоги проекту - поделись книгой:
Как-то возле Охай я крутил педали, одолев 113 километров из первой после перерыва 130-километровой гонки, наслаждаясь ощущением громадной мощи в ногах и с волнением фантазируя, что принесет новый сезон. Внезапно что-то пошло не так. Первое, что я помню, – это как я медленно прихожу в себя после полной отключки. Застрявший в спицах велосипеда, весь в крови, не способный пошевелиться, я открыл глаза и смутно разглядел, как две пожилые леди спешат мне на помощь. «Что произошло?»
– Вызовите скорую! – скомандовал чей-то голос.
«Авария», – понял я. Но как? Я перелетел через руль – возможно, не заметил выступ на дороге. Или просто потерял равновесие. На такой скорости много и не надо. А потом я опять погрузился в мрак.
Следующий проблеск сознания: я в больнице, но еще не понимаю, где я. Медленно до меня доходит, что рядом со мной Джули и наша пятилетняя Мэтис. Поглядев на них, я чуть не расплакался, когда страх близкой смерти, чувство бренности бытия охватили меня, затмив все прочие эмоции. Я перенес сильное сотрясение мозга, но основной удар пришелся на лицо. Нос сломан, губы в клочья. Мэтис даже отвернулась, не в силах смотреть на такого папу. С того дня моя нижняя губа потеряла чувствительность. Но мне повезло, сказал доктор. Я мог сломать себе шею.
Отлеживаясь на больничной койке, я снова и снова задавался вопросом, верный ли курс я избрал. На мне не было живого места. Финансовые проблемы не отступали. В профессиональном отношении я стоял на распутье. В духовном же… я внезапно ощутил себя заблудшим.
Почувствовав мое отчаяние, Джули потянулась ко мне и, поцеловав в лоб, задала вопрос. Вопрос вопросов.
– Если бы сегодня настал конец, ты был бы доволен тем, как прожил жизнь?
Я замер, стараясь найти ответ в глубинах своей души. Причудливая мешанина из нежданных публичных восхвалений и битв с личными демонами сбивала с толку. С одной стороны, я намеренно рисковал жизнью – хотя до аварии не отдавал себе в этом полного отчета. Но в момент аварии – и тут не может быть никаких сомнений – я занимался тем, что очень любил.
И вот, лежа на больничной койке и глядя в глаза Джули, я понял, что знаю ответ.
– Да.
Наверное, большинство жен молили бы Господа о том, чтобы вернуться к тихой, «нормальной» жизни: муж, который ходит на работу с девяти до пяти; две недели ежегодного отпуска; барбекю по выходным… И мне их не в чем упрекнуть. Но не такова Джули. Она не переставала меня удивлять.
– Я так рада это слышать, – прошептала она.
Ведь она уже знала то, что я только начинал понимать: стремление к безопасности – не просто иллюзия, это дешевая отговорка. Знаю, звучит банально, но нет ничего лучше пребывания на пороге смерти, чтобы напомнить человеку: ничто не вечно. А существовать под гнетом постоянного страха смерти, сожалея о несбывшихся мечтах, – такой жизни ни я, ни моя жена не желали.
Авария оказалась благословением свыше, вселившим в меня решимость продвигаться к новым спортивным вершинам. История моего преображения в среднем возрасте начинала приобретать известность, и мой пример побудил других к позитивным переменам. Всплеск популярности пришелся на июль 2009 года, когда Даниэль Деллорто, продюсирующая доктора Санджая Гупту, попросила меня написать небольшую статью о моей трансформации для cnn.com. Что ж, ничего особенного, решил я. Каково же было мое удивление, когда за первые дни после размещения на сайте статья собрала максимальное количество откликов. За ночь число посетителей моего блога (а я-то полагал, что блог – всего лишь место для приватных душевных излияний!) выросло с нуля до 200 тысяч просмотров уникальными пользователями. Но знаете, что потрясло меня больше всего? Четыреста с лишним электронных писем, которые я получил от людей со всех уголков Земли. И многие делились откровенными подробностями о собственной борьбе за здоровый образ жизни.
Вдохновленные новыми целями, я, Джули и даже дети задействовали всю свою изобретательность, чтобы урезать расходы. Дорогой Volvo уступил место подержанному Ford Bronco и минивэну с помятыми боками. Вместо походов в супермаркет Whole Foods – продукты оптом или с местных фермерских рынков. Джули стала выставлять на продажу свои фотографии и рисунки, и даже крошка Мэтис с гордостью внесла свой вклад, присовокупив к произведениям матери собственные поделки. И вот мы всей семьей, единым фронтом, стали смотреть на жизненные препятствия скорее как на увлекательную игру, чем как на тяжкое бремя. И, конечно, общий тон задавала Джули.
– Что самое худшее может с нами случиться? – вопрошала она. – Мы живы, здоровы. Любим друг друга. Строим жизнь по собственным правилам. А это самое главное. Все прочее не имеет значения.
И эта философия работала на практике.
Протекали недели, и я продуктивно тренировался, одолевая веху за вехой, которые наметил еще в прошлом году. А когда наступила осень, наше непрочное экономическое положение стало выправляться. И, наверное, самым важным здесь стало расширение моей юридической практики, притом что я ни на миг не упускал из виду свою основную миссию. Когда пришел октябрь, я был готов штурмовать новые вершины спортивной выносливости.
Глава 10
Epic5
Когда в последние недели перед Ultraman-2009 я тренировался на Гавайях вместе с Джейсоном Лестером, тот рассказал мне о проекте, над которым работал уже целый год.
– Четыре буквы, дружище. Четыре маленькие буковки – одно большое слово: E-P-I–C, типа
Джейсон широко растопырил пальцы левой – здоровой – руки, и лицо его озарила широкая улыбка.
– Постой, – сглотнув комок в горле, заговорил я. – Если я правильно понял, ты говоришь…
Но Джейсон перебил:
– Я начну с «железного» триатлона на Кауаи. Потом Оаху – изначальная трасса Ironman. Потом Молокаи. Потом Мауи. И под конец – трасса мирового чемпионата Ironman на Большом острове.
Я хохотнул. Никто не делал ничего подобного – никто и не пытался. Чего только стоят одни хлопоты с билетами, гостиницами, едой, снаряжением… Но по «железному» триатлону в день? Каждый божий день, пять дней подряд, и каждый вечер – перелет с острова на остров? Невозможная задача.
Но я знал Джейсона достаточно хорошо, чтобы понимать: если тот поставил себе цель, его уже никто не остановит. Может, поэтому ему не попадалось препятствий, которые он не мог бы преодолеть?
В возрасте трех лет его забрали у матери-наркоманки; подростком его сбила машина, и правую руку навсегда парализовало; а еще через несколько лет умер горячо любимый отец, и Джейсон остался один на всем белом свете. Он прошел через ад – и вышел из испытаний победителем. Джейсон заработал достаточно, чтобы полностью посвятить себя тренировкам и состязаниям. Он жил жизнью странника, следуя своей миссии – вдохновлять на свершения других.
– Славная увеселительная прогулка, – саркастически заметил я. – Но если серьезно, скажи, чем я могу помочь. Все что угодно, Джейсон. Единственное условие – я буду наблюдать из зрительного зала. Желательно – с галерки.
Как я рассказывал в начале книги, осенью 2009 года я вернулся на мировой чемпионат Ultraman, был среди лидеров гонки почти восемь часов без перерыва и стал победителем первого дня с уверенным отрывом в 10 минут. Впервые в своей спортивной карьере я не был неудачником, вечно «вторым». Наконец-то, в возрасте сорока трех лет, я сбросил с себя это заклятие и победил в серьезном соревновании.
Но пришел день второй – и я лежал весь в крови, с разбитым лицом, беспомощно раскинув руки, на Красной дороге. Велосипедная педаль в крошки. Вокруг ни души. И я еле мог передвигаться – колено не слушалось. Похоже, гонка для меня была кончена. Но оказалось, что нет.
Дух охана, аптечка первой помощи, чудесный дар – совершенно новая педаль, ободряющие слова Джули и Тайлера – и я снова в седле. Конечно, я здорово отстал от соперников и вел гонку в одиночестве. И это была нелегкая битва – закончить дистанцию с ноющим плечом и горящим коленом, которое пронзало болью при каждом нажатии на педаль. Когда я таки добрался до Хэви, отмечавшего финиш второго дня, то свалился как подкошенный в теплую росистую траву, которая росла прямо за финишной чертой, и заплакал – не от боли (ну, или не только от боли), но от обуревающих меня чувств – я все же нашел силы пережить этот день.
Однако и после этого оставалось еще одно суровое испытание.
Последний день гонки – двойной марафон. Я сомневался, что вообще смогу сделать хоть шаг, не говоря уж о том, чтобы добежать до финиша. Но я вышел на старт, и страдания, которые пришлось мне испытать, не сравнимы ни с чем. Жарясь заживо в духовке лавовых полей Коны, страдая от обезвоживания, каждую минуту ожидая, что бедное тело возьмет и откажет, я проклинал гонку, аварию, себя и весь мир. И тогда я вдруг вспомнил слова Дэвида Джоггинса, которые прочел несколько лет назад в журнале. Он говорил: если вы думаете, что дошли до абсолютного предела, не верьте – на самом деле вы задействовали только 40 процентов своих возможностей. Нас ограничивает не тело. Нас ограничивает мозг.
И еще я вспомнил, что сказала мне Джули в утро перед гонкой:
– Помни, все уже позади. Все, что тебе осталось сделать, – это выйти на старт. Борись до конца. Покажи всем нам, кто ты есть на самом деле.
«Покажи всем нам, кто ты есть на самом деле».
Под финал той бесконечной гонки, одолев последний спуск и выйдя на финишный спурт, я вдруг вернулся к реальности: Джули, моя команда, Тайлер и Траппер громко приветствовали меня. И я снова ощутил на лице слезы.
Я был так горд. Я показал себя. Я боролся несмотря на травмы. И я довел дело до конца. Я пересек финишную черту не просто живым, но
«Не верится, – думал я. – Смогу ли я еще хоть раз испытать подобное чувство, показать подобные результаты?»
Тогда я не мог знать, что будущее готовит мне еще более дерзкий вызов. Во время отпуска в 2009 году Джейсон Лестер, мой напарник по тренировкам к Ultraman, задумавший фантастичный проект EPIC5, приехал погостить к нам домой. В канун Нового года Джули организовала для членов семейства и ближайших друзей сеанс так называемого «пересмотра». Джейсон присоединился. Добрую часть дня 31 декабря мы посвятили тому, что составляли список вещей, отслуживших свой срок, качеств, от которых мы желали бы избавиться, идей, которые следовало отпустить, и мечтаний, которые хотели бы осуществить в 2010 году. На закате мы все собрались у костра возле дома, и Джули начала церемонию с краткого, но сильного вступительного слова. Потом мы встали в круг, и каждый по очереди должен был набраться храбрости и огласить несколько пунктов из своего списка. Потом мы бросили свои списки в огонь. Вроде бы ерунда, но этот символический жест еще теснее сплотил нас всех. Помню, как взглянул на Джейсона сквозь пламя костра и увидел, как на его губах играет улыбка. На следующее утро, когда я потягивал фруктовый коктейль на заднем дворе, рассеянно разгребая золу в кострище, Джейсон подошел ко мне. Откашлявшись, он заговорил:
– Слушай, дружище. Я тут много размышлял. Думаю, тебе надо идти со мной в EPIC5. Кандидата лучше не найти. Что думаешь? Ты согласен?
Я ощутил мгновенный выброс адреналина. Несмотря на то что раньше я только закатывал глаза, слушая о прожектах Джейсона, втайне я надеялся, что он все-таки задаст мне этот вопрос.
– Согласен ли я?! Да ты шутишь!
Но теперь, когда мечта грозила стать реальностью, меня охватил ужас.
«Пять “железных” триатлонов за пять дней! Да под силу ли такое человеку?»
Авантюра на грани невозможного. EPIC5, как его задумал Джейсон, был больше чем гонка. Это был безумный, беспрецедентный, безумный, невыполнимый, безумный замысел. И… я уже говорил, что он был безумным?
В нашем мире осталось не так уж много неиспробованных возможностей. Любители проверить свою выносливость круглосуточно бороздят просторы Америки, плавают по Амазонке, преодолевают расстояния от Аляски до Чили и пересекают на байдарках Тихий океан. Три парня даже пробежали через Сахару от Сенегала прямиком до Красного моря! И конечно, человек ступил ногой на Луну. Времена великих авантюристов, таких как Льюис и Кларк, сэр Эдмунд Хиллари, Амелия Эрхарт и Эрнест Шеклтон[58], давно миновали. Казалось бы, все испытано.
Ан нет, вот он, вызов, которого не принимал еще никто, – предстал передо мной в лице Джейсона и прямо-таки умоляет: «Ну давай, соглашайся!»
Затея зацепила меня именно потому, что выглядела полным сумасшествием. Несмотря на соблазн согласиться немедленно, я обдумывал решение несколько дней, стараясь поверить мечты реальностью. Я хотел убедиться, что меня поддержит семья, а работа не пострадает.
– Я в деле, – объявил я в итоге Джейсону, изрядно его удивив.
Только мы скрепили договор дружеским объятием, как в мозгу забилась мысль: «Во что это я позволил себя втравить?»
Джейсон сразу же вернулся на Гавайи, чтобы вплотную заняться различными оргвопросами. В одиночку он изъездил все пять островов, встречаясь с главами местных общин, уточняя маршруты, бронируя номера в гостиницах и вербуя местных волонтеров, готовых обеспечить нам безопасное перемещение из пункта А в пункт Б.
Я тоже использовал это время с пользой.
После Ultraman-2009 я слегка расслабился: не тренировался целый месяц и поднабрал вес. Но теперь, когда впереди брезжила дата начала EPIC5 – 5 мая, требовалось в срочном порядке снова привести себя в форму, а значит, был нужен четкий план подготовки. Нельзя было терять ни минуты.
Первым делом я позвонил своему тренеру и сообщил, что готов возобновить тренировки.
– Зд
Я набрал побольше воздуху…
– Ты будешь смеяться…
Хоть я и участвовал в двух гонках Ultraman, в глазах Криса продолжал оставаться салагой, порывистым новичком. Но смеяться тренер не стал – хотя и мог бы. Вместо этого он дал взвешенный ответ, и в голосе его я, казалось, расслышал сдерживаемый энтузиазм.
Это будет нелегко, сказал он, но возможно. И он рад, что ему выпал шанс разработать режим тренировок для гонки, подобной которой еще не существовало в природе. Помню, как в тот момент ощутил огромное облегчение. Я знал, что, если Крис считает, что я справлюсь – я справлюсь.
Как готовиться к пяти «железным» триатлонам, которые должны пройти за пять дней подряд на пяти разных островах? Ранее таким вопросом никто не задавался, а потому проверенной стратегии не существовало. На подготовку оставалось всего четыре месяца, и я предполагал, что в каждые сутки нужно втиснуть как можно больше километров и часов… Но ошибался.
План Криса был прост: замедляться. Да, конечно, километров придется одолеть немало, куда без этого. Но интенсивность всех тренировок была гораздо ниже той, к которой я привык. Что бы я ни делал – плыл, ехал или бежал, – идея заключалась в следующем: тело должно приучиться пребывать в
Но главное, что я должен был уяснить крепко-накрепко: EPIC5 не турнир, не соревнование, не гонка. Суть EPIC5 не в том, чтобы побыстрее пройти дистанцию: кого нам с Джейсоном побеждать? друг друга? Скорее следовало рассматривать это как совместное приключение, во время которого мы день за днем будем держаться плечо к плечу, вместе добираясь до финиша. Один за всех, и все за одного.
Джули и дети хотели ехать со мной на Гавайи в качестве группы поддержки, но мы быстро поняли, что малыши не выдержат ежедневных перелетов. Поэтому решили, что в этот раз я обойдусь без команды, которая так здорово помогала мне на Ultraman-2009.
30 апреля 2010 года, за несколько дней до старта, я в одиночестве вылетел на Кауаи, сказочный остров-сад, чтобы акклиматизироваться в тропической жаре и влажности, а еще – помочь Джейсону с последними приготовлениями. Прибыв, я сразу понял, как много труда вложили в дело Джейсон и его подруга, уроженка Кауаи, Ребекка Морган. Квартира Ребекки в Принсвилле превратилась в штаб-квартиру EPIC5. Пол был заставлен коробками и упаковками – подарками спонсоров. Презент от производителя велосипедов Specialized – шлемы, шипованные велотуфли, а также элитные гоночные велосипеды S-Works Transition. От Zoot Sports – стопки новых шорт, кроссовок, носков, солнцезащитных козырьков и компрессионной одежды. От Vega, CarboPro и Hammer – батареи емкостей со спортивным питанием.
В то время я не знал, что Ребекка станет нашим главным координатором, даже продюсером, и вообще нашим ангелом-хранителем. Она единственная из всех переезжала с острова на остров со мной и Джейсоном. И всегда была рядом, никогда не забывая о главной цели – вернуть нас родным и близким по возможности целыми и невредимыми. Не будет преувеличением сказать, что без нее мы никогда бы не добились своего. Никогда. Преданная делу, она явилась истинным воплощением духа охана, всего лучшего, что присуще не только гавайцам, но и человечеству.
Последние дни мы провели в облегченных тренировках и уточнении некоторых деталей. В подобных состязаниях успех или провал зависят именно от деталей. Учитывая величину дистанций, самая крошечная мелочь, если не уделить ей должного внимания, способна разрастись в громадную проблему. Скажем, если не смазать вазелином хотя бы одну ложбинку между пальцами ног, можно заработать мозоль, которая отнимет все шансы на успех. Посему подробный реестр багажа был расписан, контейнеры упакованы, этикетки надписаны. Ребекка позаботилась обо всем, благослови ее Господь.
Ну, а я тем временем лопал за обе щеки. За неделю до старта я сказал Джейсону, что мне нужно набрать как можно больше веса. Вообще-то перед гонками я стараюсь особо не толстеть. Но повторюсь: это была не обычная гонка. Сколько бы мы ни ели во время состязания, гигантского дефицита калорий заведомо нельзя было избежать. Поэтому, как медведь, готовящийся к спячке, я впихивал в себя столько высокооктанового топлива, сколько мог, – груды веганской лазаньи, горы чечевицы и бобов на исходящем паром коричневом рисе, залитое кокосовым маслом киноа и мои бесценные смеси Vitamix. За одну неделю я набрал три с половиной кило. Крис объяснил мне, что, несмотря на громадные потери энергии во время гонки, тело продолжит набирать вес еще пять дней, а потом быстро сбросит его за семь – десять дней. Судя по всему, когда тело ощущает недостаток калорий, оно начинает более активно заготавливать впрок жидкость и жир.
Чтобы убедиться в правоте Криса, мне пришлось пройти через суровое испытание.
И конечно, он оказался прав.
День первый, кауаи. Да начнется безумие
19 часов 52 минуты. Вечер. Пятое мая. Начало все ближе и ближе; мы стартуем еще до рассвета.
По соображениям безопасности мы не хотели садиться на велосипеды или плыть в полной темноте, поэтому решили начать первый день с марафона примерно в три утра, потом проплыть почти четыре километра в заливе Ханалеи-Бэй и закончить 180-километровым велопробегом через весь остров и обратно к аэропорту, чтобы успеть на рейс в Оаху. Иначе план сорвется.
Вынужденные стартовать так рано, мы отправились на боковую, когда не было еще и семи вечера. Не уверен, удалось ли мне поспать хоть минуту, когда в 2:30 сработал будильник.
Ребекка загрузила фургон заранее, так что все, что нужно было сделать нам с Джейсоном, – натянуть беговую форму, перехватить легкий завтрак (в моем случае – смузи из зеленых растений и немного киноа с ягодами), выйти из дома и побежать.
Просто еще одна утренняя пробежка, верно?
Надев головные фонарики, мы встали на старт – ни прессы, ни фанфар, ни зрителей, ни судьи с пистолетом, только Ребекка улыбнулась нам и сделала фото, чтобы запечатлеть начало сего скромного мероприятия.
– Ну вот, Ролл. Готов?
– Начали, – отозвался я, весь на кураже. И добавил, включив своего внутреннего Форреста Гампа: – Удачлив тот, кто поступает удачно[59].
Через пару миль, когда мы спокойно бежали по темному шоссе к Ханалеи, спящему городку на северном побережье, рядом притормозила машина. Я подумал: наверное, кому-то стало любопытно, чего эти двое бегут посреди ночи с фонариками на лбу! Как выяснилось, водительница очутилась здесь вовсе не случайно: она прослышала о нас и просто захотела поддержать – в полчетвертого утра!
Стекло опустилось, и в окне показалось лицо с широкой улыбкой.
– Привет, ребята! Я знала, что найду вас!
Я понятия не имел, кто она. Но было ясно, что уж она-то точно знает, кто мы.
– Просто хотела увидеть собственными глазами! Давайте, сделайте так, чтобы мы вами гордились!
С этими словами она закрыла окно и поехала дальше, и свет габаритных огней вскоре растаял во тьме.
– Круто, – сказал Джейсон.
– Еще как, – отозвался я.
В первый раз я почувствовал, что, возможно, то, что мы делаем, кое-что значит и для других людей, а не только для нас самих.
Всего через несколько секунд мы увидели полицейский автомобиль, сверкающий сине-красными маячками. «Авария? Кого-то арестовали? Или это мы что-то нарушили?»
Когда мы нерешительно приблизились к машине, из окна высунулся полицейский.
– Алоха! Хорошо смотритесь, парни! Так держать!
Оказалось, это был детектив Кекоа Ледесма, муж одной из наших главных волонтерш Лизы Кайли Ледесма. Сам заядлый серфингист и пловец, Кекоа вскоре заявится в Ханалеи-Бэй, чтобы сопровождать меня во время заплыва на своем серфе.
Я был сражен таким ярким проявлением охана. А мы ведь только стартовали.
Светало, когда мы с Джейсоном добрались до северного побережья возле Хаэны – местечка на краю света, где шоссе внезапно обрывается у самой воды. Зеленые горы возвышаются прямо над равниной – грандиозное зрелище, напоминающее «Кинг-Конг» или «Парк юрского периода». Здесь, в конце шоссе, была отметка полумарафона.
Пока все славно. «Сил достаточно». Но легкий треп, которым мы друг друга развлекали, как-то начал затухать – в предчувствии того, сколько еще предстоит.
Я приказал себе неустанно следить за тем, чтобы не перейти ненароком на более высокий темп. Но все равно чем ближе становилось Ханалеи, тем тяжелее казалась ноша и тем сильнее дрожали икры. Знаете, напрягайтесь, не напрягайтесь, а марафон есть марафон.
Чтобы добрать километраж, мы обежали вокруг Ханалеи, прежде чем спуститься обратно к заливу, к финишу. Мы пробежали мимо уютных домиков на побережье, даже увидели декорации к «Потомкам» – фильму с Джорджем Клуни, который снимали ровно здесь. Я уехал на три тысячи миль от Лос-Анджелеса, и здрасьте – никуда не деться от вездесущего Голливуда!
Когда мы дотопали до пляжа, нас приветствовали громкими возгласами местные жители, собравшиеся посмотреть на наш заплыв. Я отметил, что мы проделали первый этап долгого путешествия примерно за четыре часа – долговато, конечно, по марафонским меркам, но в точном соответствии со стратегией, которую я любовно окрестил «экономным режимом».
Сказать, что водная часть гонки представляла для Джейсона трудность, значит не сказать ничего. Не могу представить, как можно сделать хоть несколько гребков с одной рукой – а проплыть километры? Да еще после марафона? Поразительно уже то, что он вообще попытался. Я напомнил себе, что мы с Джейсоном в одной упряжке, так что не стоит слишком задирать темп.
Поделиться книгой: