Книга 1. Звезды свидетельствуют.

«Основываясь на этом и на некоторых других примерах, Птолемей, как он заявляет, показал, что звезды всегда сохраняют одни и те же относительные положения» [614], с. 213. Таким образом, ПОСТАНОВКА ВОПРОСА о собственных движениях звезд датируется в скалигеровской истории II веком н. э.

6. Птолемей

А. Берри сообщает: «Последнее славное имя, с которым мы встречаемся в греческой астрономии, принадлежит Клавдию Птолемею, о жизни которого не имеется сведений, кроме того, что он жил в Александрии примерно с 120 года н. э. Его слава основана главным образом на большом астрономическом трактате под названием Альмагест — источник, из которого почерпнута большая часть наших сведений о греческой астрономии и который можно смело назвать астрономической энциклопедией средних веков.

Птолемею приписывается также несколько меньших астрономических и астрологических трактатов, из которых некоторые, вероятно, не оригинального происхождения; он, кроме того, был автором ценного труда по географии, а может быть, и трактата по оптике. В оптике рассматривается, между прочим, рефракция или преломление света в земной атмосфере; там поясняется, что свет звезды… войдя в нашу атмосферу… и пронизывая нижние, более плотные слои ее, понемногу должен изогнуться или преломиться, в результате звезда покажется наблюдателю… ближе к зениту, чем в действительности» [65], с. 64–65.

Впрочем, неясно, мог ли автор «Оптики» вычислять рефракцию как функцию от широты звезды. С другой стороны, известно, что «Вальтер первый удачно пытался вводить поправки на атмосферную рефракцию, о которой Птолемей, вероятно, имел слабое представление» [65], с. 87. Но это уже XV век н. э. Поясним, что здесь речь идет о Бернарде Вальтере, жившем в 1430–1504 годах [65], с. 85.

Вопрос: как датируется «Оптика» Птолемея? О том, что учет рефракции был сложной задачей даже во времена Тихо Браге, — то есть во второй половине XVI века н. э., — мы расскажем отдельно, в разделе о Тихо Браге. Так что возникает подозрение: не написана ли «античная» птолемеева «Оптика» именно в эпоху XVI–XVII веков?

О названии Альмагест можно сказать следующее. А. Берри сообщает: «Основная рукопись носит заглавие Μεγάλη Σύνταξις или „Большое Сочинение“, хотя автор в ссылках на свою книгу называет ее Μαθηματική Σύνταξις (математическое сочинение). Арабские переводчики — из уважения ли или по небрежности — превратили Μεγάλη — „большое“ в Μεγιστη — „величайшее“, так что у арабов книга Птолемея известна была под названием Al Magisti, откуда и произошло латинское Almagestum или наше Альмагест» [65], с. 64.

7. Коперник

Из материала о Копернике, мы отберем лишь сведения, необходимые для нашей книги. Николай Коперник (1473–1543) — крупнейший астроном средних веков, автор гелиоцентрической теории. Его старинные портреты см. на рис. 0.7 и рис. 0.8.

Рис. 0.7. Старинный портрет Коперника, жившего якобы в 1478–1543 годах. Взято из [1160], с. 310.

Рис. 0.8. Изображение Коперника на «Глобусе Небесном» Василия Киприанова. Взято из [90], с. 212.

Кстати, его «имя писалось на самые различные лады как самим Коперником, так и его современниками. Сам он подписывался Coppernic, а в ученых произведениях латинской формой Coppernicus. Иногда, но гораздо реже, он подписывался Copernicus» [65], с. 90. Между прочим, не произошло ли имя COPERNIC от слова «СОПЕРНИК»? В эпоху еще не застывших правил чтения буква С могла читаться и как С, и как К. В результате «соперник» мог превратиться в «коперника». Между прочим, имя СОПЕРНИК прекрасно отвечает сути дела. А именно, замечательный ученый СОПЕРНИЧАЕТ со своим коллегой Птолемеем, создавая новую концепцию. Кстати, само понятие соперничества обычно предполагает, что соперничают если и не современники, то люди, жившие во времени недалеко друг от друга.

А. Берри: «Центральная идея, связанная с именем Коперника, благодаря которой „De Revolutionibus“ является одной из важнейших книг в астрономической литературе, рядом с которой можно поставить разве лишь Альмагест и ньютоновы „Principia“, заключается в том, что, по мнению Коперника, видимые движения небесных тел в огромной степени суть не истинные движения, но отраженные движения наблюдателя, уносимого Землей» [65], с. 95. Коперник помещает в центр солнечной системы Солнце, то есть создает гелиоцентрическую систему мира, рис. 0.9. В правом нижнем углу мы видим изображение Коперника, рис. 0.10.

Рис. 0.9. Гелиоцентрическая система мира по Копернику. Из атласа Андрея Целлариуса (Andreas Cellarius) 1661 года (Амстердам). Взято из [1160], с. 9.

Рис. 0.10. Фрагмент. Изображение Коперника из атласа 1661 года. Взято из [1160], с. 9.

Коперник отмечает, что он наткнулся на сообщение Цицерона о мнении Гицетаса (Гикетия), по которому Земля вращается суточным движением вокруг своей оси. Подобные взгляды он нашел у пифагорейцев. Филолай утверждал, что Земля движется вокруг центрального огня. Совершенно ясно, что это — уже гелиоцентрическая точка зрения. Так что «античные» пифагорейцы и Филолай являлись, скорее всего, либо современниками, либо непосредственными предшественниками Коперника.

Мнение, что Земля — не единственный центр движения, но что Венера и Меркурий обращаются вокруг Солнца, считается «древним» египетским утверждением, которого придерживался и Марциан Капелла, якобы V век н. э. «Более современный авторитет Николай Кузанский (1401–1464), склонявшийся к мысли о движении Земли, был Коперником не замечен или оставлен без внимания… Достойно внимания, что Коперник обходит молчанием Аристарха Самосского, взгляды которого на движение Земли носили вполне определенный характер (см. главу 11 — Авт.). Возможно, что нежелание Коперника ссылаться на авторитет Аристарха объясняется тем, что последний за свои научные убеждения был обвинен в безбожии» [65], с. 95–96.

Как отмечает А. Берри, «план „De Revolutionibus“ в общих чертах сходен с планом „Альмагеста“ [65], с. 97. О. Нейгебауэр справедливо отмечает: „Нет лучшего способа убедиться во внутренней согласованности древней и средневековой астрономии, чем положить бок о бок Альмагест…“ и „De Revolutionibus“ Коперника. Глава за главой, теорема за теоремой, таблица за таблицей — эти сочинения идут параллельно» [571], с. 197.

Книга Коперника заканчивается звездным каталогом, содержащим 1024 звезды. Историки астрономии пишут: «Это фактически каталог Птолемея, но долготы в нем отсчитываются не от точки весеннего равноденствия, а от звезды у Овна» [395], с. 109. Таким образом, в XVI веке за начальную точку отсчета долгот в каталоге могли брать отнюдь не равноденственную точку, а совсем другую. По тем или иным соображениям. Ясно, что так могли поступать не только в XVI веке, но и раньше. Следовательно, и автор Альмагеста. При этом, как отмечает А. Берри, «когда в греческих и латинских версиях Альмагеста встречались, по невежеству переписчиков или наборщиков, различные данные, то Коперник принимал то одну, то другую версию, не пытаясь проверить на новых наблюдениях, которая из них правильнее» [65], с. 103.

В нашей книге много внимания уделяется точности наблюдений различных астрономов, поэтому уместно привести данные о точности, которой старался достичь Коперник. Вот что отмечает А. Берри: «Мы так привыкли ассоциировать возрождение астрономии… с возрастающей тщательностью собирания наблюдаемых фактов и считать Коперника главным деятелем Возрождения, что здесь вполне уместно будет подчеркнуть, что он вовсе не был великим наблюдателем. Его инструменты, большей частью сооруженные им самим, были гораздо хуже инструментов Нассир-Эддина и Улугбека (астрономы мусульманского периода, жившие соответственно в 1201–1274 и 1394–1449 годах н. э. — Авт.) и даже не равнялись по качеству тем, какие он мог бы выписать, если бы пожелал, от нюрнбергских мастеров; наблюдения его были совсем немногочисленны (в его книге упоминается 27, а о десятке-двух мы знаем еще из других источников), и он, кажется, вовсе не стремился к достижению особенной точности. Определенные им положения звезд, служившие ему главной основой для справок и потому представляющие особенную важность, допускали ошибку в 40′ (больше кажущегося диаметра Солнца или Луны), — ошибку, которую Гиппарх признал бы весьма серьезной» [65], с. 93.

На рис. 0.11 приведена старая гравюра с титульного листа книги Галилео Галилея «Система мира». Художник первой половины XVII века изобразил трех ученых — «античного» Аристотеля, «античного» Птолемея и средневекового Коперника. Они представлены как современники, обсуждающие научные проблемы. Сегодня нам говорят, будто все подобные средневековые изображения, — каковых, кстати, довольно много, — являются иносказаниями. Беседу «античных» ученых со средневековым Коперником сегодняшние историки преподносят как условный прием художника, который, мол, хотел подчеркнуть родство душ великих деятелей прошлого и современности. Вот и нарисовал их рядом, занятых неторопливой беседой, рис. 0.12. Может быть и так. Тем не менее, после всего того, что нам стало известно о хронологии, см. книги «Числа против Лжи», «Античность — это средневековье» и «Меняем даты — меняется все», не исключено, что во многих случаях следует воспринимать подобные средневековые изображения БУКВАЛЬНО. То есть видеть именно то, что нарисовано. Принятое сегодня иносказательное толкование таких «антично-средневековых» изображений вызвано лишь давлением скалигеровской хронологии, искусственно раздвинувшей во времени некоторых средневековых современников, «оторвав» их друг от друга. Например, Птолемея отправили в глубокое прошлое, а Коперника оставили примерно на своем месте, в XVI веке.

Рис. 0.11. Гравюра 1635 года, помещенная на титуле книги «Система мира» Галилео Галилея. Как современники, здесь изображены «античные» Аристотель с Птолемеем и средневековый Коперник, живший в XVI веке. На голове Птолемея — чалма или тюрбан. Издание: Лейден, Бон. и Абр. Эльзевиры, 1635. Взято из [35], с. 58, лист XXXII.

Рис. 0.12. Титульный лист из «Атласа неба» Доппельмайера. Как современники, или во всяком случае, как ученые одной эпохи, изображены беседующие друг с другом «античный» Птолемей и средневековые ученые XVI–XVII веков: Коперник, Кеплер и Тихо Браге. Взято из [926], с. 73.

Между прочим, на голове Птолемея мы видим чалму или тюрбан, рис. 0.11. Может быть, он был османским ученым? Головной убор, похожий на чалму или тюрбан, мы видим на голове «античного» Птолемея и на другом старинном изображении, рис. 0.13 и рис. 0.14.

Рис. 0.13. Изображение Птолемея рядом с картой Старого Света. На голове Птолемея — убор, похожий на чалму или тюрбан. Рисунок на карте мира Мартина Вальдзеемюллера, 1507 года. Martin Waldseemüllers Weltkarte von 1507. Взято из [1009], с. 12.

Рис. 0.14. Фрагмент предыдущего рисунка. Взято из [1009], с. 12.

На рис. 0.15 показана гравюра 1666 года, уклончиво называемая сегодня «аллегорией». Пишут так: «Аллегория Картографии и прославленные картографы: Клавдий Птолемей, Герард Меркатор, Юдокус Хондиус и Виллем Блау» [90], с. 6. Птолемей стоит слева в окружении двух «муз». Однако тот факт, что художник XVII века уверенно изобразил «античного» Птолемея и трех картографов XVI–XVII веков, как представителей одной эпохи, может означать, что художник был прав. Кстати, на лице «античного» Птолемея мы видим очки, то есть — типично средневековый предмет, рис. 0.16. Между прочим, здесь подчеркнут индивидуальный штрих — Птолемей как бы поправляет сползающие на нос очки. Может быть, Птолемей действительно носил очки и художник XVII века, еще помнивший об этом, не преминул изобразить этот характерный факт. Уместно напомнить, что очки появились не ранее XIII века [497:1], с. 34–35. Якобы «к середине XIV века очки уже получили довольно широкое распространение — на фреске 1352 г. изображен монах в очках» [497:1], с. 35. См. рис. 0.16а.

Рис. 0.15. Изображение Клавдия Птолемея (стоит слева) и трех известных средневековых картографов: Герарда Меркатора (сидит в центре), Юдокуса Хондиуса и Виллема Блау (сидит справа). Титульный лист «Краткого атласа» Иоханнеса Янссона. Амстердам, 1666. Гравюра Я. Висхера по рисунку 3. Вебберса. Опять историки предлагают нам считать, будто эти персонажи — Птолемей и три картографа XVI–XVII веков — разделены примерно 1300–1400 годами. Рядом с Птолемеем изображены две «музы». Взято из [90], с. 6.

Рис. 0.16. Фрагмент предыдущего рисунка. На лице «античного» Птолемея мы видим средневековые очки. Скорее всего, в XVII веке еще было живо воспоминание, что Птолемей — ученый эпохи XIV–XVI веков. Взято из [90], с. 6.

Рис. 0.16а. Монах в очках. «Деталь фрески 1352 г. Томмазо да Модены (Тревизо, Санто Никколо, комната капитула). Монах в очках — брат Угоне из Прованса» [497:1], с. 35.

На рис. 0.17 приведено старинное изображение Птолемея, 1517 года. На его голове — «трехлепестковая» царская корона, рис. 0.18. Любопытно, что она практически тождественна с царскими коронами на головах, например, евангельских Волхвов, изображенных на средневековом саркофаге Трех Волхвов в известном Кельнском Соборе, см. «Библейская Русь», гл. 3. Три короны точно такого же «трехлепесткового» вида мы видим и на средневековом гербе города Кельна, рис. 0.19 и рис. 0.20. Средневековая корона подобной формы встречается и на других царских изображениях XIV–XVI веков, например в Швеции.

Рис. 0.17. Изображение Птолемея, наблюдающего звезды. Гравюра якобы 1517 года. На его голове — царская корона. Любопытно, что она — средневековая. Короны такой «трехлепестковой» формы есть на многих средневековых гербах. In: Gregor Reisch, «Margarita philosophica…», Basename = "note" Michael Furter, 1517. Взято из [1009], с. 21.

Рис. 0.18. Фрагмент с царской средневековой короной на голове «античного» Птолемея. Взято из [1009], с. 21.

Рис. 0.19. Фрагмент средневековой карты немецкого города Кельна 1609 года. Гравюра Абрахама Гогенберга (Abraham Hogenberg). Изображены три царские короны такой же формы, что и на голове «античного» Птолемея. Взято из [1228].

Рис. 0.20. Фрагмент герба города Кельна с коронами. Взято из (1228).

Такие же «трехлепестковые» царские короны есть и на средневековых французских миниатюрах, например в известном Реймском Миссале, созданном якобы между 1285 и 1297 годами [537], с. 194, 207. См. рис. 0.21 и рис. 0.22.

Рис. 0.21. Французская миниатюра из Реймского Миссала якобы 1285–1297 годов. Missel a’l’Usage de Saint-Nicaise de Reims. Изображенные здесь царские короны имеют такую же форму, что и корона на голове «античного» Птолемея. Взято из [537], с. 207.

Рис. 0.22. Фрагмент с царскими коронами. Взято из [537], с. 207.

Таким образом, на голове «античного» Птолемея мы видим хорошо известную средневековую корону. Подробнее об истории трехлепестковой короны Великой = «Монгольской» Империи см. «Западный миф», гл. 6.

8. Тихо Браге

Тихо Браге (1546–1601) — крупнейший астроном средневековья, много сделавший для создания фундаментальных астрономических концепций. На втором году его пребывания в Копенгагенском университете, 21 августа 1560 года, произошло затмение Солнца, наблюдавшееся в Копенгагене как частичное. Тихо Браге был поражен тем, что данное небесное явление было заранее предсказано [395], с. 123. Это событие послужило толчком к пробуждению глубокого интереса Тихо Браге к астрономии.

Старинное изображение Тихо Браге см. на рис. 0.23. На рис. 0.24 мы приводим старинную гравюру, где представлен Тихо Браге с сотрудниками и его известный квадрант. На рис. 0.25 показан другой вариант этой же гравюры. Приводим для того, чтобы обратить внимание на следующее обстоятельство — как иногда весьма вольно обращались «копировальщики» с исходным материалом, воспроизводя старое изображение. На первый взгляд, перед нами одна и та же гравюра. Однако внимательное изучение обнаруживает разночтения. В данном случае они не приводят к путанице, однако сам факт такого вольного обращения с оригиналами наводит на размышления.

Рис. 0.23. Старинный портрет Тихо Браге. Взято из [1160], с. 310.

Рис. 0.24. Старинное изображение Тихо Браге и его известного квадранта. Взято из [1160], с. 311.

Рис. 0.25. Другой вариант (?) старой гравюры, представленной на предыдущем рисунке. Тихо Браге и его квадрант. Обратите внимание, что эти два изображения несколько отличаются. Но ведь каждое из них выдается сегодня за оригинал. Взято из [1029], с. 24.

В 1569 году Тихо Браге находился в Аугсбурге, где изготовлялись инструменты, достаточно точные для наблюдения небесных светил. Здесь для Тихо Браге сделали квадрант, секстант, затем еще один квадрант радиусом около 6 метров. Полная высота этого инструмента составляла 11 метров. На нем можно было отсчитывать углы с точностью до 10″. 11 ноября 1572 года Тихо Браге заметил в созвездии Кассиопеи яркую звезду, которой раньше там не было. Он сразу начинает измерять угловые расстояния от этой новой звезды до главных звезд Кассиопеи и до Полярной. Кеплер позже писал: «Если эта звезда ничего не напророчила, то по меньшей мере она возвестила и создала великого астронома». Сверхновая звезда Тихо была ярче Венеры, наблюдалась даже днем невооруженным глазом в течение 17 месяцев.

Нам говорят, что в 1576 году Тихо Браге получает от короля Фредерика II в свое распоряжение остров Гвэн около Копенгагена и крупные средства, позволившие построить там обсерваторию Ураниборг = «замок Урании». О том, где на самом деле находилась эта обсерватория, мы расскажем в главе 10. Скорее всего, отнюдь не около Копенгагена. Обсерватория была снабжена точными угломерными инструментами. Через несколько лет была построена обсерватория Стьернеборг = «звездный замок», в которой измерительные приборы установили в подземельях для защиты от внешних влияний. Более чем на 20 лет остров Гвэн стал уникальным астрономическим центром мирового значения. Здесь велись исключительные по своей точности наблюдения, изготовлялись уникальные астрономические инструменты [395], с. 126.

Описание и изображение своих основных инструментов Тихо Браге дал в книге «Механика обновленной астрономии», изданной в 1598 году. Прежде всего — это квадранты с радиусами 42, 64, 167 см. Наиболее известен 194-сантиметровый квадрант, дуга которого из литой латуни была жестко закреплена на точно ориентированной по направлению север-юг восточной стене обсерватории. Специальные приемы повышения точности наблюдений позволяли проводить отсчет с точностью до 10″, а на «стенном квадранте» — до 5″. Этот последний обслуживали 3 человека. Первый осуществлял визирование и считывал высоту светила, второй записывал данные в журнал, а третий фиксировал время прохождения светила через меридиан, пользуясь несколькими (!) часами, установленными здесь же, рис. 0.24 и рис. 0.25. В 1581 году Тихо Браге использовал часы с секундными стрелками и оценивал их погрешность в 4 секунды.

Другую группу инструментов составляли секстанты. Под руководством Тихо Браге было изготовлено несколько армиллярных сфер. «Заслуживает отдельного упоминания большой, диаметром 149 см, глобус, поверхность которого была покрыта тонкими листами латуни. На глобусе были нанесены пояс Зодиака, экватор и положения 1000 звезд, координаты которых были определены за годы наблюдений Тихо. Он с гордостью отмечал, что „глобус такого размера, так основательно и прекрасно сделанный, не был, я думаю, создан где бы то ни было и кем бы то ни было в мире“… Это подлинное чудо науки и искусства, увы, сгорело при пожаре во второй половине XVIII века» [395], с. 127.