- Шпионы! - сплюнул Брегга. - Его шпионы бродят вдоль дорог.

- Но тогда как об этом узнали их отряды в Стоунхилле? - спросил Патрел.

- Посланцы, - сказал Такк, и лорд Гилдор кивнул. Патрел вздрогнул: Такк рассказывал ему, Даннеру и Меррили об ужасной способности Модру вселяться в людей.

- Но почему в Стоунхилле? - удивился Такк. - Ну, то есть, почему не в Дриммендиве? Им-то всего и нужно было перейти Куадран и встать лагерем на Старой Релльской дороге. Если бы Модру хотел перехватить нас, то выбрал бы их.

- Может, они все еще заперты в Крагген-коре, - предположил Брегга. Мы же обрушили мост через пропасть.

Таларин с любопытством взглянул на гнома - эту историю он еще не слышал. Но прежде, чем эльф успел о чем-либо спросить, Гален сказал:

- Как раз посланца Модру мы, видимо, и убили в Крагген-коре. Не знаю, правда, сказалось ли это на управлении отрядом.

- А войско из Чаллерайна? - спросил Даннер. - Оно тоже идет сюда?

Боль исказила черты Инариона.

- Прости, малыш, за дурные вести, но это войско направилось в твою Терновую страну.

- Что? - Бакканы вскочили на ноги, Меррили закрыла лицо руками.

- В Боски? Это отродье - в Боски? - орал Даннер, сжимая кулаки и дрожа от ярости.

- Боюсь, что да. - Взгляд Инариона был полон глубокой печали. - Три недели прошло.

- Три недели? - У Такка ноги подкосились, и он опустился на землю рядом с Меррили. Тут он впервые увидел свою возлюбленную плачущей, притянул ее к себе и крепко обнял.

Патрел ударил кулаком в ладонь.

- Даннер, нам надо возвращаться. Нам вообще не следовало уезжать. Сейчас мы нужны им, как никогда.

У Даннера побелели губы, он коротко нервно кивнул, но тут Меррили смахнула слезы и закричала:

- Нет! Так нельзя! Наш путь лежит не в Боски!

Ее крик словно прорвал кольцо ярости, сомкнувшееся вокруг Даннера, и баккан ошалело заморгал. Патрел тоже обернулся.

- На север! - резко сказала Меррили. - Это наш путь. - И тут ее голос понизился до глухого шепота: - В Гроне - источник всякого зла. Брегга правильно говорит: лучший способ убить змею - отсечь ей голову. Вот это нам и надо сделать.

Думаете, почему Модру решил перехватить нас? Он напуган! Да-да! Не знаю, в чем именно причина этого, но факт остается фактом. Может, он боится, что мы нарушим его планы - ведь мы же этого хотим, да? В любом случае шанс необходимо использовать. Пойдемте же в Грон и убьем змея в его логове.

Меррили умолкла, и все с изумлением смотрели на нее: кроме Даннера и Патрела, здесь никому не доводилось слышать, чтобы дамман говорила, как воин, и говорила так мудро.

Но Видрон все же высказал сомнения:

- Может, ты и права, девочка. Может, он и вправду боится нас и хочет остановить наше продвижение к Грону. Но это не исключает других объяснений: например, захват Арденской долины, о котором подумал Инарион, или еще что-нибудь. И кстати, где гарантия, что они не собираются подойти к нам с тыла во время осады Железной Башни?

- Но тогда, маршал Видрон, Модру должен точно знать цель нашего похода, а это сомнительно, - сказал Гален.

- Он зол и подозрителен, мой король, - ответил Гилдор. - Думаю, передвижение нашего войска на север удивило его - вряд ли Модру считал нас способными освободить Гунар. И потом, он понимает, что, раз на юге идет война с гирейцами и кистанцами, оттуда едва ли пошлют подмогу на север. С другой стороны, ясно, что, кроме Грона, у нас не может быть других целей. Модру задает себе этот вопрос, и ответ ему ох как не нравится - вот Владыка Зла и пытается помешать нам.

Гилдор закончил, и Таларин, который с удивлением узнал об освобождении Гунара, собрался о чем-то спросить. Но его опередил Гален:

- Лорд Инарион, а где они сейчас? И сколько их?

- Пять дней назад я поскакал из Вейнвуда на разведку и обнаружил их лагерь в Биконторе. Там, держась поодаль, я подсчитал их - около десяти тысяч. Было необходимо еще определить, не отвлекающий ли это маневр и не собираются ли они повернуть и снова напасть на Вейнвуд.

На следующий день они снова тронулись в путь по Пересекающей дороге. Я подождал еще немного и понял, что ни о каких отвлекающих маневрах не может быть и речи: противник двигался строго на восток.

Я покинул их вечером: они разбили лагерь к северу от реки Уайлдер, а я поскакал во весь опор через брод Дрир и земли Рона в Арден, чтобы предупредить обитателей Тайного Приюта. Противники больше не попадались. Та армия, думаю, стоит сейчас где-нибудь посреди Мрачного леса.

У Видрона перехватило дыхание.

- Так между нами разрыв всего в два дня!

- Вот именно, - отозвался Убрик, - но мы постараемся постепенно его увеличить.

- Но валонские кони! - воскликнул маршал. - Они не выдержат! Еще день-другой - и все. О, лорд Таларин, как нам нужны свежие лошади! Вы можете помочь нам?

- Боюсь, что у нас и пятисот коней не наберется. Большинство наших воинов охраняют дороги и подступы к перевалу Крестан. Туда уже направлены гонцы, чтобы собрать всех бойцов на защиту долины. Но даже если бы они уже были здесь, их коней вам бы не хватило.

Видрон в отчаянии повернулся к Галену:

- Тогда мы не сможем поехать с вами. То есть, конечно, поедем, но прибудем слишком поздно и не успеем помочь вам.

- Вы нужны мне уже сейчас, маршал Видрон, - сказал Гален. - Вражеское войско идет за нами по пятам. Не хотелось бы, чтобы они напали с тыла во время осады. - Король ненадолго умолк и взглянул своему полководцу прямо в глаза. - Мне придется поручить вам очень опасную миссию, которая под силу только искусным в боях валонцам. Задержите врага настолько, насколько сможете.

У Такка от изумления расширились глаза.

- Но мой король, - запротестовал он, - там же целых десять тысяч!

- Я знаю, малыш, - кивнул Гален, - но когда мы прибудем к Железной Башне, разрыв составит уже не два, а четыре дня, и любой дополнительный день, отвоеванный для нас маршалом Видроном, будет неоценимой помощью. Маршал, послушайте, что я предлагаю: ведите своих воинов к перевалу Грювен - он не настолько широк, чтобы враг смог обрушить на вас сразу все силы, и вы сможете продержаться достаточно долго. Может быть, они не пройдут.

- Да, мой король, это разумный план, но кони измучены. Эх, но ведь пойдем же, пойдем и преградим им путь хоть костями Слита!

При упоминании имени дракона Брегга что-то глухо пробормотал, но не решился повторить вслух. Заговорил Таларин:

- Король Гален, не так давно я говорил, что вы можете рассчитывать на всех эльфов Ардена как на своих верных союзников. Время пришло, и мы к вашим услугам. Я со своими Стражами помогу маршалу Видрону удержать Креген, или, как вы его называете, Грювен. У нас свежие кони и крепкие руки.

Глаза Галена засияли в свете костра, его переполняли эмоции; король не мог говорить. Видрон вскочил на ноги, взмахнул мечом и на древнем боевом наречии закричал:

- Да здравствует эльф Таларин! Вместе мы непобедимы!

Таларин поднял руку в приветственном жесте и улыбнулся. Потом он обернулся к одному из своих воинов:

- Ферон, поспеши в приют, собери возвращающихся воинов и вели им готовиться к походу на Креген. Пусть разведчики изучат передвижения противника. Приведи Стражей за день до его прибытия к перевалу.

Ферон вскочил и собрался отправиться в путь, но Таларин сказал:

- Стой! Найди леди Раэль и передай ей последние слова Ванидора. Может, ей удастся понять их тайный смысл.

"Конечно! - подумал Такк. - Надо рассказать леди Раэль - пусть она истолкует послание. Может, и сумеет пролить свет на все эти темные дела".

Таларин кивнул Ферону, и гонец скрылся во тьме.

Когда стук копыт его коня к северу от лагеря затих, принц Игон обратился к своему старшему брату:

- Теперь выполни мою просьбу, если это возможно. Я хочу сражаться вместе с тобой. Теперь ты знаешь, что в Митгаре более нет безопасных мест ни в Ардене, ни в Риане, ни в Пелларе, ни даже на земле маленького народца. Да, в Гроне опаснее всего, но что это теперь значит?

Ты сказал, будет лучше, если мы разделимся, тогда Модру не сможет уничтожить дом Ауриона в одном бою, и это правда. Но даже если это так, Гибель Солнца положит нашему роду конец - никто не в силах противостоять Гифону, даже эльфы.

И вот что я еще скажу: брат мой, пусть даже победа будет не за нами мы погибнем, стоя плечом к плечу. А если победим, то тоже вместе.

Гален долго думал, глядя в огонь, потом поднял голову и кивнул. Игон закричал от радости и вскочил на ноги. Все улыбались: на их глазах мальчик-воин превратился в мужчину. Но тут Игон снова сел и глубоко задумался, хотя глаза его все еще сияли.

Таларин сказал:

- Теперь, король Гален, расскажите мне вашу историю. Хочется узнать, как дорога привела вас снова в мой дом.

Гален повернулся к Гилдору и кивнул. Гилдор начал свой рассказ.

* * *

Когда совет окончился, Такк устало лег, но заснуть сразу не смог: слишком много было тревожных мыслей. "Они в Боски. Ох! Вот это дурные вести! Даннер и Патрел думают то же, что и я: если надо, мы готовы сотни миль пробежать пешком и помочь, пусть даже толку от этой помощи не будет. Но не нравится мне даннерова ярость: однажды она его погубит.

Но что, если наша догадка о последнем дне верна? Тогда придет Гифон, и наш мир погибнет. В таком случае маршал Видрон ничем не сможет помочь Модру и Гифон покроют Митгар вечной тьмой. Значит ли это, что не нужно сражаться за перевал Грювен? Может быть. А если мы ошиблись и конца света не будет? Тогда Видрон и его люди помогут нам выиграть время для осады Железной Башни. Но вдруг это нам не удастся, а сила Модру слишком велика..."

Такк провалился в череду беспокойных снов: о бесплодной земле, голоде, детях с распухшими животами, чуме, рабстве, смерти. Он просыпался, чтобы избавиться от этого кошмара, но потом снова устало засыпал. Рядом стонала Меррили, тоже мучимая мрачными видениями.

На следующий день, когда армия тронулась в путь, варорцев пересадили на менее усталых коней из отряда Убрика. Такку казалось, что то ли их покинули, то ли они кого-то покидают: настало время расставания с седобородым маршалом и его бойцами. Ванадьюрины, Терновые лучники, два эльфа и гном отправлялись на север.

Три часа спустя они встретили леди Раэль в сопровождении Стражей у тайного входа в долину Арден. Гален и его офицеры свернули с дороги, чтобы поговорить с эльфийкой, пока конные воины двигались дальше.

При виде Меррили глаза Раэль расширились от удивления. А Меррили никогда прежде не встречала никого прекраснее золотой Раэль и почувствовала себя рядом с ней как-то неловко. Но эльфийская владычица взяла ее за руку, и вся неловкость исчезла.

- Король Гален, - сказала Раэль, склонив голову, и Гален спешился и поклонился.

- Госпожа Раэль, - почтительно заговорил он, - не хочу пробуждать воспоминания, причиняющие вам боль, но вопрос слишком важен: что означали последние слова Ванидора?

- Не знаю, король Гален, - ответила Раэль, взгляд ее был полон скорби. - Боюсь, что я ничем не могу вам помочь.

Когда они поехали прочь, Такк оглянулся и помахал рукой Раэль и Таларину. Печальные эльфы стояли рядом и смотрели, как мимо проходят войска. А где-то далеко позади ехал маршал Видрон, и еще дальше за ним по пятам двигались солдаты Модру.

Весь день они мчались по звонкой промерзшей земле. На подходе к перевалу Грювен по обеим сторонам появились постепенно возвышавшиеся склоны - подножия гор Ригга.

Войско ехало по ущелью, ледяные стены которого мрачно поблескивали в темноте.

По мере подъема воздух становился реже, и коням приходилось нелегко, но замедлять передвижение было нельзя: разбивать здесь лагерь было бы просто безумием. И они ехали дальше: дно ущелья постепенно стало ровнее, и через несколько часов дорога пошла вниз. Копыта звенели по льду, и эхо разносило звон по всей округе.

Наконец войско ступило на земли Грона. Кони и всадники устали - в тот день они проделали без малого шестьдесят миль.

Такк позаботился о своем коне и сам немного поел, потом поговорил с Меррили и остальными и, как всегда, сделал кое-какие записи в своем журнале, прежде чем заснуть - так, как засыпают вконец измученные существа.

Еще три дня войско двигалось на север по ледяным пустыням Грона. Король Гален велел двигаться немного медленнее, чтобы дать лошадям отдохнуть после перевала. На исходе третьего дня они разбили лагерь у южной границы замерзшего Гваспа. С вершин Грона дул холодный ветер, и продрогшие воины собирались тесными кружками у костров.

- Эй! - воскликнул Даннер. - Я тут кое о чем подумал. Если Модру и вправду владыка холода, почему же он до сих пор не вызвал снежную бурю и не остановил нас? Да он мог бы просто-напросто заморозить нас - здесь и укрыться толком негде. Неужели это все лишь пустые детские сказки?

Меррили строго взглянула на Даннера и ответила:

- Ну, не детские - скорее, это россказни подвыпивших бакканов, собирающихся в "Одноглазой вороне".

- Ох, Меррили, я же серьезно.

- И я серьезно, болтун ты этакий.

- Прекратите, не спорьте, - примирительным тоном сказал Такк. - Мы все устали и замерзли - конечно, это не способствует хорошему настроению, но давайте все же не будем заниматься ерундой.

- А Даннер по-своему прав насчет холода, - вставил Патрел. - В самом деле, почему Модру не остановил нас - или о его силе и впрямь распускают лживые россказни?

- Это не россказни, - отозвался Фландрена. - Модру действительно владыка холода. Бурю он вполне мог бы наслать - это его самое страшное оружие. Но почему этого не произошло, я даже не представляю. Может, это забрало бы все силы Модру, а они нужны ему для чего-то другого - например, для Самого Темного Дня.

Пока Фландрена говорил, у Такка появилось что-то вроде глубокого предчувствия, он даже вздрогнул, подняв полные тревоги глаза, и взгляд его встретился с таким же беспокойным взглядом Меррили.

- Ну, - зевнув, сказал Даннер, - я, конечно, тоже не знаю, но, по правде говоря, слишком устал, чтобы продолжать думать об этом.

И баккан развернул свой спальный мешок, готовясь улечься. Другие тут же последовали его примеру - усталость одолела их.

Но едва Такк задремал, протяжный вой псов Модру раздался в ночи, и баккан встрепенулся и вздрогнул.

Далеко на юге, у перевала Грювен, Видрон, Таларин и их бойцы увидели приближавшееся вражеское войско: десять тысяч против их двух.

На следующий день воины Галена продолжили путь на север и разбили лагерь там, где кончалось великое болото Гвасп.

Снова вой валгов потревожил их сон, казалось, страшные шпионы Модру передают ему вести в Железную Башню.

А на юге, у Грювена, в тот день началась великая битва, и четырежды армия Видрона давала отпор противнику, но каждый раз темные воины снова обрушивались на них и все глубже загоняли в ущелье.

Прошел еще один день, и усталая армия Галена приблизилась к Когтистой пустоши. На их пути не появлялись отряды вражеских воинов, но шпионы Модру, острозубые валги, шныряли поблизости и выли, передавая вести своему господину. Войско разбило лагерь - последний на пути к Железной Башне.

В это время на перевале шла уже третья за день схватка: вымотанные до предела люди и эльфы стремились удержать перевал, но волны рупт били по ним, словно молот по наковальне, заставляя отступать миля за милей.

Был полдень - единственное время, когда сквозь тьму с трудом можно было разглядеть солнечный диск, и то если точно знать его расположение на небе в этот час. Король Гален, сын Ауриона, сидел на Урагане и напряженно вглядывался ввысь. За его спиной замерли в молчаливом ожидании пять тысяч воинов. Гален знал, что ровно через двое суток невидимая луна поглотит солнце, и настанет Самый Темный День, и придет Величайшее Зло.

Гален взглянул на восток, где вдали возвышалась темная крепость. Она была высока и неприступна, ее окружал бездонный ров. Через ров был перекинут железный мост, за которым отвесно вздымались стены. В центре, на вершине самой высокой башни, развевался боевой штандарт "Гибель Солнца" огненное кольцо на черном фоне. Более чем когда бы то ни было этот знак выглядел зловеще.

Гален глубоко вздохнул. Он напряженно думал, нет ли в крепости какого-нибудь слабого места, на которое можно обрушиться. Молодой король привел свою армию к цели - твердыне тирана Модру, ужасной Железной Башне.

Глава 4