Помоги проекту - поделись книгой:
Лидеры создают обстановку самодисциплины. Как правило, они нанимают игрока, который с наибольшей долей вероятности воплотит исповедуемые менеджером ценности.
Мойес выбирает только тех игроков, которые «демонстрируют самодисциплину, честность и уважение». Для Жерара Улье уважение стоит на втором месте среди его четырех основных ценностей: «Уважение означает, что игрок не может сказать: «Я должен играть», потому что, если он заявит прессе: «Я должен играть», это будет означать, что он недостаточно уважает своих товарищей, организацию или менеджера, который формирует состав команды. Он должен уважать всех, даже менеджера по экипировке, а не просто разбрасывать вещи. Он должен уважать обслуживающий персонал, всех сотрудников. Уважение – это все».
Соблюдение границ так же важно, как и уважение. Когда Хоуп Пауэлл собирает свою команду для работы за границей, она рассматривает установление границ как проявление заботы: «Это для их же собственной защиты. Я устанавливаю четкие границы – это ты делать можешь, это не можешь. Но они взрослые, я не их мама. Поэтому я хочу, чтобы они брали на себя ответственность – под личный контроль. Это несколько по-детски, но когда говоришь, что что-то делать нельзя, внезапно всем сразу хочется это сделать! Впрочем, игроки молодцы, они обычно спрашивают. Мы обсуждаем это, однако я четко даю понять, что мое слово будет последним».
Итак, дело в принуждении к соблюдению правил и в разрешении. Чаще всего это не высказывается открыто. Как Пауэлл говорит: «Мне достаточно просто мягко сказать: «Подожди-ка, что ты делаешь?» и просто напомнить им о правилах». Мойес также верит в сдержанность – там, где это возможно: «Я лично не считаю, что людей надо штрафовать, если можно помочь. Да, мне приходится это делать, но я не люблю отбирать у людей деньги. Это не лучшее решение проблемы недисциплинированности. Я лучше просто исключу их из клубной среды, это гораздо большее наказание. Могут возникнуть трудности с прессой и интернет-сообществами, но я все равно отправляю его домой, чтобы он подумал над тем, что сделал. И ему придется объяснять семье, почему он не тренируется».
Мартин Йол подтверждает необходимость установленных границ: «Перед матчем и перед сезоном необходимо сделать определенные распоряжения, а также разработать правила и предписания. Я всегда предупреждаю, что не упущу ничего. Если надо приходить вовремя, то я не дам опоздать ни на минуту – это наши стандарты. Другой пример: все носят одинаковую одежду и одинаковые носки, а один игрок выходит на поле в черных носках. Я сделаю замечание, хотя ничего не имею против него. Дело в команде. Им нужно говорить все, даже если их это сердит. Я хорошо усвоил, что надо быть твердым».
Даже если приходится вступать в конфликт с игроками, и Мойес, и Пауэлл предпочитают взывать к их разуму и чувству справедливости. Неудивительно, что и Венгер выбирает такой же подход. Он постоянно приглашает игроков взять себя в руки и трезво оценить свое поведение как на поле, так и вне его: «Любого игрока я спрашиваю, хорошо ли, на его взгляд, он поступил. И внимательно слушаю, что он говорит. Если он справедливо оценивает свою работу, то можно считать, что у этого парня есть шанс в жизни. Я также прошу их задуматься над уровнем собственных амбиций. Очень важно понять, как сильно хочешь быть лучшим и какую цену готов за это заплатить. Конечно, без таланта в футболе не обойтись, но когда игроку чуть больше двадцати, то, что у него на уме, гораздо важнее всего остального. Именно это и создает карьеру».
Говард Уилкинсон хорошо помнит пример, когда в разгар ситуации он заставил игрока заглянуть внутрь себя: «Я заставил игрока подумать о том, что своими опозданиями он демонстрирует неуважение к своим коллегам. Да, ты опоздал на десять минут, но нас на тренировочной площадке тридцать человек. Мы все заплатили за час столько-то, так что ты нам обошелся во столько-то. Нам всем нужно работать».
С поведением надо работать. Порой сразу это сделать нельзя: присутствуют другие люди, другие проблемы требуют разрешения, момент не подходит. (В конце концов, когда счет 1:0 не в вашу пользу, а до конца матча всего десять минут, это не лучшее время для коррекции поведения.) Однако надо понимать, что неправильное поведение никуда не делось, с ним надо разобраться, и чем дальше, тем труднее это сделать.
Тяжелые разговоры – это часть работы успешного лидера. По-настоящему успешный лидер не уклоняется от тяжелых разговоров. Недоговоренность порождает негодование. Небольшое недопонимание, оставленное без обсуждения, разрастается в полноценный конфликт. Сильный лидер работает с главной причиной, с корнем проблемы.
Менеджеру Гленну Ходдлу часто приходится вести тяжелые разговоры. Он помнит один особенно непростой случай, когда он был менеджером английской сборной: «Проблема при работе со сборной в том, что игроки тебе не принадлежат. Ты как бы берешь машину напрокат. Ты даже не встречаешься с ними ежедневно. Пол Гаскойн был одним из наших лучших игроков. Я видел, что у него было слишком много травм, но он был таким хорошим игроком, что я хотел, чтобы он был в форме к чемпионату мира-1998. Я дал ему много возможностей, я советовал ему прийти в форму, изменить диету. Однако я не принимал в этом практического участия. Он продолжал тренироваться с небольшими травмами, пропустил несколько игр. Мы вплотную подошли к выбору команды для чемпионата, и Газза все еще не был в форме. Я выбрал его для игры в Марокко перед турниром. Он был гениальным игроком, я хотел, чтобы он был в команде. Я вплоть до последней игры не мог решить, беру ли я его в состав или нет. Все из-за его формы. Это было грустно. Однако самое трудное было в том, что вся нация хотела видеть его в сборной, и я хотел.
Он получил травму через двадцать минут после начала матча, у него перехватили мяч, потому что он был слишком медленным. В конце я повернулся к своему ассистенту и сказал: «Джон, мы не можем его взять». И я вынужден был усадить его в отеле и с глазу на глаз обговорить с ним факты: «Послушай, Пол, целый год я тебе говорил, что, если мы попадем на чемпионат мира, для тебя это могло бы быть великолепной возможностью, ты сейчас на пике, но ты не слушал, и сейчас я должен принять это решение». И это было тяжелое-тяжелое решение».
Ключ к тяжелым разговорам кроется в подготовке. Дэвид Мойес принимает решение рационально, затем готовится к разговору эмоционально: «Я помню тяжелый разговор, когда я был вынужден сменить капитана. Как и любой лидер, принимающий серьезные решения, я искал лучший способ сделать это, старался быть честным и делал то, что считал правильным. Это был длительный мыслительный процесс – я нелегко принимаю подобные решения. Затем я думал, как рассказать ему об этом так, чтобы он по-прежнему играл хорошо и был поглощен футболом». Глен Ходдл готовится еще более детально: «Я использую ролевые игры [с кем-нибудь, исполняющим роль другого персонажа] и визуализацию, которую я нахожу очень действенной. Но из-за того, что я имею дело с людьми, я не могу предсказать реакцию, так что я должен быть готов ко всему.
Прямой стиль Говарда Уилкинсона хорошо подходит для тяжелых разговоров. Он также вдохновил его команду в «Лидс» быть откровенными – как с ним, так и друг с другом. В состязании за титул в Первом дивизионе (тогда он был самым престижным в Англии) весной 1992 года все в «Лидс» были уверены, что потеряли шансы на победу, пропустив четыре гола от «Манчестер Сити», дав «Манчестер Юнайтед» превосходство по очкам и с играми впереди.
«Я пришел в понедельник и сказал: «Вот мой план на следующие пять игр. Мы можем выиграть четыре. Нужно сыграть вничью в Ливерпуле. В предпоследнюю игру сезона мы встречаемся с «Шеффилд Юнайтед» утром, и «Шеффилд Юнайтед» должны ехать в Ливерпуль днем. Если мы делаем, как я говорю, то мы можем просто надавить на них, чтобы получить результат от той игры. Не думаю, что они справятся. Так что я буду выбирать одну и ту же команду каждую неделю, если у нас не будет травм, но для игры с «Ливерпулем» я сделаю одну замену».
На следующее утро капитан Гордон Стракан пришел ко мне и сказал: «Я пришел избавить вас от сомнений и сказать, чтобы вы не брали меня в состав на игру с «Ливерпулем». Не надо мне никакой чуши, мол, вы хотите, чтобы я отдохнул к домашней игре. Вы говорите, что нам там нужно очко, и я не лучший выбор для того, чтобы его заполучить». Уилкинсон был честен с командой, и Стракан был честен с ним. Понимание вдохновляло, и все в лагере «Лидс» было хорошо. Стракан остался на скамейке запасных, они сыграли вничью, и «Лидс» завоевал чемпионский титул Первого дивизиона.
Если по каким-то причинам избегать тяжелых разговоров, то поводы для них будут появляться, как грибы после дождя. Мартин Йол описывает такую ситуацию: «Я всегда стараюсь говорить со своими игроками наедине. Порой мне не нравится игрок, и я знаю, что я ему не нравлюсь, но я все же приглашаю его в свой офис. С одним игроком вышло следующее:
Я: Зайди в мой офис…
И г р о к: Я не приду в ваш офис.
Я: Нам нужно обсудить эту ситуацию.
И г р о к: Я не хочу обсуждать эту ситуацию.
Он, по сути, перестал разговаривать с людьми, а если перестаешь разговаривать с людьми, то больше не можешь играть».
Прямая и понятная обратная связь в такой момент представляет собой облегченную форму тяжелого разговора. Она не дает ситуации накалиться до предела и вырасти в большую проблему. Уилкинсон оценил то, как его великолепный бомбардир Ли Чапман справился со своими проблемами: «Я раньше использовал статистику в обратной связи. Ли Чапман – умный человек, и он знал, сколько поперечных пассов нужно для того, чтобы он забил гол. Он был раскален докрасна. В перерыв он подошел к товарищу и сказал ему: «Нужно было сделать поперечный пас. Я мог бы забить. Мне нужно много таких пасов». Это создало доверие в команде. Игрок ответил: «Нет, на самом деле я не мог», – и объяснял почему и говорил: «Да, ты прав, извини». Отлично, конец спору. Двое договорились. Для того чтобы спорить и разрешать споры, нужен именно такой уровень честности. Ли Чапман брал свою карьеру в руки и говорил: «Я в этом участвую. Я знаю, что мне нужно делать, но также я знаю, что нужно делать другим». И, в свою очередь, они смогут сказать: «Я знаю, что мне нужно делать, но я знаю, что тебе нужно делать, старина». Такая живая обратная связь – золотая жила для команды».
Тем не менее, когда менеджер предоставляет возможность обратной связи, надо помнить, почему и зачем она предоставляется. Дарио Гради делает все для роста игроков, в том числе использует и обратную связь: «Когда менеджеры говорят с игроками, то они должны удостовериться, что этот разговор идет на пользу игроку, а не менеджеру. Менеджер сбросил груз с души, и он доволен. Однако, если парень чувствует, что на него нападают, тогда он попадает в еще более худшее положении. Когда ты его зовешь, а игрок отвечает, то он, по сути, говорит: «Я хочу знаний, что ты собираешься мне поведать?» Может быть, он играет слишком далеко на поле или ему нужно играть немного быстрее. Поэтому нельзя говорить: «Какого черта ты это сделал? Ты упустил мяч!» Он и так знает, что упустил, и если будешь на него кричать, это ничем не поможет».
«Это главное: можешь ли ты сказать что-то полезное игроку? Это очень тяжело сделать. Эта игра полна страстей, и когда менеджеры мешаются на боковой линии, не думаю, что это помогает игрокам. Комментаторы говорят: «О, он демонстрирует такую страсть, игроки, должно быть, этим воодушевлены». На самом деле многие игроки претворяются, что не слышат крики тренера с края поля! Они так и со мной поступали. Они не хотят слышать меня, и я говорил с ними об этом после игры. Но это в прошлом. Думаю, большинство сейчас ценит то, что я пытаюсь им помочь, а в прошлом, возможно, я этого не делал. Мы все иногда ошибаемся, но, по крайней мере, если мы осознаем тот факт, что это не лучшее поведение, мы, вероятно, сможем с этим что-то сделать».
Раздевалка – это место, где игроки чувствуют себя как дома, могут честно говорить, ничего не боятся, на них никто не нападает. Сильная поддержка раздевалки значит очень много.
Венгер очень серьезно относится к «сильной раздевалке», созданной сильным же капитаном: «Капитан, по сути, это наместник менеджера. Я уверен, что крепкие отношения между капитаном и менеджером делают сильнее и команду, и менеджера. Если эти отношения распадаются, то клуб попадает в неприятности, потому что нет ничего хуже для команды, чем получать два разных посыла от двух разных лидеров. Вот почему я верю в то, что менеджеру важно проводить время с капитаном. Мы говорим о том, что, по его мнению, нужно команде, обсуждаем трудности, о которых говорят в раздевалке. Капитан не должен рассказывать вам все, и, как правило, они этого и не делают. Есть вещи, которые они не хотят говорить, которые касаются только команды. Я это уважаю. Как бы то ни было, необходимо доверие, а доверие строится на сезоне, пройденном вместе. Эти отношения не зависят от того, проиграли вы в шести играх подряд и только в двух или трех. Мы объединяемся, чтобы исправить ситуацию».
Дэвид Мойес признает, что он благодарен своему капитану Филу Невиллу за сильное руководство: «Я обнаружил, что он невероятный лидер закулисья. С ним я могу поговорить. Я могу спросить о том, как, на его взгляд, обстоят дела. Я могу узнать его личное мнение о том, что мы сделали. Однако самое важное – именно он держит игроков в узде. Он руководит с передовых позиций на тренировках. Он тренируется каждый день, каждый день делает все от него зависящее. Этот игрок – пример для всех молодых, которые смотрят на него и говорят: «Это тот стандарт и тот уровень, на котором я должен тренироваться. Это тот уровень профессионализма, которого мне надо достичь, чтобы играть на международной арене. И если я хочу также работать долго, то я должен следить за своим телом, убедиться, что правильно тренируюсь, и слушать, и учиться»».
Мартин Йол считает важным найти стержень команды: «Я всегда стараюсь создать стержень команды. Это может быть вратарь – не обязательно именно он, но можно и так. Он всегда в центре, он в центре игры, он на передовой. Так что это стержень. Я стремлюсь к тому, чтобы «стержнем» становились сильные, опытные игроки. Было бы идеально, если бы я разговаривал с таким «стержневым» игроком каждые три или четыре недели. Увы, в прошлом году это случилось только дважды. Конечно, важен и капитан. Но не всегда можно выбирать собственного капитана. В Германии я мог, но в «Тоттенхэме» Лэдли Кинг уже был капитаном клуба. Он очень хороший парень, и я совсем не хотел его менять. В то же время возможна ситуация, когда [нынешний капитан] является большим поклонником бывшего менеджера, и с созданием новой, другой футбольной культуры могут возникнуть проблемы».
Большой объем работы менеджера скрыт от посторонних глаз, мир видит лишь ее малую часть. Люди гораздо сложнее, чем то, что мы видим. Но как лидеру продуктивно справляться с этой сложностью? Ответ Венгера на эту проблему кажется простым и понятным: «Для меня работа футбольного менеджера похожа на работу гида. Гид – это тот, кто ведет людей к заданной цели. Он должен отчетливо понимать, чего он хочет, убедить всех остальных в том, что именно туда им следует всем вместе отправиться, а потом постараться извлечь из людей лучшее. И, разумеется, быть убедительным».
Сторонний наблюдатель видит лишь результат, а менеджер работает со всеми уровнями айсберга.
Вот уроки от ведущих лидеров футбола:
Когда видишь поведение, особенно разрушительное, то очень легко противостоять лишь очевидным причинам. Гораздо правильнее работать с той частью айсберга, что скрыта под водой.
Как говорит Венгер: «Бывает, что слова неважны – это как танец». Слишком многие лидеры отвергают эмоции как что-то неуместное и хлопотное. Однако именно эмоции управляют поведением. И лидер, способный найти ключ к эмоциям, может вдохнуть в игроков удовлетворение, самоуважение и даже восторг.
Лидер с четкими принципами способен внедрить их в его организацию, придать ей ясность и смысл. Люди чувствуют ценности лучше, чем мы думаем. Они воспринимают ценности лидера и интуитивно ощущают, когда следуют им и когда отходят от них.
Венгера мотивирует сам футбол, а также личный поиск превосходства. Он ищет того же и в других – и тех, кто разделяет эти убеждения, тянет к нему. Возможно, это больше, чем что-либо еще, объясняет успеха Арсена.
Лидер, способный создать ощущение сопричастности и удовлетворения в работе своих людей, влияет на них на глубочайшем уровне. Он извлечет из них все, что можно, и вселит преданность.
На самой вершине айсберга лидер дает рекомендации по должному поведению и ожидает личной ответственности. Как говорит Хоуп Пауэлл: «Я не их мама!»
Когда ценности игнорируют, а манера поведения становится неприемлемой, распадается любая структура. Лидеру необходимо вести тяжелые разговоры, которые способны расставить все на свои места. Только так можно вернуть команду в правильное состояние.
Глава четвертая
Ключ к высокой эффективности команд
В футболе, в бизнесе, в правительстве и вообще во всех областях, в которых самые важные задачи решает команда, руководство является сложной задачей. Тактика современной игры постоянно меняется. Она, как никогда, много требует от команд и отдельных игроков в физическом, мысленном и эмоциональном плане.
Во многих сферах бизнеса приходится задействовать все ресурсы, даже те, которых почти не осталось. По мере того как проблем в экономике становится все больше, все чаще становится необходимым вносить изменения в бизнес-процессы.
Даже самые опытные профессионалы не решают эти вопросы в одиночку. Они строят, развивают, взращивают и поддерживают свою команду лидеров, и все вместе члены этой команды ведут организацию к удовлетворению потребностей бизнеса. Будь то футбольная команда или мировая корпорация, трудности руководства везде одинаковые.
Профессиональная футбольная карьера Сэма Эллардайса началась на позиции защитника «Болтон Уондерерс» в 1973 году. В этот же клуб он вернулся менеджером. В течение восьми сезонов, с 1999 по 2000 год, «Болтон» под его руководством превратился из маленького, но гордого клуба в настоящего бойца европейских турниров. В команде сияли такие звезды, как победитель чемпионата мира Юрий Джоркаефф, бывший капитан «Реал Мадрида» Иван Капмо и неподражаемый Джей-Джей Окоча. Команда Эллардайса регулярно побеждала своих более прославленных английских соседей, финишировав на шестом месте в премьер-лиге в 2004–2007 годах, то есть на одном уровне по очкам с европейскими чемпионами – «Ливерпулем» Рафа Бенитеса. После «Болтона» Эллардайс недолго проработал в «Ньюкасле», затем три сезона в «Блэкбрн Роверс», прежде чем присоединился к «Вест Хэм» в 2011 году. В свой первый сезон он вернул «молотобойцев» в английскую премьер-лигу благодаря победе в плей-офф на стадионе «Уэмбли», где они играли против «Блэкпула».
Человек, которого называют Большой Сэм, является по-настоящему большим человеком во всех смыслах этого слова. Крупное телосложение, большое сердце, большие взгляды, большие идеи. На удивление скромный, он, несмотря ни на что, твердо придерживается своих взглядов. Он знает, к чему хочет привести клуб, и неуклонно будет преследовать свои цели до тех пор, пока работодатели его поддерживают. Однако наиболее характеризующая его черта – это отношение к переменам. Новое в технологии или новое в психологии – Эллардайс хочет быть на передовой. Его не волнует, насколько большим кажется тренерский штаб со стороны, он всегда готов принять в команду опытных коллег.
Для менеджера каждый день порой – как генеральное сражение. Против тебя – критики твоей тактики, пресса, ожидания общественности, проблемы с дисциплиной, бешеное расписание, неопределенность, волнение, травмы и истощение.
Возникает вопрос: стоит ли пытаться справиться со всем этим в одиночку?
Эллардайс смотрит на свою работу как на сражение, и его главный рецепт победы – сплотить вокруг себя руководящую команду, связанную тесными узами, на которую он может без сомнений положиться. В «Болтоне» их штаб-квартира была известна как «командный пункт». «У нас были наши мечты и наш «командный пункт»; и мы ввели менталитет осадного положения. Нашей целью было пробиться в Чемпионшип, в то время как все пытались нас остановить. Мы обратили проблему в преимущество, и уверенность клуба росла». Таким образом, подход Эллардайса к созданию высокоэффективной команды игроков заключается в создании высокоэффективного тренерского штаба.
Как и Эллардайс, Тони Пьюлис хочет, чтобы его близкие коллеги поддерживали его и разделяли его невероятные ожидания – особенно в пылу сражения. «Мне очень повезло, что состав моего тренерского штаба остается неизменным на протяжении уже нескольких лет. Я доверяю этим людям, и если я что-то упущу, то, надеюсь, они увидят и исправят это. Эти девяносто минут – очень эмоциональное время, и когда я смотрю на себя по телевизору, то порой не могу поверить в то, что я это делаю! Я просто так погружаюсь в игру. Я так сильно жажду победы для каждого, и так велики надежды города на «Сток». Порой я чувствую, как ожиданиях всех сходятся во мне одном. Я должен был научиться контролировать эмоции, работать с ними, управлять ими и сохранять концентрацию. И мой штаб мне очень помогает».
Футбольные менеджеры говорят о трех основных сферах, в которых командная работа имеет большое значение: сложность (осуществление руководства для решения проблем), изменение технологий (экспертное руководство) и люди (руководство, базирующееся на ценностях).
Современная игра имеет комплексный характер. Управление, соблюдение интересов, давление общественности – чтобы справиться со всем этим, требуется куда больше усилий, чем в прежние времена. И игра эволюционирует тоже, и каждое изменение отдается в сердце менеджера. Изменения в правилах, в позициях, в подаче информации – все это красноречиво свидетельствует, что футбол, как и мир вокруг, постоянно изменяется.
Говард Уилкинсон взволнован изменениями: «С 1992–1993 годов, когда только зарождалась премьер-лига, в футболе многое менялось. Изменялись правила: правила паса назад, отбора мяча сзади, потом правила «вне игры». Повысились стандарты физической пригодности и подготовки, повысилось и качество игроков. Даже поле стало больше. Вся игра с тактической точки зрения стала сложнее. Команда может теперь одолеть соперников за более короткое время. Яркий пример тому – «Челси» в финале Лиги чемпионов-2012. Решительность, жесткая организация и немного удачи. Но нельзя же играть таким образом весь сезон». Командная игра мирового класса необходима для настоящего успеха в таких изменяющихся и сложных условиях.
Личный опыт Эллардайса в «Ньюкасл Юнайтед» являет нам пример выдающегося комплексного подхода. Воодушевленный длительными успехами в «Болтоне», он подписывает трехгодичный контракт с историческим и темпераментным «Ньюкаслом» в мае 2007 года, но из-за серии плохих результатов всего восемь месяцев спустя он вынужден покинуть пост. Размышляя об этом опыте, он говорит: «Ньюкасл Юнайтед» был для меня правильным клубом, но в неправильное время. Я хотел создать что-то вроде того, что я построил в «Болтоне», использовать тот же взгляд на долгосрочные перспективы. Но я знал, что девяносто пять процентов моей энергии уйдет на то, чтобы убедить фанатов «Ньюкасла», что в результате их команда обязательно станет лучше. Предыдущий год они закончили четырнадцатыми. Когда я покинул «Болтон», мы были пятыми. Вот почему я получил эту работу – потому, что у них был Майкл Оуэн и другие отличные игроки, и они должны были добиться лучших результатов».
«На первых порах мне удалось расположить к себе фанатов, но затем все покатилось под откос. «Ньюкасл» всегда выделял менеджеру приличный бюджет на трансфер, но это никогда себя не оправдывало. И каждую неделю у них было пятьдесят две тысячи мотивированных, но очень критично настроенных фанатов. Это становилось серьезной проблемой, тем более что я знал, как много мне придется изменить в плане футбола. Большая часть штата «Болтона» хотела последовать за мной, и мы были уверены, что сможем сбалансировать силы при помощи правильного набора игроков. Нам нужно было улучшить то, что уже было относительно неплохим, добавляя игроков и повышая эффективность команды. Но стоило нам начать работу, как клуб продали. Из-за долгов клуба на период продажи трансферный бюджет уменьшился с тридцати до четырнадцати миллионов фунтов стерлингов. Европейский футбол тем временем восстановился, трансферные расценки сильно выросли, и пришлось бы много платить иностранным игрокам, чтобы привлечь их в Ньюкасл. Это не такое привлекательное место, как Манчестер и тем более Лондон. Стало очень тяжело с этим управляться, и в конце концов Майк Эшли заявил: «Я все равно его никогда не выбирал – он не был моим менеджером». Так в январе все и получилось».
Исторические изменения, завышенные ожидания, смена владельцев, слишком краткие сроки, макроэкономические перемены, личные отношения. В конце концов, проблемы были слишком большими и навалились на Эллардайса слишком быстро, чтобы он мог их решить.
Возрастающие потребности игры уравновешивает возросшая доступность информации и технологий. Эти инструменты могут принести огромную пользу менеджеру, если с ними правильно обращаться. Эллардайс прекрасно помнит, как обстояли дела в «Болтоне» раньше: «Когда я приехал в 1999 году, было только два компьютера – один для физиотерапевта и один – для секретаря академии. К четвертому году у нас было уже так много технологий, данных и способов их обработать, что мы поняли: обратного пути нет». Уилкинсон с не меньшим интересом наблюдает за развитием технологий в футболе: «Количество информации, доступной менеджерам, за последние годы выросло. Это хорошо. То, что нам нужно в первую очередь, так это факты. Нам нужно столько объективной информации, сколько мы сможем раздобыть. Это не облегчает принятия решения, но помогает принять более взвешенное решение».
Освоение множества новых технологий требует значительных усилий и временных затрат. Современные лидеры предпочитают привлекать экспертов по сбору и оценке информации.
Несмотря на то что базовые задачи менеджера претерпевают серьезные изменения, Уилкинсон уверен, что необходимость сконцентрироваться на людях осталась неизменной.
«Работа изменилась, но я не думаю, что лучшие менеджеры изменились радикально. Неизменными остались знания и стремление к новым знаниям, готовность двигаться вперед и изменяться. Но то, во что они верят, и то, что ждут от игроков, принципиально не изменится. Вне зависимости от культуры и происхождения, лучшие менеджеры заинтересованы в том, чтобы ты становился лучше, когда заходишь в их дверь и выходишь из нее. Это важная составляющая лучшего игрока».
Ни один бизнес-лидер не хотел бы решать проблемы своих людей в одиночку. Среди его близких советников всегда будет как минимум один профессионал в области человеческих взаимоотношений. И, как правило, он всегда обсуждает важные вопросы с другими близкими коллегами. Крис Хьютон высоко ценит своих коллег: «Как менеджер, ты, конечно, хочешь нравиться людям. В то же время я знаю, что буду время от времени расстраивать игроков. Здесь важен совет моих сотрудников, и они часто помогают мне многое обдумывать».
История из США убедила Эллардайса в том, как важно сосредоточиться на людях: «Майк Форд [менеджер по анализу эффективности] вернулся с отличной историей американской футбольной команды, которая выиграла Суперкубок. Когда он спросил о ключевых факторах успеха, все прямо заявили, что в большей части это заслуга женщины, назовем ее Элис Смит. Все говорили о том, что они делали в своей сфере для победы в Суперкубке, но все признавали, что главную роль сыграла Элис Смит. Так он ходил от генерального директора к главному тренеру и слышал повсюду это имя, и он не знал, кто такая эта Элис Смит. Оказалось, что это менеджер билетной кассы и организатор поездок! Она была так хороша, что игрокам не приходилось ни о чем волноваться. Все было учтено: каждый билет, каждая семья. Все, что игрокам нужно было сделать, – это выбежать, помахать и играть. В футболе все меняется, но суть руководства прежней: все для людей».
Лидерство – одинокое дело, если тебя не окружают люди, чьему характеру, мнению и опыту ты можешь доверять. Эллардайс уверен в необходимости получать поддержку своих сотрудников, которых он считает центром своей работы: «Ежедневное руководство – это как управление командой, созданной для команды, и надо быть уверенным, что эта команда «для команды» каждый день работает как часы. Их готовят как к предстоящей битве. Мы называем это «управлением сумасшествием». Лучший способ «управлять сумасшествием» – твой тренерский штаб, команда, которая работает с тобой и со своими руководителями. Персонал каждого подразделения есть важная составляющая успешной работы игроков. Мы должны заслужить их уважение».
Если твой персонал так важен, то кто же достоин стать его частью? Карло Анчелотти привел своего ассистента Пола Клемента из «Челси» в «Пари Сен-Жермен» «из-за его знания игроков, его знания о футболе и о тренировках. У него много опыта, знаний, харизмы и личности. Он станет очень хорошим менеджером, я уверен на сто процентов». Великие лидеры не беспокоятся о том, что находящиеся рядом с ними люди могут их затмить. На самом деле справедливо обратное. Один из поступков, определяющих сильного лидера, – это целенаправленный поиск таких коллег, которые заставят его развиваться, и тех, чьи сильные стороны дополнят его собственные. Эллардайс согласен с этим: «Я набираю отличных людей, которым я могу делегировать полномочия. Я доверяю им сделать работу лучше меня. Я дополняю свой многолетний опыт в футболе тем, что всегда очень внимательно слушаю рассказы об их работе и том, как они ее делают. Опять же, я собираю знания о работе каждого, так что теперь могу говорить с ними на их уровне. Я понимаю, что означают их слова, и принцип их мышления».
Этот принцип применим и к игре. Кевин Киган всегда ищет «область, в которой я не силен. В девяти случаях из десяти я возьму с собой тренера по обороне, потому что я был нападающим. Я вижу, как забивать голы, но я никогда не был защитником, так что я ничего не смыслю с точки зрения защитника».
В тренерском штабе должны быть люди, которым ты полностью доверяешь. Киган отмечает, что сейчас игроки легко заводят друзей среди сотрудников: «У них есть любимый физиотерапевт, а вот к доктору другое отношение. Может быть сложнее там, где должно быть проще, потому и надо уметь распределить обязанности. В «Ньюкасл» у меня было, пожалуй, на шесть или семь сотрудников больше, чем мне нужно было для того, чтобы управлять футбольным клубом по-моему».
Мартин О’Нил сформировал круг талантливых сотрудников, которым он доверяет. Когда он приезжает в новый клуб, то вся хитрость в том, что объединить их с уже существующей командой и создать новый тренерский штаб для решения поставленной задачи. «Я начал свою карьеру менеджера в «Грэнтем». Это было именно то, чем я хотел заниматься, но мне нужно было выяснить, способен ли я вообще управлять. Я сразу связался с Джоном Робертсоном, с которым мы вместе играли в «Ноттингем Форест». Моя идея заключалась в том, чтобы Джон поиграл у меня, хотя на тот момент он уже ушел из футбола. Он сыграл для меня несколько игр, и к этому моменту я уже был больше заинтересован в том, чтобы он присоединился ко мне в качестве управленца. Мы тогда наладили прочные отношения».
«Когда я перешел в «Уиком Уондерерс», я снова наладил контакт со Стивом Уолфордом, который играл со мной в «Норвич Сити». Он заскочил, чтобы сыграть со мной на уровне Конференции Воксхолл в Вайкомби, и у нас сложились доверительные отношения. Стив потрясающе спокойный человек, но он становится совершенно другим человеком на поле! Он очень-очень хороший тренер. Мы были вместе в «Лестер Сити», «Селтике» и «Астон Вилле», и Стив все еще со мной в «Сандерленде»[7]. Стив выдающийся человек: он столь же хорош, как и любой из тренеров, но он никогда себя не рекламирует. У нас также есть отличный тренер вратарей, Симус Макдона, который был со мной в «Лестер Сити» и в «Астон Вилле», и у меня есть потрясающий тренер по физподготовке Джим Генри, я его встретил в «Селтике». Это маленькая команда, которую я привел с собой».
«Когда я присоединяюсь к клубу в мини-кризис, мне важно, чтобы со мной были именно эти люди. Я ничего больше не меняю. Я всегда принимал то, что происходило в футбольном клубе. Я никогда не прибегал к методу «новой метлы», не увольнял людей, я надеюсь, что со временем смогу работать с этими людьми. Я считаю, что сотрудники очень-очень важны, и я надеюсь, что однажды смогу достичь такого же уровня доверия и с остальными людьми. В футбольном клубе всегда будут люди, которые работали с прежним менеджером, которые захотят уйти сами или уйти с менеджером в другой клуб. Я и это прекрасно понимаю».
Конечно, великие лидеры хотят, чтобы команда их одновременно и поддерживала, и высказывала свое мнение. Как говорит О’Нил: «Наши мнения в команде различаются, и это хорошо. Но когда мы играем, мы все мыслим одинаково».
Поделиться книгой: