Сотрясающий землю

Никита молча шагнул в дом. В отличие от Ксении, его глаза быстро привыкали к темноте, он даже начал различать кое-какие предметы. Окна, не закрытые ставнями, были завешены плотными шторами. Никита отдернул их, и свет уличного фонаря осветил скромно обставленную комнату. Следом за Никитой в дом вошла Ксения.

Они увидели простенькую деревянную мебель, потертый коврик на полу. Все покрывал толстый слой пыли. Никита прошел в середину комнаты и замер. Только теперь он разглядел страшные подробности.

Стены и потолок помещения были покрыты сетью глубоких трещин. Выпавшие из потолка куски штукатурки валялись вдоль плинтусов. Одна из деревянных стен была проломлена, причем дыра в ней имела форму человеческого тела. Будто кого-то швырнули о перегородку с такой силой, что он пробил ее насквозь. Легкая мебель была перевернута, многочисленные книги изорваны в клочья, одежда и посуда разбросаны по всему дому. Из вспоротого дивана торчали пружины. Куски мягкой набивки усеяли пол.

Наверное, в таком же беспорядке был обнаружен особняк профессора Штерна шестнадцать лет назад после того, как старик сбежал, а оборотни разгромили его дом в поисках Инги…

На полу в центре комнаты все еще был обозначен белыми полосками тонкой клейкой ленты контур человеческого тела. Вокруг него растеклось и впиталось в доски бурое пятно засохшей крови. Видимо, здесь и нашли тело Алексея Винника. У Никиты по спине побежали мурашки. Он с шумом втянул носом воздух, все еще пахший застарелой кровью, и отвернулся к окну.

– Какой здесь бардак, – прошептала Ксения. – Они явно что-то искали…

– Догадываюсь что, – мрачно произнес Никита и прошел в другую комнату.

Здесь его ноздрей коснулся легкий аромат табачного дыма. Кто-то курил тут совсем недавно. И этот кто-то до сих пор находился в доме. Никита ощущал его присутствие.

Парень медленно выдвинул когти и настороженно огляделся. Ксения посмотрела на него с тревогой.

– Чуешь кого-то?

– Да…

Они медленно вернулись в разгромленную комнату. Глаза Никиты пожелтели, зрачки сузились. Похоже, он сам не осознавал, что меняется. А может, это полнолуние на него так влияло. Никита мягко оттеснил девушку к выходу и заслонил собой. Так, на всякий случай.

Ксения вдруг услышала негромкое настороженное урчание. И тут же с удивлением поняла, что это урчит Никита.

– Ну и где ты?! – вдруг рявкнул в темноту парень. – Покажись! Я знаю, что ты здесь!

В дальнем углу комнаты, где было темнее всего, вдруг что-то шевельнулось. Девушка вскрикнула от неожиданности и вцепилась в плечо Никиты. Тени на растрескавшейся стене сгустились, неясная черная дымка расползалась по панелям, словно масляное пятно на поверхности воды. Мгновение спустя мрак будто раздвинулся, и на подростков уставилась пара блестящих глаз. Затем из сумрака показались бледное лицо, шея, повязанная щегольским шелковым галстуком, и вот уже пришелец выступил из своего укрытия – материализовался прямо из тени на стене – и хищно улыбнулся, сверкнув ослепительно-белыми зубами.

– Тень! – тихо прорычал Никита.

– Старый знакомый, – скривился в усмешке Тень. – Признаться, не тебя я здесь ждал…

– А кого же?

– Не твое дело!

– Так это и есть Тень? – ужаснулась Ксения, которая впервые видела его так близко.

Метаморф отвесил ей шутливый поклон.

– Похоже, что я не зря ждал, – усмехнулся он. – Мои работодатели будут довольны! Я называю это равноценной заменой!

– Он перемещается из тени в тень, – процедил Никита сквозь зубы. – Поэтому и смог проникнуть сквозь запертую дверь, не оставив следов на снегу.

– Польщен! – сказал Тень. – Но какого черта ты здесь делаешь, оборотень? Так далеко от своей стаи, без поддержки Иоланды и ее прихвостней.

– Вы убили Винника! – прорычал Никита.

– Глупый Винник сам избрал свою судьбу, когда попытался скрыться от корпорации.

Никита сжал кулаки так, что суставы захрустели. Внутри его все клокотало от ярости. Его тело менялось, мышцы раздувались, туго натягивая одежду.

– Равно как и ты, – невозмутимо продолжил Тень, – когда сбежал из лаборатории «Экстрополиса».

Никита угрожающе шагнул в его сторону. Очертания Тени на миг расплылись, дрогнули. Когда силуэт метаморфа вновь обрел четкость, в его руке уже был небольшой пластиковый пистолет с прозрачной оболочкой. Никите и Ксении приходилось видеть подобное оружие раньше – в сгоревшем ангаре, принадлежавшем «Экстрополису». Пистолет был заряжен стеклянной капсулой, заполненной светящейся ядовито-зеленой жидкостью.

– «Спящая красавица», – констатировал Никита.

– Верно! – улыбнулся Тень. – Как я уже говорил, мы ждали здесь другого метаморфа. Но мои хозяева будут рады вам обоим. Два в одном, так сказать.

Он снял пистолет с предохранителя и прицелился в парня. Ксения за его спиной испуганно охнула. Она не понаслышке знала, на что способна «Спящая красавица». Эта гадость, созданная в лабораториях «Экстрополиса», сводила метаморфов с ума и превращала их в послушных рабов. А некоторые разновидности препарата на время лишали метаморфов способностей.

В тот же миг уличный фонарь за окном взорвался с громким хлопком. Тонкая голубая молния, мерно гудя, оторвалась от фонаря, прошила оконное стекло и вонзилась в спину Тени. Метаморфа швырнуло вперед, пистолет вылетел из его руки. За окном потревоженные вороны тучей взметнулись в ночное небо и с хриплым карканьем заметались вокруг дома.

Ксения рванулась вперед и, наступив на пистолет, раздавила его каблуком. Светящаяся жидкость растеклась по полу.

– Маленькая мерзавка! – прошипел Тень. – От вас троих одни неприятности!

Ксения замерла. Он сказал «от вас троих»! Он знал, что Ксения – второй клон Инги Штерн! Это не укрылось и от Никиты. Он метнулся к метаморфу, но тот уже был на ногах.

Тень отпрыгнул к стене и погрузился во мрак, словно нож в масло. Не прошло и секунды, как он возник из противоположной стены совсем рядом с девушкой. Его правая рука скользнула под отворот стильного черного сюртука и вытянула острый как бритва меч. Тень бросился на Ксению. Клинок со свистом рассек воздух, девушка отшатнулась.

Никита взмыл в воздух и обеими ногами ударил в грудь метаморфу. Тот отлетел в сторону и с ужасным грохотом врезался в застекленный книжный шкаф. Брызнули во все стороны осколки. Тень стек по стене и растворился во тьме на полу, но в следующее мгновение уже вынырнул из стены позади Никиты. Меч просвистел в воздухе. Парень резко отдернулся, а прядь его аккуратно срезанных черных волос плавно опустилась на пол.

Тень злобно рассмеялся. Его скрюченные пальцы метнулись к Никите и впились парню в горло. Юный оборотень захрипел. Он вцепился когтями в запястье злодея и вдруг увидел свои пальцы – они опять покрылись густым черным мехом. Тень не обратил на это внимания, но сам Никита пришел в ужас.

Тень усилил хватку, одновременно занеся руку с мечом для удара. Никита коленом врезал ему в подбородок. Метаморф отшатнулся с перекошенной физиономией. Никита крутанулся вокруг своей оси и ногой же вышиб клинок из руки Тени. Меч с громким треском вошел глубоко в стену.

Метаморф прыгнул в тень на полу и погрузился в нее с головой. Вынырнул он позади Ксении и тут же схватил ее за горло, надавив на шею внутренним сгибом локтя. Ксения издала сдавленный писк.

– Нет! – крикнул Никита, кидаясь вперед. – Отпусти ее!

В этот момент Ксения развернулась вместе с Тенью и, сильно оттолкнувшись от пола, завалилась назад вместе с державшим ее злодеем. Они с треском рухнули на журнальный столик, разнеся его вдребезги. Но среди обломков девушка уже растянулась одна. А Тень материализовался из темного алькова позади Никиты и пнул парня под коленки. Ноги Легостаева подкосились, и он полетел на пол. Тень тут же ударил его ногой в скулу, затем молнией метнулся к стене и выдернул из нее свой меч.

Занеся клинок над головой, он с воплем ринулся на поверженного противника.

И тут Ксения включила фонарь Алены.

Он вспыхнул во тьме ослепительным белым светом, в мгновение ока осветив всю комнату. Яркий луч, словно таран, ударил в метаморфа.

Тень с истошным воплем закрыл лицо полой сюртука и заметался по комнате, натыкаясь на предметы и сметая все на своем пути. Его фигура вновь стала размытой, тело приобрело неясные очертания.

Тут с улицы послышался громкий гул. Он все нарастал и нарастал, пока не превратился в настоящий грохот. А затем все окна в доме с треском разлетелись, и в дом ворвались вороны.

Секунду спустя ими была забита вся комната. Оглушительное карканье било по ушам, дом содрогался – птицы с размаху ударялись о стены. Ксения закричала от страха, и Никита бросился к ней, чтобы закрыть от черных тварей.

Острые когти впивались в кожу подростков. Вороны хватали их за волосы, норовили выклевать глаза. Никита яростно отбивался, одновременно пытаясь защитить Ксению. Но птиц были сотни, тысячи, и все они как с ума сошли. Тогда Никита схватил девушку за руку и потащил за собой к выходу.

– Бежим! – крикнул он, стараясь перекричать вороний ор. – Как можно дальше отсюда!

Они вылетели на террасу и бросились через заледеневший двор. Воздух вокруг был черен от метавшихся над домом ворон. С трудом добравшись до калитки, Никита вытолкнул Ксению со двора. И вдруг что-то словно толкнуло его. Он обернулся.

На небольшом возвышении позади дома стояла высокая черная фигура в развевающихся одеждах. Человека было почти не видно из-за беснующихся птиц. Вороны кружились вокруг него ураганом, не причиняя никакого вреда. Вот он вскинул руки, и новая партия спятивших птиц ворвалась в дом сквозь выбитые окна, затем несколько сотен птиц вылетело из распахнутой двери и устремилось за Никитой и Ксенией. Кто бы это ни был, он управлял воронами и стремился помочь Тени.

Никите тут же вспомнился его недавний сон. Воронье и черная фигура в небе – почти как в ночном кошмаре! Но раздумывать было некогда. Никита сорвал с себя куртку, набросил ее на голову, затем привлек к себе девушку, закрывая и ее.

Они дружно припустили по темной улице, стараясь как можно скорее убраться подальше от этого безумия.

Едва они завернули за угол, птицы успокоились и вернулись на свои места во дворе бывшего дома профессора Винника.

Глава одиннадцатая

Хокинс

В квартиру деда Николая Никита и Ксения вернулись уже практически под утро. Никита осторожно, стараясь не бренчать ключами, отпер входную дверь, и они прокрались в темную прихожую. Ксения молча разулась и на цыпочках отправилась в свою комнату. Никита тоже стянул ботинки и пошел к себе.

Николай Павлович еще спал – по всей квартире разносился его мощный богатырский храп. А вот Панкрат уже проснулся. Он сидел за обеденным столом в просторной гостиной. Перед ним стоял раскрытый ноутбук с включенной видеокамерой.

– Нагулялись? – спокойно осведомился Панкрат, когда Никита попытался незаметно проскользнуть мимо гостиной.

Парень даже подпрыгнул от неожиданности.

– Мы тут действительно прошлись немного, – замявшись, признался он. – Не спалось…

Панкрат рассмеялся.

– Не бойся, никто об этом не узнает! Не спалось, значит? Слышала, Эмма? Сегодня в этом доме никто, кроме деда, не спит! Ладно, молодежи приспичило пройтись! А я вот не сплю из-за тебя! Догадалась тоже позвонить в пять утра!

– Сам просил, чтобы я звонила по любому поводу, – раздался ехидный голос напарницы Панкрата, слегка измененный динамиком ноутбука.

Никита настороженно посмотрел через плечо брата. Оказывается, тот общается по скайпу со своей напарницей. Привлекательное лицо Эммы Воробьевой занимало половину экрана.

– Привет, Никит, – поздоровалась девушка.

Никита помахал ей рукой. Ксения выглянула из своей комнаты уже в пижаме с чебурашками, поняла, что скрываться не обязательно, и прошла на кухню. Услышав, как она включила кофеварку, Никита вдруг понял, что тоже хочет кофе. Ему просто необходимо было взбодриться после такого дикого приключения.

Никита уже шагнул в сторону кухни, но тут фраза, произнесенная Эммой за много километров отсюда, заставила его замереть на полпути.

– Ночные клубы на набережной сильно пострадали, – сообщила Эмма. – А «Кошачий глаз» вообще полностью уничтожен. Он находился в эпицентре этого катаклизма. Сейчас на его месте просто воронка в земле…

У Никиты отвисла челюсть. Поглощенный разговором и к тому же сидевший к нему спиной Панкрат не замечал, что он еще не ушел. Но на всякий случай Никита все же отступил за дверь.

– Что же там произошло? – с интересом спросил Панкрат. – Криминальные разборки?

– Нет, тут что-то другое. – Эмма покачала головой. – Сильнейший ураган и землетрясение. И все в одном и том же конкретном месте. Соседние кварталы почти не пострадали, а Набережную – будто разбомбили.

– Но у нас ведь никогда не случалось ураганов, – удивленно заметил Панкрат. – А уж землетрясений и подавно. У нас город располагается в таком месте, где все эти катаклизмы совершенно исклю чены.

– В том-то и дело, – согласилась его напарница. – Поговаривают, что это как-то связано с проектом «Колебатель земли»…

– Но ведь он не был доведен до конца! – еще больше удивился Панкрат. – Я слышал о нем. Проект был свернут больше десяти лет назад. В этом ведь замешаны военные? И «Экстрополис»…

– В общем, послезавтра утром, в десять часов, наше руководство собирает экстренное совещание в конференц-зале на десятом этаже. Будут представители военного министерства. Шеф требует, чтобы ты тоже присутствовал. Ситуация чрезвычайно серьезная. Завтра утром… то есть уже сегодня… за тобой вышлют машину, так что начинай паковать чемодан.

– Уже утром? – ужаснулся Панкрат. – Но заседание ведь послезавтра!

– Ты нужен нам для расследования еще одного дела. Так что чем раньше приедешь, тем лучше.

И она отключила связь. Панкрат встал из-за стола и захлопнул крышку ноутбука.

Никита поспешно шмыгнул в кухню. Ксения уже успела сделать и разложить на тарелке бутерброды. Увидев лицо друга, она так и замерла с ножом в руке.

– Ты чего? – подозрительно прищурилась девушка. – Что на этот раз?

– «Кошачий глаз» уничтожен, представляешь? – тихо проговорил Никита.

Ксения с размаху села на стул.

– Как? – выдохнула она. – А члены стаи? Они пострадали? А Тесса? Нужно связаться с ними…

В этот момент в кухню заглянул Панкрат, и они сразу примолкли.

– Скоро за мной придет машина, – доверительно сообщил он. – Срочно вызывают на работу. Вы уж утром попрощайтесь с дедом от моего имени, ладно?

– Хорошо, – кивнул Никита. – Без проблем.

Панкрат ушел собираться, а Никита повернулся к Ксении:

– Придется нам тоже возвращаться. Наверное, прямо завтра вечером. Я беспокоюсь за Тессу… Я ведь так и не видел ее после того, как Инга убила Константина. Да и за сестру переживаю, особенно после истории с этими документами Винника…

– Есть причины для беспокойства, – согласилась Ксения, разливая кофе по чашкам. – Мне вот интересно, кого ждал Тень в доме Винника. Может, Татьяну?

– Меня тоже заинтересовали его слова, – устало признался Никита. – Но сейчас я не могу об этом думать. Голова плохо соображает. Мне бы отоспаться…

– Еще бы! – усмехнулась девушка. – Мы же почти всю ночь не спали! – Она выглянула в окно. – Светает. Скоро встанет солнце, а луна исчезнет, так что можешь спокойно идти спать. А завтра вечером садимся на последнюю электричку и возвращаемся домой.

Никита решил не пить кофе, ограничившись апельсиновым соком. Вернувшись в свою комнату, он разделся, в изнеможении повалился на кровать и, стоило коснуться головой подушки, тут же отключился. Он даже не слышал, как уехал Панкрат. Брат заглянул, чтобы попрощаться, но он уже спал без задних ног. Панкрат усмехнулся и вышел.

– Когда этот соня проснется, – сказал он Ксении, – попроси его устроить тебе экскурсию по Клыково. При свете дня городок гораздо красивее, чем ночью!

– Обязательно попрошу, – улыбнулась Ксения. – Как только сама отосплюсь.

Ранним утром Марина Легостаева отправилась в крупнейшую библиотеку Санкт-Эринбурга, где провела полдня, пытаясь разыскать хоть какую-нибудь подозрительную информацию, имеющую отношение к «Экстрополису». Но все ее усилия были напрасны. Ничего выдающегося обнаружить не удалось. Темами статей в местной прессе были те же случаи, что и в «Полуночном экспрессе». Вот только упоминались они как-то мельком, вскользь, никто особо не заострял внимания на странных инцидентах.

Из библиотеки она позвонила Панкрату, но на рабочем месте его не оказалось. Сотовый Легостаева тоже был недоступен.

– Прямо неуловимый мститель какой-то! – недовольно пробурчала Марина, убирая телефон в сумочку.

Затем она отправилась в редакцию.