Песнь златовласой сирены. Книга 2

— А что по этому поводу думает ваш подопечный? Давайте поинтересуемся у него, — коварно спросил он.

— Лоран, ему уйти? — спросил меня Харн. Чуть поколебавшись, я отрицательно покачала головой, чем безмерно его удивила. Тень не просчитался, когда предложил спросить меня. Если бы был выбор, то я бы предпочла встретиться с ним позднее, но раз уж он пришёл… лучше узнать сразу, что меня ждёт, чем мучиться неизвестностью.

На губах лорда расцвела понимающая улыбка. Ему не составило труда прочитать мои мысли.

— Я бы настаивал на приватном разговоре с вашим подопечным, — продолжил он гнуть свою линию.

— Это не обсуждается! — отрезал мой опекун.

— Тема, которую я желаю обсудить, конфиденциальна. Давайте поинтересуемся у вашего подопечного, согласен ли он поднимать её в вашем присутствии?

«Сволочь!» — задохнулась от возмущения я. Если это вопрос моего пола или всех его угроз, то, ясное дело, я не желала, чтобы всё это было озвучено при Харне.

— Лоран?! — вопросительно повернулся ко мне Харн. И пусть в моём взгляде на Тень была неприкрытая ярость, но я была вынуждена отрицательно покачать головой.

— Ты желаешь остаться с ним наедине?! — не поверил он, и я утвердительно кивнула. Мой ответ уязвил его, но он взял себя в руки.

— Лоран, не знаю, чем он тебя запугал и какие доводы привёл, но прошу, помни мои слова, — настойчиво произнёс он, а потом перевёл взгляд на Тень: — У вас пять минут и ни минутой больше! Вы и так довели его до изнеможения.

Резко развернувшись, он покинул комнату, а я осталась наедине с Серой Тенью. Бездна, что же я творю?!

— Что ж, если у нас мало времени, значит, перейдём сразу к делу, — не стал он тянуть и, взяв стул, поставил его у самой кровати, садясь. — Хочу поинтересоваться, осознаёте ли вы в полной мере последствия своих поступков? — и чтобы у меня не возникло сомнений, какие именно поступки он имеет в виду, перечислил: — Нападение на Главу Тайной Канцелярии с целью убийства, нападение на главного некроманта города, уважаемого профессора, и его унижение прилюдно? Вы хоть представляете, какое наказание вам грозит?

Звучало впечатляюще. Только… ха! Он хотел меня этим поразить?! В моём нынешнем эмоциональном состоянии я не прониклась.

— Как минимум, исключение из Академии, а максимум — смертная казнь.

«Плевать!» — был мой мысленный ответ.

— Как, даже не раскаиваетесь? — приподнял он бровь, но столкнувшись с моим каменным выражением лица, прекратил паясничать.

— Ладно, оставим. Ваш магический потенциал вызывает надежды и будем считать, что та польза, которую вы можете принести нашей стране, перевесит… ошибки молодости. Только знайте, что свой лимит ошибок вы исчерпали!

«Это он сказал, что мне ничего не будет?!» — изумилась я, проигнорировав предупреждение последних слов и поняв главное. Такого исхода я точно не ожидала, но это были ещё не все сюрпризы.

— Надеюсь, вы понимаете, что исходя из вышесказанного, любые притязания некоего мага на особу, которая представляет интерес для нашей страны, бессмысленны. Вы находитесь под покровительством королевской семьи.

У меня не было слов. Я смотрела на Тень — и не верила своим ушам. Неужели это он заявил, что разыскивающий меня маг не представляет для меня никакой угрозы?! Мне не верилось, что он отказался от шантажа. Почему? Ведь это на него совсем не похоже. Невольно мой взгляд задержался на его губах и, вспомнив поцелуй над пропастью, меня охватил ужас.

«А что, если он рассчитывает заставить меня расплатиться за это другим способом?» — обомлела я. При этой мысли всё внутри похолодело, я не сдержала дрожь отвращения. Меня не страшили никакие наказания, но одна мысль об этом привела меня в панику.

Наверное, что-то отразилось у меня на лице, и Тень каким-то непостижимым образом догадался, куда завели меня мысли, так как мужчина чуть досадливо поморщился и произнёс:

— Если во время использования стихии мага неожиданно отвлечь, сбивая концентрацию, он теряет власть над стихией. Надеюсь, вы не думаете, что мне доставляет удовольствие целовать тощих адептов? — насмешливо поинтересовался он. — Вы были в невменяемом состоянии, вознамерившись нас угробить, а размеры раскола земли достигли угрожающих размеров. Могли пострадать люди. Это оказалось единственным, что пришло мне в голову.

Я испытала колоссальное облегчение после его слов и даже нашла в себе силы возмутиться: «А кто меня довёл до этого состояния?! И нечего теперь вызывать у меня чувство вины!»

Мой красноречивый взгляд он понял верно, так как возразил:

— Мои методы не всегда приятны, зато действенны. Не вмешайся я, вы бы до сих пор бегали от умертвия на потеху зрителям. Кстати, о нём. Вы его непонятным образом упокоили, не используя при этом ни одного заклинания. Когда некромант пришёл в себя и вернулся за телом, он волосы рвал на себе от непонимания, как вы это сделали. Не подскажите?

Я?! Если бы я ещё сама понимала, что делала. В тот момент действовала по наитию, не задумываясь, как и не отдавая отчёта своим действиям. Как будто тело само знало, что надо делать для достижения цели.

— Нет? — не сильно расстроился моим молчанием Тень. — Ничего. У нас будет время выяснить это во время вашего обучения. После сегодняшней демонстрации ваших возможностей магистры горят желанием заняться вами и уже составляют учебный план. Ваша уникальность в том, что вы сметаете защиту и чужие заклинания, не произнеся ни одного своего, используя лишь сырую силу. На это мало кто способен. Мы уделим этой способности особое внимание.

Я не много поняла из сказанного, лишь то, что учиться мне придётся намного больше, чем остальным.

— Что ж, основное вы услышали. Набирайтесь сил, — Тень решил завершить разговор и встал.

Только сейчас я обратила внимание, что он успел переодеться и сменил камзол.

Попрощавшись, мужчина пошёл к двери, но неожиданно оглянулся:

— И да, Лоран… Меня ещё ни одна женщина так настойчиво не пыталась избавить от одежды. Если это повторится и в третий раз, я буду считать это приглашением, и тогда будьте готовы к последствиям, — чуть помедлив и насладившись моим выражением лица, он добавил: — И ещё… Будем считать, что вы неудачно взмахнули рукой перед тем, как потерять сознание. Я согласен списать это на ваше эмоциональное состояние. Но повторять не советую.

Последние слова были сказаны веско и с угрозой. Передо мной стоял Глава Департамента и ясно давал осознать, на кого, собственно, я замахнулась.

Он покинул комнату, оставив меня в растрёпанных чувствах. Его угроза, его намёки на то, что я его раздеваю, вывели меня из себя.

«Да он… Как только подумать мог?!. Что за отвратительные намёки?! Да я… Не жалею, что ему врезала!» — уже более связно подумала я.

Мне бы спокойно обдумать результаты встречи, но вскоре вернулся Харн в сопровождении двух брейдов с подносами. Они быстро накрыли на стол, а мне ужин подали в постель. Брейд помог мне сесть и подложил подушки под спину для удобства. Сделав всё, они поклонились и вышли. Несмотря на то, что запахи витали ароматные и я почувствовала голод, но кусок не лез в горло от вида заледеневшего лица моего опекуна. Харн казался холодным и отстранённым. Только несмотря на то, что был явно уязвлён и обижен, он не бросил меня заботам слуг.

— Тебя покормить? — спросил Харн, чем ужасно меня смутил.

Я отрицательно покачала головой и прежде, чем он отошёл, схватила его за руку, привлекая внимание. А потом сделала жест, как будто пишу, прося бумагу. Ничего не сказав, Харн вышел и принёс необходимое.

Взяв бумагу, я на миг задумалась, а потом написала: «Прости. Это не от недоверия к тебе. Тогда на полигоне… Тень наговорил много гадостей и делал отвратительные намёки. Наверное, это было для того, чтобы вывести меня из себя, чего он и добился… но мне было бы очень неприятно, если бы ты услышал, о чём шла речь».

— Он, случайно, не намекал на возможные отношения между нами? — обманчиво-спокойным тоном спросил он и на скулах заходили желваки.

Я густо покраснела, не зная, куда девать глаза.

— Ясно… — без слов понял меня он. — Лоран, надеюсь, ты не принял близко к сердцу эту чушь? Хотя, судя по тому, что случилось на полигоне…

Что ж, пусть лучше он считает, что я вышла из себя из-за этого. Придвинув к себе листок, написала: «Теперь я понимаю, что он меня провоцировал. Давай оставим эту тему. Не стоит об этом».

Прочитав, Харн уже более спокойно спросил:

— Зачем он сейчас приходил?

«Сказал, что, несмотря на то, что я чуть не убил Главу Департамента, мои способности представляют интерес для страны, и я могу продолжить обучение».

— Ещё бы! — хмыкнул мой опекун. — То, что ты сделал…

Харн не закончил и посмотрел на меня многозначительным взглядом. Я даже немного смутилась.

— Ешь давай, пока не остыло, — с улыбкой посоветовал он и неожиданно потрепал меня по волосам. Могла поклясться, что в этот момент он мной гордился.

После нашего разговора мне как будто дышать легче стало. Ужин прошёл непринуждённо. Не то, чтобы мы болтали, но ушло напряжение, даже молчание между нами было уютным. После еды меня неудержимо стало клонить в сон. Харн предложил перебраться на ночь в мою комнату, но я отказалась. Из-за слабости идти сама ещё не могла и не хватало, чтобы его увидели, несущего меня на руках через всю Академию. И так рыжий ехидничает по этому поводу. Ничего страшного, если переночую в лазарете. К тому же, целительница пообещала, что завтра мне станет лучше. У меня хватило ещё сил выставить Харна, чтобы он шёл к себе отдыхать. Умирать я не планировала, и нечего дежурить у моей постели! Кажется, не успела за ним закрыться дверь, как я уже спала.

Глава 10

Утром проснулась я рано. Ещё даже солнце не встало. Наверное, из-за того, что половину предыдущего дня проспала. Меня позвали естественные надобности, и я встала с постели. Идти пришлось по стеночке, так как всё тело ломило, ноги дрожали от слабости. Сделав дела, я умылась и ещё некоторое время просто сидела, готовясь к обратному пути.

— Вы зачем сами встали?! — всплеснула руками целительница, как только я появилась в дверях. Она тут же поспешила ко мне и помогла дойти до кровати. То ли она просто заглядывала проверить как я, то ли пришла на шум. — Раз вы проснулись, я вам сейчас настойку укрепляющую принесу.

Вскоре она вернулась и проследила, чтобы я всё выпила до дна. Спросила, надо ли мне что-нибудь, потом оставила отдыхать. Спать больше не хотелось, зато появилось время проанализировать вчерашний день.

Тень очень грамотно меня спровоцировал. Он угрожал мне то одним, то другим, доводя до нужного состояния. Меня волновало, откуда он узнал о Корнелиусе? И ещё… ведь имени он его не называл. Чем больше я думала, тем вероятнее мне казалось, что он бросил угрозу наобум, отслеживая мою реакцию. У Тени не было никакой информации о моей прошлой жизни, иначе он хоть как-то бы её озвучил. Сейчас расследуется дело о нападении умертвий. Скорее всего, среди донесений было упоминание о маге, который разыскивал девушку. Он знает о моём поле, вот и сделал предположение, а моя реакция всё подтвердила. Это объясняло, почему он отказался от прекрасного повода для шантажа. Слишком мало информации, чтобы не попасть впросак, но теперь он будет копать в этом направлении и, вероятнее всего, всё узнает.

На какой-то миг меня это испугало, но потом я поняла, что ничем помешать этому не смогу, а значит, пусть всё идёт своим чередом. По крайней мере, теперь он убедился, что это я справилась с умертвиями, а демонстрация моих сил вызвала его интерес. Недаром теперь мне предлагалось спокойно учиться. Даже мой поступок с некромантом простили.

Сразу скажу — и на свежую голову я ни о чём не жалела. Понимала, что в лице некроманта нажила себе врага, но его порка принесла мне моральное удовлетворение. Нельзя так с телами умерших обращаться. Не по-человечески это, но что взять с тёмного!

«Надо же, я подняла руку на уважаемого человека, и ни капли об этом не сожалею», — горько усмехнулась я. Этот факт наглядно показывал, насколько сильно я изменилась, так как для меня прежней такой поступок был бы немыслим. Сейчас даже под страхом смерти прикажи мне извиниться перед ним, я бы этого не сделала.

Похоже, я начинала ненавидеть некромантов. Один молодой и высокомерный поднял всё кладбище, уничтожив этим одну деревню и вызвав нападение на нашу. Другой, несмотря на свой возраст и положение, обращается с умертвием хуже скотины. И ведь хлестать, натравливая его на меня, не было никакой нужды, он просто не захотел тратить на это свою силу и предпочёл такой метод.

Мысли незаметно перескочили на Тень и его последние слова. Что это было? Мелкая месть мне? Не отказал себе в удовольствии поиздеваться надо мной? Хочет иметь законный повод унизить? Ведь как оказалось, ему ничего не стоит вывести меня из себя и спровоцировать.

«Не дождётся! — мстительно подумала я. — Что бы ни случилось, не дам ему такого повода».

А потом я задумалась о другом. Меня царапнул намёк на наши личные отношения с Харном и упоминание о том, что я посещала его ночью. Тень не знал, что я приходила извиняться! Получается, что за принцем в его покоях не следят. Оставалась лишь моя комната.

«Брейды?!» — от этой мысли в груди неприятно заныло. Но кто, как не они, знают, когда я прихожу или ухожу. Как бы ещё Тень узнал, что я покидала комнату ночью? И мой визит в покои Харна после того, как я легла спать, действительно выглядел двусмысленно. Мне не хотелось об этом думать, подозревать их, но… Гасс никогда не заходил в ванную комнату, когда я купалась. Он всегда оставлял меня, когда мне надо было переодеться. Даже утром будил, и тут же уходил, давая мне возможность одеться. Получается, он знал, что я не мужчина.

За мной следят? И ведь Гасс ни словом не обмолвился о том, что мою комнату обыскивали, а ведь не знать об этом не мог. Стало неприятно. Очень. Особенно горько от понимания, что, похоже, дружеские отношения у меня складываются лишь с соглядатаями, состоящими на службе у Тени.

Вот тебе и больная матушка. А больна ли она? Или Тень заменил её своими людьми, чтобы я днём и ночью была под присмотром? Такие мысли жалили и приносили разочарование. Неужели никому нельзя доверять и у всех есть скрытые мотивы? Но нет, есть же ещё Синта с подругами, та же Мисса. С ними я сама познакомилась. Даже при всей моей подозрительности было бы безумие считать, что наше знакомство спланировано.

«Мне необходимо выучиться и научиться владеть своими способностями», — сказала себе.

Сейчас это самое главное. Тогда я смогу защитить себя и строить своё будущее. Пока же можно рассчитывать лишь на кинжал и Гаю. За всё время испытания мне не пришло в голову воспользоваться чем-то одним из них, да и змейка вела себя тихо.

Я приподняла рукав рубашки, где располагалась татуировка, и погладила её. Странно, но она не трансформировалась в браслет.

«Гая!» — мысленно позвала её, но всё осталось по-прежнему.

«ГАЯ! — не на шутку встревожилась я, сердце забилось от страха. — Девочка, давай! Ты же мне нужна. С тобой я не одна».

В панике я мысленно взывала к ней, испугавшись, что моя пробудившаяся магия могла как-то повредить ей. Я гладила татуировку, умоляя её проявиться. Слёзы уже закипали на глазах, когда как бы нехотя, татуировка обрела объём и превратилась в браслет. Но всё это было сделано медленно, как будто змейка спала и сейчас ещё находится в полудрёме.

Что делать? К кому обратиться и у кого спросить совета? Я не понимала, что с ней происходит, в растерянности не могла сообразить, к кому обратиться за помощью. Кто знает о гаярдах? Пришло лишь одно имя — Тень. Резко сев на постели, отчего закружилась голова, я осмотрелась. Листы с нашей перепиской с Харном исчезли. Наверное, он унёс их. Как попросить позвать его? Я даже не знала, остался ли он на ночь на территории Академии. Встав с постели, пошатываясь, вышла из палаты. Целительницы видно не было. Куда идти?! Я даже позвать никого не могла. Ноги дрожали, и от испуга, слабости, отчаяния от своей беспомощности я по стене сползла на пол.

«ТЕНЬ!» — мысленно закричала я, представляя его. Он же менталист! Бездна, должен же он чувствовать, когда его зовут. В империи даже имя его лишний раз не упоминали вслух, боясь, что этим привлекут его внимание. Никогда не думала, что наступит такой момент, когда я, заливаясь слезами, буду взывать к нему, умоляя, чтобы пришёл.

— Лоран? Что с вами? — по коридору ко мне спешила встревоженная целительница. — Зачем вы встали?

Она помогла мне подняться, а я вцепилась в её руки, пытаясь хоть что-то объяснить. Она ничего не понимала и лишь настаивала, чтобы я вернулась в постель, куда меня и сопроводила. Я показывала ей, что мне надо написать, но она попросила меня успокоиться и сказала, что принесёт успокаивающий отвар.

Да что же это такое?! Я готова была завизжать от бессилия. Больше всего меня пугало, что браслет становился всё более нематериальным, норовя вернуться к татуировке.

«Гая!» — умоляла её, не зная, что сделать.

«ЛОРГУС!!!» — завопила я мысленно, вспомнив имя Тени, и села на постели, сжимая от напряжения кулаки. Если бы кричала в голос, то наверняка сорвала бы его.

— Как это понимать? — в комнате вспыхнул портал, из которого вышел менталист.

Размазывая слёзы, я протёрла глаза, чтобы убедиться, что мне это не снится. Но нет. Злой, недовольный. Одетый лишь в брюки и чёрный домашний халат, лорд Хэйдес не был плодом моего воображения.

«Помогите!» — бросилась к нему. Хватая его за лацканы халата, я чуть ли не повисла на нём, убеждаясь в его реальности, и умоляюще смотрела в глаза, повторяя лишь это слово.

Судорожный возглас целительницы известил о её возвращении.

— Что здесь происходит? — потребовал ответа Тень.

Та сама хотела тоже спросить, но испуганно ответила:

— Не понимаю. Увидела Лоран на пороге комнаты в таком состоянии.

— Что у вас? — кивнул он на стакан.

— Успокоительное.

— Давайте, — протянул он руку. Та отдала и переводила взгляд с него на меня, оценив его домашний вид.

— Выйдите! — приказал он.

— Но… — смешавшись под его властным взглядом, она не осмелилась возражать и покинула комнату.

В несколько шагов достигнув постели, он вместе со мной сел на неё и попытался напоить меня. Я же отрицательно трясла головой и не желала отпускать его халат, как будто если отпущу, он тут же исчезнет.

— Пейте! — чуть ли не зарычал он, раздражённый моей истерикой.

Какой пейте. Я не желала успокаиваться. Мне нужна была его помощь, а не настойка. Видя моё невменяемое состояние, он сменил тактику:

— Лоран, вы меня раздеваете? Вас опять поцеловать?

Эти слова как холодный душ помогли привести меня в чувство. Резко отпустив лацканы, я отшатнулась. Выхватив из его рук настойку, залпом выпила её, хотя мои зубы стучали о край стакана. И всё же мне было безразлично, как моё поведение выглядит со стороны. Отбросив на постель стакан, я протянула к нему руку с Гаей, где от браслета оставалась лишь дымка.

«Гая!» — воззвала к ней, и мрак сгустился, становясь чуть плотнее.

— Что вы хотите этим сказать?

«Она не отвечает!» — мысленно ответила ему, смотря в стальные глаза.

Он взял мою руку, рассматривая гаярду, которая находилась в промежуточном состоянии. Кольцо мрака опоясывало мне руку.