Макхит. Я от природы человек жалостливый, женушка; поэтому я не поступил с девчонкой так, как она того заслуживала; и ты поначалу заподозрила, что в ее словах есть доля правды.
Люси. В самом деле, милый, я была крайне озадачена.
Макхит. Если бы дело обстояло так, как она утверждает, ее отец никогда не довел бы меня до нынешнего положения. Нет, Люси, я скорей умру, чем изменю тебе.
Люси. Как я счастлива, если ты говоришь это от души! Ведь я так люблю тебя, что мне легче увидеть тебя на виселице, чем в объятиях соперницы.
Макхит. И ты сможешь смотреть, как меня будут вешать?
Люси. Ах, Макхит, я не доживу до этого дня!
Макхит. Как видишь, Люси, по счету любви ты у меня в долгу: теперь ты убедилась, что я скорей умру, чем буду принадлежать другой. Заставь же любить тебя еще больше, если только это возможно: пусть я буду обязан тебе жизнью. Если ты не поможешь мне, Пичем и твой отец немедленно отрежут мне все пути к спасению.
Люси. Я знаю, отец пил с арестантами. По-моему, он сейчас спит у себя в комнате. А ты возьмешь меня с собой, милый, если мне удастся раздобыть ключи?
Макхит. Если мы убежим вместе, нам нигде не спрятаться. Как только первая горячка поисков поутихнет, я пришлю за тобой. А до тех пор сердце мое останется твоим узником.
Люси. Идем же, дорогой супруг. Будь обязан мне жизнью и, хотя не любишь меня, будь мне признателен. И все-таки Полли не выходит у меня из головы.
Макхит. Увы! Одна минута может сделать нас несчастными на всю жизнь.
Люси (поет на мотив «Красотка, что живет на мельнице у Пэти»).
Тебе свободу дав, Скорблю я, как лисица, Чей лис бежит стремглав, Чтобы от гончих скрыться. Где он приют найдет, Где отдохнет, несчастный? Так пусть любовь ведет Его стезей опасной. Уходят.
Действие третье
Явление первое
Ньюгет.
Локит, Люси.
Локит. Это, конечно, ты, негодница, подстрекнула его к побегу и помогла ему?
Люси. Сэр, здесь были Пичем и дочь его Полли, а уж они-то, не сомневайтесь, знают порядки Ньюгета так же хорошо, как если бы тут родились и провели всю жизнь. Почему же все ваши подозрения падают только на меня?
Локит. Люси, Люси, я не потерплю уклончивых ответов.
Люси. В таком случае... Пусть на мне клеймо выжгут,[61] если я что-нибудь знаю о Макхите.
Локит. Не горячись, Люси, иначе я сочту, что виновна именно ты.
Люси. Сами не горячитесь, сэр. Я хочу, чтоб меня заклеймили, хочу! Что еще мне сказать, чтобы убедить вас?
Локит. Он хоть заплатил тебе как следует? Сколько он выложил? Не надувай отца, бесстыдница, и тогда я перестану сердиться на тебя. Может быть, ты вошла с ним в более выгодную сделку, чем я? Сколько он дал тебе, душенька?
Люси. Но вы же знаете, сэр: я люблю его и сама готова приплатить, лишь бы он оставался со мной.
Локит. Ах, Люси, как при твоем воспитании можно быть такой неосторожной? Девушку, которая стоит за стойкой кабака, всегда осаждают поклонники.
Люси. Дорогой сэр, не поминайте мое воспитание : ему-то я и обязана своим падением. (Поет на мотив «Коль сладко любовью нам тешить себя».)
Меня вы учили, поставив за стойку, В каких мне пределах вести себя бойко, И я позволяла себя целовать, Но так, чтобы большего не отдавать. Когда ж меня пламенно обнял мой милый, Я все, что имела, ему подарила. Если вы способны простить меня, сэр, я признаюсь во всем, потому что он, бесспорно, вел себя со мной как последний негодяй.
Локит. Значит, ты все-таки помогла ему бежать, негодница?
Люси. Когда женщина любит, она готова на все за один нежный взгляд, одно ласковое слово. Другой платы я не просила.
Локит. Ты навсегда останешься заурядной шлюхой, Люси. Если не хочешь, чтобы тебя считали дурой, никогда ничего не делай бескорыстно. Те, кто поступает иначе, обкрадывают самих себя.
Люси. Но любовь, сэр, это несчастье, которое может обрушиться на самую осмотрительную женщину, а в любви все мы — дуры. Несмотря на все уверения капитана, я сейчас совершенно убеждена, что Полли Пичем в самом деле жена ему. Неужели я, дура этакая, дала ему улизнуть лишь затем, чтобы он отправился к ней? Полли подольстится к нему и выманит у него денежки, а затем Пичем повесит его и обжулит нас с вами.
Локит. Значит, я разорюсь из-за того, что тебе, черт тебя возьми, понадобилось влюбиться? Хорошенькое оправдание!
Люси. Я готова прикончить эту наглую самодовольную потаскушку! Я подарила ему жизнь, а вся сладость ее досталась этой твари. Неблагодарный Макхит! (Поет на мотив «Баллады о Южных морях».)
Я разум теряю от боли, Мечась и стеня. Удел свой кляня. Счастливая тварь эта Полли! Кто в мире несчастней меня? Я плачу, я вся багровею, Чуть вспомню о милом злодее. Он брезгует мной, Своею женой — Ему потаскушка милее. Он брезгует мной, Своею женой — Ему потаскушка милее. Рехнусь я от мысли такой! Локит. Итак, я в довершение всех бед должен еще торчать здесь и слушать твое мяуканье, влюбленная кошка! Прочь с глаз моих, распутница! Постись и умерщвляй плоть, пока не перестанешь сходить с ума, а я время от времени буду задавать тебе трепку, чтобы привести в себя. Ступай!
Люси уходит.
Явление второе
Локит.Локит. Выходит, Пичем вознамерился перехитрить меня, но я с ним все-таки управлюсь. Этот пес болтлив в пьяном виде; я его как следует попотчую, вытяну у него правду и поверну дело в свою пользу. Львы, волки и коршуны не живут стадом, гуртом, стаей. Из всех хищных животных общителен только человек. Каждый из нас грабит соседа, но кормимся мы все вместе. Пичем — мой компаньон, мой друг. Он поступает согласно обычаям света и может сослаться на тысячи примеров в оправдание своей попытки надуть меня. Так не вправе ли я воспользоваться правами друга и отплатить ему той же монетой? (Поет на мотив «Деньги сэра Пэкингтона».)
И меж шулеров можно встретить друзей, Хотя их занятье — морочить людей. Дружить меж собой их нужда заставляет: Им дружба в игре плутовать пособляет. Но кто подведет Приятелей, тот В ловушку немедленно сам попадет. У нас, как у щук отощалых, обычай — Друзей мы глотаем, коль нету добычи. Ну, Пичем, теперь мы, как честные торговцы, посмотрим, кто из нас двоих проведет другого. Люси!
Входит Люси.
Есть сейчас в доме кто-нибудь из людей Пичема?
Люси. Филч, сэр. Они с Черной Молл распивают четверть пинты спиртного в соседней комнате.
Локит. Пошли его ко мне.
Люси уходит.
Явление третье
Локит, Филч.Локит. Что с тобой, мальчик? Ты тощ, как сельдь, из которой молоки выпотрошили.
Филч. Для такой работы нужно лошадиное здоровье. С тех пор как наш любимый племенной жеребец по несчастью вышел из строя, я понемножку подрабатывал тем, что брюхатил наших дам для отсрочки приговора. Но если я не найду более легкого способа заработать на жизнь, мне до следующей сессии, ей-богу, не дотянуть.
Локит. Ты прав: если этот великий человек отдаст концы, мы все понесем невосполнимую утрату. Самый доблестный и пылкий странствующий рыцарь не вызволил из беды и половины тех девиц, что выручил он. Кстати, малыш, не скажешь ли, где найти твоего хозяина?
Филч. На складе краденого в «Поддельном векселе», сэр.
Локит. Прекрасно. Ты свободен.
Филч уходит.
Отправлюсь-ка я туда — мне надо уладить с ним немало важных дел, а уж в ходе переговоров я сумею вытянуть из него правду. Словом, не пройдет и дня, как Макхит снова окажется у меня в лапах. (Уходит.)
Явление четвертое
Игорный дом.Макхит в дорогом темном плаще, Бен Пройдоха, Мэт КистеньМакхит. Сожалею, джентльмены, что большая дорога оказалась столь пустынной. Но когда мои друзья в затруднении, я всегда рад предоставить мое состояние к их услугам. (Дает им деньги.) Как видите, джентльмены, я — настоящий друг, а не царедворец, который все обещает и ничего не делает. (Поет на мотив «Лиллибуллеро».)
Мы все по придворным обычьям живем, И редкость — друг настоящий. Ведь дружба из выгоды только заем, Проценты нам приносящий. Коль с вами беда, Друзья вас всегда Бесплатным советом наставят Дерзнете ж просить Деньжонок ссудить — За ними к соседу направят. Но мы, джентльмены, еще не утратили честь настолько, чтобы жить по законам продажного света. И пока я могу служить вам, располагайте мною.
Бен. Мне прискорбно видеть такого великодушного человека в настолько затруднительном положении, что он вынужден вращаться в дурном обществе и водить компанию с игроками.
Мэт. Как несправедливо устроен мир! Что можно одному, то возбраняется другому. Из всех мошенников, из всех угодников на все руки самый отвратительный — это игрок. И тем не менее его принимают в наилучшем обществе, поскольку и там многие занимаются тем же самым. Удивляюсь, почему же тогда не уважают людей нашего ремесла!
Макхит. В Мэрибоне сегодня большая игра; следовательно, на улицах можно будет кое-чем поживиться. Встретимся там, и я подам вам знак, кого пощупать.
Мэт. Там есть один парень в коричневом плаще с узким золотым кантом. Говорят, у него всегда водятся деньги.
Макхит. Что это тебе взбрело, Мэт? И не думай с ним связываться: он хороший, честный парень и один из наших.
Бен. Разумеется, сэр, мы будем руководствоваться вашими указаниями.
Макхит. Присмотрите за ростовщиками:[62] столбик-другой золотых монет[63] — недурной ...трофей. Терпеть не могу вымогателей!
Мэт. Славная штука эти столбики! А вот банкноты я ненавижу — очень трудно сбывать.
Макхит. Там есть одна важная птица, Бен. В свое время этот человек подковал меня на крупную сумму наличными. Следовательно, он мой должник. Сегодня вечером я укажу тебе его, а ты взыщешь с него долг. Но компания уже в сборе — я слышу за стеной стук костей. Итак, джентльмены, ваш покорный слуга! Встретимся в Мэрибоне. (Уходит.)
Явление пятое
Склад Пичема. На столе вино, бренди, трубки и табак.Пичем, Локит.Локит. Расчет за коронацию[64], брат Пичем, получается такой запутанный, что в нем черт ногу сломит.
Пичем. Действительно, в нем множество самых разнообразных статей. По ним мы около десяти раз выплачивали нашим людям различные суммы. Все это и отражено здесь, на раскрытой перед вами странице.
Локит (читает). «Шлейф от дорогого парчового платья...» Вы уже, кажется, его сбыли?
Пичем. Да, миссис Диане Хапп, сводне. Она не преминет небезвыгодно превратить его в башмачки и туфельки, с помощью которых склоняет девиц идти на содержание.
Локит. Однако я не вижу здесь упоминания о драгоценностях.
Пичем. Они настолько всюду известны, что их приходится тайком сплавлять за границу.[65] Поэтому они проходят по статье «Вывоз». Что же до табакерок, часов, шпаг и прочего, то я счел более удобным разнести эти предметы по их названиям.
Локит. «Двадцать семь женских карманов, срезанных со всем содержимым», — все запечатаны, перенумерованы и внесены в реестр.
Пичем. Сейчас, брат, нам просто невозможно входить в подробности — на это уйдет целый день. Кроме того, полугодовой отчет по столовому серебру внесен в отдельную книгу, которая находится в другой нашей конторе.
Локит. В таком случае несите еще вина. Посвятим сегодняшний день радостям, а завтра снова за труд. Ах, брат, наши с вами дочки — ненадежная дрянь. Не спускайте с Полли глаз, и через день-другой Макхит снова будет у нас в руках. (Поет на мотив «В северном краю далеком».)
Мы, мужчины, — простофили, И мудрейшего из нас Женщины легко ловили На крючок десятки раз. Слыша, как голубка тужит, В сеть попавший голубок Так к ней рвется, что все туже Стягивается силок. Пичем. Но что толку сажать голубка в клетку, если ваша дочь Люси все равно опять отопрет дверцу?
Локит. Будь мужчины в ответе за глупости и слабости своих жен и дочерей, никаким друзьям не прожить бы в согласии и двух дней. С вашей стороны неучтиво попрекать меня, брат: какие могут быть счеты между друзьями!
Входит слуга.
Слуга. Сэр, миссис Диана Хапп желает побеседовать с вами.
Пичем. Примем ее, брат Локит?
Локит. Всенепременно. Выпивоха она отменная, ум у ней острый; а женщина, которая так бойко пьет и говорит, — всегда желанная собеседница.
Пичем. Проси.
Слуга уходит.
Явление шестое
Пичем, Локит, миссис Хапп.Пичем. Дорогая миссис Ди, ваш покорный слуга. Ваш поцелуй явственно свидетельствует, что джин вы употребляете превосходный.
Миссис Хапп. Я очень привередлива по части напитков.
Локит. Чье дыхание более благоуханно, чем аромат этих уст, с которыми я так давно знаком, не правда ли, миссис Ди?
