Избавление

Чародей бросил в ее сторону быстрый взгляд, на долю секунды задержавшись на золотых волосах, но, к еще большему удивлению виара, не отвернулся, не фыркнул и не проигнорировал тревогу девушки. Даже напротив, нашел в себе откуда-то силы мягко улыбнуться и тихо добавить:

- Столько же. Поверь, это не больно. И совсем не страшно. Вам ничего не грозит. Вы просто забудете несколько последних дней и никогда о них не вспомните.

- И Вэйра я тоже забуду? - совсем сжалась девушка.

- Вэйра? - задумчиво переспросил маг, окинув замершего юношу внимательным взором. - А ты хотела бы его помнить?

Мира прикусила губу.

- Да. Их обоих. Даже если мне придется из-за этого помнить о пиратах.

- Хорошо, - неожиданно кивнул чародей, не обратив внимания на отвисшую челюсть седовласого. - Я думаю, что смогу это сделать.

- Тогда я согласна, - прошептала она. - Делайте, что нужно. Я не буду противиться.

Даст ошеломленно обернулся.

- Мира!

- Я хочу тебя узнать, если когда-нибудь снова увижу, - прошелестела она, едва удерживая слезы. - Я хочу верить, что ты есть, если по каким-то причинам этого не случится. Я должна помнить, что это вы спасли мне жизнь. И я хочу знать, что где-то там... где светит жаркое солнце и рассыпаются горячие пески... есть человек, которого я не хотела бы... потерять навечно... Даст...

Южанин с тихим вздохом прижал ее к себе, зарывшись лицом в пышные золотистые волосы, закрыл глаза, позабыв в этот миг обо всем на свете, кроме того, что этот крохотный лучик света, невесть как мелькнувший в его суровой жизни, каким-то чудом не пожелал исчезать, не пропал, не рассеялся, а все так же ясно светит из ее печальных глаз, за которые он бы отдал все, что имел.

- Я не хочу тебя забывать! - прерывисто вздохнула она, вцепившись в его руки. - Ничего не хочу забывать! Я хочу, чтобы ты остался хотя бы в моей памяти, если уж так суждено! Ты слышишь?!

- Никуда я тебя не отпущу, - южанин, крепко зажмурившись, с невероятной осторожностью прикоснулся губами к ее макушке. - Никому не отдам. И пойду за тобой даже в Аргаир... снова... если ты этого хочешь.

- Не бросай меня...

- Не брошу, - странно улыбнулся Даст. - Никогда не брошу. Даже без памяти.

Она успокоенно замерла, прижавшись лицом к его груди, и быстро затихла, ощущая, как от его рук идет приятное тепло. Чувствуя его всем существом. Впитывая это тепло всем телом. И откуда-то зная, что как только это тепло уйдет, ей станет незачем жить.

- Я люблю тебя, - совсем неслышно прошептала она, пряча мокрые от слез щеки. - Даст... я тебя люблю...

- И я, - беззвучно вздохнул Даст, обнимая ее еще крепче и с невыразимым облегчением зарываясь в ее дивные волосы. - Маленький ты мой цыпленок... самый чудесный на свете.

Вэйр со слабой улыбкой кивнул, когда на мгновение пересекся с ним взглядом, и с не меньшим облегчением подумал, что уж теперь-то Мире точно ничего не грозит: Даст не отпустит ее никуда. Никогда. И ни с кем. Сам костьми ляжет, но ее в обиду не даст. Даже магам. Даже ему самому. Просто потому, что эта слабая девчушка стала вдруг для нахибца дороже всего остального мира. А ей внезапно полюбился смуглокожий, резковатый и временами грубый южанин, с которым, казалось бы, у такого нежного цветка гор не было ничего общего.

Он еще улыбался, когда они одновременно пошатнулись и стали плавно оседать на землю. Непонимающе моргнул, когда невидимая сила бережно подхватила обнявшихся влюбленных и не позволила упасть, а затем увидел, как беловатое туманное облако окутало их головы, и возмущенно вскинулся... но маг только хмыкнул и пояснил:

- Так будет лучше. Не волнуйся: когда они проснутся, будут помнить только то, что после кораблекрушения долго шли через густой лес и спокойно добрались до людей. Никаких ужасов, никакой погони, никаких оборотней и никакого Сольвиара. Пусть считают, что вернулись в Аргаир, а ты отправился в Ковен - проситься в ученичество. Я пришлю за ними людей - переправят, куда нужно. А ты... как я уже сказал: у тебя один час. Решай.

- Они не забудут меня? - беспокойно посмотрел юноша.

- Нет.

- А вас?

- Меня им помнить незачем.

- Вы переправите их в Аргаир?

- Я не люблю повторяться, - заметно похолодел голос мага. - Твои друзья в безопасности. Свул проследит, чтобы все было сделано, как надо. Еще вопросы?

Вэйр прикусил губу.

- Я должен вернуться домой. Я обещал матери.

- Вернешься. Но не сейчас, а когда научишься себя контролировать. Это займет несколько месяцев... или же чуть больше. Но по истечении этого времени у тебя будет возможность их навестить.

- Я могу опоздать, - парень вдруг упрямо сжал челюсти. - Они могут быть в опасности: туман с каждым годом возвращается все чаще, а Ковен так ничего и не узнал. Я не успел добраться до городского мага!

Маг неуловимо нахмурился.

- О чем не узнал?

- О том, что происходит возле Охранных лесов. У подножия Снежных гор, где регулярно пропадают люди! Из-за вашего тумана, между прочим! Кто-то из магов насылает его на деревни и убивает людей!

- Вот как? - на строгом лице чародея появилось странное выражение. - Возможно, если ты расскажешь все мне, Ковен узнает об этом сегодня же. И, возможно... нам даже придется навестить твоих родителей вдвоем... в самое ближайшее время. Разумеется, если дело того стоит. Устроит тебя такое условие?

Вэйр вздрогнул всем телом и вскинул на незнакомца неверящий взгляд.

Глава 2

Тупой Гы любил гулять вдоль берега после грозы. Он знал, что река, дающая ему пищу, в это время становится бурной и непокорной, нередко выходит из берегов и заполняет собой обширные луга, что стоят нетронутым пастбищем чуть ниже по течению. А еще он знал, что бегущие с гор ручьи во время грозы тоже разливаются звенящим половодьем и частенько выносят ему под ноги много интересных и забавных штуковин, которые он смог бы подобрать и с гордостью показать строгому батюшке.

Порой это были причудливой формы коряги, которые Гы с легкостью доносил до старенькой хижины. Иногда - необычно длинные шишки. Изредка - тухлые рыбины с необычным красным мясом, а пару раз ему удавалось отыскать даже странные твердые палки, заостренные с одного конца, при виде которых отец неизменно мрачнел, темнел лицом и поспешно зарывал находки глупого отпрыска в землю, пока никто не увидел.

Сегодня у Гы было хорошее настроение. Впрочем, оно всегда у него было хорошим: дуракам неведомы печали и тревоги. А он в свои восемнадцать лет был сущим болваном, способным лишь на то, чтобы исполнять самые простые и заученные с детства команды: подай, принеси, нельзя, стой или хватит. Рослый и здоровенный, как матерый медведь, он не знал, что вокруг существует другой мир, кроме его леса. Мир, в котором есть злые люди, стрелы и арбалеты, мечи и копья, и в котором один человек может ни за что убить другого. Он и слова-то такого-то не знал: "убить". Просто жил, как жилось, и был счастлив тем, что имеет, никогда не задумываясь о том, что можно жить совсем по-другому.

Вот и сейчас беззаботно улыбался, тихо похрюкивал себе под нос и старательно изучал глазами берег, очень надеясь, что и на этот раз ему повезет.

Маленькую змейку он заметил сразу - серебристый полоз слишком ярко выделялся из травы блеском чешуи, чтобы внимательный взгляд упустил его из виду. Правда, полз он как-то вяло и неуверенно, словно в первый раз. Да и был, надо сказать, совсем небольшим - всего лишь с руку длиной, а по толщине не превышал размеров сложенных вместе большого и указательных пальцев.

Тупой Гы, заметив добычу, радостно осклабился и быстро потопал в ту сторону, но полоз неожиданно приподнял плоскую головку и пристально уставился на приближающегося детину с простым, добродушным, но ужасно глупым лицом. На какое-то время застыл, покачиваясь, словно травинка не ветру, а потом тихо зашипел и, стремительно развернувшись, пополз прочь, заставляя радостно загукавшего парня последовать за собой.

Гы громко засопел, увлеченно преследуя красивую змейку, и даже руки вперед вытянул, чтобы как можно скорее схватить необычное существо. Он не думал о том, что змея может быть ядовита. Не подозревал, что может попасть в беду. Не знал, куда бежит, сломя голову. И ни на мгновение не остановился, чтобы об этом поразмыслить: ему было жутко интересно поймать новую игрушку, и он вознамерился сделать это во что бы то ни стало. А потому, позабыв по реку и строгий наказ батюшки никуда от нее не отдаляться, диким туром вломился в заросли бузины, оглашая воздух восторженным:

- Гы-ы-ы...

Правда, змея не уползла далеко - едва реку заслонили густые кусты, юркнула куда-то в сторону, нырнула в небольшой овраг, по низу которого струился крохотный ручеек, проворно проскользнула под травинками и забралась на какой-то камень, наполовину скрытый обломанными ветками, опавшими листьями и целой охапкой светлого сена.

Тупой Гы сперва не понял, на что именно наткнулся, и потянулся к замершей змейке огромной пятерней, но случайно пихнул камень коленом и сильно удивился - странный булыжник был мягким и почему-то ответил на толчок едва слышным стоном. Так, будто был живым.

Детина настороженно застыл, внимательно изучая продолговатый предмет, на котором тревожно извивалась змея. Для верности потыкал еще и пальцем, снова убедившись, что камень был каким-то неправильным. Наконец, рискнул сдвинуть "сено" в сторону и с изумленным "гы-ы" отпрянул, разглядев выглянувшее оттуда человеческое лицо с невероятно бледной кожей, бескровными губами и полуприкрытыми веками, из-под которых тускло светились голубовато-сиреневым светом радужки.

В тот же миг змейка грозно зашипела, сверкнув лиловыми зрачками, юркнула под спутанные светлые волосы и, обвившись вокруг шеи хозяйки, замерла, буквально окаменев и схватив зубами собственный хвост, чтобы не упасть. Если бы Тупой Гы был поумнее, он бы сообразил, что она не совсем себя укусила, а вцепилась в странно поблескивающее на солнце колечко, которое прижала зубами и вокруг которого же обвилась кончиком гибкого хвоста, превратившись из живого полоза в самое настоящее ожерелье. Однако он не заметил: так и продолжал изучать распластавшее на земле тело со смесью недоверия, удивления и неожиданно вспыхнувшей радости - такой необычной находки у него еще не было.

Гы сперва хотел взять одну змейку, потому что она была очень красивой, но быстро понял, что не сумеет оторвать ее от второй находки, не лишившись сразу всех пальцев - полоз, едва он протянул руку, немедленно ожил и зашипел так грозно, что даже дурачку стало понятно: добром не дастся. Так что он решил, что поступит по-другому и все равно принесет змейку в свою хижину. Уж больно она ему понравилась. После чего решительно схватил непонятный мягкий "камень" с человеческим лицом, взвалил на плечо и быстро потопал домой - сообщить о своей находке отцу, чтобы снова получить от него щедрую похвалу, на которую тот никогда не скупился для слабоумного сына.

Айра пришла в себя только к вечеру - оттого, что кто-то настойчиво тыкал ей в губы плошкой с холодной водой, явно пытаясь напоить. Но, поскольку был при этом не слишком аккуратен, то вылил на нее чуть ли не половину содержимого, тем самым вырвав из забытья, заставив открыть глаза и инстинктивно отодвинуться, чтобы глиняный край плошки больше не стучал по сомкнутым зубам.

- Гы-ы-ы... - тут же раздалось довольное в изголовье.

Она оторвала взгляд от низкого земляного потолка, с трудом перевела его на такие же земляные стены, увешанные пучками сушеных трав, небольшой очаг из больших камней, рваную занавеску у входа вместо обычной двери. Наконец, наткнулась на сидящего у постели рослого детину и едва не вздрогнула, увидев на его широком лице блаженную улыбку. Правда, почти сразу поняла, что дурачок всего лишь радуется, не имея намерений причинить ей вред или, упаси Всевышний, поранить, и устало опустила голову на набитую сеном подушку. После чего измучено прикрыла веки и с тихим вздохом отвернулась.

"Живая..."

Какое-то время она лежала неподвижно, краем уха слыша гыгыканье своего спасителя, вдыхала сырой воздух землянки, в которой неожиданно оказалась, медленно вспоминала последние моменты перед длительным забытьем, с затаенной гордостью сознавая, что все-таки вырвалась из плена. Попыталась представить лицо учителя, в последний момент лишившегося дерзкой ученицы, но тут же затолкала эту мысль поглубже - о Викране дер Соллене думать не хотелось. Несмотря даже на то, что она в кои-то веки понимала причины его неприязни и сознавала, что своим побегом спасла от позора не только себя, но и его. Наконец, Айра прижала руку к груди, на которой застыла каменным изваянием серебристая змейка, и слабо улыбнулась.

"Кер..."

А потом почувствовала, как змейка шевельнулась в ответ, и улыбнулась немного шире: метаморф был жив и здоров, только очень ослаблен. Но, разумеется, это не заставило его отойти от хозяйки или выпустить из пасти алмазное колечко, с которого во время побега бесследно исчезло золотое покрытие.

Айра вдруг беспокойно коснулась камня.

"Марсо?"

"Я здесь, - тут же прошелестел в ее голове тихий голос мага. - Мы выбрались, девочка. Мы действительно выбрались. Ты смогла..."

"Марсо, как ты?!"

"Живой, как видишь".

"А Источник? - тревожно екнуло ее сердце. - Сколько мы потратили?"

Заточенный в кольце дух тихонько хмыкнул.

"Меньше, чем я думал. Не волнуйся: оставшейся силы мне вполне хватит, чтобы дотянуть до Занда".

Айра с невыразимым облегчением обмякла. А потом услышала, как гугукающий парень вдруг поднялся и, прекратив ее теребить, быстро вышел на улицу.

"Всевышний... я так боялась... все время казалось, что силы уходят слишком быстро! Что я их вовсе исчерпаю до дна, и тогда тебя нечему будет держать!"

"Ты справилась, милая. Ты справилась так, как даже я не ожидал, - тепло отозвался призрак. - И твое заклятие сохранения энергии отлично сработало: во время трансформации ни единой капли не утекло наружу. Ты действительно использовала все. Даже собственные резервы, хотя в этом не было особой нужды".

Девушка вздохнула.

"Я не хотела, чтобы ты погиб".

"Я давно мертв, дитя мое".

"Ты жив, - упрямо возразила она. - Жив до тех пор, пока сам в это веришь!"

"Спорное утверждение... хотя, возможно, в чем-то ты и права: я слишком долго полагал себя мертвым, чтобы в одночасье поверить, что снова живу. Раньше у меня была просторная тюрьма, в которой я мог почти свободно перемещаться, а теперь в моем распоряжении лишь крохотный алмаз, но при этом мне все равно кажется, что я свободен, как птица... странно, да?"

Айра нахмурилась.

"Почему? Разве ты не можешь оттуда выбраться?"

"Могу, - согласился Марсо. - Могу даже полетать вокруг тебя, как прежде, и посветиться в свое удовольствие. Но на это уйдет столько сил, что я, пожалуй, не рискну так поступать и лучше побуду немного внутри, чтобы спокойно дотянуть до ближайшего Источника. Заодно, за тобой пригляжу, чтобы никто не обидел. В конце концов, сон мне не нужен, а вам с Кером, напротив, следовало бы хорошенько отдохнуть".

"То есть... получается, что я опять тебя заточила?" - Айра вдруг прикусила губу, но он только рассмеялся.

"Ни в коем разе. Девочка, ты вытащила меня из такой ямы, что я бы согласился просидеть в этом алмазе еще сто лет, лишь бы вырваться из Хранилища! Думаешь, я огорчаюсь, что силы так мало? Думаешь, меня расстраивает, что я не могу летать, как раньше?! Отнюдь! Я настолько рад, что сбежал, что ты и представить себе не можешь!"

"Но ведь кольцо..."

"Кольцо - мой новый Источник, - снисходительно улыбнулся дух. - И новый дом. До тех пор, пока не найдется какой-то другой. Но ради возможности избавиться от созданной Советом тюрьмы я готов жить в нем столько, сколько потребуется. Не расстраивайся, милая. Я благодарен тебе за то, что ты согласилась рискнуть и взяла меня с собой. Благодарен настолько, что ничто другое не имеет никакого значения. Даже тот факт, что во время трансгрессии вы могли исчерпать мое колечко почти до дна. Это был риск, несомненно. Но теперь все позади, мы ушли, а я, наконец, стал совершенно свободен!"

Айра вздохнула.

"Куда нас выбросило?"

"Без понятия, - жизнерадостно отозвался призрак. - Последний портал я рассчитывал совершенно случайным образом, чтобы даже слабый след не мог навести погоню на точку выхода. Мы истратили на него чуть ли не больше, чем вы с Кером во время трансгрессии. Но зато он вышел длинным, надежным и прямым, как стрела. Так что, если мои предположения верны, мы сейчас где-то в центре Лигерии... то есть, примерно на полпути к Занду".

"Но я думала, Внутреннее море находится в центре Лигерии!"

"Внутреннее море - да, - неожиданно хихикнул Марсо. - А вот Академия - нет!"

"Что? - изумленно переспросила Айра. - Но ведь она расположена во Внутреннем море! Это всем известно!"

Призрак хихикнул громче.

"То, что известно всем, на самом деле не означает, что это - правда. В действительности Внутренне море пусто, как коробка из-под горячих булочек, распроданных в одночасье. А наш остров находится не в нем, а почти посередине Северного моря. Немного ближе к Восточному побережью. Именно поэтому вокруг него так холодно и именно поэтому там так много гроз. Поэтому же для поднятия Источника пригласили Восточных эльфов, а не Западных. Поэтому же сам остров надежно защищен от непогоды. И поэтому же на него не попасть никому, кроме тех, кто получил специальное приглашение и специально выделенный портал. Правда, об этом знают только члены Ковена, а всем остальным просто ловко задурили голову. Ну, сама понимаешь: словечко тут, пара намеков там, искусно завуалированная ложь в недолгом разговоре и - пожалуйста! Весь Зандокар находится в священной уверенности, что Академия магов располагается во Внутреннем море, хотя на самом деле она процветает совершенно в ином месте!"

"Но зачем?! Для чего столько лжи?!"

Марсо снисходительно хмыкнул.

"Девочка моя, после Второй Катастрофы Ковен стал настолько подозрительным, что предпочел скрыть местоположение самой уязвимой своей части от всего остального мира. Спрятал там молодых адептов, избавился от любой возможности появления себе непримиримой коалиции. И, заодно, создал вокруг острова такую защиту, чтобы даже в случае новой войны никто не сумел туда добраться. Академия должна была стать их оплотом, надежным тылом, опорой и надежным укрытием на случай, если история вновь повторится".

"Но сейчас же мир! - воскликнула Айра. - Зачем поддерживать ложь, если и так понятно, что Ковену бессмысленно противостоять?!"

"Я же противостоял? - резонно заметил Марсо. - И многие до меня. И ты, кстати, тоже сейчас им противостоишь. Один твой побег чего стоит!"

"Но я же не собираюсь устраивать никакой Катастрофы!"

"Кто знает, дитя мое... кто знает... между прочим, привычка - великая вещь! Они привыкли чувствовать себя на вершине мира. Привыкли к беспрекословному подчинению. Безраздельно властвовать и думать, что могут в корне задавить любое инакомыслие. Викран привык думать, что он давно мертв. Его ученики привыкли к тому, что он так думает. Альварис привык считать, что его защита безупречна. Легран привык добиваться своего, используя чары и природное обаяние. А я привык к мысли, что останусь в Академии пленником до конца своей жизни... но ведь все далеко не так. Особенно теперь, когда ты появилась и самим фактом своего прихода сломала казавшиеся твердыми убеждения. Ты заставила Викрана сомневаться. Альвариса - скрежетать зубами от гнева. Ты поставила в тупик Леграна, потому что стала первой, кто ему не поддался. Ты отказалась принимать царящий порядок. Первая воспротивилась ему и сумела избежать Инициации. Ты выжила в Занде, хотя прежде считалось, что это невозможно. И ты вернешься в него, потому что только там сможешь обрести надежное укрытие. Согласись: если бы хоть кто-то из преподавателей не был уверен в абсолютной неприступности острова, нам было бы трудно оттуда удрать. Если бы Викран хотя бы заподозрил, что ты задумала, он бы принял серьезные меры, чтобы тебя остановить. Если бы Альварис узнал, сколько книг ты прочитала в Хранилище, он удавил бы меня своими руками и занялся твоим обучением сам. Потому что ты давно перешагнула уровень остальных адептов и, честно сказать, никогда не была обычной ученицей".

Айра прикусила губу.

"За мной будет погоня".

"Непременно, - серьезно согласился Марсо. - Не хуже, чем за мной в свое время. Но у нас с тобой есть большое преимущество - во времени, в направлении, и даже в том, что в этом мире есть место, которое не откажется принять тебя снова. Занд - твое спасение, девочка. Он будет ждать тебя. Звать, как звал когда-то во снах. Он откроет для тебя свои двери и навсегда их захлопнет для недобро настроенных чужаков. Занд теперь - твой дом, Айра. Туда ты должна стремиться и там же обретешь надежные стены. Только в Занде никакой Совет до тебя не достанет".

"Туда еще добраться надо, - возразила она. - А мы слабы. Я даже не могу подняться с постели".