Добро пожаловать в Академию сумеречных охотников

— Да, — сказал Саймон. — Эй, это мое имя на двери, если что.

— Вампир, — сказал Джордж. — Лучший друг Клэри Моргенштерн!

Джордж выглядел серьезным и впечатленным, и это было немного неловко. Саймон был вынужден признать, что это также и приятно. Это так отличалось от того, как на него смотрели в его старой жизни или в новой.

— Ты не понимаешь, я прибыл в эту замерзшую дыру, полную грязи и грызунов в то время, как вся Академия просто гудела о героях примерно моего возраста, отправившихся в измерение демонов. Это внушало надежду на серьезную перспективу, опуская тот факт, что здесь не работают туалеты.

— Туалеты не работают? Но как… Как же мы…?

Джордж закашлялся.

— Мы общаемся с природой, если ты понимаешь, о чем я.

Джордж и Саймон посмотрели через створки окна на лес ниже, колышущийся на ветру за ромбовидными стеклянными панелями, а затем мрачно и уныло переглянулись между собой.

— Серьезно, ты и твоя героическая компании — это то, о чем все сейчас говорят, — сказал Джордж, возвращаясь к более интересное теме. — Ну, и еще тот факт, что у нас есть голуби, живущие в печах. Ты спас мир и не помнишь этого. Это должно быть странно?

— Это странно, Джордж, спасибо, что напомнил.

Джордж засмеялся, бросил свою разбитую ракетку на пол и посмотрел на Саймона, как будто тот был чем-то удивительным.

— Вау. Саймон Льюис. Я полагаю, что должен поблагодарить кого-то в Академии за такого классного соседа!

Джордж взял шефство над Саймоном до обеда, за что тот был ему глубоко благодарен. Столовая выглядела так же, как и все остальные квадратные каменные комнаты в Академии, за исключением одной стены, где была резная каминная полка со скрещенными мечами и девизом, изношенным и стертым настолько, что Саймон не смог его прочесть.

Там было несколько круглых столов с деревянными стульями разных размеров вокруг них. Саймон начал искренне верить, что они достались Академии от распродажи гаражной утвари какого-то пожилого человека. Стулья были заняты детьми. Большинство из них были, по крайней мере, на два года моложе, чем Саймон. Некоторые были еще младше. Саймон понял, что он был слишком взрослым для ученика-охотника на демонов, и его это немного нервировало. Он вздохнул с облегчением, когда увидел несколько, знакомых лиц примерно своего возраста.

Джули с помятым лицом, Беатрис и еще один парень увидели их и помахали, а Саймон подумал, что приветствие было для Джорджа, но когда он сел, Джули наклонилась к нему.

— Я не могу поверить, ты не сказал, что ты Саймон Льюис, — сказала она. — Я думала, ты обычный человек.

Саймон немного отклонился в сторону.

— Я простой смертный.

Джули засмеялась.

— Ты знаешь, что я имею в виду.

— Она имеет в виду, что мы все в долгу перед тобой, Саймон, — сказала Беатриз Мендоса, улыбаясь ему. У нее была замечательная улыбка.

— Мы не забудем об этом. Так приятно встретить тебя и видеть здесь. У нас даже могла бы получиться разумная беседа, но шансов нет, так как с нами Джон.

Парень, бицепсы которого были размером с голову Саймона, потянулся через стол и протянул руку. Несмотря на угрожающий вид руки, Саймон пожал ее.

— Джонатан Картрайт. Очень приятно.

— Джонатан, — повторил Саймон.

— Это общее имя для Сумеречных охотников после Джонатана Сумеречного Охотника, — сказал Джон.

— Э-э… я знаю, у меня есть копия Кодекса, — сказал Саймон.

Клэри дала ему свой экземпляр Кодекса. Саймон от души повеселился, читая на полях заметки почти каждого из обитателей Института. Он чувствовал, что знаком с ними, но на безопасном расстоянии, где они не могли видеть его неудачи и пробелы в знаниях.

— Просто… я знаю нескольких людей, имя которых Джонатан. Не то что бы каждый из них называет себя Джонатаном. Называл себя Джонатаном. — Он не помнил много о брате Клэри, но знал его имя и не особо хотел вспомнить больше.

— Ах, да, Джонатан Герондейл, — сказал Джон. — Вы, конечно, знаете его. На самом деле мы с ним хорошие друзья. Я обучил его паре трюков, которые, несомненно, помогли вам в другом измерении, не так ли?

— Ты имеешь в виду Джейса? — с сомнением спросил Саймон.

— Ну конечно же его — сказал Джон. — Наверное, он упоминал обо мне.

— Что-то не припомню, — сказал Саймон. — На самом деле у меня демоническая амнезия. Ну как-то так.

Джон кивнул и пожал плечами.

— Верно. Облом. Вероятно, он говорил обо мне, а ты просто забыл из-за демонической амнезии. Я не хвастаюсь, но мы очень близки, я и Джейс.

— Мне бы хотелось быть близкой с Джейсом Геондейлом. Он великолепен, — вздохнула Джули.

— Он хитрее, чем мех лисы в лисьей норе в день охоты на лис, — мечтательно согласилась Беатрис.

— Кто это? — спросил Джон, щурясь на Джорджа, который сидел, откинувшись на спинку стула и наблюдая с усмешкой.

— Что ты имеешь в виду, говоря о хитрых людях? Я Джордж Лавлейс, — сказал Джордж. — Я говорю свою фамилию без стыда, так как уверен в своей мускулистости.

— А, Лавлейс, — сказал Джон, наморщив лоб. — Да, ты можешь сидеть с нами.

— Есть два потока в Академии — объяснила Беатриз. — Поток для примитивных, где студентов более подробно информируют о Сумеречном мире и дают им необходимую базовую подготовку, и поток для детей Сумеречных охотников, где мы учимся по более продвинутой программе.

Губы Джули изогнулись.

— Беатриз имеет в виду, что есть элита и есть отбросы.

Саймон посмотрел на них с замиранием.

— Так… я собираюсь быть в потоке отбросов.

— Нет, Саймон, нет! — воскликнул Джон в шоке. — Конечно, ты там не будешь!

— Но я примитивный, — снова сказал Саймон.

— Ты не примитивный, Саймон, — сказала Джули. — Ты исключительный примитивный. А это значит, что будет сделано исключение.

— Если бы кто-нибудь попробовал поставить тебя с примитивными, я перекинулся бы с ним словечком, — высокомерно продолжил Джон. — Любой друг Джейса Герондейла, естественно, и мой друг.

Джули погладила руку Саймона. Он посмотрел на руку, будто она ему не принадлежит. Он не хотел быть в потоке для неудачников, но здесь комфортно он себя не чувствовал.

Он подумал, что припоминает, как Изабель, Джейс и Алек говорили о примитивных. Они были неплохими ребятами, просто их так воспитали. Они не хотели, чтобы это выглядело таким, как было на самом деле. Саймон был в этом уверен.

Беатриз, которая с первого взгляда понравилась Саймону, наклонилась через Джули и сказала:

— Ты более, чем заслужил свое место.

Она застенчиво улыбнулась ему, и Саймон не мог не улыбнуться в ответ.

— Так… значит, в потоке отбросов буду я? — медленно спросил Джордж. — Я ничего не знаю ни о Сумеречных охотниках, ни и демонах.

— О, нет, — сказал Джон. — Ты Лавлейс. Вот увидишь, для тебя все будет очень легко, это у тебя в крови.

Джордж закусил губу.

— Ну-у-у-у… если ты так говоришь…

— Большинство студентов Академии будут в элитном потоке, — поспешно сказала Беатриз. — Наши новобранцы в основном такие же, как и ты, Джордж. Сумеречные охотники ищут разъехавшихся и потерянных людей с кровью Сумеречных охотников по всему миру.

— Так что кровь Сумеречных охотников определяет твое направление, а не знание, — пояснил Джордж.

— И это абсолютно несправедливо — подтвердила Джули. — Посмотрите на Саймона. Конечно, он должен быть в элитном потоке. Он доказал, что достоин.

— Саймону нужно было спасти мир, а мы попали сюда только потому, что у нас правильная фамилия? — спросил Джордж. Он подмигнул Саймону. — Нелегкая судьба у тебя, приятель.

Возникло неловкое молчание, но Саймон подозревал, что никто не чувствует себя более неловко, чем он.

— Иногда потомков Сумеречных охотников определяют в поток отбросов, если они позорят себя, — коротко сказала Джули. — Но в основном, да, он предназначен для примитивных. По такому принципу Академия работала, работает и будет работать. Набирать примитивных с Вúдением или спортивными достижениями в Академию, это прекрасная возможность дать им шанс стать чем-то большим, чем они когда-либо мечтали. Но они не могут идти в ногу с остальными Сумеречными охотниками. Вряд ли было бы справедливо ожидать этого от них. Они не могут все быть как Саймон.

— У некоторых из них просто не будет способностей, — заметил Джон, повысив тон. — Некоторые из них не переживут Восхождения.

Саймон приоткрыл рот, но прежде, чем он успел задать какие-то вопросы, его прервал звук одинокого хлопка.

— Мои дорогие студенты, мои нынешние и будущие Сумеречные охотники, — сказала декан Пэнхоллоу, поднимаясь со стула. — Добро пожаловать, добро пожаловать в Академию Сумеречных охотников. Отрадно видеть вас всех здесь, на церемонии открытия Академии, где мы обучали целые поколения следовать Ангельскому Закону. Это честь быть приглашенными сюда, и мы рады, что вы приехали.

Саймон осмотрелся вокруг. Саймон прикинул: здесь было около двухсот студентов, неловко расположившихся за шаткими столами. Он снова заметил, что некоторые из них были очень молоды, а еще грязные и неопрятные. Никто не выглядел так, будто чувствовал честь быть здесь. Саймон снова заинтересовался методом вербовки Сумеречных охотников. Джули говорила, что это было очень благородно искать потерянные семьи Сумеречных охотников, а также предлагать примитивным удивительные возможности, но некоторые из детей выглядели лет на двенадцать. Саймон задумался, какой же должна быть твоя жизнь, чтобы ты все бросил и пошел воевать с демонами в возрасте 12 лет.

— У нас было несколько непредвиденных потерь среди персонала, но я уверена, что мы будем счастливы и с теми, кто остался, — продолжила декан Пэнхоллоу. — Могу ли я представить вам Делани Скарсбери, вашего преподавателя. — Человек, сидящий рядом с ней, встал.

Если сравнить бицепсы Джона Картрайта с виноградом, то теперь они стали сопоставимы по размеру с грейпфрутом. Его глаза подернулись пеленой, как у ангела на витраже. Саймон медленно повернулся и посмотрел на Джорджа, надеясь, что тот почувствовал то же самое. Тот прошептал одними губами:

— Не сейчас.

Джордж, который, вероятно, почувствовал то же самое, прошептал:

— Сумеречный охотник — разбойник!

— Я с нетерпением жду, когда превращу вас в глину, а потом из этой глины я вылеплю свирепых воинов, — объявил Скарсбери.

Саймон и Джордж обменялись многозначительными взглядами.

Девушка, сидящая за столом позади Саймона, начала плакать. На вид ей было лет тринадцать.

— А это Катарина Лосс, очень почтенный маг, она будет преподавать вам историю и многое другое!

— Ура, — сказала Катарина Лосс, и сделала неясное движение своими голубыми пальцами, как будто хотела похлопать, не потрудившись поднять обе руки.

Декан продолжала:

— Так как в последние годы в Академию прибывают ребята со всех уголков мира, мы стараемся каждый день готовить какое-нибудь новое национальное блюдо. Мы, конечно, намерены продолжать и дальше эту традицию! Но так как кухня не в очень хорошем состоянии, то сегодня у нас…

— Суп, — сказала Катарина твердо. — Баки и чаны с мутным коричневым супом. Наслаждайтесь, ребята!

Декан Пенхоллоу продолжила свои одинокие аплодисменты.

— Это верно, все наслаждайтесь! И еще раз добро пожаловать!

Действительно, им больше нечего было предложить, кроме огромных металлических чанов, наполненных сомнительным супом.

Саймон встал в очередь за едой и заглянул в жирные глубины темной жидкости.

— Там водятся аллигаторы?

— Я ничего не обещаю, — сказала Катарина, разглядывая собственную миску.

Саймон был измотан и голоден, рухнув той ночью в постель. Он попытался приободрить себя и вспомнить, когда в последний раз в его кровати была девушка. Девушке еще предстоит впервые появиться на его кровати, подумал Саймон, но потом воспоминания пришли, как струйка облака над луной. Он вспомнил, что Клэри спала в его постели, когда они были настолько малы, что на их пижамах были грузовики и пони. Он вспомнил, что поцелуй Клэри похож на свежий лимонад. И он вспомнил Изабель, ее темные волосы, струящиеся по подушке, обнажившееся навстречу ему горло, её ногти, царапающие его ногу. Тот Саймон был не только героем, но и сердцеедом. Ну, большим сердцеедом, чем Саймон сейчас.

— Изабель.

Губы Саймона прошептали ее имя в подушку. Он сказал себе, что не будет думать о ней, пока он в Академии. И пока он был только на пути к тому, чтобы стать лучше, стать тем человеком, которым Изабель хотела его видеть. Он повернулся на спину и стал смотреть в каменный потолок.

— Ты не спишь? — прошептал Джордж. — Я тоже. Я все ещё беспокоюсь, что опоссум вернется. Откуда он пришел, Саймон? Куда он делся?

* * *

Испытания по превращению Саймона в сумеречного охотника начались на следующий же день. Во-первых, потому что Скарсбери начал проверять их способности, что было ужасно само по себе. Во-вторых, потому что это повлекло за собой обидные комментарии о телосложении Саймона.

— У тебя такие узкие плечи, — задумчиво сказал Скарсбери. — Как у леди.

— Я гибкий, — с достоинством сообщил ему Саймон.

Он с горечью посмотрел на Джорджа, который развалился на скамейке в ожидании, когда Саймон закончит свои испытания. Испытания Джорджа прошли успешно, Джули уже приходила, чтобы похвалить его форму и потрогать его руки.

— Знаешь что, — сказал Скарсбери, — У меня есть несколько тестов, рассчитанных на девушек.

— Отлично, — сказал Саймон. — Точнее, это ужасно, но… хорошо! Давайте начнем.

Скарсбери сунул сложенную черную ткань в руки Саймона.

— Это рассчитано на высокую девушку, — произнес он с интонацией, предназначенной скорее для утешения, и, к несчастью, слишком громко.